3. О расширении пределов русского государства посредством удачных походов на смежные славянские и неславянские племена, о походах на Царьград в 912, 941…
Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Русский перевод.
Вера христианская еще не озарила и не просветила умов князей Рюрика и Олега и его дружины. Языческие волхвы предсказывают Олегу, что он умрет от любимого своего коня. Князь велел скрыть коня, чтобы избежать предсказанной смерти, но когда, вернувшись из славного похода на Грецию, он узнал о смерти своего коня, то посетил его могилу, толкнул ногой череп и посмеялся над пророчествами волхвов. Но тут его ужалила змея, скрывавшаяся в черепе конского остова, и князь от этого умер. Смерть Олега убедила дружину в истинности идолопоклонства и в высшей силе волшебников и служителей языческих богов.
В правление Олега через Русь прошли полчища кочевого народа угров (мадьяр); они стали станом над Днепром и раскинули шатры. Призванные греческими императорами против придунайских булгар, они перебрались через Русь и заняли придунайские края9.
Народ чтил память князя-витязя Олега и прозвал его вещим, то есть мудрым.
Игорь
После смерти Олега ему наследовал Игорь (913—945). Игорь жил в дружеских сношениях с Грецией, а Греция платила Руси дань, условленную прежними договорами. Игорь помогает греческому императору русскими кораблями, и они сопровождают греческий флот в его походе на Италию в 936 году.
Но когда император Роман Лакапин отказал Руси в условленной дани, Игорь предпринял два похода на Грецию, один в 941, другой в 944 году. Русь под предводительством князя в первый раз движется на Царьград на 10000 кораблях, а во второй раз — сухим путем и на кораблях. В первый раз русины опустошают окрестности Ираклии и Пафлагонии. Они сразились с греками на море в морской битве и, побежденные греками, едва спаслись бегством на корабли и уплыли домой. Во второй раз греки встретили Игорево войско у устья Дуная. Послы, высланные греческим императором, обещали дань и предложили условия договора. В этой войне Игорю помогали призванные полки варягов из Скандинавии и печенеги. Как тогда, так еще и позднее русские князья из варяжского рода поддерживали связь со своими соплеменниками в Скандинавии. Игорь призвал варягов как вспомогательную рать против византийского царя. — Печенеги вытеснили угров из поволжских областей, а сами, теснимые узами и половцами, появились на Руси при Игоре в 915 году, заключали с ней мир, то снова воевали (920 год); в то же время они продвигались к Дунаю, помогали булгарам в борьбе с византийскими императорами и прибегали на своих легких конях на неизмеримые пространства над Черным морем вплоть до Дуная и Алюты. Печенеги, помогавшие Игорю в этой войне с греками (944), хитро подкупленные дарами греков, отступились от него. Вследствие этого отступничества печенегов договор Игоря с греками был менее выгоден, чем тот, который Русь заключила с Грецией во времена Олега (912 г.).
Во времена Игоря славянские племена стремятся отделиться от состава новоучрежденной Русской державы, противятся нынешнему князю и пытаются с оружием в руках вернуть себе независимость. Первый пример такого сопротивления подали древляне. Отношение славянских городов и племен к князьям сложилось следующим образом. Славянское общинное устройство претерпело с приходом варягов большую перемену. Князья вместо старшин из славянских племен посылали в города своих посадников-бояр, которым доверяли охотнее, чем избранным народом славянам10. Княжеские бояре, вступив в права старейшин, пользовались их доходами и, в противоположность прежнему устройству, зависели от князя, князья же, напротив, распоряжались исключительно доходами своих посадников. Покоренные славянские племена выставляли полки и помогали князьям в их частых походах на Царьград. Князь во главе своей дружины лично объезжал племена, становился станом на их земле, собирал дань, состоявшую из хлеба и пр., повышал дань по своему произволу, под предлогом дани грабил народ и, набрав вдоволь имущества, раздавал его дружине или возвращался с добычей домой. Недовольные новым положением в составе Русской державы, древляне вскоре после смерти Олега подняли открытый мятеж. Покоренные сподвижниками Олега после многих усилий, они утихли, служили в походах на Грецию вместе со своими соплеменниками тиверцами и прочими славянскими племенами, но, доведенные данью князя до крайности, в 945 году еще раз подняли мятеж, захватили князя и умертвили его ужасным образом. Впрочем, Игорь не обладал ни прозорливостью Олега, ни его ничем не сломленной энергией. Большая часть его правления, а именно время с 913 по 941 год, за исключением 920 и 935 годов, прошла в мире. Наибольшее влияние на государственные дела имел покоритель тиверцев и уличей Свенельд. Князь назначил ему дань, причитавшуюся с древлян, и тем отдал ему предпочтение перед прочей дружиной. Свенельда окружали отроки, то есть приближенная служба. Собранной данью обогащаются его отроки. Прочая княжеская дружина ропщет на такое возвышение и обогащение одного из своей среды, принуждает князя увеличить дань с древлян, чтобы сравняться со Свенельдом, и таким образом вызывает вышеупомянутый ужасный мятеж. Со времени правления Игоря все больше утверждалось христианство в Киеве. С тех пор как епископ, присланный греческим патриархом Фотием, крестил Аскольда и Дира11, часть княжеской дружины исповедовала веру Христову. Церковь св. Илии, построенная внутри Киева, служила общине христиан, состоявшей из поселившихся греческих купцов и крестившихся русских бояр, храмом и местом, где целовали крест и клялись истинным Богом в подтверждение заключенных всенародных договоров. Рядом с церковью св. Илии в Киеве еще возвышались кумиры Волоса и Перуна; им языческая часть княжеской дружины приносила жертвы и воздавала обычное поклонение. Гробы Олега и Игоря отмечали курганы, насыпанные, вероятно, по стародавнему обычаю руками людей.
Народ взирал на эти курганы, связывал с ними исторические предания и рассказывал о походах, пирах и пр. тех князей, которые покоились под этими курганами.
Ольга
После неожиданной смерти Игоря остался четырехлетний Святослав, единственный сын князя Игоря. Вопреки прежнему варяжскому обычаю, исключавшему жен из правления, власть над русскими землями приняла мать Святослава, вдова Игоря, благоразумная полочанка Ольга. Она княжила до совершеннолетия своего сына, с 945 по 955 год. Ольга поручила начальство над войсками опытному воеводе Свенельду, а воспитание сына Святослава — боярину Асмуду. Прежде всего она отомстила древлянам за смерть своего мужа: коварным способом умертвила около 5000 древлян, сожгла их город — и все это для того, чтобы строгостью и ужасом удержать и прочие славянские племена от опасного подражания древлянам, взбунтовавшимся против новой власти. Ольга все время своего правления занималась устройством порядка у покоренных славянских племен. Племенные славянские князья пользовались лишь незначительными личными выгодами. Их власть была ограничена вечем, на котором собравшиеся старейшины общины решали важные дела. Ольга уничтожила власть племенных князей у древлян12. Древние славянские общины считали землю общей собственностью. Члены общины обрабатывали землю сообща вместе со своими домочадцами и делили полученные плоды сообразно своим нуждам. Ольга лично объезжала области древлян, полян, северян и пр. По берегам Днепра, Десны, Мсты и Луги она делила землю на погосты между жителями, устанавливала и повышала поземельные подати соответственно земельным владениям13. Для усиления центральной власти Ольга определила и устроила княжеские ловища и доходы.
В 955 году, когда Святослав достиг 18 лет, она передала ему правление, а сама в сопровождении русских бояр и послов от русских городов отправилась в 955—957 годах в Царьград, посетила двор византийского царя Константина Багрянородного (†959) и приняла здесь из рук греческих священников святое крещение. Пока Святослав скитался по Греции, Болгарии и Хазарии в поисках славы и добычи, Ольга провела остаток своей жизни в Киеве, заботилась о распространении христианства и двум доверенным ей внукам, Ярополку и Олегу, дала, вероятно, христианское воспитание. Но все усилия Ольги склонить Святослава к принятию веры Христовой остались безуспешными. На увещания матери князь отвечал: «Как я один приму закон Христов, а дружина моя станет надо мною смеяться». Проведя большую часть своего правления в военных подвигах и ожесточив свое сердце, ни князь, ни его дружина не имели понимания для света учения Христова, которое согревает любовью сердце человеческое и облагораживает душу его. В глубокой старости Ольге пришлось оказаться в опасности со стороны воинственных печенегов. Во время пребывания Святослава в Болгарии на Дунае печенеги осадили Ольгу вместе с юными Святославичами в Киеве и овладели бы городом, если бы не отвага и мужество русского воеводы Претича. Казацким обычаем Претич подплыл с военным отрядом к Киеву и к станам печенегов и обманул их хитрой вестью о приближении Святослава. Печенеги, услышав это, испугались, оставили дальнейшую осаду Киева и в 968 году ушли в свои кочевья. Ольга умерла в 969 году. Народ прозвал ее «денницей перед солнцем, зарей перед светом, луной-светильником среди ночи, бисером (то есть жемчугом) в грязи (болоте14)» — потому что Ольга просветилась учением Христа в то время, когда большая часть русского мира еще поклонялась бездушным идолам, и что она своим примером предварила всеобщее распространение божественного света учения Христова, как заря — свет, как денница — солнце.
Святослав
Святослав был необычайно воинственного духа; он покорил вятичей на Оке, плативших дань хазарам; в 966 году он предпринял поход на хазар. Святослав разгромил Хазарскую империю, занял их главный город на Волге — Саркел — и распространил свою власть до Кубани и подножия Кавказа. Эти области выступают позднее в русской истории под именем удельного Тмутараканского княжества.
В 967 и 969 годах Святослав предпринял поход на булгар, а именно в 967 году греческий царь Никифор призвал Святослава против болгарского царя Петра за то, что тот не хотел признавать его верховной власти. С огромным войском Святослав двинулся на ладьях к Дунаю, овладел столицей Болгарского царства Переяславцем и избрал себе этот город на Дунае второй столицей. Святослав носился с мыслью завоевать Византийскую империю. Он охотнее всего пребывал в Переяславце и называл этот город серединой своей земли15. Вернувшись по просьбе матери и киевских горожан в Киев, он прогнал печенегов в степь и снова, вопреки всем увещаниям умирающей матери, вскоре после ее смерти вернулся в Болгарию, в придунайские области. Тем временем Никифору наследовал царь Цимисхий, который после смерти болгарского царя Петра поладил с болгарами. Болгары опомнились и отняли у Руси Переяславец. Святослав взял Переяславец приступом, двинулся на Грецию и одолел византийского императора под Адрианополем. Но так как эта победа стоила Святославу многих храбрых воинов, то он лично встретился с византийским царем под Доростолом и заключил с ним мир. Вследствие этого Святослав ушел из Переяславца и, обремененный добычей и сокровищами, возвращался домой. Перезимовав у устья Днепра в Белобережье, он поплыл на ладьях вверх по Днепру и подступил к порогам, не послушав совета опытного воеводы Свенельда обойти эти опасные места сухим путем, где, по слухам, его подстерегали враги-печенеги. Бесстрашный витязь, не привыкший уклоняться от опасности, попал в руки печенегам. Они убили князя и большую часть его дружины в 972 году. Свенельд с малой остальной частью счастливо вырвался из расставленной сети, пробился через заслоны этого дикого народа и с печальным сердцем вернулся в Киев в 972 году. Святослав, воспитанный воеводой Асмудом, проводил большую часть своей жизни под открытым небом без шатра; конское седло было ему изголовьем, а звериное мясо, жаренное на углях, — обычной его пищей.
Ярополк
До сих пор Рюрик и Игорь оставили каждый по единственному сыну, который был природным наследником отцовской власти и державы. Святослав оставил трех сыновей: Ярополка и Олега от законной жены, а от своей ключницы Малуши — сына Владимира. По норманнскому обычаю все сыновья великого князя имели право на удел. Удел становился собственностью потомков того князя. Отношения удельных князей между собой и к великому князю еще не были ближе определены. Святослав последовал этому норманнскому обычаю еще перед своим последним походом в Болгарию в 969 или 970 году: он назначил Ярополку Киев и всю землю на левом берегу Днепра, а Олегу — Древлянскую землю вместе с прочими областями на правом берегу Днепра вплоть до Карпатских гор. Первым поводом к такому разделу послужили князю желания новгородцев. Новгородцы, наученные Добрыней, просили Святослава дать им в князья Владимира16. Киевляне тем усерднее желали присутствия князя, что печенеги угрожали киевлянам. Святослав не хотел оставаться в Киеве; неутолимая жажда славы влекла его на юг. Однако он не мог оставить Киев, которому грозили печенеги, без защиты, когда мать его умирала. Святослав признал справедливыми желания киевлян и исполнил их настолько, что поставил им вместо себя князем сына Ярополка. Олегу он отдал Древлянскую землю, Владимира же отпустил в Новгород. Владимир отправился туда с Добрыней, братом своей матери.
После смерти Святослава сыновья перессорились между собой. При Ярополке находился Свенельд, служивший отечеству при нескольких князьях. Случилось так, что когда однажды его сын Лют отправился на охоту в древлянские леса, его встретил там князь Олег и убил. Оскорбленный этим Свенельд подговорил Ярополка против Олега. Ярополк выступил с ратью в поле против Олега, победил его и погнался за ним к Овручу. Олег при входе в этот город упал с моста в ров, был завален телами коней и людей и задохнулся. Ярополк тотчас завладел его землями.
Норманнские обычаи укоренялись в русском обществе через князей варяжского племени. Так, например, Олег убил Свенельдова сына Люта по той причине, что тот вторгся в леса и области, предназначенные исключительно для охоты князя Олега, и охотился там на зверя. Право на ловища было у норманнов очень строгим и во многих случаях карало нарушителей смертью или потерей членов. Так и родовая месть, неизвестная славянским племенам, нашла в это время полное применение.
Владимир
Владимир решил из Новгорода отомстить за насильственную смерть брата Олега. Он бежал, по-видимому по совету Добрыни, в Скандинавию, привел оттуда свежие отряды варягов, двинулся на юг и овладел Полоцком. Здесь он умертвил тамошнего князя Рогволода, похитил его дочь Рогнеду, обрученную с Ярополком, после чего подступил к Киеву и осадил Ярополка в Киеве. Ярополк ушел было из Киева в Родню, но тут по совету своего советника Блуда (ибо Свенельд, по-видимому, незадолго перед тем умер), тайно изменившего своему князю, отдался в руки Владимиру, который велел умертвить его в тереме отцовского княжеского дворца в 980 году.
Существует мнение17, что Блуд и Добрыня были приверженцами идолопоклонства, что оба последних князя, Олег и Ярополк, благоволили христианству, что огорченные умерщвлением Ярополка киевские христиане грозили открытым мятежом и что Владимир, чтобы обезопасить свою власть, решил укрепить языческую партию. Поэтому Владимир в Киеве, а Добрыня в Новгороде восстановили кумиры и возобновили жертвоприношения. Народ, бояре и старцы киевские совещались о делах, угодных идолам. Сын христианина-варяга был по жребию назначен в кровавую жертву богам. Отец не подчинился этому, но взял сына под защиту и стал всенародно доказывать, что идолы — не боги, а мертвое дерево18. Разъяренная этим толпа киевлян разметала дом, в котором заперлись сын и отец, и умертвила обоих под его стенами. — Существует также мнение19, что упомянутый варяг-отец был каким-то важным и опасным противником партии идолопоклонства. Варяги, призванные Владимиром из-за моря на помощь, помогли ему было победить брата; но за это они домогались награды и чинили жителям насилия. Они также подкрепляли варяжскую стихию и препятствовали полному смешению варяжского правящего рода со стихией славянской. Беспокойство новых пришельцев становилось вредным для нового общественного порядка. Поэтому Владимир решил избавиться от этих призванных варягов; лучшим из них он раздал города20, других же отослал в Грецию с тайной просьбой к византийскому царю принять их к себе на службу и не позволять им возвращаться назад на Русь. Устроившись дома, Владимир пошел по стопам Святослава. Некоторые города и племена еще во время слабосильного Игоря или во время походов Святослава на Болгарию и Грецию отложились было от Русской державы и от ее средоточия, Киева. А именно, вятичи и радимичи перестали было платить положенную дань. Так, например, и Полоцк было оторвался и принял себе в князья пришедшего из-за моря Рогволода. Города Червен и Перемышль были завоеваны соседними ляхами, которые уже соединились в более крупное государство (Польшу). Также и хорваты в продолжение правления Владимира было отложились от него. Полоцком Владимир завладел еще тогда, когда шел с ратью из Новгорода к Киеву против своего брата Ярополка. Тогда он убил Рогволода, женился на Рогнеде, невесте брата Ярополка, и присоединил Полоцк к своим владениям. В 981 году Владимир предпринял поход на ляхов и завладел Червеном21, Перемышлем и многими другими городами, находившимися в руках ляхов; в 981 и 982 годах ходил ратью на восставших вятичей и радимичей и снова покорил эти происходившие от ляхов племена; в 992 году направил свой поход на хорватов, которые, восстав, отказались платить положенную дань. Владимир смирил их оружием и так восстановил власть Рюрикова рода над всеми племенами, которые уже повиновались его предкам. Владимир воевал также с чужими народами. В 983 году он ходил на ятвягов, поселенных вдоль Западного Буга, и захватил земли этого племени вплоть до Дрогичина (Дрогичинъ) и Бреста (Брестъ), недалеко от ляшского города Люблина. В 985 году ходил с Добрыней на ладьях против камских булгар на Волге, победил их и заключил с ними мир. В 988 году он отправился на ладьях вниз по Днепру в Крым, — а эта область, бывшая подвластной хазарским ханам, после разорения хазарской столицы Саркела на Волге находилась под верховной властью византийских императоров. Владимир силой взял стольный город этой области Корсунь и вывез драгоценную церковную утварь и произведения греческого искусства, два медных изваяния, четыре медных коня и пр. Владимир пожелал взять себе в жены у верховных владык херсонесской области, византийских императоров, братьев Василия и Константина, их сестру Анну. Императоры согласились при одном лишь условии: чтобы Владимир оставил идолослужение и крестился. Владимир исполнил предложение византийских императоров и принял веру Христову в завоеванном им городе Херсонесе. Тогда императоры прислали Владимиру свою сестру Анну, которую он взял себе в жены. Херсонес он вернул греческим императорам, а заключенный с Византийской империей мир соблюдал до самого конца своей жизни. Еще перед походом на Корсунь Владимир поколебался было в идолопоклонстве. Он совещался вместе с высшим сословием русского народа, боярами и старцами, какую веру подобало бы принять вместо язычества. Князь, бояре и старцы, испытав все употреблявшиеся в те времена богослужения, убедились в истинности веры Христовой, полюбили благолепие восточного обряда и решили принять греческое вероисповедание. Это заранее обдуманное намерение исполнилось в Корсуни. Князю последовали бояре и крестились в Корсуни; примеру князя и его дружины последовал весь народ. По возвращении князя в Киев народ по его приказу толпами собирался на берегах Днепра, погружался в воду и принимал святое крещение из рук херсонесских и греческих священников, прибывших с этой целью в Киев, в 988 году22. С этих пор душа Владимира переродилась. Он оставил жестокость, принял милосердие, отверг злобу, облекся любовью, оставил гибельные наступательные войны, вел войны лишь ради защиты целости и безопасности своей державы от внешних неприятелей и остаток своей жизни посвятил внутренним делам и благоустройству Руси. Владимир уничтожил кумиры, распространял веру Христову, строил церкви по городам и областям Руси, а именно основал церковь св. Василия и св. Богородицы в Киеве. Основал также училища, определил доходы церквам и назначил десятину из городских доходов на содержание церкви св. Богородицы и ее служителей в Киеве. Чтобы обезопасить край от свирепых печенегов, он закладывал города по Десне, Остру, Суле, Стугне, Трубежу и на Ирпени23. Оборонительную войну с печенегами Владимир вел в 996 и 997 годах под Переяславлем, Киевом и Василевом, большей частью безуспешно, потому что князь отошел от военных дел, воины его разошлись, и не было у него ни воинов, ни коней, ни оружия. Осмелевшие от этого злые люди начали чинить в крае насилия и разбои. Епископы и старшина совещались о состоянии края и увещевали князя, чтобы он, по своему званию, выступил на защиту края против безбожников и пресек беззаконие казнями. По совету этих мужей смертная казнь была заменена высокими денежными штрафами, а деньги, полученные таким образом, назначены были на покупку оружия и коней. Впрочем, Владимир сохранял мир с соседями — с польским и чешским королем Болеславом и с венгерским королем Стефаном.
Владимир разделил землю по норманнскому обычаю между своими 12 сыновьями, которые должны были вносить дань в отцовскую казну. Новгородцы задумали отложиться от великого князя и отказались платить дань. Ярослав встал заодно с новгородцами, призвал норманнов и готовился к войне против отца. Кроме того, в последние годы жизни Владимира опечалило нападение печенегов на Русскую землю. Владимир послал против печенегов своего сына Глеба с киевским полком, а сам готовился к походу против сына; но тут в 1015 году его застигла смерть.
Этот князь, преобразив себя крещением, утратил после крещения свой богатырский характер и оставил военную жизнь, но зато добрыми установлениями заслужил благодарность Руси, а крещением русского народа достиг подобающего места в числе угодников Божиих.
Сыновья Владимира заняли свои уделы еще до смерти отца. Среди прочих княжили: Святослав — в Древлянской земле, Всеволод — во Владимире Волынском (Володимиръ Волыньскій), к которому, по всей вероятности, были присоединены и подкарпатские хорваты, и области над Саном и над Днестром; Глеб — в Муроме, Борис — в Ростове, Ярослав — в Новгороде, Святополк — в Турове и пр. Вскоре после смерти отца между братьями вспыхнула вражда. Их отец Владимир, убив Ярополка (как мы сказали об этом выше), взял себе в жены его уже беременную жену, и она родила сына Святополка24. Святополк был, таким образом, сыном не Владимира, а Ярополка. Этого Святополка Владимир женил на дочери польского князя Болеслава Храброго. Владимир, умирая, по-видимому, не определил, кто после его смерти должен занять великокняжеский престол в Киеве. Право на этот престол по древнему норманнскому обычаю принадлежало старшему из братьев или сыновей умершего князя. Святополк, как старший в роде, опередил родного сына Владимира, Ярослава, и поспешно сел на осиротевший престол Владимира.
Святополк
Этот властолюбивый князь, чтобы устранить всех прочих сыновей Владимира от опасного для него соперничества, находясь при смерти Владимира в Киеве, утаил его смерть и созвал братьев, будто бы от имени отца, в Киев, чтобы выслушать последнюю волю отца, но тут поубивал обманутых князей, а именно Глеба и Бориса на пути в Киев, и поубивал бы и остальных, если бы их сестра Предслава заблаговременно не предупредила братьев о злом намерении Святополка и не остерегла их от сетей, расставленных на их жизнь.
Существует мнение25, что в это время умер Всеволод Волынский и что Святослав присоединил его область к своим владениям. Таким образом, Святослав владел древлянами, Волынью и Хорватией. Святополк выступил против Святослава в поле и победил его. Побежденный Святослав двинулся на юг через Карпаты в Венгрию, но в пути был настигнут Святополком и убит в поле близ Синеводска, где предание увековечило память об этом событии, называя до сего дня место, где совершилось убийство, долиной Святослава.
Ярослав
Ярослав Новгородский выступил мстителем за убитых братьев с помощью новгородцев и призванных из-за моря варягов. Святополк со своей стороны призвал печенегов. Печенегам эти усобицы были очень на руку, и они готовы были помогать любому из враждующих братьев уже ради того, чтобы спорами братьев Русская земля ослабела. Братья сразились у Любеча. Святополк был разбит и бежал к своему тестю Болеславу Храброму в Польшу. Болеслав вступился за Святополка в 1018 году, разбил Ярослава на берегах Буга, завладел Киевом и снова посадил на великокняжеском престоле в Киеве своего зятя Святополка. Побежденный Ярослав удалился в Новгород. Возвращаясь домой, князь Болеслав воспользовался усобицей русских князей и завладел городами Червеном, Перемышлем, Белзом и прочими червенскими городами26, которые еще со времен Владимира (981) принадлежали Руси.
Как только Болеслав удалился в Польшу, Ярослав с помощью новгородцев и, вероятно, своей партии в Киеве прогнал Святополка из Киева. Святополк вторично бежал к печенегам и с помощью этого народа сразился с Ярославом на берегах Альты, однако был разбит, бежал вон из отечества и больше уже не вернулся. Вследствие этой победы Ярослав завладел Киевом. Вскоре после того, а именно в 1026 году, против Ярослава выступил его брат Мстислав Тмутараканский, победил его у реки Руды близ Листвена и принудил по договору уступить ему всю часть Руси, лежавшую на левом берегу Днепра, с главным городом этих заднепровских краев — Черниговом.
Примечания
Chronica Nestoris ut supra pag. 12. «В лето 6406 (898) шли угры мимо Киева горою» и пр.
К текстуChronica Nestoris, ut supra pag. 10. «И принял власть Рюрик и раздал мужам своим города: одному Полоцк, другому Ростов, иному Белоозеро».
К текстуЗубрицкаго История Галичскаго княжества Т. I. стр. 136—137. Примечание 30.
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 33. «Ольга же старейшин города сожгла, а прочих людей одних избила, других отдала в рабство мужам своим».
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 34: «Пошла Ольга по Древлянской земле с сыном своим и с дружиной, устанавливая уставы и уроки» и т. д. «Пошла Ольга к Новгороду и установила по Мсте погосты и по Луге оброки и дани» и т. д., «и по Днепру перевесища и по Десне».
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 39.
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 39: «Хочу жить в Переяславце на Дунае, ибо там середина земли моей, ибо туда сходятся все блага: от греков — золото, паволоки, вина, разнообразные плоды, из Чехии же и из Венгрии — серебро и кони, из Руси же — меха и воск, мед и челядь».
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 40. «И сказали новгородцы Святославу: дай нам Владимира».
К текстуЗубрицкаго история галичскаго княжества. Т. I. с. 163. 164.
К текстуChronica Nestoris ut. s. pag.
К текстуЗубрицкаго История Т. I. стор. 167.
К текстуChronica Nestoris ut s. pag. 46. «Избрал из них мужей добрых, смышленых и храбрых и раздал им города».
К текстуПокойный Ходаковский в статье «Пути сообщения древней России», напечатанной в «Русском историческом сборнике» в Москве, т. I, с. 10, 1837, утверждает, что западные бужане, или волыняне, жили независимо вплоть до 981 года. В том году Владимир взял их город Волынь, лежавший у устья реки Гучвы, обширный вал которого с особым славянским городком и множеством курганов внутри этого вала и на восточной стороне Буга виден по сию пору. Основание города Владимира на реке Луге, названного по имени этого великого князя, было, вероятно, следствием упадка древней Волыни, жестоко наказанной, быть может, за упорное сопротивление. —
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 71. 72.
К текстуChronica Nestoris ut supra pag. 74.
К текстуChronica Nestoris pag. 46. «Владимир же познал жену брата, гречанку, а она была беременна, и от нее родился Святополк; от греховного же корня зол плод бывает».
К текстуЗубрицкого История Галичского княжества. Т. II. ст. 5.
К текстуChronica Nestoris u. s. pag. 89. «Болеслав же бежал из Киева, взяв имущество и бояр Ярослава и сестер его, и людей множество повел с собою, и города червенские забрал себе».
К тексту