Аграрная реформа Сигизмунда-Августа в Литовско-Русском государстве. Лист 473, с. 476
Скан издания 1958 года: текст книги и русская версия с переводом цитат из актов XVI века.
Оригинал
сказать трудно. Те же приведенные данные дают некоторый материал и для храктеристики речигиозной политики Литовско-русского правительства. Бросающееся иногда в глаза сравнительно лучшее обеспечение материального положения католической церкви является отражением той речигиозной политики,
tha правительство придерживалось во второй половине В.
Аграрная реформа Сигизмунда-Августа сначала не коснулась русских волостей. Поэтому система установления «платов», принятая здесь взамен производства волочного измерения, не внесла ничего нового в положение перкви. Церковь по-прежнему владела теми же землями, которые ранее находились в её распоряжении, и получала те же доходы, что и раньше. Несомненно, что при установлении платов производилась и проверка прав на землю с целью убедиться, не владеет ли церковь какими-либо земельными излишками. По всей вероятности, земельные владения церкви не были обеспечены какими-либо юридическими документами, ибо при проверке прав на землю приходилось обращаться к помощи волостных старцев и волостных людей как представителей волости, знакомых с распределением в пределах ее земельной собственности. При этом господарские ревизоры выдавали церкви соответствующий лист, закреплявший за церковью ее земельные права и становившийся источником земельного права для будущего. И, конечно, с ним правительство считалось. Когда священник Кричевской державы Афанасий Васильевич хлопотал в 1583 г. перед господарем об оставлении церкви, при которой он находился, приписанной земли, ему пришлось представить лист, выданный его предшественнику Григорием Воловичем и Николаем Нарушевичем в 1560 г. и который удостоверял, «иж в рок 1560 окт. 18, будучи они до замку Кричовского для становенья платов и всяких пожитков», поступавших в господарский скарб, «от старца и некоторых мужов волости» взяли ведомость, «иж две пустовщины земли, названные Заречынская и Уголковская, здавна ку тою церкви поданы были»1830. За церковью остаются ее владения. Это было общее правило, которое распространялось и на города восточных областей. Новоназначенные священники, ходатайствуя об утверждении их на месте, просили обыкновенно, чтобы земли, которыми церковь издавна владела, оставались в ее владении1831. Когда возникали судебные дела относительно права церкви владеть теми или другими землями, то, если ответчикам удавалось доказать изстаринность их владений, они всегда, надо полагать, выигрывали дело. Выданный ответчиком
Примечания
1830. ЦГАДА, ЛМ, КЗ LXXIII, л. 1.
1831. Там же, КЗ LXXIV, л. 86.
Русская версия
сказать трудно. Те же приведенные данные дают некоторый материал и для храктеристики речигиозной политики Литовско-русского правительства. Бросающееся иногда в глаза сравнительно лучшее обеспечение материального положения католической церкви является отражением той речигиозной политики,
tha правительство придерживалось во второй половине В.
Аграрная реформа Сигизмунда-Августа сначала не коснулась русских волостей. Поэтому система установления «платежей», принятая здесь взамен производства волочного измерения, не внесла ничего нового в положение перкви. Церковь по-прежнему владела теми же землями, которые ранее находились в её распоряжении, и получала те же доходы, что и раньше. Несомненно, что при установлении платов производилась и проверка прав на землю с целью убедиться, не владеет ли церковь какими-либо земельными излишками. По всей вероятности, земельные владения церкви не были обеспечены какими-либо юридическими документами, ибо при проверке прав на землю приходилось обращаться к помощи волостных старцев и волостных людей как представителей волости, знакомых с распределением в пределах ее земельной собственности. При этом господарские ревизоры выдавали церкви соответствующий лист, закреплявший за церковью ее земельные права и становившийся источником земельного права для будущего. И, конечно, с ним правительство считалось. Когда священник Кричевской державы Афанасий Васильевич хлопотал в 1583 г. перед господарем об оставлении церкви, при которой он находился, приписанной земли, ему пришлось представить лист, выданный его предшественнику Григорием Воловичем и Николаем Нарушевичем в 1560 г. и который удостоверял, «что восемнадцатого октября 1560 года, находясь в Кричевском замке для установления платежей и всяких доходов», поступавших в господарский скарб, «от старосты и некоторых мужей волости» взяли ведомость, «что два пустующих земельных участка, называемые Заречинским и Уголковским, издавна были даны той церкви»1830. За церковью остаются ее владения. Это было общее правило, которое распространялось и на города восточных областей. Новоназначенные священники, ходатайствуя об утверждении их на месте, просили обыкновенно, чтобы земли, которыми церковь издавна владела, оставались в ее владении1831. Когда возникали судебные дела относительно права церкви владеть теми или другими землями, то, если ответчикам удавалось доказать изстаринность их владений, они всегда, надо полагать, выигрывали дело. Выданный ответчиком
Примечания
1830. ЦГАДА, ЛМ, КЗ LXXIII, л. 1.
1831. Там же, КЗ LXXIV, л. 86.