35. Продолжение войны между Литвой и Польшей, которой помогал венгерский король
Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Русский перевод.
Один из важнейших польских источников рассказывает388, что Кейстут был взят в плен после какого-то несчастного для него сражения, что он обманул венгерского и польского королей обещанием принять крещение и, воспользовавшись доверием короля, нарушив данное обещание, ночью бежал из лагеря. Другой источник утверждает389, что захвачен был не Кейстут, а его брат Любарт, однако сам не может сказать с уверенностью, был ли он после заключенного договора добровольно отпущен королями или обманул ослабленную стражу и самовольно бежал из плена. Как бы то ни было, из достоверного документа390 мы удостоверяемся, что Любарт был взят в плен польским королем и что законность этого пленения оспаривалась литовскими князьями. По условиям перемирия, намеченного еще в том году, о которых мы будем говорить позднее, венгерские бояре должны были рассудить спор, прав ли Любарт или польский король; если прав Любарт, то и Кейстут будет прав перед венгерским королем, а если прав король, то литовские князья обязались выдать Любарта в плен венгерскому королю. Из этого видно, что бегство Любарта из венгерско-польского лагеря имело какую-то связь с отношениями Кейстута к венгерскому королю и бросало какую-то тень на добрый и вообще рыцарский характер этого литовского князя.
В 1355 году венгерский король обещает помогать Казимиру большими силами, чем делал это прежде391. Из этого видно, что помощь, которую Людовик оказывал Казимиру, была незначительной, и неудивительно, что это предприятие не имело того успеха, какого можно было от него ожидать.
Мы рассказали до сих пор лишь о набегах и опустошениях литовцев в областях Галицко-Владимирской Руси, но о тогдашних набегах на Польшу мы ничего не говорили. При этих набегах больше всего страдали земли Луковская, Радомская и Сандомирская392. Прежде чем поляки опомнились, чтобы собрать войска для защиты края, литовцы, награбив вдоволь полона, уходили со своей добычей в глубь края. Если же польские войска, конные и пешие, когда-нибудь соединялись и сражались, литовцы обычно одерживали блестящие победы. Литовские источники рассказывают, что еще до заключения перемирия между польским королем и литовскими князьями литовские князья Кейстут и Любарт вторглись в Сандомирскую землю и подступили до самого Завихоста. Здесь два польских боярина входят в сговор с литовцами. Они указывают им броды через Вислу, выдают все советы и намерения польских войск, предостерегают их от засад и направляют набеги литовцев на Польскую землю. Это были Петр Пшонка герба Янина, владелец Крисонова, и Отто Заклика Тарло, владелец Щекаревичей393, то есть нынешнего Красностава. Измену Петра Пшонки раскрыли рыбаки, которые заметили, как Пшонка однажды воткнул вехи по Висле, указывая ими литовцам мели. Рыбаки, взяв вехи, воткнули их на глубинах и водоворотах. Обманутые этим литовцы пустились в мнимый брод, полагаясь на добрый совет благоволивших им польских вельмож; глубокой ночью они не смогли распознать обмана, и многие утонули с конями. Устрашенные литовцы отступили, поскольку боялись еще худших обманов. Пшонка был казнен смертью, и упомянутым вельможам еще долго помнили их измену. Еще Ягайло в наказание отнял недвижимые имения у наследников Отто и Петра Пшонки и лишь в конце своей жизни по усиленной просьбе польских вельмож отдал Щекаревичи племяннику (nepoti) Отто; Крисонов, наследие Петра Пшонки, он присоединил к доходам Люблинского староства394. Невзирая на такой урон, литовцы еще не раз совершали набеги на польские области. После таких страшных разорений Казимир возжелал перемирия с Литвой (1354), чтобы по крайней мере не утратить и той части Галицко-Владимирской Руси, которую приобрел столь великими жертвами и таким пролитием человеческой крови. По условиям перемирия между Казимиром и литовскими князьями за Казимиром была признана Львовская земля, а земли Владимирская, Луцкая, Белзская, Холмская и Берестейская были полностью признаны за Литвой. Говорят, что Ольгерд и Кейстут были заняты войной против ордена и что они соблюдали условия перемирия, но Любарт их не соблюдал. По другим источникам, литовские князья Ольгерд, Кейстут и Скиргайло все еще негодовали на то, что Казимир вместе с Людовиком Венгерским завоевал было Владимир и опустошал русские области, которые Литва считала своими. Литовские князья мстили Казимиру набегами и опустошениями395. Однако источники упрекают лишь Любарта396 в том, что он нарушил мирные договоры, которые литовские князья скрепили с Казимиром присягой. Собрав отряды из литовцев и волынян, Любарт неожиданно напал на Галич как раз тогда, когда в Галиче проходил большой торг (ярмарка) и съехались многие иноземные купцы для торговых дел. Это происходило в июне 1354 года (по Длугошу — в 1353). Любарт, неожиданно подступив к Галичу, поджег город, перебил много купцов и жителей, захватил большую добычу, разорил все окрестные края и с непостижимой быстротой вернулся с полоном в свои области. 9 сентября того же года он вторгся в Сандомирскую землю около Завихоста, разорил окрестности вдоль и поперек, и прежде чем польские войска успели собраться, чтобы противостать грозному неприятелю, Любарт уже ушел за Вислу.
Глядя на эти опустошения, Казимир заключил в 1355 году новые договоры с венгерским королем. Людовик обещает и обязуется не требовать долга, который Казимир должен был выплатить венгерскому королю за то, что тот уступил ему Русское царство (regnum Russiae), пока Казимир не придет в столь же спокойное владение этим государством, как владели им его предшественники397. Сверх того венгерский король письмом, написанным в Буде в январе 1355 года, обещает и заверяет польского короля Казимира по его усиленной просьбе, что сам лично прибудет на помощь против литовцев, а в случае если бы ему помешали явиться самому, изъявляет готовность прислать ему больше войска, чем посылал до тех пор, чтобы выгнать неприятеля за границу и разбить его398. Также римский папа Иннокентий VI письмом польским прелатам от февраля 1355 года399 снова назначил десятую часть всех десятин с церковных доходов на содержание наемников, которыми король обеспечил бы землю и отражал набеги язычников. В октябре 1355 года в Риме снова возникла надежда400, что литовские князья вместе с народом примут католическую веру; но была ли эта надежда следствием какого-либо нового счастливого похода или каких-либо новых переговоров с Литвой или, быть может, следствием обещания, данного еще в 1354 году Кейстутом венгерскому королю, того мы не знаем.
Казимир обезопасил себя также со стороны мазовецкого князя Земовита. Мазовецкие князья, а именно из черской линии, все еще притязали на право наследования в Галицкой Руси со смерти Болеслава Тройденовича и потому именовали себя господами и наследниками Руси401. Неохотно подчиняясь своим соплеменникам-королям из дома Пястов, они в прежние годы подчинялись чешским королям, а теперь, когда влияние чешского короля на эти края прекратилось после смерти короля Иоанна, а новый чешский король и германский император, сын Иоанна Карл, жил в тесной дружбе с польским королем, мазовецкие князья или по крайней мере их подданные благоволили литовцам и соединенным с ними русинам и еще в 1353 году советом и делом поддерживали набеги литовцев на земли Немецкого ордена402. Дружба мазовецких князей или по крайней мере их подданных с литовцами беспокоила польского короля так же, как и немецких рыцарей. По этой причине папа уже давно старался отвратить мазовшан от союза с литовцами и пользовался в этом деле влиянием венгерской королевы Елизаветы403. В 1355 году отношение Мазовии к Польше изменилось в пользу польского короля. Из мазовецких князей еще живут Земовит и Казимир. Казимир умирает в 1354 году или в начале 1355-го, а Земовит получает оставшиеся после Казимира Черского земли и соединяет их со своими уделами, с Плоцким княжеством, приносит также оммаж польскому королю и признает его своим верховным государем в Калише в 1355 году. Обезопасив себя таким образом со стороны мазовецких князей и договорившись с венгерским королем, Казимир старался привлечь на свою сторону и татар и поднять их против Литвы404. В надежде, что 7 татарских царевичей обещали ему двинуться на помощь против Литвы, Казимир в 1356 году сам писал магистру Немецкого ордена, сообщая, что задумал предпринять последний поход против Литвы, и просил, чтобы магистр Немецкого ордена либо сам пришел со своим войском, либо по крайней мере, если сам явиться не сможет, прислал ему (Казимиру) свое войско на помощь405. За Казимира заступался также его зять, бранденбургский курфюрст Людвиг. Он писал магистру Немецкого ордена письмо в 1356 году406, в котором сообщает, что литовцы с сарацинами (татарами) и русинами нападали на земли польского короля и весьма жестоко их опустошали и что сам Казимир и все его союзники и соседи намерены будущим летом 1356 года выступить войной против Литвы со всеми своими силами и с могучим войском. От имени польского короля Людвиг усиленно просил, чтобы рыцари помогали Казимиру против врагов христианского имени.
Дошло ли в 1355 и 1356 годах до предприятий, которые замышлялись, положительно сказать не можем. В 1355 году или самое позднее в 1356 году король Людовик, должно быть вместе с Казимиром, предпринял поход на Литву и одержал какую-то блестящую победу над литовцами и русинами, за что папа в булле 1356 года407 хвалит и величает его. По всей вероятности, Казимиру помогал его зять, заступавшийся за него перед рыцарями Немецкого ордена, Людвиг, маркграф бранденбургский. Однако мы не знаем с уверенностью, следует ли смешивать поход на Литву венгерского короля Людовика, за который его величает папа в упомянутой булле 1356 года, с походом, к которому готовился Казимир. Если поход венгерского короля Людовика состоялся раньше, то мы не знаем, действительно ли Казимир осуществил свое намерение и выступил летом 1356 года в поле или, быть может, обстоятельства помешали ему предпринять поход на Литву.
Великий князь Ольгерд также искал союзников. Он держал дружбу с московским князем и выступал в 1352 году миротворцем между своим союзником, смоленским князем, и великим князем московским. Ольгерд при всей жестокой войне с орденом не выпускал из виду русских краев за Днепром. Он заключил в темницу брянского князя Василия, а после его смерти принудил город Брянск подчиниться Литве408. Его нейтралитет в войне брата Любарта с польским королем длился лишь до тех пор, пока Ольгерду не удалось примириться с Немецким орденом и побудить магистра Немецкого ордена Генриха Книпроде, мужа разумного и опытного, вступить с Литвой в дружественные сношения. О этих переговорах король Казимир знал и должен был знать, ибо рыцари Немецкого ордена, вместо того чтобы поддерживать его, оружием и войском поддерживали набеги литовцев на Польскую землю, открывали Литве через свою землю свободную дорогу в Польшу и даже строили необычные мосты на реках и так делали возможными походы литовских войск не только зимой, но и летом, когда растаявшие реки и трясины обычно затрудняли проход в тех краях, так что без помощи рыцарей, как господ тех краев, невозможно было бы пробраться из Литвы в Польшу. Напрасно папа в письме от сентября 1356 года упрекал рыцарей Немецкого ордена за такое поведение, напрасно выговаривал рыцарям за то, что они во время борьбы польского короля с Литвой без всякой причины вторглись в Мазовию, подлежавшую верховной власти Казимира, и заняли там некоторые замки409. Немецкий орден заботился больше о своей выгоде, чем об общем деле католичества. Он продолжал войну или по крайней мере давал повод к подозрению и опасению, которые побудили Казимира к решительному шагу — раз и навсегда окончить губительную войну с литовцами. Папа еще раз старался пригрозить Литве наступательной войной с помощью крестового похода, и действительно крестоносцы явились со всех сторон и расположились над Неманом, но победа, которую одержал над ними Ольгерд, убедила наконец Европу, что в то время прежним способом, с помощью крестового похода, нельзя было начать в Литве ничего важного. С того времени рыцари Немецкого ордена перестали тревожить Литву. Казимир, по всей вероятности, еще в 1356 году начал дипломатические переговоры с литовцами и татарами. Уже в январе 1357 года римский папа по жалобе Немецкого ордена упрекал польского короля за то, что тот в последнее время заключил перемирие и союз с литовцами, главными врагами Немецкого ордена, и с татарами, врагами христианского имени (cum Lithvanis pacem et confoederationem inivisti, cum Tataris foedus et ligam inis), и что он обязался платить ханам немалую дань с тех краев, приобретение которых стоило столько христианской крови410. 13 августа 1358 года последовало перемирие между Литвой и Земовитом, князем мазовецким. Были определены границы между Литвой и Мазовией в давних литовских областях411. Вероятно, еще до этого перемирия Ольгерд и Казимир уладили спор о земле Галицко-Владимирского княжества. Договорная грамота между Литвой и Польшей не сохранилась, но какие условия она содержала, легко догадаться по договорной грамоте, намеченной еще в 1354 году, которая, хотя тогда еще не вступила в силу, по всей вероятности послужила основой для нынешнего договора.
Договорная грамота между Литвой и Польшей была намечена в 1354 году412. Два рода, Гедиминовичей и Пястов, ручаются друг перед другом за свои владения, а присутствующие литовские князья ручаются за отсутствующих. Названы имена 5 сыновей Гедимина: Явнут, Кейстут, Любарт как присутствующие, великий князь Ольгерд и Кориат как отсутствующие. Монвид, старший сын Гедимина, умер еще прежде отца, а Наримунт пал на поле битвы на реке Страве в 1348 году. Вместо него упоминается его сын Патрикий как наследник отца. Из внуков Гедимина упоминаются Юрий Наримунтович и Юрий Кориатович как присутствующие; о прочих внуках Гедимина сказано в общем: «и за их сыновей мы ручаемся». Ольгерд стал великим князем лишь в 1345 году. Все братья Гедиминовичи воевали один за другого, что доказывает, что литовские удельные князья составляли вместе родовую связь, а русское дело считали общим родовым интересом. С польской стороны выступают князья из рода Пястов, а именно Казимир с мазовецкими князьями Земовитом и его братом Казимиром Мазовецким. Нельзя безусловно утверждать, что мазовецкие князья вместе с польским королем также составляли родовую связь, как литовские князья. Кроме имен князей из рода Пястов, перечисляются все области, принадлежащие польской короне. Эти области считаются землями, подвластными королю Казимиру («и с его землями»), хотя Черским и Плоцким княжествами еще владеют особые мазовецкие князья, Казимир и Земовит. Казимир Мазовецкий владел тогда Плоцком. Он был сыном Тройдена († 1341) и младшим братом Болеслава Тройденовича. После смерти Болеслава, сына Ванька, младшего брата Б. Тройденовича, Казимир получил Плоцк от польского короля, однако не как самостоятельный князь, а как лен польской короны. Болеслав, сын Ванька, умер в 1351 году. Казимир умирает в 1354 году. Следовательно, если бы этот договор был намечен до 1351 года, в нем без сомнения было бы упоминание и о Болеславе, князе плоцком, раз уже упоминается принадлежавшая ему Плоцкая земля; если же этот договор был намечен после 1354 года, то не было бы упоминания о Казимире как о лице живущем и участвующем в настоящем деле. Земовит был внуком Болеслава († 1313), отца Тройдена, от старшего сына Болеслава — Земовита, князя черского413. Он владел остальной Мазовецко-Черской землей. Больше мазовецких князей тогда уже не было в живых414. После смерти Казимира († 1354) король забирает все его края и дает их единственному оставшемуся мазовецкому князю Земовиту, который со своей стороны в 1355 году приносит польскому королю оммаж и обещание верности за все свои земли. Так в Польше родовая связь между князьями из рода Пястов постепенно превращалась в личные, зависимые отношения мазовецких князей к польскому королю. Как с одной стороны названы все литовские князья, так с другой стороны — все князья из рода Пястов, которые до тех пор еще не отчуждились от Польши (как это можно сказать о силезских князьях), а именно король Казимир Великий и оба мазовецких князя, Земовит и Казимир, частью как родственники, частью как князья, подвластные Казимиру.
Оба рода, Пясты и Гедиминовичи, ручаются друг перед другом за свои земли и владения, а именно Казимиру Великому ручается владение Львовской землей, а литовским князьям — владение прочими землями древнего Владимирского княжества, то есть землями Владимирской, Луцкой, Белзской, Холмской и Берестейской. Далее оговорены интересы венгерского короля, польского короля Казимира вместе с мазовецкими князьями («князья мнии», то есть меньшие), интерес Руси как польской, так и литовской, и, наконец, интерес татарского хана (хан называется в соответствующем документе царем). Предполагается союз венгерского короля с польским королем, как видно из пятого условия: «аще пойдет угорский король на Литву, польскому королю помогать», и татарского хана с Литвой, и признается верховная власть хана над подвластной Литве Русью, что видно из 9-го условия, в котором литовская Русь обязуется помогать татарам, если те идут не на Львовскую Русь, а на польского короля. Львовская земля изъята из-под власти татарского хана и подчиняется исключительно польскому королю. Это видно из 9-го условия, где предполагается, что татары могли бы оказаться в положении воевать Львовскую землю. При всем том оговорено, чтобы литовская Русь не оказалась вынуждена воевать свою братию — Львовскую Русь. Поэтому она не обязана помогать татарам, если бы те воевали Львовскую Русь. Венгерскому королю позволено воевать Литву и литовскую Русь, но польскому королю не позволено помогать венгерскому королю, если тот воюет не Литву, а литовскую Русь. Это условие (5) направлено против союза польского короля с венгерским, который вышеприведенным договором 1355 года обязался помогать польскому королю против литовских князей до тех пор, пока тот не придет к спокойному владению русскими землями. Польша, Венгрия и Татария выступают здесь как вполне независимые друг от друга государства. Венгерскому королю позволено воевать Литву, царю, то есть татарскому хану, позволено воевать Польшу и мазовецких князей («князья мнии»), Литве позволено помогать татарскому хану, если тот воюет ляхов или меньших князей, подвластных королю, то есть мазовецких князей. Польскому королю позволено помогать венгерскому королю, если тот воюет Литву, а не литовскую Русь. Литовские князья не смогли договориться с польским королем о восточной границе между Львовской и литовской Русью, поэтому Кременец был отдан Юрию, сыну Наримунта, и подчинен верховной власти Литвы и польского короля. Юрий должен был лишиться Кременца в случае нарушения мира. Мир был оговорен на два года, от Иоанна Крестителя, то есть с 24 июня. Быть может, литовские князья Ольгерд и Кейстут действительно соблюдали условия два года и лишь по прошествии двух лет снова выступили войной против Польши, в 1356 году. Любарт не соблюдал этих условий, поэтому частичная борьба не прекращалась и после заключения мира. Было оговорено, чтобы в эти два года не закладывать новых городов и не отстраивать сожженных вообще, а Кременца в особенности, чтобы тем обезоружить Русскую землю. Впрочем, были установлены все международные отношения между Литвой и Польшей, а спор о пленении Любарта поручен суду венгерских панов. Впрочем, этот договор вполне сходен с договором, который другой источник415 поместил в извлечении под годом, наступившим после изгнания Явнута. Почти те же самые условия различаются лишь в одном пункте, а именно, что литовские князья договорились тогда с польским королем не помогать одни против других и все споры между литовскими князьями и польским королем предоставить рассуждению (третейскому суду, arbitrio) венгерского короля. Второй договор между Казимиром с одной стороны и Литвой и татарским ханом с другой, заключенный еще до 24 января 1357 года, отличается от договора 1354 года тем, что был менее выгоден для Польши. Польша, правда, осталась во владении Львовской землей, а Литва — во владении прочими землями древнего Владимирского княжества. Казимир обязался ежегодно платить татарским ханам немалую дань за удержание Львовской земли и, следовательно, этим признал верховную власть татар над Львовской землей. С 1359 года мир с Литвой длился до 1363 года, в котором римский папа снова побуждал польского короля против литовцев, даруя отпущение всем, кто бы в течение 12 лет помогал польскому королю в борьбе с литовцами и иными язычниками416.
Примечания
Długosz L. IX. p. 1093.
К текстуKrommer L. XII. p. 315. 316.
К текстуДоговорная грамота. Акты Западной России, т. I.
К текстуDogeli codex diplomaticus. Stryjkowski et Kojałowicz.
К текстуAnonymus Gneznensis apud Sommersberg (T. II. p. 98.) et Długosz.
К текстуKojałowicz historia Lithvaniae T. I. p. 318.
К текстуKrommer L. XII. p. 316.
К текстуDługosz L. IX. p. 1096: «Князья Ольгерд, Кейстут и Скиргайло постоянно старались отомстить за это вторжение (Казимира)».
К текстуDługosz L. IX. p. 1097. ad a. 1353: «Любарт, коварно нарушив перемирие между королем Казимиром и литовцами, скрепленное присягой». —
К текстуСоглашение 1355 года, 24 января; Stadnickiego synowie Gedymina T. II str. 42 nota 67, извлечено из «Истории польского народа» Нарушевича.
К текстуNaruszewicza historya narodu polskiego ks. 23. T. IX. str. 191.
К текстуTheineri monumenta T. I. p. 558.
К текстуRaynaldi annales ecclesiastici. Stadn. syn. Gedym. T. II. str. 57—59 nota 229.
К текстуЗубрицкого «Повесть о Червонной Руси», ст. 116.
К текстуTheineri monumenta T. I. p. 551.
К текстуTheineri ibidem. 552.
К текстуБыть может, уже тогда Казимир принял на себя определенные обязательства по отношению к татарам.
К текстуVoigt codex diplomaticus prussicus T. III. p. 107.
К текстуVoigt codex diplomaticus prussicus T. III. p. 108.
К текстуRaynaldi annales ecclesiastici ad a. 1356. Stadnickiego Synowie Gedymina T. I. nota 85.
К текстуКарамзин Т. IV. ст. 174.
К текстуTheineri T. I. p. 577.
К текстуTheineri monumenta T. I. p. 581: «За некую часть русских схизматиков, которую ты отвоевал себе ценой большого пролития христианской крови, ты сделал себя данником царя тех же татар, платя ему немалую ежегодную подать».
К текстуСоглашение у Нарушевича, кн. 23, стр. 203; послом, действовавшим при этом договоре, среди бояр назван Васько Кердеевич.
К текстуПо моему мнению, после войны венгерского и польского королей в 1354 году. Этот документ, впрочем, без даты и без печатей. Акты Западной России, т. I, ст. 12.
К текстуКазимир и Земовит не были родными братьями, хотя настоящее соглашение без даты называет Казимира братом Земовита; они были двоюродными братьями.
К текстуKrommeri L. XII. p. 318. Кромер здесь решительно отвергает известие Длугоша о некоторых поименно названных лицах из мазовецких князей как неправдоподобное.
К текстуKrommeri inventarium, u. s.
К текстуЕще в 1358 году, когда длилось перемирие между Литвой и орденом, рыцари, быть может побужденные литовцами, напали на области Казимира и забрали некоторые замки без всякой справедливой причины. Литовцы также выставляли неприятельские полки против христиан. Это побудило Казимира жаловаться римскому папе, который письмом от января 1359 года (Theineri m. T. I. p. 588) поручает пражскому архиепископу примирить Казимира с орденом. С того времени до 1363 года мы ничего не читаем ни о каких враждебных предприятиях Литвы или Немецкого ордена, часто действовавшего в согласии с Литвой против Казимира и польских краев.
К тексту