§ 9. Летописи, изданные по Супрасльской рукописи Князем М. А. Оболенским.

Я должен предостеречь, что изданная мною по Супрасльской рукописи Летопись различествует от весьма драгоценных исторических памятников, напечатанных в Москве в 1836 году: Князем Михаилом Андреевичем Оболенским под заглавием: Супрасльская рукопись содержащая Новогородскую и Киевскую сокращенные Летописи.

Конечно, ни одна Летопись не была издана до сих пор с такою дипломатическою точностию и определительностию. По счастливому внушению употребив церковную печать, Издатель не только был в состоянии сохранить все знаки и сокращения (титла), но, что еще важнее, не истребил древнего, мужественного, хотя для изнеженных уст наших несколько жесткого выговора Славянских выражений по образу Сербов, и которые мы привыкли теперь искажать прибавлением гласных букв. Исследователи древнего наречие не могут достаточно возблагодарить Издателя за его труд. Он доставил, сколько возможно ближе, драгоценное fac simile рукописей. Таким же образом следовало бы поступать при издании прочих Летописей. Если же древняя Славянская печать противна для глаз, то нельзя ли возобновить шрифты, изобретенные Мамоничем для Литовского Статута, и которые всего ближе подходят к древним рукописям.

Рукопись, с которой напечатаны эти памятники в 1543 году, была собственностию Супрасльского Базилиянского монастыря в Белостокской области, как ве том свидетельствует приписка (в печатном на стр. 155), упоминающая о посещении в Сентябре Супрасльской церкви Королем Сигизмундом Августом (если не ошибаюсь, Супрасльский монастырь основали, а следовательно и снабдили рукописями, — Ходкевичи). В последствии упомянутая рукопись в 1781 году подарена была Алексеем Федоровичем Малиновским Главному Московскому Архиву Иностранных дел, где и поныне находится.

Эта рукопись состоит из двух двух отделений. Первое заключает в себе Новогородскую Летопись под заглавием: *Початок Русской земли како приидоша Словяне племени Яфетова и сели на Русской земли по рекам, то есть Летописец Киевский и все Роуское земли и Польское и Литвании.* В нем История начинается с 859, и продолжается до 1382 года.

Осмеливаюсь бросить несколько замечаний, относительно времени, в которое писал неизвестный по имени Сочинитель рукописи. Думаю, что он жил в Новегороде между 1330 и 1386 годами и принадлежал к сословию высшего Духовенства: ибо, выписан из предшественников своих события до 1329 года, начинает далее писать подробнее, знает месяцы и даже числа каждого события, как очевидец. Под 1331 годом (стр. 54) несколько раз употребляет выражения наши, означая соотчичей Новогородцев; показывает, что пишет в 1380 году (стр. 112) говоря: «а не яко при нынешних временех Литва над ними игри творят и поругаются. Но мы сие оставльше и на предняя взвратимся». Хотя он оканчивает Летопись 1382 годом, или нападением на Москву Тохтамыша, однако знает о бракосочетании Ягайла с Ядвигою 1385 года, следовательно дожил до того времени. Вся Летопись исполнена важных обстоятельств, касающихся Истории Литвы. Второе отделение рукописи гораздо важнее для Истории Литвы. Оно заключает в себе еще до сих пор не напечатанную Киевскую летопись под заглавием: «Краткая Киевская Летопись от начала земли Русской до 1516 года». Здесь История, начатая 862 годом, доведена до 1516 года. Всем известно, что частная Киевская Летопись до сих пор не напечатана, а рукопись, которою пользовался бессмертный Карамзин, прерывается на XIII веке. Дальнейшие происшествия сохранены в настоящей сокращенной Летописи и из неё Историограф почерпал продолжение. Здесь осмеливаюсь опять доискаваться продолжателя, который верно жил между 1491 и 1516 годами: ибо не только с того времени нахожу подробнейшее посествование, но и перемешанный хронологический порядок событий: это доказывает, что они записываемы были современным Писателем. Автор обнаруживает себя в описании 1495 года (стр. 141), ибо рассказывая о повсеместной в Литве, Польше и на Волыни моровой язве, присовокупляет о Киеве: нас же Г҃д Бог избавил ради м҃лтв пр҃чтое его М҃тре. То же самое повторяет под 1196 годом (стр. 143), говоря о приближении Татар к Киеву, которых число было неизвестно: «Нашие же не видевше яко множество их». Автор с подобострастием говорит о храбрости Князя Острожского, которого за победу, одержанную в 1514 году над Русыо, сравнивает с Александром Македовнским, Пором Индийским и всеми витязями светской и Священной Истории.

Эта Летопись драгоценна для Истории Литвы и Волыни. В ней есть много обстоятельств, неизвестных Стрийковскому, хотя последний и хвалится тем, что имеет Киевские Летописи. Особенно важны сведения или приписки, касающиеся Литвы и Волыни, начиная с 1491 (стр. 139) до 1514 года.

Правдивость этой Летописи не подлежит никакому сомнению; годы, месяцы и числа, даже позднейших событий, строго соблюдены. Позднейший переписчик обеих рукописей, события, пространнее описанные в одной, сокращал в другой рукописи, иногда же упоминать только о них с тем, чтобы предостеречь, что они находятся в в другой Летописи. Издатель, желая сохранить точность во всем, присовокупил даже fac simile почерков, принадлежащих к началу XVI века. Словом, это издание делает честь Московскому Обществу древностей, которое утвердило план его.