Литовские евреи. Лист 73, с. 67
Сергей Бершадский о юридическом и общественном положении евреев Великого княжества Литовского от привилегий Витовта 1388 года до Люблинской унии 1569 года: брестская привилегия, изгнание 1495 года, общины Бреста, Пинска и Кобрина.
С. 67
Оригинал
Современная наука гораздо осмотрительнѣе въ своихъ выводахъ и гораздо болѣе склонна тѣ или другі@я особенности соціальныхъ явленій ставить въ зависимость отъ условій, при которыхъ они возникаютъ, — степени культуры народа, его экономическаго развитія, характера собственности и т. д., чѣмъ отъ расовыхъ или племенныхъ его. свойствъ. Во всякомъ случаѣ, до тѣхъ поръ, пока психологія человѣка и психологія народовъ (этнологія) не станутъ на болѣе твердую почву, мы не имѣемъ права отыскивать темныхъ или свѣтлыхъ сторонъ національнаго характера въ физіологическихъ его особенностяхъ, а должны направить наши изысканія на историческую почву.
Поэтому, оставивъ совершенно въ сторонѣ литературу корреспонденцій, общихъ мѣстъ и взглядовъ, мы обратимся къ серьёзнымъ сочиненіямъ на иностранныхъ языкахъ (на русскомъ есть всего одно), имѣ/ющимъ въ виду исторію евреевъ въ Литвѣ, Польшѣ и собственно Россши[?]. Но такъ какъ отвѣтить на вопросъ, что такое русскіе евреи, чѣмъ они должны и могутъ быть, возможно не иначе, какъ уяснивъ, чѣмъ они были въ Литвѣ и Польшѣ, то, прежде всего, критическому обзору сочиненій по исторіи Литовскихъ и Польскихъ евреевъ посвящается слѣудующая глава.
Современная орфография
Современная наука гораздо осмотрительнее в своих выводах и гораздо более склонна те или други@я особенности социальных явлений ставить в зависимость от условий, при которых они возникают, — степени культуры народа, его экономического развития, характера собственности и т. д., чем от расовых или племенных его. свойств. Во всяком случае, до тех пор, пока психология человека и психология народов (этнология) не станут на более твердую почву, мы не имеем права отыскивать темных или светлых сторон национального характера в физиологических его особенностях, а должны направить наши изыскания на историческую почву.
Поэтому, оставив совершенно в стороне литературу корреспонденций, общих мест и взглядов, мы обратимся к серьёзным сочинениям на иностранных языках (на русском есть всего одно), име/ющим в виду историю евреев в Литве, Польше и собственно Россши[?]. Но так как ответить на вопрос, что такое русские евреи, чем они должны и могут быть, возможно не иначе, как уяснив, чем они были в Литве и Польше, то, прежде всего, критическому обзору сочинений по истории Литовских и Польских евреев посвящается слеудующая глава.