Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 450, с. 422

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 450 из 527

С. 422

Оригинал

крика, раздавшагося надъ ихъ головами,назвали Кричевъ и на томъ мѣстѣ построили монастырь. Историческое значеніе города начинается съ 1359 г., когда Кричевъ, вмѣстѣ съ Мстиславлемъ, присоединенъ былъ къ Литвѣ и когда удѣльнымъ княземъ назначенъ былъ Семенъ (Лугвеній) Ольгердовичъ. Въ 1410 г. былъ въ Кричевѣ король Ягайло. Городъ неоднократно подвергался нападеніямъ Русскихъ. Въ 1507 литовскій гетманъ Станиславъ Кишка на кричевскихъ поляхъ разбилъ князя Михаила Глинскаго. Въ слѣдующемъ году московскій воевода Образцовъ былъ убитъ съ замковыхъ укрѣпленій изъ пищали; зато князь Щеня и бояринъ Захарьинъ выжгли окрестные села и посады. Въ послѣдующіе годы борьба продолжалась съ перемѣннымъ счастіемъ, но самый тяжелый ударъ нанесенъ былъ кн. Шуйскимъ въ 1535 г. Наиболѣе страдали окрестности, потому что самымъ замкомъ не удавалось завладѣть. Когда Мстиславльское княжество было подарено, какъ мы уже знаемъ, Сигизмунду-Августу, тогда и Кричевъ съ принадлежащими къ нему мѣстечками: Милославичи, Хотимскъ, Забычавье и Студенецъ, объявлены были староствами. Собственно, первое отдѣленіе отъ Мстиславля послѣдовало въ 1511 году, когда Сигизмундъ I повелѣлъ слѣдующую дань вносить непосредственно въ казну. Какъ староство, оно было жалуемо разнымъ лицамъ. Такъ, поперемѣнно старостами были: братья Шолухи, князь Соломерецкій, князь Лукомльскій, графъ Веселовскій, Пацъ, князь Радзивиллъ, маршалъ Мнишекъ. Владиславъ IV въ 1634 и 1637 гг. даровалъ городу магдебургское право и разныя преимущества. Жители содержали два гостиныхъ двора, и по случаю раззорительныхъ набѣговъ и грабежей со стороны казаковъ, не разъ были освобождаемы отъ податей. Въ 1664 г. князь Черкасскій разбилъ польское войско, которымъ предводительствовалъ самъ король Іоаннъ-Казимиръ; въ 1708 году, на лугу, на берегу Сожи, стоялъ съ войскомъ Петръ Великій, чтобы воспрепятствовать Карлу XII переправиться черезъ рѣку. Мѣсто это и теперь называютъ Петровъ лугъ. На этомъ лугу и до сихъ поръ совершаются въ день св. Троицы игрища—остатокъ древняго празднества въ честь богини Дивы. Послѣ Полтавской битвы, Карлъ XII опять былъ въ Кричевѣ и здѣсь построилъ два моста на Сожи, черезъ которые проходили остатки его арміи. Въ 1740 г. нѣкто Иванъ Васчило, владѣлецъ села Селиче, набралъ шайку, и съ нею грабилъ и убивалъ въ особенности Евреевъ и раскольниковъ. Въ 1743 онъ напалъ даже на Кричевъ и здѣсь ограбилъ многихъ жителей. Только тогда приняты были рѣшительныя мѣры; командированныя сюда войска нѣкоторыхъ разбойниковъ убили въ стычкѣ, другихъ повѣсили за ребра или посадили на колъ, но Васчила успѣлъ бѣжать въ Малороссію.

Изъ шести церквей въ Кричевѣ древнѣе всѣхъ церковь св. Николая, о которой мы уже упомянули. Церковь св. Ильи построена королемъ Казимиромъ Ягеллономъ въ память спасенія его супруги, едва не утонувшей при переправѣ черезъ Сожъ.— Послѣ перваго раздѣла Польши, Екатерина II Кричевское староство съ десятью тысячами душъ подарила князю Потемкину. Въ Бѣлоруссіи сохранилось воспоминаніе, не лишенное интереса, о томъ, какимъ образомъ такое громадное имѣніе отъ Потемкина перешло къ бѣлорусскому шляхтичу. Событіе это разсказываютъ различно, конечно, съ неизбѣжными прикрасами; но мы передадимъ только суть дѣла, какъ характеризующую дѣйствующихъ лицъ и духъ времени. Кричевское староство занимало значительное пространство въ одномъ обрубѣ. Но въ срединѣ его находилась небольшая усадьба принадлежавшая помѣщику Ивану Голынскому, владѣльцу другихъ имѣній, но не очень богатому. Великолѣпному князю Тавриды не могло нравиться, что среди его обширнаго графства (титулъ присвоенный староству) сидитъ на клочкѣ земли бѣлорусскій шляхтичъ, и онъ поручилъ своему управляющему купить у Голынскаго эту небольшую усадьбу. Но не таковъ былъ Голынскій. На него не дѣйствовали никакія предложенія, никакія обѣщанія наградъ, которыя предлагались ему сверхъ хорошей уплаты за его имѣньеце. Онъ на-отрѣзъ отказался продать отцовское наслѣдіе. Тогда управляющій прибѣгъ къ разнаго рода прижимкамъ; усадьба была какъ-бы въ осадѣ: Голынскаго стѣсняли, дѣлали ему тысячи непріятностей, заводили съ нимъ разныя тяжбы, которыхъ, конечно, онъ не выигрывалъ. Несмотря на все это, упрямый шляхтичъ не сдавался. Но

Современная орфография

крика, раздавшагося над их головами,назвали Кричев и на том месте построили монастырь. Историческое значение города начинается с 1359 г., когда Кричев, вместе с Мстиславлем, присоединен был к Литве и когда удельным князем назначен был Семен (Лугвений) Ольгердович. В 1410 г. был в Кричеве король Ягайло. Город неоднократно подвергался нападениям Русских. В 1507 литовский гетман Станислав Кишка на кричевских полях разбил князя Михаила Глинского. В следующем году московский воевода Образцов был убит с замковых укреплений из пищали; зато князь Щеня и боярин Захарьин выжгли окрестные села и посады. В последующие годы борьба продолжалась с переменным счастием, но самый тяжелый удар нанесен был кн. Шуйским в 1535 г. Наиболее страдали окрестности, потому что самым замком не удавалось завладеть. Когда Мстиславльское княжество было подарено, как мы уже знаем, Сигизмунду-Августу, тогда и Кричев с принадлежащими к нему местечками: Милославичи, Хотимск, Забычавье и Студенец, объявлены были староствами. Собственно, первое отделение от Мстиславля последовало в 1511 году, когда Сигизмунд I повелел следующую дань вносить непосредственно в казну. Как староство, оно было жалуемо разным лицам. Так, попеременно старостами были: братья Шолухи, князь Соломерецкий, князь Лукомльский, граф Веселовский, Пац, князь Радзивилл, маршал Мнишек. Владислав IV в 1634 и 1637 гг. даровал городу магдебургское право и разные преимущества. Жители содержали два гостиных двора, и по случаю раззорительных набегов и грабежей со стороны казаков, не раз были освобождаемы от податей. В 1664 г. князь Черкасский разбил польское войско, которым предводительствовал сам король Иоанн-Казимир; в 1708 году, на лугу, на берегу Сожи, стоял с войском Петр Великий, чтобы воспрепятствовать Карлу XII переправиться через реку. Место это и теперь называют Петров луг. На этом лугу и до сих пор совершаются в день св. Троицы игрища—остаток древнего празднества в честь богини Дивы. После Полтавской битвы, Карл XII опять был в Кричеве и здесь построил два моста на Сожи, через которые проходили остатки его армии. В 1740 г. некто Иван Васчило, владелец села Селиче, набрал шайку, и с нею грабил и убивал в особенности Евреев и раскольников. В 1743 он напал даже на Кричев и здесь ограбил многих жителей. Только тогда приняты были решительные меры; командированные сюда войска некоторых разбойников убили в стычке, других повесили за ребра или посадили на кол, но Васчила успел бежать в Малороссию.

Из шести церквей в Кричеве древнее всех церковь св. Николая, о которой мы уже упомянули. Церковь св. Ильи построена королем Казимиром Ягеллоном в память спасения его супруги, едва не утонувшей при переправе через Сож.— После первого раздела Польши, Екатерина II Кричевское староство с десятью тысячами душ подарила князю Потемкину. В Белоруссии сохранилось воспоминание, не лишенное интереса, о том, каким образом такое громадное имение от Потемкина перешло к белорусскому шляхтичу. Событие это рассказывают различно, конечно, с неизбежными прикрасами; но мы передадим только суть дела, как характеризующую действующих лиц и дух времени. Кричевское староство занимало значительное пространство в одном обрубе. Но в средине его находилась небольшая усадьба принадлежавшая помещику Ивану Голынскому, владельцу других имений, но не очень богатому. Великолепному князю Тавриды не могло нравиться, что среди его обширного графства (титул присвоенный староству) сидит на клочке земли белорусский шляхтич, и он поручил своему управляющему купить у Голынского эту небольшую усадьбу. Но не таков был Голынский. На него не действовали никакие предложения, никакие обещания наград, которые предлагались ему сверх хорошей уплаты за его именьеце. Он на-отрез отказался продать отцовское наследие. Тогда управляющий прибег к разного рода прижимкам; усадьба была как-бы в осаде: Голынского стесняли, делали ему тысячи неприятностей, заводили с ним разные тяжбы, которых, конечно, он не выигрывал. Несмотря на все это, упрямый шляхтич не сдавался. Но