География Начальной летописи. Страница 70
Скан страницы варшавского издания 1873 года, транскрипция в дореформенной орфографии и та же страница в современной орфографии.
Оригинал (дореформенная орфография)
61 въ c"xc3Bie борьбы съ Влохами, а по вакимъ то инымъ причивиъ Не вдавись въ разсмотр'Ь1йе этого вопроса, но самой еуцвэети своей опосщагоса въ области славанскихъ древностей, однако замвтить, что сама Атопись не даетъ нивакихъ ocH0BMii приписывать • соетавитию еа Ha.MipeHie повазать порадовь Славаяъ на восточно-евроиейсвой равний•, основывать ае нд еа H3B'bcTiaxb Bakie либо выводы о томъ, вакъ хЬйствительно проишшло это pa3MiIIleHie, тЬмъ трудн'ђе, что, даже доиуетивъ въ нихъ то иное приписываетъ ииъ т. Соловьевъ, яелыа не вид±ть въ нихъ явныхъ 104). Характеръ этихъ посл'Ьдовательно дополнающихъ другъ друга, ближе всего объаеиетса повднышиин передгЬ.твами и вставками, ЕОТОрыиъ видимо подверглись „Пойсти временныхъ или же, мто еще йроатн'Ье, безъисвуственностью которая позвомла составителю л•Ьтописи отъ разказа стародавнихъ (о EieB'h нос“ перваго перечня и Обрахъ посей втораго) возвращаться важдый разъ кь племенъ, доитљняа то, что было инъ пропущено раньше. Сверхъ того, самое о Влоховъ на Дунай и о оттуда Сгивянъ, безъ c0HH±Hia, жившее въ народной памяти, и оттуда занесенное въ Пов±сти временныхъ хЬтъ, едва ли первоначально имгЬло въ народномъ дотакое широкое значете, какое. придалъ ему нашь Атописецъ. На восточно-европейской равнин'ђ Славяне представ чаютъ таше же древнђйшее исконное какимъ въ другихъ частахъ Европы признаются Германцы, Кельты. Кь •с'Ьверо-востоку отъ Карнатъ, по крайней М'ЬрВ, до верхнихъ Дн'Ьира и его притоковъ, они составляютъ не тольво древнишее, но и единственное дервобытное которое зажало эту область съ незапамятныхъ временъ, воздгђлио ее, и оставило ноопровержимые . своего исключительнаго господства въ ней въ еа реографической номенклатургь въ чисто—славанскихъ назва- niaxb ея.насе.аенныхъ и руњозданныхъ мгЬстъ „и живыхъ урочищъ. ГеографичесЕйя назвакйя, „въ которыхъ звучитъ язывъ, это первое свидјтельство, первый актъ историческаго народовь 105)”, доказываетъ, что въ отмЫенной нами области не было друтвго кореинаго племени, кром'Ь Славянъ. Тоже подтверждается радомъ древн±йшихъ историческихъ о
Современная орфография
северяне). Дулебы же или бужане, улучи, тиверцы, вятичи, радимичи и хорваты[^108] должны в таком случае явиться позднее других, особо от них, не вследствие борьбы с влохами, а по каким-то иным причинам». Не вдаваясь в рассмотрение этого вопроса, по самой сущности своей относящегося к области славянских древностей, следует, однако, заметить, что сама летопись не дает никаких оснований приписывать составителю ее намерение показать порядок размещения славян на Восточно-Европейской равнине. Основывать же на ее известиях какие-либо выводы о том, как действительно произошло это размещение, тем труднее, что, даже допустив в них то значение, какое приписывает им г-н Соловьев, нельзя не видеть в них явных противоречий. Характер этих известий, последовательно дополняющих друг друга, ближе всего объясняется позднейшими переделками и вставками, которым, видимо, подверглась Повесть временных лет, или же, что еще вероятнее, безыскусственностью изложения, которая позволяла составителю летописи от рассказа стародавних преданий (о Киеве после первого перечня и обрах после второго) возвращаться каждый раз к исчислению племен, дополняя то, что было им пропущено раньше. Сверх того, самое предание о нашествии влохов на Дунай и о выселении оттуда славян, без сомнения, жившее в народной памяти и оттуда занесенное в Повесть временных лет, едва ли первоначально имело в народном понимании такое широкое значение, какое придал ему наш летописец. На Восточно-Европейской равнине славяне представляют такое же древнейшее исконное население, каким в других частях Европы признаются литва, германцы, фракийцы, кельты. К северо-востоку от Карпат, по крайней мере до верхних течений Днепра и его притоков, они составляют не только древнейшее, но и единственное первобытное население, которое заняло эту область с незапамятных времен, возделало ее и оставило неопровержимые следы своего исключительного господства в ней в ее географической номенклатуре в чисто славянских названиях ее населенных и рукозданных мест и живых урочищ. Географические названия, «в которых звучит язык, это первое свидетельство, первый акт исторического существования народов»[^109], доказывают, что в отмеченной нами области не было другого коренного племени, кроме славян. То же подтверждается рядом древнейших исторических известий о