Живописная Россия, т. III. Лист 325, с. 301
Литва и Белоруссия в иллюстрированном описании 1882 года: древности и мифология, народы и обряды, история Великого княжества и Полоцкой земли, природа, Вильно и города, Пинское Полесье и долина Припяти, Смоленщина, хозяйство края. Очерки А. К. Киркора, С. В. Максимова и П. П. Семёнова.
С. 301
Оригинал
IV . Витовтъ умѣлъ сохранять добрыя отношенія съ Московскою Русью. Съ зятемъ своимъ, вел. кн. Василіемъ Дмитріевичемъ, и потомъ съ наслѣдникомъ его, внукомъ своимъ Василіемъ Васильевичемъ Темнымъ, Витовтъ былъ друженъ и пользовался особеннымъ ихъ уваженіемъ. Покровительствовалъ и поддерживалъ племянника своего Бориса Александровича князя Тверскаго, а также Іоанна Ѳедоровича князя Рязанскаго. Оба они клялись быть всегдашними союзниками и враговъ Витовта считать своими врагами.
Въ началѣ также дѣйствовалъ и вел. кн. Казиміръ. Въ договорѣ 1449 г. Василій и Казиміръ клянутся въ любви другъ къ другу и говорятъ, что въ случаѣ смерти одного изъ нихъ, другой долженъ заботиться о семействѣ умершаго. Извѣстно, что во время внутреннихъ раздоровъ побѣдитель захватывалъ путь въ Орду. Поэтому въ договорѣ сказано, что какъ великимъ князьямъ, такъ и посламъ ихъ, путь въ Орду долженъ быть свободенъ. Въ случаѣ нападенія непріятеля, обѣ стороны должны помогать другъ другу войскомъ. Казиміръ не долженъ вмѣшиваться въ дѣла Новгорода, а также Рязанскаго князя Ивана Ѳедоровича; если же Новгородцы или Псковичи нагрубятъ королю, то послѣдній долженъ увѣдомить о томъ Василія, а потомъ воленъ перевѣдаться съ ними, лишь бы не захватывалъ ихъ земель и водъ. Точно также и въ отношеніи къ Рязанскому князю, ежели онъ обидитъ Казиміра, послѣдній долженъ жаловаться Василію; но ежели и засимъ Рязанскій князь не исправится — Казиміръ воленъ наказать его. Важнымъ пунктомъ въ договорѣ было условіе, что служилые князья обѣихъ сторонъ должны оставаться свободными. Но въ этомъ и заключался камень преткновенія. Князья не въ состояніи были исполнить только этого пункта. Переходы князей и бояръ съ обѣихъ сторонъ были весьма нерѣдки и начались издавна. Еще въ 1289 г. князь Михаилъ Ярославичь Тверской послалъ игумена Андрея, сына Литовскаго князя, къ митрополиту Максиму и тотъ поставилъ его епископомъ въ Тверь. Ко временамъ Казиміра относится нѣсколько крупныхъ переходовъ изъ Москвы въ Литву и Бѣлоруссію и наоборотъ изъ Литвы въ Москву. Такъ, князь Юрій Патрикіевичъ перешелъ къ Василію Дмитріевичу и даже женился на сестрѣ его, княгинѣ Аннѣ. Князь Михаилъ Сигизмундовичъ былъ принятъ въ Москвѣ, гдѣ и умеръ. Изъ Москвы же перешли князь Иванъ Андреевичъ Можайскій, князь Василій Верейскій и даже, въ 1484 г., когда Іоаннъ III напалъ на Тверь и лишилъ княжества князя Михаила Борисовича, послѣдній бѣжалъ къ Казиміру и получилъ во владѣніе помѣстья Бѣлавичи и Гощовъ въ Слонимскомъ уѣздѣ, гдѣ онъ и прожилъ доконца жизни. Дочь его вышла за одного изъ Радзивилловъ. Въ Несвижскомъ замкѣ князей Радзивилловъ еще недавно показывали портретъ ея въ русскомъ народномъ платьѣ.
Эти переходы всегда имѣли пагубныя послѣдствія. Бѣглецы обыкновенно подстрекали къ войнѣ, вносили смуты и раздоры между царствующими.
Съ восшествіемъ на престолъ Іоанна III отношенія измѣнились. Іоаннъ III съ завистью смотрѣлъ на возрастающее могущество великаго княжества Литовско-русскаго. Ему не нравился союзъ Литвы и Руси съ Польшею и онъ серьезно помышлялъ о томъ, какъ бы слить Литву и Русь воедино съ Московскимъ государствомъ. Эта мысль постоянно крѣпла, созрѣвала и никогда уже не оставляла Московскихъ властителей, а несчастная Бѣлоруссія была обречена въ жертву, какъ передовой постъ воинскихъ набѣговъ, и много, много выстрадала.
Казиміру хорошо были извѣстны мысли и стремленія Іоанна III. Поэтому-то онъ избѣгалъ всякихъ столкновеній, умѣлъ изворачиваться, ладить, мирить возникавшіе споры, а понимая
Современная орфография
IV . Витовт умел сохранять добрые отношения с Московскою Русью. С зятем своим, вел. кн. Василием Дмитриевичем, и потом с наследником его, внуком своим Василием Васильевичем Темным, Витовт был дружен и пользовался особенным их уважением. Покровительствовал и поддерживал племянника своего Бориса Александровича князя Тверского, а также Иоанна Федоровича князя Рязанского. Оба они клялись быть всегдашними союзниками и врагов Витовта считать своими врагами.
В начале также действовал и вел. кн. Казимир. В договоре 1449 г. Василий и Казимир клянутся в любви друг к другу и говорят, что в случае смерти одного из них, другой должен заботиться о семействе умершого. Известно, что во время внутренних раздоров победитель захватывал путь в Орду. Поэтому в договоре сказано, что как великим князьям, так и послам их, путь в Орду должен быть свободен. В случае нападения неприятеля, обе стороны должны помогать друг другу войском. Казимир не должен вмешиваться в дела Новгорода, а также Рязанского князя Ивана Федоровича; если же Новгородцы или Псковичи нагрубят королю, то последний должен уведомить о том Василия, а потом волен переведаться с ними, лишь бы не захватывал их земель и вод. Точно также и в отношении к Рязанскому князю, ежели он обидит Казимира, последний должен жаловаться Василию; но ежели и засим Рязанский князь не исправится — Казимир волен наказать его. Важным пунктом в договоре было условие, что служилые князья обеих сторон должны оставаться свободными. Но в этом и заключался камень преткновения. Князья не в состоянии были исполнить только этого пункта. Переходы князей и бояр с обеих сторон были весьма нередки и начались издавна. Еще в 1289 г. князь Михаил Ярославичь Тверской послал игумена Андрея, сына Литовского князя, к митрополиту Максиму и тот поставил его епископом в Тверь. Ко временам Казимира относится несколько крупных переходов из Москвы в Литву и Белоруссию и наоборот из Литвы в Москву. Так, князь Юрий Патрикиевич перешел к Василию Дмитриевичу и даже женился на сестре его, княгине Анне. Князь Михаил Сигизмундович был принят в Москве, где и умер. Из Москвы же перешли князь Иван Андреевич Можайский, князь Василий Верейский и даже, в 1484 г., когда Иоанн III напал на Тверь и лишил княжества князя Михаила Борисовича, последний бежал к Казимиру и получил во владение поместья Белавичи и Гощов в Слонимском уезде, где он и прожил доконца жизни. Дочь его вышла за одного из Радзивиллов. В Несвижском замке князей Радзивиллов еще недавно показывали портрет её в русском народном платье.
Эти переходы всегда имели пагубные последствия. Беглецы обыкновенно подстрекали к войне, вносили смуты и раздоры между царствующими.
С восшествием на престол Иоанна III отношения изменились. Иоанн III с завистью смотрел на возрастающее могущество великого княжества Литовско-русского. Ему не нравился союз Литвы и Руси с Польшею и он серьезно помышлял о том, как бы слить Литву и Русь воедино с Московским государством. Эта мысль постоянно крепла, созревала и никогда уже не оставляла Московских властителей, а несчастная Белоруссия была обречена в жертву, как передовой пост воинских набегов, и много, много выстрадала.
Казимиру хорошо были известны мысли и стремления Иоанна III. Поэтому-то он избегал всяких столкновений, умел изворачиваться, ладить, мирить возникавшие споры, а понимая