История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья. Лист 192 - с. 190
Скан издания 1855 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
расторгнуть вредный для Татарской державы тѣсный союзъ между Миндовгомъ и Даніиломъ и усмирить послѣдняго, колеблющагося между Татарскимъ и папскимъ союзомъ: словомъ привесть обоихъ, какъ Даніила такъ и Миндовга, если уже не къ подчиненности, то по крайней мѣрѣ въ изнеможеніе быть вреднымъ Татарамъ. — Собравъ войско—_„со множествомъ полковъ Татарьскихъ въ силѣ тяжцѣ“_ по словамъ Лѣтописи, выступилъ онъ въ 1260 году 175 къ Литовско-Русскимъ предѣламъ и, расположився на рубежи, выслалъ пословъ къ Даніилу и велѣлъ ему сказать: „Иду войною на Литву. Если ты не врагъ Татарамъ, то ступай со мной.“ — Щекотливое дѣло, затрудительное предложеніе. — Ослушаться, было навлечь всю огромную Татарскую силу на свои владѣнія и подвергнуть ихъ крайнему разоренію; повиноваться и отправиться въ Татарскій станъ, было самовольно предаться въ руки непріятеля, можетъ быть испытать судьбу другихъ Русскихъ князей, лишенныхъ Татарами жизни и быть принужденнымъ дѣйствовать противъ единственнаго друга-союзника короля Литовскаго. — Даніилъ находился въ великихъ суетахъ, въ неизреченной тоскѣ, но братъ Василько, въ той неизбѣжности совѣтовалъ отказаться отъ Литовскаго союза; и пожертвовавъ собой, избавилъ его отъ хлопотъ. Онъ рѣшился въ мѣсто брата идти съ войскомъ къ Татарамъ — „и ѣха Василько за брата.“ По чистой совѣсти могъ онъ явиться предъ лицемъ Бурундая; онъ никогда не вѣроломствовалъ Татарамъ, не передавался противнику хановъ Папѣ, не принималъ отъ послѣдняго достоинства, не клялся ему въ вѣрности; слѣдовательно смѣло могъ предстать грозному Татарину. Оставивъ супругу и сына Владимира № 360 у брата, взявъ съ собой братніе и собственные полки, прежде свиданія съ Вурундаемъ, пустился онъ, сопровождаемый Даніиломъ, до Берестя въ направленіи къ Литовскимъ предѣламъ. Въ Брестѣ простились братья, Даніилъ возвратился, тепло молился Богу передъ иконой Спасителя, находящейся въ церкви Богородицы въ городѣ Мѣльницѣ и обѣщался украсить ее. — Василько же устремился на Литву, напалъ на Литовское войско, бился съ нимъ,
Примечания
Мы послѣдовали лѣтосчисленію Ипат. лѣтописи. Новгородская 1я ст. 56 полагаетъ нашествіе Татаръ на Литву подъ 1258 годомъ. Мы не станемъ разсуждать, которое показаніе справедливѣе, но намъ кажется, что Новгородская заимствовала свою вѣсть изъ другой Лѣтописи, а Ипатіевская описуетъ происшествія сего времени въ точной связи и даже нѣкогда столь подробно, что не льзя уличать ее въ недостовѣрности.
Современная орфография
расторгнуть вредный для татарской державы тесный союз между Миндовгом и Даниилом и усмирить последнего, колеблющагося между татарским и папским союзом: словом привесть обоих, как Даниила так и Миндовга, если уже не к подчиненности, то по крайней мере в изнеможение быть вредным татарам. — Собрав войско—_«со множеством полков татарьских в силе тяжце»_ по словам летописи, выступил он в 1260 году 175 к Литовско-русским пределам и, расположився на рубежи, выслал послов к Даниилу и велел ему сказать: «Иду войною на Литву. Если ты не враг татарам, то ступай со мной.» — Щекотливое дело, затрудительное предложение. — Ослушаться, было навлечь всю огромную татарскую силу на свои владения и подвергнуть их крайнему разорению; повиноваться и отправиться в татарский стан, было самовольно предаться в руки неприятеля, может быть испытать судьбу других русских князей, лишенных татарами жизни и быть принужденным действовать против единственного друга-союзника короля литовского. — Даниил находился в великих суетах, в неизреченной тоске, но брат Василько, в той неизбежности советовал отказаться от литовского союза; и пожертвовав собой, избавил его от хлопот. Он решился в место брата идти с войском к татарам — «и еха Василько за брата.» По чистой совести мог он явиться пред лицем Бурундая; он никогда не вероломствовал татарам, не передавался противнику ханов папе, не принимал от последнего достоинства, не клялся ему в верности; следовательно смело мог предстать грозному татарину. Оставив супругу и сына Владимира № 360 у брата, взяв с собой братние и собственные полки, прежде свидания с Вурундаем, пустился он, сопровождаемый Даниилом, до Берестя в направлении к литовским пределам. В Бресте простились братья, Даниил возвратился, тепло молился Богу перед иконой Спасителя, находящейся в церкви Богородицы в городе Мельнице и обещался украсить ее. — Василько же устремился на Литву, напал на литовское войско, бился с ним,
Примечания
Мы последовали летосчислению Ипат. летописи. Новгородская 1я ст. 56 полагает нашествие татар на Литву под 1258 годом. Мы не станем рассуждать, которое показание справедливее, но нам кажется, что новгородская заимствовала свою весть из другой летописи, а Ипатьевская описует происшествия сего времени в точной связи и даже некогда столь подробно, что не льзя уличать ее в недостоверности.