Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 215, с. 209
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
или потому, что онъ былъ слабъ какъ въ умственномъ, такъ и въ нравственномъ отношеніи, но несомнѣнно, никто больше его не сдѣлалъ зла русской народности въ Галичинѣ. Мы видѣли, какъ поступилъ онъ въ Перемышлѣ; онъ же, какъ сказано, дотировалъ Холмское епископство; ему же обязанъ львовскій капитулъ и учрежденіемъ, и богатымъ матеріальнымъ обезпеченіемъ, а въ 1430 г. онъ предоставилъ Львовскому архіепископству всѣ права и вольности, какими пользовалось архіепископство Гнѣзненское690. Въ Львовской епархіи имъ построено было 24 приходскихъ костела; въ Перемышльской больше 30691. Благодаря его безумной щедрости, поляки получали обширныя земельныя пожалованія, такъ что Едлинское постановленіе относительно Галицкой Руси является, безъ всякаго сомнѣнія, результатомъ хозяйничанья Ягайла въ своей „королевщинѣ“.
Постараемся теперь опредѣлить хотя въ общихъ чертахъ положеніе и роль отдѣльныхъ классовъ русскаго общества въ Галичинѣ, по занятіи ея поляками. Начнемъ съ высшаго. Ярославская битва 1245 г. считается обыкновенно концомъ видной роли галицкаго боярства. Несомнѣнно однако, что высшій классъ русскаго общества былъ и послѣ, и долженъ былъ быть, въ большей или меньшей мѣрѣ, классомъ руководящимъ. Время по смерти Даніила слишкомъ темно, чтобы можно было сколько-нибудь опредѣленно судить о внутреннихъ отношеніяхъ страны. Съ значительною вѣроятностью можно однако полагать, что сломленное боярство не могло скоро оправиться. Извѣстная намъ грамота Андрея и Льва 1316 г. и первыя двѣ грамоты Юрія Болеслава 1325 и 1327 гг. не подписаны боярами; князья, слѣдовательно, дѣйствовали самостоятельно. Послѣднія двѣ грамоты того же князя, 1334 и 1335 гг., подписаны: первая—baronibus nec non comilitaribus, вторая—dilectis et fidelibus nostris baronibus militibusque. Но весьма можно затрудняться, кого изъ подписавшихся слѣдуетъ отнести къ тому или другому разряду, и вообще имѣли ли дѣйствительное значеніе эти разряды. Если баронами считать палатиновъ (воеводъ), то надо все-таки сказать, что мы рѣшительно не знаемъ, въ чемъ состояло ихъ положеніе и значеніе. Врядъ ли это были тѣ воеводы, о которыхъ говоритъ Зубрицкій, какъ объ „уѣздныхъ
Примечания
690. А. Гр. и З., IV, № 79.
691. Я. Головацкій. Карпатская Русь, Журн. Мин. Нар. Просв., 1875, VI.
Современная орфография
или потому, что он был слаб как в умственном, так и в нравственном отношении, но несомненно, никто больше его не сделал зла русской народности в Галичине. Мы видели, как поступил он в Перемышле; он же, как сказано, дотировал Холмское епископство; ему же обязан львовский капитул и учреждением, и богатым материальным обеспечением, а в 1430 г. он предоставил Львовскому архиепископству все права и вольности, какими пользовалось архиепископство Гнезненское690. В Львовской епархии им построено было 24 приходских костела; в Перемышльской больше 30691. Благодаря его безумной щедрости, поляки получали обширные земельные пожалования, так что Едлинское постановление относительно Галицкой Руси является, без всякого сомнения, результатом хозяйничанья Ягайла в своей «королевщине».
Постараемся теперь определить хотя в общих чертах положение и роль отдельных классов русского общества в Галичине, по занятии ее поляками. Начнем с высшего. Ярославская битва 1245 г. считается обыкновенно концом видной роли галицкого боярства. Несомненно однако, что высший класс русского общества был и после, и должен был быть, в большей или меньшей мере, классом руководящим. Время по смерти Даниила слишком темно, чтобы можно было сколько-нибудь определенно судить о внутренних отношениях страны. С значительною вероятностью можно однако полагать, что сломленное боярство не могло скоро оправиться. Известная нам грамота Андрея и Льва 1316 г. и первые две грамоты Юрия Болеслава 1325 и 1327 гг. не подписаны боярами; князья, следовательно, действовали самостоятельно. Последние две грамоты того же князя, 1334 и 1335 гг., подписаны: первая — baronibus nec non comilitaribus, вторая — dilectis et fidelibus nostris baronibus militibusque. Но весьма можно затрудняться, кого из подписавшихся следует отнести к тому или другому разряду, и вообще имели ли действительное значение эти разряды. Если баронами считать палатинов (воевод), то надо все-таки сказать, что мы решительно не знаем, в чем состояло их положение и значение. Вряд ли это были те воеводы, о которых говорит Зубрицкий, как об «уездных
Примечания
690. А. Гр. и З., IV, № 79.
691. Я. Головацкий. Карпатская Русь, Журн. Мин. Нар. Просв., 1875, VI.