Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 53, с. 45
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
Каро131. Другой нѣмецкій историкъ Польши говоритъ о царствованіи Казиміра слѣдующее: „Немедленно по своемъ вступленіи на престолъ, Казиміръ обнаружилъ вѣрное пониманіе положенія, нуждъ и задачъ своего государства... Договорами въ Тренчинѣ (1335 г.) и Калишѣ (1343 г.) онъ не только обезпечилъ его ядру, Великой и Малой Польшѣ, внутренній миръ, въ которомъ оно такъ нуждалось, но и безпрепятственное сношеніе съ западомъ, необходимое для дальнѣйшихъ шаговъ къ высшей цивилизаціи, и затѣмъ указалъ возстановившей свои силы націи тотъ путь на востокъ, который проложилъ туда его соименный предшественникъ Казиміръ Справедливый“132.
Польскимъ историкамъ царствованіе Казиміра даетъ основаніе называть первую половину XIV вѣка „вѣкомъ Казиміра“133, съ гордостью заявлять, что благодаря ему, „Европа подвинулась на двѣсти миль къ востоку“134. Въ этомъ, конечно, и заключается причина трогательнаго единогласія польскихъ и нѣмецкихъ отзывовъ о личности и дѣятельности послѣдняго Пяста. Но явно насильственная связь послѣдующихъ выигрышей и пріобрѣтеній съ дѣятельностью Казиміра135 и то чувство смущенія и досады, какое вызываетъ въ Шуйскомъ хвалебный отзывъ Каро136 ручаются за то, что указанные взгляды на Казиміра не могутъ удержаться, хотя, вѣроятно, еще долго придется ждать въ польской исторіографіи столь же справедливой оцѣнки его дѣятельности, какую находимъ у Малецкаго въ оцѣнкѣ движенія Болеслава Храбраго на Русь137. Крайности патріотической польской точки зрѣнія (особенно у Смольки) слишкомъ очевидны, и фактически гораздо вѣрнѣе оцѣнка нѣмецкихъ историковъ, Репеля
Примечания
131. G. P. II, 362.
132. Röpell, Ueb. d. Verbr., 250. Что касается пути, якобы проложеннаго Казиміромъ Справедливымъ на востокъ, то объ этомъ странномъ недоразумѣніи скажемъ въ другомъ мѣстѣ.
133. Шайноха. Сочиненія, т. 1-й.
134. Шуйскій, Opowiad., 22.
135. Оправдывая отношенія Казиміра къ мадьярскимъ Анжуйцамъ, Шуйскій говоритъ: „Если дѣло касалось будущаго возмездія нѣмцамъ, то совершить его могло лишь сильное государство. И нельзя забывать, что, каково бы ни было правленіе Людовика, оно вело къ правленію Ядвиги, Ядвига къ соединенію съ Литвой, соединеніе съ Литвой къ Грюнвальду“ (ib. 20). Чего нельзя оправдать такого рода разсужденіями! См. также у Смольки, Rok 1386: „анжуйскіе образцы“ и „политическій горизонтъ Казиміра“.
136. „Gdy chwali nas prawie ganić bierze ochota“.
137. А. Малецкій, Rozgląd w dziejach, Przew. l. i n. 1875.
Современная орфография
Каро131. Другой немецкий историк Польши говорит о царствовании Казимира следующее: «Немедленно по своем вступлении на престол, Казимир обнаружил верное понимание положения, нужд и задач своего государства... Договорами в Тренчине (1335 г.) и Калише (1343 г.) он не только обеспечил его ядру, Великой и Малой Польше, внутренний мир, в котором оно так нуждалось, но и беспрепятственное сношение с западом, необходимое для дальнейших шагов к высшей цивилизации, и затем указал восстановившей свои силы нации тот путь на восток, который проложил туда его соименный предшественник Казимир Справедливый»132.
Польским историкам царствование Казимира дает основание называть первую половину XIV века «веком Казимира»133, с гордостью заявлять, что благодаря ему, «Европа подвинулась на двести миль к востоку»134. В этом, конечно, и заключается причина трогательного единогласия польских и немецких отзывов о личности и деятельности последнего Пяста. Но явно насильственная связь последующих выигрышей и приобретений с деятельностью Казимира135 и то чувство смущения и досады, какое вызывает в Шуйском хвалебный отзыв Каро136 ручаются за то, что указанные взгляды на Казимира не могут удержаться, хотя, вероятно, еще долго придется ждать в польской историографии столь же справедливой оценки его деятельности, какую находим у Малецкого в оценке движения Болеслава Храброго на Русь137. Крайности патриотической польской точки зрения (особенно у Смольки) слишком очевидны, и фактически гораздо вернее оценка немецких историков, Репеля
Примечания
131. G. P. II, 362.
132. Röpell, Ueb. d. Verbr., 250. Что касается пути, якобы проложенного Казимиром Справедливым на восток, то об этом странном недоразумении скажем в другом месте.
133. Шайноха. Сочинения, т. 1-й.
134. Шуйский, Opowiad., 22.
135. Оправдывая отношения Казимира к мадьярским Анжуйцам, Шуйский говорит: «Если дело касалось будущего возмездия немцам, то совершить его могло лишь сильное государство. И нельзя забывать, что, каково бы ни было правление Людовика, оно вело к правлению Ядвиги, Ядвига к соединению с Литвой, соединение с Литвой к Грюнвальду» (ib. 20). Чего нельзя оправдать такого рода рассуждениями! См. также у Смольки, Rok 1386: «анжуйские образцы» и «политический горизонт Казимира».
136. «Gdy chwali nas prawie ganić bierze ochota».
137. А. Малецкий, Rozgląd w dziejach, Przew. l. i n. 1875.