XIII. Маршруты противниковъ и позиція на Ворсклѣ

Разсмотрѣніе положенія и условйй жизни на южно-русскихъ Украннахъ въ концѣ ХПУ вѣка, наканунЪ грознаго движеня къ нимъ татарскихъ полчищъ Темиръ-Кутлука, имѣеть еще и другое, не мене важное значеніе. Какъ раньше, разсмотрѣнёе историческихъ условйй жизни на юго-восток} Руси въ первую четверть ХШ столѣтя привело насъ къ болѣе или менѣе правдоподобному выводу о причинахъ и мѣстѣ главнаго столкновеня Руси съ татарами и позволило намъ подойти къ рѣшеню вопроса о мѣстоположенШи калкскаго боя, такъ и теперь разсмотрѣн& вышеназванныхъ условй жизни на южно-русскихъ Украинахъ въ концѣ ХПУ вѣка даеть намъ возможность выяснить болѣе или менѣе опредѣленно какъ направленще и цѣли движенія Темиръ-Кутлука въ 1399 году, такъ и мѣстоположене знаменитаго боя Витовта съ татарами въ означенномъ году.

Выше нами сдѣланъ былъ краткйй очеркъ такихъ отношеній на южно-русскомъ пограничьи въ концѣ ХПУ вѣка. Разсмотримъ теперь движенёя обоихъ противниковъ--Витовта и Темира—и постараемся опредѣлить болѣе или менѣе точно какъ мѣсто ихъ столкновенія, такъ и условія, при какихъ оно произошло.

Движенёе Витовтовыхъ войскъ, какъ извѣстно, начавшись изъ Кіева, совершилось по лѣвой сторонѣ Днѣпра, черезъ рр. Сулу, Пселъ и проч., пока, наконецъ, не достигло р. Ворсклы. Судя по всему, союзныя войска двигались обычнымъ путемъ, по тому равнинному пространству, которое непосредственно примыкаеть къ днѣпровской долин, и составляеть удобный и прямой путь къ половецкимъ степямъ.

Извѣстно затѣмъ, что Витовтовы войска собирались въ теченще лѣта, и выступленще ихъ совершалось также лѣтомъ, въ іюлѣ м$сяцѣ, а въ августѣ они уже были на берегахъ р. Ворсклы. Этоть лѣтий походъ, повидимому, былъ не совсѣмъ обычнымъ по времени, такъ какъ походы въ степи обыкновенно предпринимались или весной, или же зимой, когда станутъ рѣки и болота и когда движене черезъ нихъ не представляеть такихъ затрудненій, какъ въ другпя времена года; походъ же въ самый разгаръ лѣта вызывался, очевидно, внакими-либо особенными условями или соображеніями. Положимъ, желаніе дать возможность союзникамъ рано, до зимы, возвратиться домой могло играть въ этомъ дѣлѣ нѣкоторую роль, но оно, конечно, не могло служить главнымъ мотивомъ при выборѣ времени для похода. Можно думать, что здѣсь скорѣе играли роль другія, болѣе основательныя причины, а именно: или угрожающее движеніе татаръ изъ степей, требовавшее быстраго и серьезнаго отпора, или же жезаніе предупредить враговъ и не допустить ихъ до выполненія своего плана. Весьма возможно, что организація лѣтняго похода была предприната съ этой именно цѣлью—отраженія надвигавшейся изъ степей татарской орды. Въ виду того, что весной такого нападенія не произошло, а между тѣмъ разрывъ съ Темиромъ состоялся, можно было ожндать, что такое нападенше произойдеть ближайшей осенью, въ удобное для того время. Такъ какъ Темиръ шелъ наказывать Тохтамыша, то, очевидно, онъ разсчитывалъ захватить при этомъ и подчиненныхъ послѣднему татаръ; въ такомъ случа, спѣшное движеніе Темира къ границамъ Руси вполнЪ понятно: онъ разсчиталъ, что лучшее время для передвиженія какъ этого кочевого элемента, такъ, н своихъ войскъ, также, по больышей части, конныхъ, могло бытьвъ началЪ осени, когда выжженная лѣтомъ степь вновь роскошно покрывается травами. Кромѣ того, жаркое лѣтнее время было очень блаюопріятно для походовъ быстрыхъ, неожиданныхъ: рѣки въ это время сильно мельчали, обнаруживая удобные переходы и броды, особенно черезъ большЁя рѣки, такъ что переправа черезъ нихъ не представляда тогда такой трудности, какъ въ другое время?). Судя по всему, составивъ такой планъ, Темиръ хотѣлъ выиграть время и, переправившись на правый берегъь Днѣпра съ цѣлью захватить здѣсь Тохтачышевыхъ татаръ, быстро окончить походъ, чтобы до зимы возвратиться уже домой. Потому сонъ такъ и спѣшитъ приблизиться къ границамъ Руси, чтобы здѣсь, осмотрѣвшись и разузнавши обо всемъ, предпринять затѣмъ дальнѣйше ходы.

раженя крымскихъ ханскихъ грамоть ХУТ—ХУП вв. (94)

Примечание 94. Въ народныхъ русскихъ сказаняхъ, собранныхъ Аеанасьевымъ (т. П, стр. 272), ° времени, когда татары имѣли обыкновеніе совершать свои набѣги, сказано: „Разъя- №ихся собака татаринъ (Мамай).. и писалъ свои яряыки скоропнсчатые: ‹когда будеть овесъ кудрявъ, баранъ мохнать, у коня подъ копытомъ трава и вода, втапоры Мамай безбожный будеть со святой Русью воевать“—что напоминаеть обычныя вы-

Предугадывая этоть планъ, Витовтъ съ своей стороны также спѣшитъ собрать войска, чтобы во-время предупредить врага и не дать ему возможности достигнуть своей цѣли. Зная хорошо мѣстность и напередъ разсчитавъ, гдЪ можно будеть встрѣтить враговъ, Витовтъ и направился имъ наперерѣзъ. Судя по дошедшимъ до насъ источникамъ, Витовтъ поспѣшилъ заранѣе достичь тѣхъ мѣстъь, которыя расположены сейчасъ же за рубежемъ Русской земли, откуда открывался широкйй просторъ для наблюденій во всѣ стороны степей и откуда можно было издади слѣдить за движеніями непріятеля. Длугошъ сообщаетъ по этому поводу, что Витовтъ „ай сатпрез&а ріапі- Чет № зорийа8 рагіез @цзе роггесбат Бафепйа, сйгса йштеп №№ога- $К]а, д“агба @есйпа АцрчзЫ фе, фпа уійбеПсейб {егба розё Фе5йпн) Веай Тачгеп, регуепблпі А$8е%“ и т.д. (95). Судя по всему, Витовтъ только достигъ порога той мѣстности, откуда можно было наблюдать за врагами; что же касается самаго центра описываемой мѣстности, игравшей, повидимому, такое важное значене въ стратегическомъ отношеніи, то онъ, по всей вѣроятности, находился’въ области р. Орели, гдЪ дѣйствительно имѣются пункты, вполнѣ подходящйе къ передаваемымъ польскимъ писателемъ особенностямъ относительно доминированья извѣстныхь участковъ земли по этой рѣкъ надъ окружающей, разстилающейся на далекое пространство, плоской степной равниной 3).

Между тѣмъ, Темиръ, знавшйй} конечно, обо всѣхъ дѣйствяхъ Витовта, такъ квакъ онъ отправляль къ нему пословъ потолковать на счетъ соглашенія, подвигался впередъ медленно, осторожно.- Узнавъ, что Витовтъ уже на Ворсклѣ и въ довольно крѣпкой позищи, Темиръ рѣшаеть сначала нѣсколько задержать, а затѣмъ выманить Витовта въ чистое поле и здѣсь поразить его. Остановившись въ удобномъ стратегическомъь пункт$ близъ Русской земли, Темиръ отправляеть къ Витовту пословъ и убѣждаеть его оставить вражду, такъ какъ онъ идетъ собственно не противъ него, Витовта, а противъ своего бѣглаго раба, Тохтамыша. „Зачбмъ ты на меня пошелъ войною“ — велѣлъ онъ сказать Витовту; — „вѣдь я не трогалъ ни твоей земли, и не бралъ ни твоихъ селъ, ни городовъ?“ Какъ видно, тонъ рѣчи былъ вполнѣ мирный, даже нѣтолько занскивающйй, но ничуть не вызывающй: на порогѣ къ столкновенію врагъ первый присылаетъ пословъ и говоритъ, что онъ, ссли и идетъ войной, то вовсе не противъ него, Витовта. Конечно. © стороны Темира это былъ тоныйй маневръ, пущенный въ ходъ съ цѣлью вывѣдать истинное намѣренще Витовта на счетъ его похода. Къ подобнаго же рода премамъ прибѣгали, какъ извѣстно, татары я въ 1224 году, когда они, узнавъ о движенши русскихъ, дважды этправдяли къ нимъ своихъ пословъ. Витовтъ, повидимому, не почяль этого хитраго маневра. Вмѣсто удвоенной осторожности и осмотрительности, Витовтъ, напротивъ, поступилъ крайне опрометчиво и давъ врагу возможность одержать надъ ннмъ верхъ. Предполагая, тто врагъ застигнуть врасплохъ, и что, наконецъ, настало время дать ему почувствовать свою силу, Витовтъ гордо отвѣтилъ: „Богъ покорилъ мнѣ всѣ земли—сказалъ онъ;—покорись же и ты мнѣ: будь инЪ сыномъ, & я теб№ буду отцомъ; ты долженъ будешь давать мнѣ ежегодно опредѣленныя данн и оброки. Если же ты не захочешь покориться добровольно, то знай, что будешъ ‘моимъ рабомъ, и вся твоя орда будетъ истреблена мечемъ!“ Получивъ такой отвѣтъ, татары сдѣлали видъ, что они смущены, и попросили три дня срока для размышленія и окончательнаго на этотъ счеть рѣшенія. Конечно, и на этотъь разъ татары хитрили, но этой хитрости Витовтъ не замѣчалъ. На самомъ же дѣлЪ татары затягивали переговоры съ цѣлью выиграть время: они ожидали къ себѣ прихода военной помощи, и потому затягивали дѣло и старались до поры до времени не раздражать противника и не вызывать его на бой, чтобы затѣмъ вѣрнѣе одержать надъ нимъ побѣду. Когда же къ Темиру подошелъ съ войскомъ его искусный вождь Эдигей, тонъ татаръ относительно Витовта сразу измѣнился: татары рѣшають вызвать Витовта на бой, приготовивъ заранѣе для него засаду. (96)

Примечание 95. Эйидовг, П. Х, р. 526 —538.

Примечание 96. Дѣйствительно, съ вершинъ танущихся ио правому бсрегу р. Орели отдѣльныхъ хоямовъ открывается на далекое пространство широкій горизонтъ, давая возможность окинуть взоромъ окружающую мѣстность по радіусу верстъ въ 30 слишкомъ.

Въ это время Витовтъ стоялъ на берегахъ р. Ворсклы. Старый мурза татарскйй Эдигей подъѣхалъ къ р. Ворсклѣ и пригласилъ Витовта вступить съ нимъ въ переговоры. Витовтъ согласился. И вотъ, раздѣленные другъ отъ друга рѣкой, противники начали вести такія рычи. Первымъ заговорилъ Эдигей: „Слыхалъ я,——началъ этоть хитрый татаринъ,—что ты хотѣлъ взять нашего хана въ сыновья——это правильно: ты старъ, а онъ молодъ. Но я, вотъ, старше еще и тебя, такъ что тебЪ подобаеть быть моимъ сыномъ, и платить мнѣ дани. и клеймо мое чеканить на литовскихъ деньгахъ!“