Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 133, с. 127
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
отношенія къ церковнымъ дѣламъ на Руси, и не ему, а Генриху, архіепископу Пруссіи, Ливоніи, Эстоніи, апостолическому легату поручаетъ папа въ 1246 г. устройство іерархіи на Руси392, очевидно, до сихъ поръ остававшейся безъ латинской іерархіи. Въ концѣ 1254 г. переговоры съ папой прекратились, а въ 1257 г. были прерваны окончательно393. Но они не остались безъ послѣдствій. Ко времени ихъ прекращенія относится весьма характерный документъ папской канцеляріи. 11-го февраля 1257 г. Александръ IV утвердилъ права духовной юрисдикціи Любушскаго епископа въ предѣлахъ Руси. По документу оказывается, что предшественники Любушскаго епископа „съ незапамятныхъ временъ“ (?!) вѣдали духовныя дѣла католиковъ на Руси. Исполненію пастырскихъ обязанностей мѣшали однако „вѣроломство князей и злоба жителей“. Любушскій епископъ, обращаясь къ папѣ съ просьбой, не имѣетъ надежды на измѣненіе положенія дѣлъ. Онъ хлопочетъ лишь въ виду того, чтобы права его каѳедры не потерпѣли ущерба394, а папа охотно исполняетъ его просьбу, явно выражая досаду на неудачу переговоровъ съ Даніиломъ („вѣроломство князей“) и—что̀ еще важнѣе—обнаруживая совершенную беззаботность на счетъ исторической дѣйствительности, ибо какихъ же „предшественниковъ“ Любушскаго епископа могъ имѣть въ виду Александръ IV, о какихъ „незапамятныхъ“ временахъ можетъ быть рѣчь? Вѣдь „первый русскій епископъ“ былъ поставленъ, какъ мы видѣли, не раньше 1234 г. Все это представляетъ лишь завязку той необыкновенной путаницы, съ какою намъ придется встрѣчаться на протяженіи всей настоящей главы, гдѣ рѣчь идетъ о положеніи католицизма въ предѣлахъ Руси. Болѣе или менѣе она разъяснится только въ концу. Теперь ограничимся замѣчаніемъ, что указанное порученіе архіепископу Генриху въ 1246, какъ равно возникшая тоже одновременно съ прекращеніемъ переговоровъ съ Даніиломъ мысль объ основаніи епископства въ Луковѣ395 могла послужить достаточною побудительною причиной къ указаннымъ дѣйствіямъ Любушскаго епископа, который могъ считать себя преемникомъ скончавшагося недавно „перваго русскаго епископа“. Права любушскихъ епископовъ были такимъ образомъ законно утверждены, но замѣчательно, вспомнили они объ этомъ лишь тогда, когда для католической
Примечания
392. Тургеневъ, H. R. M. I, № 61.
393. Дашкевичъ, Перв. Ун. 39—40, пр. 1. Raynald подъ 1257, 26—28.
394. Theiner, M. P., I, № 144.
395. Ib., № 143.
Современная орфография
отношения к церковным делам на Руси, и не ему, а Генриху, архиепископу Пруссии, Ливонии, Эстонии, апостолическому легату поручает папа в 1246 г. устройство иерархии на Руси392, очевидно, до сих пор остававшейся без латинской иерархии. В конце 1254 г. переговоры с папой прекратились, а в 1257 г. были прерваны окончательно393. Но они не остались без последствий. Ко времени их прекращения относится весьма характерный документ папской канцелярии. 11-го февраля 1257 г. Александр IV утвердил права духовной юрисдикции Любушского епископа в пределах Руси. По документу оказывается, что предшественники Любушского епископа «с незапамятных времен» (?!) ведали духовные дела католиков на Руси. Исполнению пастырских обязанностей мешали однако «вероломство князей и злоба жителей». Любушский епископ, обращаясь к папе с просьбой, не имеет надежды на изменение положения дел. Он хлопочет лишь в виду того, чтобы права его кафедры не потерпели ущерба394, а папа охотно исполняет его просьбу, явно выражая досаду на неудачу переговоров с Даниилом («вероломство князей») и — что еще важнее — обнаруживая совершенную беззаботность на счет исторической действительности, ибо каких же «предшественников» Любушского епископа мог иметь в виду Александр IV, о каких «незапамятных» временах может быть речь? Ведь «первый русский епископ» был поставлен, как мы видели, не раньше 1234 г. Все это представляет лишь завязку той необыкновенной путаницы, с какою нам придется встречаться на протяжении всей настоящей главы, где речь идет о положении католицизма в пределах Руси. Более или менее она разъяснится только в концу. Теперь ограничимся замечанием, что указанное поручение архиепископу Генриху в 1246, как равно возникшая тоже одновременно с прекращением переговоров с Даниилом мысль об основании епископства в Лукове395 могла послужить достаточною побудительною причиной к указанным действиям Любушского епископа, который мог считать себя преемником скончавшагося недавно «первого русского епископа». Права любушских епископов были таким образом законно утверждены, но замечательно, вспомнили они об этом лишь тогда, когда для католической
Примечания
392. Тургенев, H. R. M. I, № 61.
393. Дашкевич, Перв. Ун. 39—40, пр. 1. Raynald под 1257, 26—28.
394. Theiner, M. P., I, № 144.
395. Ib., № 143.