24. О границяхъ Галицко-Володимирского княжества
Исидор Шараневич. История Галицко-Владимирской Руси. Оригинал на галицком «язычии».
Границя Володимирско-Галицкого княжества тягнула ся за временъ Данила ôтъ вершинъ, зъ которыхъ вытѣкае рѣка Вислокъ, по при тую рѣку до Сана160, далѣй полемъ къ Вепру, прибочнôй рѣцѣ западного Буга, по тôмъ рѣкою Вепромъ и сухимъ полемъ ажь до рѣчки Тисмяницѣ, котора зъ правой стороны впадае въ Вепръ. Село Воинъ, лежачое въ поближію Тисмяницѣ недалеко ôтъ ей устя въ Вепръ, приналежало до Володимирского княжества161. Ôтси тягнула ся границя далѣй сухимъ полемъ и доплывами Нарвы ажь до лѣвого берега той рѣки, включаючи городы пограничніи въ земли Ятвязкôй Дрогичинъ, Бересть, Каменецъ и Бѣльскъ. Предѣлы Володимирско-Галицкого княжества сближались ôтси до жерелъ рѣки Нѣмна и припирали часами ажь до лѣвого берега той Литовской рѣки, далѣй простирались до Березины и Друча, прибочныхъ доплывôвъ Днѣпра, ажь до устя ихъ въ Днѣпръ, а Днѣпромъ ажь низше Кіева. Дальше переходила границя до жерелъ Случа и до восточного Бога. Вздолжь Бога сусѣдили Русины съ Половцями и Татарами. Границя тутъ на полудне ôтъ часу до часу змѣнялась, такъ якъ и на полнôчь ôтъ Литвы предѣлы то посували то приближали ся. Въ загальности сказати можна, що границя не доходила нисшого Бога, но ôтступивши ôтъ него, склоняла ся къ устю Днѣстра — дальше вздолжь побережія чорного моря, притыкала до Дуная, Прута и вздолжь Прута до хребтôвъ Карпатскихъ гôръ у жерелъ его, наконецъ вздолжь хребта тыхъ гôръ сягала ажь до вершинъ Вислока, а може и по за жерела Вислоки по Тыличь162. Межи княжествомъ Краковскимъ и Галицкимъ была якая-то стратегичная линія. Въ лѣтописи вспоминае ся мѣсто, черезъ которое должно было переходити зъ Кракова до Белза, названое Ворота и Наворота163. Року 1268, коли Болеславъ, князь Краковскій воюе напротивъ Шварна, полки его обшедши Наворота устремились къ Белзу и начали села жечи, на поворотѣ же до дому сразились Польскіи полки съ Рускими полками Шварна у Воротъ. „Ляхове еще бяхутъ не вошли въ свою землю, но токмо бяхутъ Ворота прошли, се же бяшетъ мѣсто твердо, зане не можно бысть обôйти никуда — тѣмже нарѣкахутъ ся ворота тѣсноты рады.“ Въ тыхъ предѣлахъ мѣстило Володимирско-Галицкое княжество цѣлу Волыньскую землю, сягаючую ôтъ западного Буга по Днѣпръ и Припеть, часть Литовского Полѣся164. такъ званую горную сторону Перемышельскую надъ Саномъ и куснѣкъ Галицкого Пôдгôря165, цѣлое Покутье, т. е. области по правôй сторонѣ Днѣстра ажь по Карпаты, цѣлое Подôлье т. е. просторонь ôтъ рѣки Стрыпы ажь по за Днѣперъ до Чорного моря и Понизье, обнимаючое цѣлое побережье низшого Днѣстра ажь до устя тогоже въ чорное море166. Тая держава дѣлила ся за временъ Данила и его наслѣдникôвъ на княжества, Галицкое, Перемышльское, Белзкое и Володимирское. Княжество Володимирское роскладалось на землю Володимирскую, Луцкую и Берестейскую, а княжество Белзкое на землю Белзкую и Холмскую167.
Тіи землѣ частію одѣдиченіи ôтъ Романа, а частію приобрѣтени и умножени оружіемъ Данила уважаніи были яко собственнôсть рôду Романовичей.
Князь Данило укрѣпивши ся на престолѣ, роздалъ землѣ просторонного Галицко-Володимирского княжества межи свою найближшу семію, именно надѣлилъ Василька Володимирскимъ, Шварна Галицкимъ, а Льва Перемышльскимъ княжествомъ. Всѣ три повинуютъ ся Данилу яко верховному князю. Они являютъ ся на челѣ полкôвъ и участвуютъ по приказу Данила въ военныхъ подвигахъ. Однакожь не были то послухъ и повинованье ся принуженое, но добровôльное, опертое на родинной системѣ, совокупляючой значительну часть руского племени въ бôльшую политическую цѣлôсть. Въ прочемъ Данило хотя верховный князь и воджь не поступалъ самовôльно, но передъ начинаньемъ важныхъ дѣлъ требовавшихъ общого содѣйства, созывалъ братôвъ и сынôвъ своихъ на совѣтъ и сгадавши ся съ ними, предпринималъ военніи походы, або заключалъ договоры съ сусѣдними народами.
Зъ побôчной линіи того рода проживали за Данила еще Всеволодъ сынъ Александра Белзкого, и Ярославъ и Всеволодъ сынове Ингваря Луцкого. Ярославъ надѣленый былъ якій-то часъ Кіевомъ. Чи Ярославъ посѣдалъ еще якій иный удѣлъ по ôтци, и чи Всеволодъ сынъ Александра и Всеволодъ сынъ Ингваря якимъ удѣломъ надѣленіи были, жерело не вспоминае. Всеволодъ Ингваревичь приводитъ Данилу военніи полки зъ Волыня пôдъ Галичь, а Всеволодъ Александровичь служитъ въ ополченю Данила пôдъ Ярославомъ. Зôстаютъ такожь въ службѣ Данила вышь помянутіи князѣ Черниговскіи Василько и Мстиславъ Глѣбовичѣ, бѣжавшіи передъ Татариномъ. Такожь вспоминаютъ ся якіи то князѣ, обитаючіи около Луцка168, може потомки Ингваря Луцкого и его сына Ярослава. Въ Кремянци предстоитъ городу якій то князь Андрей169, но якого ôнъ былъ происходженя, незнати. Зверхъ того пôдвладніи суть Данилу князѣ Пинскіи Теодоръ, Демидъ и Юрій, и князѣ Болоховскіи, обитаючіи на Подôлю, и Бѣлоберезцѣ и Чернятинцѣ (князѣ Бѣлобережа и Чернятина). Князѣ Болоховскіи не приклонніи были Данилу, и пôддали ся Татарамъ добровольно, прото не годовалъ Данило на нихъ, що бôльшу надѣю на Татарву якъ на него покладали170. Они входили въ порозумлѣнье съ боярами Галицкими и вспирали кôлькакротно полки чужихъ князей на Галицкій престолъ, ажь р. 1257 вразъ съ Бѣлобережцями и Чернятинцями конечно Данилу покорили ся. Болоховскіи князѣ были по всей вѣроятности половецкого племени, которіи зрущивши ся зôставали въ областяхъ межи Днѣпромъ а Богомъ; по переселеню собратій ихъ зъ надъ Дона и Волги въ Угрію, не были они въ силѣ въ самостоятельности отримати ся, про то узнавали верховную власть можнѣйшого сосѣда Данила. Якъ князѣ Болоховскіи на Понизю, такъ князѣ Пинскіи на Полѣсю лише зъ нужды послушали Данилу и до составу Галицко-Володимирского княжества признавали ся. Князѣ Свислоцкіи были по всей вѣроятности зъ роду князей Пинскихъ. Тіи надѣлени ôтъ Миндога волостями служили Литвѣ. Князѣ Пинскіи мали участіе въ внутренихъ произшествіяхъ Литвы. Они симпатизуютъ съ Литвою, ради бы измѣнити Данилу и лишь неволею вспомагали Романовичей въ время ихъ борбы съ Литовцями171.
Всѣ тіи князѣ володѣючи волостями, выразно ôтъ бояръ або воинôвъ короля Данила розличаютъ ся.
Данило якъ и его попередники надѣляли бояръ городами и волостями въ нагороду за здѣланіи заслуги пôдъ условіемъ певныхъ обовязаностей. Чи городы и области приналежали довременно надѣленому а если такъ было, коли на дѣти и потомки попереходили, жерела неопредѣляютъ. Бояре посѣдаютъ ôтцѣвства и дворы и села свои и рабôвъ и имѣнье172. Они носили имена ôтъ городôвъ и областей, которіи посѣдали. Такъ зве ся Климата зъ Голыхъ гôръ по всей вѣроятности ôтъ мѣстцевости того имени, Давидъ Вишатичь, начальникъ въ Ярославѣ, може быти ôтъ села Вышатичи. Однакожь встрѣчаемъ и у бояръ прôзвища розличніи ôтъ именъ городôвъ и областей ихъ, такъ н. пр. въ Плѣсниску встрѣчаемъ яко властителей Абрузовичей173. Бояре предводили военными полками и звались ôтъ того воеводами и полководцями. Вѣроятно знаменитіи бояре являли-сь на челѣ полкôвъ выбираныхъ зъ тыхъ областей, которыми ихъ князѣ были надѣлили. Знать не всѣ бояре мали къ князю тіи сами обовязаности; бояре, которіи до тѣснѣйшой службы обовязани были, называли ся отроками королевскими. Были то слуги и урядники королевіи, которіи въ прочемъ мали великое вліянье на державни дѣла и вразъ съ прочими вельможами въ политическихъ волненяхъ участвовали. Нарочитіи уряды княжіи были: печатникъ, дворскій, тысячскій, сотскій, дѣтскій т. е. судія придворный, сѣдилничій, и стольникъ. Окрôмъ тыхъ упоминае ся дякъ, который былъ письмоводителемъ княжеского двора, кормиличичь, которому князѣ повѣряли воспитанье дѣтей, далѣ посадники и тивуны, которыхъ князѣ представляли городамъ, положитель, посылаемый для выбираня дачки, намѣстникъ князя на Понизю и проч. Тіи урядники и высокіи достойники окружаютъ князя а бояринѣ, н. пр. кормилица, товаришатъ княгини. Бôльша часть тыхъ урядникôвъ н. пр. печатникъ, тысячскій, сотскій, дворскій, являютъ ся на челѣ военныхъ силъ и доводятъ ними. Князь въ важныхъ справахъ созывалъ бояръ и отрокъ на раду и пыталъ ихъ о мнѣніе и волю. Бояре и отроки княжіи рѣшали вопросъ, чи ити на вôйну, чи зôстати въ дома174. Всѣ бояре совокупно становили войско, и прото войнами называли-сь. Одніи знать вырушали въ поле на челѣ цѣлыхъ полкôвъ н. пр. дворскій, тысячскій и вельможи бояре, иніи служили поединчо яко рицарѣ (всадники) на коняхъ.
Въ княжескôмъ ополченю розличаютъ ся выразно конніи (всадники) ôтъ пѣшихъ. Знать кôнно вырушали лишь бояре, пѣши были брани зъ простыхъ людей175. Полкъ состоялъ вѣроятно съ 1000 мужа и 100 кôнныхъ, полкомъ доводилъ тысячскій, трема же полками т. е. 3000 пѣшими и 300 всадниками доводилъ печатникъ. Окрôмъ пѣшихъ и конныхъ вспоминаютъ ся княжи оружники, ихъ щиты были блистячіи ся, а сами оружники подôбніи соньцу. Была то прибочна гвардія короля, на ей утриманье служила волость Коломыя. Окрôмъ тыхъ оружникôвъ дѣйствуютъ въ войску пôдчасъ сраженя по бôльшой части успѣшно стрѣльцѣ прозванніи соколами.
Сословіе боярское стояло высоко надъ горожанами и хлопами. Жерело розличае весь нарôдъ на тіи три сословія: князѣ, бояре и простіи люде176, оже до простыхъ людей причисленъ былъ кождый, кто не былъ бояриномъ, именно: горожанинъ и хлопъ. Горожане трудили ся торговлею и рукодѣліемъ, однакожь не мали такого становища якъ жителѣ иныхъ рускихъ городôвъ н. пр. Новгорода, Пскова и пр. Въ Галицко-Володимирскôмъ княжествѣ розвинуло ся боярство до надзвычайного могучества; горожане не мали ни свободъ, ни своей милиціи и ôтгривали въ справахъ политическихъ лишь пôдрядную ролю; часто служили они къ пôдкрѣпленю княжеской власти впростъ противно якъ рускіи городы на горнôмъ Днѣпрѣ и Невѣ.
Хлопъ жилъ въ пренебреженю. Якіи должности чинилъ ôнъ въ времена Данила окрôмъ пѣшой службы военной, жерело теперъ не замѣтило. Маемъ лишь одинъ примѣръ, що по ôтшествію Татаръ бояре утискали и грабили землю на Подôлю т. е. селянъ, и що князь ôтпославъ своего печатника, щобы исписалъ (т. е. изтязалъ и списалъ) грабительства бояръ и землю утишилъ177. Окрôмъ хлопôвъ суть еще и рабы бояръ и невôльники, которыми по бôльшôй части ставали ся люде на рати плѣнени и захвачени.
Знаменитое мѣстце въ обществѣ занимали духовники, именно же митрополитъ, обитаючій въ Кіевѣ и епископы, которіи звычайно въ столечныхъ городахъ въ Галичи, Перемышли, Холмѣ и пр., при князяхъ обитали. Епископы часто участвуютъ въ политическихъ волненяхъ противу правовитому князю въ пользу олигархій, а именно епископъ Галицкій и Перемышльскій. Епископы надѣлени были областями; жерела вспоминаютъ такожь о слугахъ и боярахъ епископскихъ, ôтличеныхъ свѣтлою и богатою одежою178. Въ областяхъ Галицко-Володимирского княжества было много монастырей построеныхъ частію по городахъ, частію по лѣсахъ и мѣстцяхъ недоступныхъ. Были монастырѣ мужескіи и женьскіи, и розличаютъ ся въ нихъ черцѣ и черницѣ. Сословіе монашеское въ великôмъ было почтеню; князѣ и княгинѣ, наскучивши собѣ житье, постригали ся часто въ черцѣ и черницѣ; такъ н. пр. самая вдова Романова, а мати нашихъ князей Данила и Василька, утвердивши сынôвъ своихъ на княжествѣ Володимирскôмъ, постригла ся въ черницю. Маемъ примѣры, що при боку князя дѣйствуе пôпъ яко дорадникъ и посередникъ межи княземъ и боярами, такъ н. пр. при Мстиславѣ Тимотей, або яко пріятель домовый н. пр. при матери Данила и Василька. Игоревичѣ здѣлавши плянъ на истребленье Романовичей уживали попа яко посла до Володимирцей. Въ прочемъ была родина попа якъ видко зъ одного намека лѣтописи, рôвно якъ хлопскій родъ въ якôмъ то пренебреженю179. Не было межи сословіями такого розличія, якъ въ державахъ стародавныхъ востока межи кастами. Есть примѣръ, що въ ôтсутствію Данила бояре надѣлили хлопамъ Коломыю; межи боярами, которіи собѣ области самовôльно присвоили, находилъ ся такожь попôвъ внукъ Судичь180. Тое самовольство обрушило князя на бояръ, понеже князю а не боярамъ приналежало исключное право роздавати области и городы, и понеже городы не хлопамъ но по происхоженю боярамъ роздавали ся.
Въ такій спосôбъ образовалось общественное устройство въ Галицко-Володимирскôмъ княжествѣ еще въ времена Данила.
Данило Романовичь умеръ року 1264. Былъ то князь добрый, мудрый, хоробрый, хитрый и дбаючій о благо земель пôдвладныхъ. Яко человѣкъ былъ ôнъ побожный, почитаючій высоко матерь свою и милуючій искренно свою родину. Въ неустаннôй борбѣ съ противностями въ нещастю не терялъ надѣи и ôтваги, а въ щастю николи збыточно не выносилъ ся; любилъ великолѣпни одежи, красоту и стройнôсть полкôвъ, славу и величіе.
Въ первôй половинѣ жизни своей боролъ ся о достоянье ôтцѣвъ своихъ, розтерзаное внутренними и внѣшними ворогами; приобрѣтши достоянье и укрѣпивши ся на престолѣ Галицко-Володимирского княжества, не спочилъ, но принуженъ былъ о независимôсть новообрѣтеной державы передъ Татарами опасати ся. Зразу пôддалъ ся Татарамъ хитро, щобы ихъ благосклоннôсть снискати и грозячое нашествіе тыхъ дикунôвъ ôтъ своего отечества ôтсторонити. Не долго по тôмъ ôтступилъ ôтъ Татаръ и союзомъ съ папою загадалъ ôтвернути иго татарское, но заведенъ въ надѣяхъ связалъ ся съ Литвою. Въ старости своей не найшолъ Данило супокою, бо навлѣкъ былъ на себе всю тяжесть гнѣва и ярости ханôвъ киптшакскихъ. Въ двохъ остатнихъ лѣтахъ житя, въ время межиусобицѣ въ Татаріи блыснулъ Данилу снова лучь щастлившой будучности. Ôнъ загадалъ тѣсный союзъ Галицко-Володимирской Руси съ Литвою ôтновити, однакожь умеръ не припровадивши тую гадку въ житье. —
Примечания
Городъ Переворескъ лежащій межи Вислокомъ и Саномъ принадлежалъ Льву, року 1281. Ипат. лѣт. стор. 209: „Иде Лешко на Льва и взя у него городъ Переворескъ.“
К текстуИпат. лѣт. стор 211. р. 1282. „Село на въ крайници (т. е. на розмежію земли лядской и руской) именемъ Воинъ“ и пр.
К текстуТыличь, село въ Сандецкихъ горахъ надъ доплывомъ Попрада. Року 1262 ѣздилъ Данило черезъ Тыличь до Угоръ. Послы отъ брата Василька Борисъ и Изоболко догонили Данила „у Телича“ (лѣт. ст. 200) привозячи Данилу вѣсть о побѣдѣ, котору ôтнѣсъ Василько надъ Литвою. — Если припустимъ, що Данило черезъ свою землю ѣздилъ до Угорского короля, то Галицкое княжество сягало ажь по Тыличь, где еще и по днесь люди руского языка и обряда гр. обитаютъ. Зри: Zubrzyckiego granicy Polski i Rusi w Galicyi.
К текстуИпат. лѣт. стор. 203.
К текстуИпат. лѣт. стор. 206. „Мстиславъ — воюе на Полѣсю и пр. — Пôзнѣйше: Województwo Podlaskie“ обнимало землю Ятвязкую.
К текстуТакъ зове ся въ лѣтописи западная часть Галиціи у подножія Карпатъ; Ип. лѣт. стор. 174. „Михайлови же стоящу на Подгоріи“. —
К текстуНазванія: горная сторона Перемышльская, — Понизье, читаютъ ся въ лѣтописи Ипат: стор. 176. —
К текстуМирная грамота межи князями Литовскими а королемъ польскимъ. Акта запад. Россіи. Томъ I. услов. 2.
К текстуИпат. лѣт. стор. 201.
К текстуИпат. лѣт. стор. 195.
К текстуИпат. лѣт. стор. 192.
К текстуИпат. лѣт. стор, 180.
К текстуИпат. лѣт. стор. 165. „Тимофей клене боярину Жирославу да будетъ дворъ его пустъ а въ селѣ его не будетъ живущого.“
К текстуИпат. лѣт. стор. 173.
К текстуИпат. лѣт. стор. 174.
К текстуИпат. лѣт. стор. 181. Данило „пойде (на Ростислава) собравъ многіи вои и пѣшцѣ“ „ешедшу же ему (Ростиславу) собравше смерды многи, пѣшцѣ и собра я въ Перемышль.“ Ипат. лѣт стор. 169. „и собравъ землю Галицкую ста на четыре части окрестъ его, и собра отъ Бобрки, даже до рѣки Ушици и Прута, обсѣде (Галичь) въ силѣ тяжцѣ.“ Ипат. лѣт. стор. 137. „Мужи же Галичкые пріимше совѣтъ Романовъ, совокупивши полки своя и утвердивши ся крестомъ и возстаста на князь свой.“ —
К текстуИпат. лѣт. стор. 204. 205. „Володимиръ правдолюбіемъ свѣти ся къ всей своей братьи и къ бояромъ и къ простымъ людемъ.“
К текстуИпат. лѣт. стор. 179.
К текстуИпат. лѣт. стор. 180.
К текстуИпат. лѣт. стор. 137. Бояре Галичскія сказали Володимиру: „мы не хочемъ кланяти ся попади а хочемъ ю убити.“ —
К текстуИпат. лѣт. стор. 179.
К тексту