Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 19, с. 11
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
были уже въ рукахъ императора16, доставленныя ему нѣмецкою женой Мешка Рихезой, а нѣмецкая рука позднѣйшихъ польскихъ хронистовъ затираетъ слѣдъ даже перваго самостоятельнаго его выступленія—коронаціи17. Казиміръ „вѣрно служилъ имперіи“, а кромѣ того, долженъ былъ нести еще и тяжесть чешскаго данничества. Только смерть Брячислава фактически освободила Польшу отъ чешской зависимости; о возстановленіи королевскаго титула нечего было и думать.
Правленіе преемника Казиміра, Болеслава II, совпало съ тѣмъ временемъ, когда всѣ силы имперіи обращены были на внутреннія дѣла. Нѣмцы перестаютъ угрожать Польшѣ, но и съ ея стороны не видимъ уже никакихъ дѣйствій на нѣмецкомъ пограничьѣ. Смѣлый князь обращается въ другую сторону, и хотя не считаетъ нужнымъ исполнять предписанія императора, которыхъ тотъ не могъ поддержать силой, тѣмъ не менѣе является къ нему по его зову, выслушиваетъ его угрозы и лишь тогда рѣшается прямо заявить о своей независимости, когда внутреннія замѣшательства въ Германіи достигаютъ крайняго напряженія: вѣдь коронація Болеслава совершена была въ тотъ же годъ, когда нѣмецкіе князья отрѣшили Генриха отъ императорской власти; но послѣ этого, въ теченіе цѣлыхъ 229 лѣтъ до 1295 г., ни одному изъ польскихъ государей не приходитъ даже мысль о коронаціи. И опять за временнымъ, хотя въ дѣйствительности совершенно безплоднымъ для Польши подъемомъ слѣдуетъ катастрофа, какъ и въ первый разъ—обусловленная внутренними причинами, но развѣ слова слабаго Владислава Германа, обращенныя къ сыновьямъ, при раздѣленіи между ними государства: „пусть тотъ потеряетъ свою землю, кто будетъ льнуть къ чужимъ и приводить ихъ на гибель
Примечания
16. M. P. H. I, 346. Объ отношеніяхъ Мешка II къ имперіи ib., пр. 4, гдѣ сведены всѣ мѣста нѣмецкихъ хроникъ. Бѣлевскій полагаетъ, что корона, отосланная императору Безпримомъ была, вѣроятно, корона Болеслава Храбраго. Объ этомъ и о Рихезѣ см. Анат. Левицкій, Mieszko II—Rozpr. i Sprawozd. V; прил. 5, 194.
17. Et licet coronatus non fuit, propter dignitatem tamen uxoris sororis videlicet Ottonis... appellatus est rex. Chr. pr. p. M. P. H., III, 445; но ср. письмо Матильды ib. I, 323: deus omnipotens, cuius constitutione regali diademate coronatus es. Какъ вообще развивалось въ польскихъ источникахъ представленіе о лѣнивости Мешка см. А. Малецкій—Przew. 1875, стр. 971. О національности составителя Chr. pr. p. см. M. P. H. III, 423.
Современная орфография
были уже в руках императора16, доставленные ему немецкою женой Мешка Рихезой, а немецкая рука позднейших польских хронистов затирает след даже первого самостоятельного его выступления — коронации17. Казимир «верно служил империи», а кроме того, должен был нести еще и тяжесть чешского данничества. Только смерть Брячислава фактически освободила Польшу от чешской зависимости; о восстановлении королевского титула нечего было и думать.
Правление преемника Казимира, Болеслава II, совпало с тем временем, когда все силы империи обращены были на внутренние дела. Немцы перестают угрожать Польше, но и с ее стороны не видим уже никаких действий на немецком пограничье. Смелый князь обращается в другую сторону, и хотя не считает нужным исполнять предписания императора, которых тот не мог поддержать силой, тем не менее является к нему по его зову, выслушивает его угрозы и лишь тогда решается прямо заявить о своей независимости, когда внутренние замешательства в Германии достигают крайнего напряжения: ведь коронация Болеслава совершена была в тот же год, когда немецкие князья отрешили Генриха от императорской власти; но после этого, в течение целых 229 лет до 1295 г., ни одному из польских государей не приходит даже мысль о коронации. И опять за временным, хотя в действительности совершенно бесплодным для Польши подъемом следует катастрофа, как и в первый раз — обусловленная внутренними причинами, но разве слова слабого Владислава Германа, обращенные к сыновьям, при разделении между ними государства: «пусть тот потеряет свою землю, кто будет льнуть к чужим и приводить их на гибель
Примечания
16. M. P. H. I, 346. Об отношениях Мешка II к империи ib., пр. 4, где сведены все места немецких хроник. Белевский полагает, что корона, отосланная императору Беспримом была, вероятно, корона Болеслава Храброго. Об этом и о Рихезе см. Анат. Левицкий, Mieszko II — Rozpr. i Sprawozd. V; прил. 5, 194.
17. Et licet coronatus non fuit, propter dignitatem tamen uxoris sororis videlicet Ottonis... appellatus est rex. Chr. pr. p. M. P. H., III, 445; но ср. письмо Матильды ib. I, 323: deus omnipotens, cuius constitutione regali diademate coronatus es. Как вообще развивалось в польских источниках представление о ленивости Мешка см. А. Малецкий — Przew. 1875, стр. 971. О национальности составителя Chr. pr. p. см. M. P. H. III, 423.