Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Беларусь. Политический очерк. Лист 9, с. 9

Политический очерк дипломата БНР Александра Цвикевича, Берлин, 1919: история белорусской национальной идеи и программа независимой Белоруссии.

Беларусь. Политический очерк, 1919: лист 9 из 32

С. 9

Оригинал издания

построенныя на выборномъ началѣ (старыя земскія должности), свои самобытные законы (знаменитый Литовскій Статутъ), свой судъ (Литовскій Трибуналъ) и т. д., — все это необычайно сильно отличалось отъ порядковъ и характера Москвы и Петербурга. Отсутствіе общинныхъ началъ въ землевладѣніи, широко развитая система аренды, особыя формы землепользованія, необыкновенно сильно развитая торговля, созданная главнымъ образомъ евреями, которыхъ не знала центральная Россія, торговля, приноровленная къ собственнымъ столѣтнимъ экономическимъ базамъ („Великій Путь изъ Варягъ въ Грэки“ проходилъ какъ разъ черезъ всю Бѣлоруссію), — все это обособляло край, дѣлало жизнь его полной своего внутренняго содержанія. Наконецъ, свой особый языкъ, — языкъ крестьянской многомилліонной массы, свои обычаи, вѣрованія, обряды, весь комплексъ историческихъ привычекъ и вкусовъ, все то, что составляетъ національное лицо народа, его національную сущность и что не могло быть задавлено ни жестокими гоненіями польской шляхты, ни драконовскими мѣропріятіями русскихъ самодержавныхъ царей, — все это окончательно выдѣляло Бѣлоруссію изъ ряда обыкновенныхъ провинцій Россійской Имперіи, дѣлало ее инороднымъ тѣломъ въ государствѣ, постоянно раздражало власть, напрягало ея вниманіе и пугало.

Централистическая Россія не могла примириться съ такимъ явленіемъ и все время стремилась нивеллировать всѣ особенности Бѣлоруссіи, подвести ее подъ общій ранжиръ. Началась историческая борьба между народомъ и властью, какая велась царизмомъ одновременно на Украинѣ, въ Польшѣ, Финляндіи, Кавказѣ и т. д. Край находился въ состояніи постояннаго внутренняго напряженія — политическаго, національнаго и религіознаго; шла глухая затаенная борьба: Бѣлоруссія стала къ Петербургу въ пассивную незамѣтную для посторонняго глаза оппозицію, какъ страна, поставленная подъ усиленную политическую охрану.

Польша и всѣ ея политическія группы, какъ у себя дома, такъ и въ особенности за границей, учитывая столь трагическое положеніе русской власти на Бѣлоруссіи, пользовались

Современный русский

построенные на выборном начале (старые земские должности), свои самобытные законы (знаменитый Литовский статут), свой суд (Литовский трибунал) и т. д., — все это необычайно сильно отличалось от порядков и характера Москвы и Петербурга. Отсутствие общинных начал в землевладении, широко развитая система аренды, особые формы землепользования, необыкновенно сильно развитая торговля, созданная главным образом евреями, которых не знала центральная Россия, торговля, приноровленная к собственным столетним экономическим базам («Великий путь из варяг в греки» проходил как раз через всю Белоруссию), — все это обособляло край, делало жизнь его полной своего внутреннего содержания. Наконец, свой особый язык, — язык крестьянской многомиллионной массы, свои обычаи, верования, обряды, весь комплекс исторических привычек и вкусов, все то, что составляет национальное лицо народа, его национальную сущность и что не могло быть задавлено ни жестокими гонениями польской шляхты, ни драконовскими мероприятиями русских самодержавных царей, — все это окончательно выделяло Белоруссию из ряда обыкновенных провинций Российской империи, делало ее инородным телом в государстве, постоянно раздражало власть, напрягало ее внимание и пугало.

Централистическая Россия не могла примириться с таким явлением и все время стремилась нивелировать все особенности Белоруссии, подвести ее под общий ранжир. Началась историческая борьба между народом и властью, какая велась царизмом одновременно на Украине, в Польше, Финляндии, Кавказе и т. д. Край находился в состоянии постоянного внутреннего напряжения — политического, национального и религиозного; шла глухая затаенная борьба: Белоруссия стала к Петербургу в пассивную незаметную для постороннего глаза оппозицию, как страна, поставленная под усиленную политическую охрану.

Польша и все ее политические группы, как у себя дома, так и в особенности за границей, учитывая столь трагическое положение русской власти на Белоруссии, пользовались