Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Живописная Россия, т. III. Лист 330, с. 306

Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.

Живописная Россия, т. III, 1882: лист 330 из 527

С. 306

Оригинал

и вездѣ могъ быть обойденъ; милости королевскія, при раздачѣ староствъ и должностей, могли миновать кальвинистовъ и православныхъ, что вполнѣ согласовалось съ грознымъ посланіемъ Сигизмунда III послѣ брестской уніи 1596 г., коимъ противники уніи признавались мятежниками: не менѣе того нельзя не признать за іезуитами большаго умѣнья и такта въ дѣлѣ совращенія какъ изъ православія, такъ и кальвинизма. Какъ же велики были успѣхи іезуитовъ, видно уже изъ книги Плачъ восточной церкви, 1610 г., Мелетія Смотрицкаго, который сѣтуетъ на совращеніе изъ православія многихъ родовъ, въ томъ числѣ большей части бѣлорусскихъ, какъ напр. князей Олельковичей-Слуцкихъ, Соломерецкихъ, Головчинскихъ, Масальскихъ, Горскихъ, Соколинскихъ, Лукомскихъ, Пузыновъ, Сапѣговъ, а равно бояръ и вельможъ Ходкевичей, Глѣбовичей, Тышкевичей, Кишковъ, Войиовъ, Воловичей, Деспотовъ-Зеновнчей, Корсаковъ и мн. др.

Раньше другихъ принялъ католичество князь Юрій Юрьевичъ Олельковичъ - Слуцкій, женившійся на дочери Станислава Генчинскаго, воеводы Краковскаго, Екатеринѣ. Знаменитый Левъ Сапѣга еще въ юности изъ православія перешелъ въ кальвинизмъ, а теперь былъ уже католикомъ и основателемъ 70 костеловъ, изъ коихъ большая часть въ Бѣлоруссіи. Важнымъ пріобрѣтеніемъ также было совращеніе Ивана Глѣбовича, воеводы трокскаго (бѣлорусса), Петра Веселовскаго, Тышкевичей и многихъ другихъ.

Главная задача іезуитовъ состояла въ томъ, чтобы обратить въ католицизмъ все дворянское сословіе. На мѣщанъ и крестьянъ они не обращали вниманія. По тогдашнимъ понятіямъ политическая сторона не требовала этого; но въ догматическомъ отношеніи важно было только то, чтобы народъ греческой вѣры признавалъ папу главою церкви. Съ этою цѣлію и придумана была унія, какъ переходное состояніе. Іезуиты много согрѣшили передъ Польшей. Ежели бы они постарались обращать народъ хотя постепенно прямо въ латинство, то, въ теченіе двухъ слишкомъ столѣтій, они всю Бѣлоруссію сдѣлали бы польскою. Унія же принималась народомъ безсознательно, по приказанію владѣльцевъ. Обрядность, языкъ оставались прежніе и народъ не замѣчалъ даже или не понималъ основной перемѣны, именно въ признаніи главенства папы. Православное духовенство въ то время было такъ грубо и необразованно, что не могло вліять благотворно на сельское сословіе, не могло соперничать съ іезуитами и по отношенію къ высшимъ сословіямъ.

Мы не станемъ разсказывать исторіи уніи. Она хорошо извѣстна. Она легко привилась по деревнямъ и селамъ, какъ мы сказали, почти безсознательно. Но дѣятели по введенію уніи и конечно сами руководители уніатскихъ владыкъ, іезуиты, не надѣялись встрѣтить такого сильнаго отпора въ городахъ, особенно въ Полоцкѣ, Минскѣ, Могилевѣ, Витебскѣ, вызвавшаго даже кровавыя столкновенія и потомъ возстаніе въ Витебскѣ противъ архіепископа Кунцевича, окончившееся его убіеніемъ.

По вызову гетмана Петра Конашевича Сагайдачнаго, въ 1620 пріѣхалъ въ Кіевъ іерусалимскій патріархъ Ѳеофанъ. Онъ поставилъ митрополитомъ Іова Борецкаго, а Мелетія Смотрицкаго назначилъ архіепископомъ полоцкимъ. Смотрицкій, какъ ученый, какъ ревнитель православія, былъ уже извѣстенъ, пользовался большимъ довѣріемъ и уваженіемъ у православныхъ. Прежде онъ жилъ въ Минскѣ и здѣсь боролся всѣми силами противъ уніи и былъ руководителемъ народа. Когда онъ пріѣхалъ въ Полоцкъ, уже какъ архіепископъ, понятно, къ нему обратились всѣ православные, какъ къ своему защитнику и покровителю. Кунцевичъ находился временно въ Варшавѣ, и Смотрицкій безпрепятственно посѣтилъ главные города своей епархіи, Витебскъ, Оршу, Могилевъ, Мстиславль и другіе, вездѣ возбуждая народъ крѣпко держаться своей вѣры. Когда (12 ноября 1623 г.) Кунцевичъ былъ убитъ въ Витебскѣ, сильное подозрѣніе въ подговорѣ къ возстанію и убійству Кунцевича пало на Смотрицкаго. Онъ принужденъ былъ бѣжать и нашелъ убѣжице въ Константинополѣ у патріарха Кирилла Лукариса, котораго онъ зналъ еще въ юности. Проживъ здѣсь четыре года, онъ возвратился на родину и, къ удивленно всѣхъ, принялъ унію. Въ 1629 г. участвовалъ въ уніатскомъ соборѣ во Львовѣ

Современная орфография

и везде мог быть обойден; милости королевские, при раздаче староств и должностей, могли миновать кальвинистов и православных, что вполне согласовалось с грозным посланием Сигизмунда III после брестской унии 1596 г., коим противники унии признавались мятежниками: не менее того нельзя не признать за иезуитами большого уменья и такта в деле совращения как из православия, так и кальвинизма. Как же велики были успехи иезуитов, видно уже из книги Плач восточной церкви, 1610 г., Мелетия Смотрицкого, который сетует на совращение из православия многих родов, в том числе большей части белорусских, как напр. князей Олельковичей-Слуцких, Соломерецких, Головчинских, Масальских, Горских, Соколинских, Лукомских, Пузынов, Сапегов, а равно бояр и вельмож Ходкевичей, Глебовичей, Тышкевичей, Кишков, Войиов, Воловичей, Деспотов-Зеновнчей, Корсаков и мн. др.

Раньше других принял католичество князь Юрий Юрьевич Олелькович - Слуцкий, женившийся на дочери Станислава Генчинского, воеводы Краковского, Екатерине. Знаменитый Лев Сапега еще в юности из православия перешел в кальвинизм, а теперь был уже католиком и основателем 70 костелов, из коих большая часть в Белоруссии. Важным приобретением также было совращение Ивана Глебовича, воеводы трокского (белоруса), Петра Веселовского, Тышкевичей и многих других.

Главная задача иезуитов состояла в том, чтобы обратить в католицизм все дворянское сословие. На мещан и крестьян они не обращали внимания. По тогдашним понятиям политическая сторона не требовала этого; но в догматическом отношении важно было только то, чтобы народ греческой веры признавал папу главою церкви. С этою целию и придумана была уния, как переходное состояние. Иезуиты много согрешили перед Польшей. Ежели бы они постарались обращать народ хотя постепенно прямо в латинство, то, в течение двух слишком столетий, они всю Белоруссию сделали бы польскою. Уния же принималась народом бессознательно, по приказанию владельцев. Обрядность, язык оставались прежние и народ не замечал даже или не понимал основной перемены, именно в признании главенства папы. Православное духовенство в то время было так грубо и необразованно, что не могло влиять благотворно на сельское сословие, не могло соперничать с иезуитами и по отношению к высшим сословиям.

Мы не станем рассказывать истории унии. Она хорошо известна. Она легко привилась по деревням и селам, как мы сказали, почти бессознательно. Но деятели по введению унии и конечно сами руководители униатских владык, иезуиты, не надеялись встретить такого сильного отпора в городах, особенно в Полоцке, Минске, Могилеве, Витебске, вызвавшого даже кровавые столкновения и потом восстание в Витебске против архиепископа Кунцевича, окончившееся его убиением.

По вызову гетмана Петра Конашевича Сагайдачного, в 1620 приехал в Киев иерусалимский патриарх Феофан. Он поставил митрополитом Иова Борецкого, а Мелетия Смотрицкого назначил архиепископом полоцким. Смотрицкий, как ученый, как ревнитель православия, был уже известен, пользовался большим доверием и уважением у православных. Прежде он жил в Минске и здесь боролся всеми силами против унии и был руководителем народа. Когда он приехал в Полоцк, уже как архиепископ, понятно, к нему обратились все православные, как к своему защитнику и покровителю. Кунцевич находился временно в Варшаве, и Смотрицкий беспрепятственно посетил главные города своей епархии, Витебск, Оршу, Могилев, Мстиславль и другие, везде возбуждая народ крепко держаться своей веры. Когда (12 ноября 1623 г.) Кунцевич был убит в Витебске, сильное подозрение в подговоре к восстанию и убийству Кунцевича пало на Смотрицкого. Он принужден был бежать и нашел убежице в Константинополе у патриарха Кирилла Лукариса, которого он знал еще в юности. Прожив здесь четыре года, он возвратился на родину и, к удивленно всех, принял унию. В 1629 г. участвовал в униатском соборе во Львове