Глава VII. Г. 1210—1211. - Оригинал
История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья
Опытъ доказалъ Галичскимъ князямъ Игоревичамъ, что ни имъ, ниже какому либо другому государю не ужиться съ спесивыми своевольными и бурливыми Галичскими боярами, что мятежъ и непокорность сталась имъ природою и что уладиться съ ними на долго, несмотря на всѣ ихъ обѣщанія, было отнюдь невозможно полагаться на ихъ раскаяніе. Они совѣщались, разсуждали между собою, какія бы предпринять мѣры для обезпеченія себѣ въ спокойномъ владѣніи этой земли, и напослѣдокъ рѣшились на самое отчаянное, лютое средство, именно умертвить всѣхъ Галичскихъ бояръ, совсѣмъ истребить ихъ роды и, смѣло приступая къ исполненію звѣрскаго злоумышленія, убили Юрія Витановича, того насмѣшника Илію Щепановича, который поносительно издѣвался надъ Пересопницкимъ княземъ Мстиславомъ № 256., умертвили многихъ другихъ знатнѣйшихъ бояръ, числомъ около 500. лицъ, и иные разбѣжались. Изъ нарочитыхъ, на смерть обреченныхъ жертвъ бѣжали въ Венгрію, извѣстный намъ уже кормиличичь, главный зачинщикъ во всѣхъ смутахъ Володиславъ, такоже нѣкто, неменѣе опасный, Судиславъ и Филипъ.— Истребивъ или розогнавъ значительное число опасныхъ имъ Галичанъ, разграбили Игоревичи ихъ имущества, раздали недвижимыя ихъ имѣнія приверженнымъ себѣ пришельцамъ, дочери избитыхъ выдали за мужь за рабовъ и думали спокойно наслаждаться плодами своего злодѣйства; но месть, ужасная месть скоро послѣдовала. Бѣглецы въ Венгріи находившіеся незнаемъ искренно ли, притворно ли, стали молить короля, чтобъ онъ далъ имъ законнаго ихъ государя Даніила и пособствовалъ войскомъ къ изгнанію Игоревичей изъ Галичской земли. Венгерскій государь, пекшійся о судьбѣ любимаго отрока, благосклонно принялъ ихъ прошеніе— „_Король же съ великою любовью_“— сталъ сноситься и съ Лешкомъ Княземъ Краковскимъ, и съ родственниками Даніиловыми, въ цѣли совокупнаго похода на Галичь, прогнанія Игоревичей и, удостовѣрившись въ содѣйствіи союзниковъ, выслалъ онъ сильную армію „_посла воя въ силѣ тяжцѣ_“ подъ главнымъ предводительствомъ великаго дворьскаго Пота, придавъ подъ его верховное начальство семь воеводъ: Петра Туровича, Банку, Мика брадатаго, Лотохорота, Мокъяна, Тиберца и Мерцеля, кромѣ многихъ другихъ „_ихъ же немощно сказати и ни писати_“ какъ Лѣтопись гласитъ.— Къ Угорскому ополченію присоединились Галичскіе выходцы, многочисленная рать вторгнула за Карпаты и вопервыхъ осадила Перемышль, столицу Святослава Игоревича. Буйный Володиславъ подступилъ подъ стѣны города и сказалъ осажденнымъ: „_Братье! почто смущаетеся? не сіи ли избиша отци ваши и братью вашю, и инѣи имѣніе ваше разграбиша и дщери ваша даша за рабы ваша, и отьчествіи вашими владѣша иніи пришелци? то за тѣхъ ли хочете душю свою положити?_“ (Ипат. стр. 158). — Гарнизонъ, состоящій изъ Галичанъ, тронутый словомъ соотчича— вельможи, сдался немедленно и князь Перемышльскій Святославъ № 164. попался какъ плѣнникъ въ руки непріятелей.— Завладѣвъ Перемышлемъ устремилась армія къ Звенигороду и осадила тамо Романа № 163.— Звенигородцы храбро защищались, а между тѣмъ подвигалися на театръ брани союзники Даніила и попечителя его короля Угорскаго. Мстиславъ № 256. изъ Пересопницы, Александръ № 309. изъ Владимиря, и Всеволодъ № 310. изъ Червеня, явились лично съ своими полками; Василько братъ Даніиловъ изъ Белза отправилъ вспомагательную рать подъ начальствомъ воеводъ, великаго Вячеслава, Толстаго, Мирослава, Дамяна и Воротислава; Лешокъ князь Краковскій отрядилъ съ полками своими Судислава Бернатовича, а Ингварь № 258. князь Луцкій, выслалъ сына своего съ полками, Луцкимъ, Дорогобужскимъ и Шумскимъ. Всѣ они направили походъ свой къ Звенигороду, какъ средоточію Галичскаго государства, гдѣ должна была рѣшиться судьба воины. Но и Игоревичи не робѣли, готовились къ отчаянной оборонѣ. Владимиръ № 162. поспѣшилъ изъ Галича съ полками своими; Изяславъ № 232. сынъ его изъ Теребовли не только съ собственнымъ войскомъ, но и съ нанятыми многочисленными толпами Половцевъ, и къ своему несчастію, какъ послѣ увидимъ, и четвертый, доселѣ не участвовавшій въ дѣлахъ Галичскихъ Игоревичь Ростиславъ № 165. вѣроятно съ Новгородсѣверскою помощію явился такоже въ станѣ братьевъ своихъ подъ Звенигородомъ.— Чтобъ выручить городъ изъ осады, сразились Игоревичи у рѣки Люты 39 съ Уграми еще прежде соединенія ихъ съ Ляхами и Русскими вспомагательными полками. Битва продолжалась, Угры и Галичане, придерживавшіеся стороны Даніила, бились мужественно, но сперва неудачно; хотя Венгерскій воевода Мика, поразивъ копьемъ Половецкаго вожда Тобаша и усѣкъ ему голову, то другій Мадярскій воевода Марцель потерявъ свое знамя струсилъ и возвратился въ свой обозъ; однакожъ не взирая на отчаянный натискъ Игоревичей, когда приспѣли союзныя Русскія войска, они отбили и Угорское знамя, и побѣда осталась за союзниками. Игоревичи съ Половцами подались назадъ и стали спасаться бѣгствомъ, Владимиръ № 162. съ сыномъ Изяславомъ и своими приверженцами поскакали къ Галичу, а Романъ Звенигородскій, ускользнувъ изъ города, пустился въ направленіи къ Днѣпру на Русь, искать вспомоществованія у братьевъ своихъ Ольговичей: но несчастный Князь былъ пойманъ на пути подъ Шумскомъ 40 на мостѣ и какъ плѣнникъ приведенъ въ станъ подъ Звенигородъ къ князю Даніилу и къ Венгерскимъ воеводамъ, и тогда то удостовѣрившись Звенигородцы, что князь ихъ дѣйствительно плѣнный находится въ рукахъ осаждающихъ, сдались Даніилу.— Отъ Звенигорода двинулась союзная армія къ Галичу, и Владимиръ № 162. съ сыномъ Изяславомъ оставивъ
Битва у рѣки Люты.
столицу бѣжали къ Днѣпру, Венгры гнались за ними, на рѣкѣ Нѣзда 41 послѣдовало еще одно сраженіе, Игоревичи еще разъ поражены, Изяславъ лишился вючныхъ коней— „_и отъяша отъ него коня сумныя_“ какъ пишетъ Лѣтопись, и въ той-то послѣдной стычкѣ плѣненъ былъ по всей вѣроятности, третій еще Игоревичь, Ростиславъ № 165.
Даніилъ № 307. вторично князь Галича.
Галичане, умерщвляютъ князей Игоревичей на висѣлицѣ.
Побѣдивъ и вытѣснивъ враговъ изъ Галичской земли, возвратились побѣдители въ Галичь, и тогда отправилась вдовствующая княгиня Романова изъ Белза туда обнять любимаго сына, но онъ бывъ высланъ младенцемъ въ Угорскую землю не узналъ матери, и тогда то въ присутствіи ее, Владимирскій бояръ Вячеславъ и Галичскій Володиславъ, всѣ другіе Владимирскіе и Галичскіе бояре, какъ бы въ знакъ соединенія Волынской и Галичской земли въ одно нераздѣлимое государство, вмѣстѣ съ Угорскими воеводами посадили торжественно Даніила въ церкви святой Богородицы на престолъ отца его великаго князя Романа, и тѣмъ образомъ, исполнилъ король Андрей обѣщаніе данное имъ Роману посадить, защищать и утвердить сына его Даніила на Галичскомъ тронѣ— „Король же Андрей не забы любви своея первыя, иже имѣша ко брату си великому князю Романови, но посла воя своя и посади сына своего (Даніила) _въ Галичи_“ (Ипат. стр. 159).— Мы сказали выше, что Игоревичи, Святославъ, Романъ и Ростиславъ попались въ плѣнъ: первый въ Перемышлѣ, вторый подъ Шумскомъ, а послѣдній кажется въ схваткѣ у рѣки Нѣзды, всѣ они трое находились въ рукахъ Угорскихъ полководцевъ и Мадяры, возвращаясь въ свое отечество, хотѣли взять ихъ съ собою и отвезти къ королю; но злобивые Галичскіе бояре, и просьбами и многими дарами успѣли приклонить корыстолюбивыхъ воеводъ, что они предали плѣнныхъ князей въ руки мстительныхъ Галичскихъ вельможъ!— И вотъ является небывалое, неслыханное въ Русской землѣ зрѣлище! неистовые Галичане, недостойные Русскаго имени изверги, предаютъ смертной казни трехъ Князей!. Сыновья прославленнаго Старорусскимъ пѣвцемъ героя „_въ словѣ о полку Игоревѣ, сыновья Игоря Святославича_“ страдаютъ въ Галичѣ по приговору бурливыхъ олигарховъ мѣсяца Сентября позорною смертію — _на висѣлицѣ!_— Угры отступаютъ за Карпаты.—
Примечания
Рѣка Люта есть кажется таже самая, что и Бѣлка. Она истекаетъ выше Звенигорода и впадаетъ въ рѣку Полтевъ.— Смотри выше во второй части подъ годомъ 1244. стр. 60.
Шумскъ, мѣстечко въ Волынской Губерніи на рѣкѣ Валіи[?] между Кременцемъ и Острогомъ.
Рѣка Нѣзда, правильнѣе Гнѣзда, впадаетъ ниже города Теребовли и деревни Зѣлинце въ рѣку Серетъ или Середъ.—