Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

37. Моровая язва 1360–1362 годов

Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Русский перевод.

В 1360—1362 годах Польшу и Литву посетили голод и моровая зараза. Сильные северные ветры и дожди, наставшие в конце весны, развеяли и сбили цвет с хлебов и оставили бедному земледельцу пустую солому. Моровая зараза наступила через 12 лет после той, которую мы описали под 1350 годом. Она отличалась от предыдущей тем, что была заразнее и что ей поддавались не только бедные, но большей частью богатые и вельможи417. Эта болезнь, называемая черной смертью, или чумой, появлялась не везде в одно время. Часто, истребив большую половину жителей, она через какое-то время снова возобновлялась в тех же самых областях. Сначала она свирепствовала в Польше и Литве418, а затем переходила в соседние области. В 1364, 1365 и 1367 годах она собрала свои жертвы в северной России, куда была занесена купцами из Бездежа419. Северорусские летописи рассказывают о ней с ужасом: «Болезнь начиналась колотьем в сердце, в лопатке или в плечах, внутри пылает огонь, кровь льется устами, на теле выступает сильный пот и начинается дрожь. У иных показываются пятна (железы) на шее, в бедре или в паху, иногда под коленями. Исход одинаков: смерть неизбежна, скора, но мучительна. Не успевали хоронить тел, едва десять здоровых исцелялось из ста больных, несчастные умирали без всякой помощи, в одну могилу клали 7, 8 или больше трупов». В Смоленске зараза свирепствовала трижды; наконец в 1387 году в этом городе осталось лишь пять человек, которые вышли и заперли город, наполненный трупами. Так страшна была эта болезнь в землях северной Руси. Много претерпели также области древнего Галицко-Владимирского княжества, но в какие годы они были посещены голодом и заразой, источники не сказали.

В те времена прекратилось перемирие Литвы с пограничными народами, и когда после смерти миролюбивого маршала Немецкого ордена Зигфрида Даренфельда наступил новый, Хеннинг Шинденкопф, набеги начались заново. Лишь в 1363 году был заключен какой-то мирный договор, который не продержался и года420. Невзирая на эту борьбу, Литва под властью великого князя Ольгерда возрастала до великого могущества и славы. В те времена возникли споры с московскими князьями. Те притесняли других удельных князей, которые, оскорбленные, прибегали за помощью к Литве. Ольгерд несколько раз предпринимал поход на саму Москву (в 1365, 1370, 1371 годах421). Такую смелость мы замечаем у Ольгерда лишь после завоевания Подолья и приднепровских краев, последовавшего в 1359—1363 годах. После насильственной смерти кипчакского хана Джанибека, убитого собственным сыном в 1357 году, в Татарии возникла борьба за престол между членами рода татарских ханов: сын убивал отца, а брат брата, чтобы унаследовать обагренный кровью престол. Ободренные раздором ханского рода беки, или татарские воеводы, выбирали и ставили в Сарае кипчакских ханов, которым, впрочем, подчинялись лишь те беки, которые их выбрали, другие же либо сами притязали на ханское достоинство, либо противопоставляли им других претендентов на ханский престол. Междоусобие длилось 25 лет, в течение которых воеводы и владельцы отдельных областей, принадлежавшие большей частью к роду кипчакских ханов и обязанные подчиняться верховному хану, стали независимыми и больше не заботились о том, кто сидел на ханском престоле и держал бессильный скипетр верховного правления. В начале этого раздора в Орде Ольгерд, неизвестно по какой ближайшей причине, выступил войной против татар. Над пространствами Подолья и Черноморского побережья владели три татарских царевича — султан Котлубег, Гаджибег (Кочубей Гирей, по имени которого названа черноморская гавань422) и султан Димитрий. Имя Котлубега упоминается в договоре, заключенном с венецианцами в 1333 году. Он владел в Крыму. В возобновленном в 1358 году договоре с теми же венецианцами выступает Токлубег (Котлубег?) как бек города Азова (Таны423). До 1359 года он сходит со света, убитый вместе с кипчакским ханом Бердибеком. Султан Димитрий был, по всей вероятности, христианином, и неудивительно, ибо почти в те времена мы находим христианами даже сыновей кипчакских ханов424. Все трое прозваны отчичами по той причине, что они получили эти земли от своих отцов как наследство. Против этих трех царевичей Ольгерд выступает дорогой через Канев и Черкассы на Синие Воды, где встретил соединенные неприятельские войска425. Ольгерд разделил войска на 5 частей и расположил их в виде лука (arcus), татары же построились по своему обычаю в виде полумесяца. При первом ударе татарские стрелы полетели в пустые промежутки, которые Ольгерд благоразумно оставил между отдельными отрядами. Противные полки сразились мечами и копьями. Пролилось много крови; наконец литовские и русские полки победили татар426. Ольгерд гнался за разбитыми до самого Крыма, опустошил Херсонес, умертвил большую часть жителей и забрал с собой церковные сокровища427. Сломив силу татар на Подолье, он завоевал приднепровские города, занял Киев, изгнал оттуда князя Феодора, княжившего вместе с татарским баскаком, и посадил на Киевском княжении в качестве наместника своего сына Владимира428. Ольгерд вскоре ушел с войском из завоеванных краев, ибо военные дела призывали его в другую сторону, а на Подолье послал трех сыновей родного брата Кориата, удельного князя из Новогрудка. Те по соизволению Ольгерда и с помощью литовцев отправляются на Подолье. Во всем Подольском крае не было ни крепости, ни одного города, ни рубленного из дерева, ни выстроенного из камня. Так обезоружили Подольскую землю татары. Подолье пробудилось от долгого сна, в который погрузилось под татарским игом. Кориатовичи вошли в соглашение с атаманами, поставленными для сбора татарской дани. Поднялось волнение народа, татарам отказали в дани, баскаков в край не впустили, остатки татар выгнали, и Подолье было освобождено от всяких дальнейших татарских набегов. Новые князья вырубали леса, построили города — Смотрич, Бакоту, Каменец — и заселяли опустевшие пространства новыми пришельцами. Наконец они разделили между собой подольские города и заняли Подольскую землю429.

Примечания

  1. Długosz L. IX. p. 1131. 1132.

    К тексту
  2. Narbutta dzieje ludu litewskiego T. IV. str. 91, 92. Коялович относит голод в Литве к 1362 году.

    К тексту
  3. Карамзин Т. V. ст. 5.

    К тексту
  4. Narbutta dzieje narodu litewskiego T. IV. str. 134 na podstawie: Cromeri index Archivi Cracoviensis.

    К тексту
  5. Великий князь московский отнимал у Ольгерда города, осаждал Брянск и тревожил владения союзника Литвы, смоленского князя. Карамзин Т. V. ст. 11.

    К тексту
  6. Sarnicki annales: «a quo portus ille Kaczubejus vocatus» («по которому та гавань названа Качубеевой»).

    К тексту
  7. Hammer-Purgstall, Geschichte der goldenen Horde p. 298, 314.

    К тексту
  8. Hammer-Purgstall. Под 1359 годом: «Кульпу убил Неврубег вместе с двумя его сыновьями, крещенными матерью, Иоанном и Михаилом».

    К тексту
  9. Bychowca chronika str. 19.

    К тексту
  10. Kojałowicz T. I. p. 288 относит это событие к 1331 году.

    К тексту
  11. Карамзин Т. V.

    К тексту
  12. Густынская летопись.

    К тексту
  13. Narbuta dzieje narodu litewskiego. T. IV. str. 58. 63. относит народное движение против татар на Подолье, которое мы здесь подробно описали, к 1351–1352 годам, а битву на Синих Водах — к 1363 году. С Подолья татары еще в 1352 году по наущению Ольгерда нападают на польскую часть Подолья и пределы Венгерского королевства. В 1357 году Казимир еще заключил с ними союз; но если народное движение предшествовало войне Ольгерда 1363 года, то оно произошло между 1357 и 1363 годами, после чего последовало бы сокрушение татарской власти битвой на Синих Водах.

    К тексту