Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 83, с. 75
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
оно находится только въ двухъ. Зачѣмъ же было указывать на стилистическую связь?
Указанныя главы затрудняютъ рѣшительно каждаго изслѣдователя и каждый толкуетъ ихъ по своему. Приведемъ главнѣйшія мнѣнія.
К. Стадницкій считаетъ отрывокъ третьей главы отрывкомъ древняго лѣтописца, не принадлежащимъ Яну и неловко вклееннымъ въ текстъ его хроники227. Авторомъ его Стадницкій считаетъ или мазура, недовольнаго тѣмъ, что Русь не осталась за Мазовскими князьями, или великополянина, которому событія не были извѣстны228. Ржежабекъ, дополняя мнѣніе Бѣлевскаго объ ошибкѣ переписчика во второй главѣ указаніемъ на невозможность замѣны имени Болеслава именемъ Казиміра, вслѣдствіе совершенно различной формы ихъ написанія, приписываетъ ошибку самому Яну, которому „измѣнила память“. Дальнѣйшее вѣрное именованіе князя въ третьей главѣ Ржежабекъ считаетъ вставкою какого-нибудь мазовскаго переписчика, основываясь на томъ, что въ двухъ лучшихъ спискахъ имени Болеслава на этомъ мѣстѣ нѣтъ229. Зубрицкій толкуетъ отрывокъ второй главы такимъ образомъ, что имя Казиміра носилъ мнимый Юрій Андреевичъ230. Наконецъ, г. Лонгиновъ предлагаетъ „среднюю“ редакцію, по которой выходитъ, что имя Казиміра носилъ Андрей Юрьевичъ231. Однимъ словомъ, указанныя три главы породили множество болѣе или менѣе остроумныхъ, но въ концѣ концовъ произвольныхъ толкованій, нисколько не содѣйствующихъ выясненію дѣла.
Уже это обстоятельство указываетъ на внутреннюю несостоятельность источника; подлинные первоисточники не запутываютъ, а разъясняютъ; взаимное ихъ сличеніе можетъ открывать новыя подробности событія, разъяснять его объемъ, характеръ, но не можетъ приводить къ непримиримымъ противорѣчіямъ, какія мы однако видѣли въ сдѣланномъ нами сопоставленіи второй главы хроники съ папскимъ письмомъ. Съ другой стороны, современность Яна событіямъ, его высокое положеніе при дворѣ Казиміра рѣшительно исключаютъ мысль о возможности совершенно невѣрнаго представленія событій, при
Примечания
227. Synowie, II, 7, пр. 20.
228. Ib. 230.
229. Časop., 135, прим. 32.
230. Повѣсть, 103; Анон. Гнезн. 36. Само собою разумѣется, это толкованіе не имѣетъ теперь рѣшительно никакого значенія.
231. Грамоты Юрія II, 12.
Современная орфография
оно находится только в двух. Зачем же было указывать на стилистическую связь?
Указанные главы затрудняют решительно каждого исследователя и каждый толкует их по-своему. Приведем главнейшие мнения.
К. Стадницкий считает отрывок третьей главы отрывком древнего летописца, не принадлежащим Яну и неловко вклеенным в текст его хроники227. Автором его Стадницкий считает или мазура, недовольного тем, что Русь не осталась за Мазовскими князьями, или великополянина, которому события не были известны228. Ржежабек, дополняя мнение Белевского об ошибке переписчика во второй главе указанием на невозможность замены имени Болеслава именем Казимира, вследствие совершенно различной формы их написания, приписывает ошибку самому Яну, которому «изменила память». Дальнейшее верное именование князя в третьей главе Ржежабек считает вставкою какого-нибудь мазовского переписчика, основываясь на том, что в двух лучших списках имени Болеслава на этом месте нет229. Зубрицкий толкует отрывок второй главы таким образом, что имя Казимира носил мнимый Юрий Андреевич230. Наконец, г. Лонгинов предлагает «среднюю» редакцию, по которой выходит, что имя Казимира носил Андрей Юрьевич231. Одним словом, указанные три главы породили множество более или менее остроумных, но в конце концов произвольных толкований, нисколько не содействующих выяснению дела.
Уже это обстоятельство указывает на внутреннюю несостоятельность источника; подлинные первоисточники не запутывают, а разъясняют; взаимное их сличение может открывать новые подробности события, разъяснять его объем, характер, но не может приводить к непримиримым противоречиям, какие мы однако видели в сделанном нами сопоставлении второй главы хроники с папским письмом. С другой стороны, современность Яна событиям, его высокое положение при дворе Казимира решительно исключают мысль о возможности совершенно неверного представления событий, при
Примечания
227. Synowie, II, 7, пр. 20.
228. Ib. 230.
229. Časop., 135, прим. 32.
230. Повесть, 103; Анон. Гнезн. 36. Само собою разумеется, это толкование не имеет теперь решительно никакого значения.
231. Грамоты Юрия II, 12.