Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Аграрная реформа Сигизмунда-Августа в Литовско-Русском государстве. Лист 95, с. 94

Скан издания 1958 года: текст книги и русская версия с переводом цитат из актов XVI века.

Пичета, 1958: Лист 95, с. 94

Оригинал

значительно задерживала развитие господарского хозяйства. Она также не доверяет самостоятельности и личной предприимчивости наместника. Благодаря этому последний превращается не столько в лицо, ведущее хозяйство под своей личной ответственностью, сколько в лицо, под своею личною ответственностью исполняющее приказания центрального псоавительства. Но при более подробном анализе уставы 1529 г. на фоне сходства можно отметить и весьма существенную разницу, благодаря чему хозяйственная практика литовско-русских великих князей становится более отчетливой. Устава 1514 г., давая общую инструкцию «врядникам», заботилась только о том, чтобы не пропадали господарские доходы и не было ущерба господарским пожиткам; тогда как устава 1529 г. больше всего занята вопросом об увеличении доходности хозяйства, что совершенно изменяет самый смысл и значение дворового хозяйства как самостоятельного целого. Заботясь об увеличении доходов господарского скарба, устава 1529 г. переводит все существующие податки на деньги297, если только они, в силу хозяйственных условий, не собираются натурой и не остаются на месте. Если же часть податков собирается натурой, то они не должны лежать на месте в ожидании распоряжений литовско-русского правительства, а должны быть немедленно «водле торгу» проданы. Деньги же отсылаются в господарский скарб298. Точно так же остаток ежегодного урожая должен быть, по возможности, поскорее реализован. Устава 1529 г. рекомендует оставшийся неиспользованным для потребностей господарского хо-- зяйства урожай оставлять до весны, а затем весной всем желающим отдавать его взаймы при условии уплаты ссуды осенью. по реализации урожая. При этом хлебная ссуда возвращается не натурой, а деньгами299. Такое хозяйственное распоряжение. можно объяснить желанием правительства всегда иметь свободные запасы хлеба, которые могли бы быть использованы для нужд сельского населения и для поддержания его экономической годности. Но возвращение ссуды деньгами, и притом осенью, наводит на мысль, что литовско-русское правительства. не столько заботилось об удовлетворении продовольственных нужд населения, сколько намеревалось использовать ощущае-. мый им недостаток в хлебе посредством ссуд хлебом по высоким весенним ценам. Требование уплаты ссуды осенью, когда приходилось спешно реализовать урожай, только создавало, благоприятные обстоятельства для весенних хлебных ссуд. Вполне понятно, что литовско-русскому правительству было.. несомненно выгоднее отдавать хлеб весною в качестве ссуды,

Примечания

297. A3P, т. II, № 159, арт. 10—12.

298. Там же, арт. 9.

299. Там же, арт. 4.

Русская версия

значительно задерживала развитие господарского хозяйства. Она также не доверяет самостоятельности и личной предприимчивости наместника. Благодаря этому последний превращается не столько в лицо, ведущее хозяйство под своей личной ответственностью, сколько в лицо, под своею личною ответственностью исполняющее приказания центрального псоавительства. Но при более подробном анализе уставы 1529 г. на фоне сходства можно отметить и весьма существенную разницу, благодаря чему хозяйственная практика литовско-русских великих князей становится более отчетливой. Устава 1514 г., давая общую инструкцию «урядникам», заботилась только о том, чтобы не пропадали господарские доходы и не было ущерба господарским пожиткам; тогда как устава 1529 г. больше всего занята вопросом об увеличении доходности хозяйства, что совершенно изменяет самый смысл и значение дворового хозяйства как самостоятельного целого. Заботясь об увеличении доходов господарского скарба, устава 1529 г. переводит все существующие податки на деньги297, если только они, в силу хозяйственных условий, не собираются натурой и не остаются на месте. Если же часть податков собирается натурой, то они не должны лежать на месте в ожидании распоряжений литовско-русского правительства, а должны быть немедленно «согласно торгу» проданы. Деньги же отсылаются в господарский скарб298. Точно так же остаток ежегодного урожая должен быть, по возможности, поскорее реализован. Устава 1529 г. рекомендует оставшийся неиспользованным для потребностей господарского хо-- зяйства урожай оставлять до весны, а затем весной всем желающим отдавать его взаймы при условии уплаты ссуды осенью. по реализации урожая. При этом хлебная ссуда возвращается не натурой, а деньгами299. Такое хозяйственное распоряжение. можно объяснить желанием правительства всегда иметь свободные запасы хлеба, которые могли бы быть использованы для нужд сельского населения и для поддержания его экономической годности. Но возвращение ссуды деньгами, и притом осенью, наводит на мысль, что литовско-русское правительства. не столько заботилось об удовлетворении продовольственных нужд населения, сколько намеревалось использовать ощущае-. мый им недостаток в хлебе посредством ссуд хлебом по высоким весенним ценам. Требование уплаты ссуды осенью, когда приходилось спешно реализовать урожай, только создавало, благоприятные обстоятельства для весенних хлебных ссуд. Вполне понятно, что литовско-русскому правительству было.. несомненно выгоднее отдавать хлеб весною в качестве ссуды,

Примечания

297. A3P, т. II, № 159, арт. 10—12.

298. Там же, арт. 9.

299. Там же, арт. 4.