История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья. Лист 180 - с. 178
Скан издания 1855 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
Нападъ Татаровъ на Галичскія земли. предѣлахъ поздравить съ короной Русскаго короля, Римскаго вассала. — Въ Бакотѣ управлялъ какъ Даніиловъ намѣстникъ кто-то Милей, можетъ быть изъ рода Болоховскихъ или какихъ другихъ Половецкихъ князей, и онъ, когда Татары подступили подъ городъ передался имъ. Во время, когда вѣсть о происшествіяхъ на Подоліи пришла къ Даніилу, отправлялся онъ на Литву на Новгородокъ, и послалъ только сына Льва съ войскомъ на Подолье. — Левъ выслалъ передъ собой дворецкаго, двинулся самъ за нимъ, достигъ Бакоты, добылъ города, плѣнилъ тамо Милея и Татарскаго чиновника Баскака, подчинилъ опять ту область отцу своему королю, и привелъ ему плѣннаго намѣстника. — Милѣй съумѣлъ обращеніемъ своимъ снискать благорасположеніе королевича Льва; онъ ручался родителю за плѣнника въ будущей вѣрности; Милей былъ отпущенъ въ Бакоту, но когда Татары вторично подступили подъ ввѣренный ему городъ, онъ опять „_створи льсть предасть ю пакы Татаромъ._“ — Но это было только начало горестныхъ послѣдствій, отъ необдуманнаго Даніилова присоединенія къ Римско-европейской системѣ происходившихъ. Вдругъ за тѣмъ ворвался въ его области извѣстный намъ уже Татарскій Темникъ Куремса и сталъ воевать въ окрестностяхъ Кременца, въ которыхъ управлялъ ненадежный Даніиловъ подручникъ князь Андрей, кажется № 229. Онъ, можетъ быть, отъ хлопотливыхъ обстоятельствъ, въ которыхъ находился, колебался въ мысляхъ; однажды сказывалъ, что онъ былъ подручникъ Даніиловъ, а нѣкогда, что онъ Татарскій — „_овогда взывающуся королевъ есмь, овогда же Татарьскымъ_“ (Ипат. стр. 192). — Той двусмысленностей запутался онъ въ бѣду. Татары поймали его и, разъяренные ложнымъ предлогомъ, что у него есть Батыева грамота, убили его и сердце ему вырѣзали. Куремса опустошилъ Кременецкую область, укрѣпленнаго однакожъ города добыть не былъ въ состояніи и, принужденный вѣроятно зимнымъ холодомъ, возвратился въ свои улусы. — По ту, или по сю сторону Днѣпра, въ неизвѣстной намъ волости, можетъ быть, въ Кіевѣ или другомъ мѣстѣ, въ зависимости однакожъ Татарской, жилъ и правилъ безпокойный старецъ изъ рода князей Черниговскихъ Изяславъ № 232. Тотъ самый, который въ 1211 году былъ нѣкоторое время княземъ Теребовельскимъ, какъ выше въ VI. главѣ, котораго отецъ Владимиръ № 162 вмѣстѣ съ братьми позорно на висѣлицѣ лишился жизни въ Галичѣ 1212 года, какъ выше въ VII. главѣ, тотъ самый, который
Современная орфография
Напад татаров на галицкие земли. пределах поздравить с короной русского короля, римского вассала. — В Бакоте управлял как Даниилов наместник кто-то Милей, может быть из рода болоховских или каких других половецких князей, и он, когда татары подступили под город передался им. Во время, когда весть о происшествиях на Подолии пришла к Даниилу, отправлялся он на Литву на Новгородок, и послал только сына Льва с войском на Подолье. — Лев выслал перед собой дворецкого, двинулся сам за ним, достиг Бакоты, добыл города, пленил тамо Милея и татарского чиновника Баскака, подчинил опять ту область отцу своему королю, и привел ему пленного наместника. — Милей съумел обращением своим снискать благорасположение королевича Льва; он ручался родителю за пленника в будущей верности; Милей был отпущен в Бакоту, но когда татары вторично подступили под вверенный ему город, он опять «створи льсть предасть ю пакы татаром.» — Но это было только начало горестных последствий, от необдуманного Даниилова присоединения к Римско-европейской системе происходивших. Вдруг за тем ворвался в его области известный нам уже татарский Темник Куремса и стал воевать в окрестностях Кременца, в которых управлял ненадежный Даниилов подручник князь Андрей, кажется № 229. Он, может быть, от хлопотливых обстоятельств, в которых находился, колебался в мыслях; однажды сказывал, что он был подручник Даниилов, а некогда, что он татарский — «овогда взывающуся королев есмь, овогда же татарьскым» (Ипат. стр. 192). — Той двусмысленностей запутался он в беду. Татары поймали его и, разъяренные ложным предлогом, что у него есть Батыева грамота, убили его и сердце ему вырезали. Куремса опустошил Кременецкую область, укрепленного однакож города добыть не был в состоянии и, принужденный вероятно зимным холодом, возвратился в свои улусы. — По ту, или по сю сторону Днепра, в неизвестной нам волости, может быть, в Киеве или другом месте, в зависимости однакож татарской, жил и правил беспокойный старец из рода князей черниговских Изяслав № 232. Тот самый, который в 1211 году был некоторое время князем теребовельским, как выше в VI. главе, которого отец Владимир № 162 вместе с братьми позорно на виселице лишился жизни в Галиче 1212 года, как выше в VII. главе, тот самый, который