Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Глава VII. 1210—1211 гг. - Современная орфография

История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья

Опыт доказал галицким князям Игоревичам, что ни им, ниже какому-либо другому государю не ужиться с спесивыми своевольными и бурливыми галицкими боярами, что мятеж и непокорность сталась им природою и что уладиться с ними на долго, несмотря на все их обещания, было отнюдь невозможно полагаться на их раскаяние. Они совещались, рассуждали между собою, какие бы предпринять меры для обезпечения себе в спокойном владении этой земли, и напоследок решились на самое отчаянное, лютое средство, именно умертвить всех галицких бояр, совсем истребить их роды и, смело приступая к исполнению зверского злоумышления, убили Юрия Витановича, того насмешника Илию Щепановича, который поносительно издевался над Пересопницким князем Мстиславом № 256., умертвили многих других знатнейших бояр, числом около 500. лиц, и иные разбежались. Из нарочитых, на смерть обреченных жертв бежали в Венгрию, известный нам уже кормиличич, главный зачинщик во всех смутах Володислав, такоже некто, неменее опасный, Судислав и Филип.— Истребив или розогнав значительное число опасных им галичан, разграбили Игоревичи их имущества, раздали недвижимые их имения приверженным себе пришельцам, дочери избитых выдали за мужь за рабов и думали спокойно наслаждаться плодами своего злодейства; но месть, ужасная месть скоро последовала. Беглецы в Венгрии находившиеся незнаем искренно ли, притворно ли, стали молить короля, чтоб он дал им законного их государя Даниила и пособствовал войском к изгнанию Игоревичей из галицкой земли. Венгерский государь, пекшийся о судьбе любимого отрока, благосклонно принял их прошение— «Король же с великою любовью»— стал сноситься и с Лешком князем краковским, и с родственниками Данииловыми, в цели совокупного похода на Галич, прогнания Игоревичей и, удостоверившись в содействии союзников, выслал он сильную армию «посла воя в силе тяжце» под главным предводительством великого дворьского Пота, придав под его верховное начальство семь воевод: Петра Туровича, Банку, Мика брадатого, Лотохорота, Мокъяна, Тиберца и Мерцеля, кроме многих других «их же немощно сказати и ни писати» как летопись гласит.— К Угорскому ополчению присоединились галицкие выходцы, многочисленная рать вторгнула за Карпаты и вопервых осадила Перемышль, столицу Святослава Игоревича. Буйный Володислав подступил под стены города и сказал осажденным: «Братье! почто смущаетеся? не сии ли избиша отци ваши и братью вашю, и инеи имение ваше разграбиша и дщери ваша даша за рабы ваша, и отьчествии вашими владеша инии пришелци? то за тех ли хочете душю свою положити?» (Ипат. стр. 158). — Гарнизон, состоящий из галичан, тронутый словом соотчича— вельможи, сдался немедленно и князь перемышльский Святослав № 164. попался как пленник в руки неприятелей.— Завладев Перемышлем устремилась армия к Звенигороду и осадила тамо Романа № 163.— Звенигородцы храбро защищались, а между тем подвигалися на театр брани союзники Даниила и попечителя его короля угорского. Мстислав № 256. из Пересопницы, Александр № 309. из Владимира, и Всеволод № 310. из Червеня, явились лично с своими полками; Василько брат Даниилов из Белза отправил вспомагательную рать под начальством воевод, великого Вячеслава, Толстого, Мирослава, Дамяна и Воротислава; Лешок князь краковский отрядил с полками своими Судислава Бернатовича, а Ингварь № 258. князь Луцкий, выслал сына своего с полками, Луцким, Дорогобужским и Шумским. Все они направили поход свой к Звенигороду, как средоточию галицкого государства, где должна была решиться судьба воины. Но и Игоревичи не робели, готовились к отчаянной обороне. Владимир № 162. поспешил из Галича с полками своими; Изяслав № 232. сын его из Теребовли не только с собственным войском, но и с нанятыми многочисленными толпами половцев, и к своему несчастию, как после увидим, и четвертый, доселе не участвовавший в делах галицких Игоревич Ростислав № 165. вероятно с Новгородсеверскою помощию явился такоже в стане братьев своих под Звенигородом.— Чтоб выручить город из осады, сразились Игоревичи у реки Люты 39 с уграми еще прежде соединения их с ляхами и русскими вспомагательными полками. Битва продолжалась, угры и галичане, придерживавшиеся стороны Даниила, бились мужественно, но сперва неудачно; хотя венгерский воевода Мика, поразив копьем половецкого вожда Тобаша и усек ему голову, то другий мадярский воевода Марцель потеряв свое знамя струсил и возвратился в свой обоз; однакож не взирая на отчаянный натиск Игоревичей, когда приспели союзные русские войска, они отбили и угорское знамя, и победа осталась за союзниками. Игоревичи с половцами подались назад и стали спасаться бегством, Владимир № 162. с сыном Изяславом и своими приверженцами поскакали к Галичу, а Роман Звенигородский, ускользнув из города, пустился в направлении к Днепру на Русь, искать вспомоществования у братьев своих Ольговичей: но несчастный князь был пойман на пути под Шумском 40 на мосте и как пленник приведен в стан под Звенигород к князю Даниилу и к венгерским воеводам, и тогда то удостоверившись Звенигородцы, что князь их действительно пленный находится в руках осаждающих, сдались Даниилу.— От Звенигорода двинулась союзная армия к Галичу, и Владимир № 162. с сыном Изяславом оставив

Битва у реки Люты.

столицу бежали к Днепру, венгры гнались за ними, на реке Незда 41 последовало еще одно сражение, Игоревичи еще раз поражены, Изяслав лишился вючных коней— «и отъяша от него коня сумные» как пишет летопись, и в той-то последной стычке пленен был по всей вероятности, третий еще Игоревич, Ростислав № 165.

Даниил № 307. вторично князь Галича.

Галичане, умерщвляют князей Игоревичей на виселице.

Победив и вытеснив врагов из галицкой земли, возвратились победители в Галич, и тогда отправилась вдовствующая княгиня Романова из Белза туда обнять любимого сына, но он быв выслан младенцем в угорскую землю не узнал матери, и тогда то в присутствии ее, владимирский бояр Вячеслав и галицкий Володислав, все другие владимирские и галицкие бояре, как бы в знак соединения волынской и галицкой земли в одно неразделимое государство, вместе с угорскими воеводами посадили торжественно Даниила в церкви святой Богородицы на престол отца его великого князя Романа, и тем образом, исполнил король Андрей обещание данное им Роману посадить, защищать и утвердить сына его Даниила на галицком троне— «Король же Андрей не забы любви своея первые, иже имеша ко брату си великому князю Романови, но посла воя своя и посади сына своего (Даниила) в Галичи» (Ипат. стр. 159).— Мы сказали выше, что Игоревичи, Святослав, Роман и Ростислав попались в плен: первый в Перемышле, вторый под Шумском, а последний кажется в схватке у реки Незды, все они трое находились в руках угорских полководцев и Мадяры, возвращаясь в свое отечество, хотели взять их с собою и отвезти к королю; но злобивые галицкие бояре, и просьбами и многими дарами успели приклонить корыстолюбивых воевод, что они предали пленных князей в руки мстительных галицких вельмож!— И вот является небывалое, неслыханное в русской земле зрелище! неистовые галичане, недостойные русского имени изверги, предают смертной казни трех князей!. Сыновья прославленного Старорусским певцем героя «в слове о полку Игореве, сыновья Игоря Святославича» страдают в Галиче по приговору бурливых олигархов месяца сентября позорною смертию — _на виселице!_— Угры отступают за Карпаты.—

Примечания

  1. Река Люта есть кажется таже самая, что и Белка. Она истекает выше Звенигорода и впадает в реку Полтев.— Смотри выше во второй части под годом 1244. стр. 60.

    Вернуться к тексту

  2. Шумск, местечко в волынской Губернии на реке Валии[?] между Кременцем и Острогом.

    Вернуться к тексту

  3. Река Незда, правильнее Гнезда, впадает ниже города Теребовли и деревни Зелинце в реку Серет или Серед.—

    Вернуться к тексту