КНЯЖЕНИЕ ВСЕВОЛОДОВО.

Княжение Всеволода Ярославича в Киеве.

Всеволод же сел в Киеве на столе отца своего Ярослава и брата своего Изяслава, переняв власть всю Русскую. И посадил сына своего Владимира в Чернигове; а Ярополка Изяславича во Владимире, придав ему Туров.

В тот же год поставлен был Новгороду Великому епископ Герман.

В лето 6587 [1079].

Пришёл Роман с половцами к Киеву; Всеволод же стал у Переяславля и сотворил мир с половцами. И возвратился Роман

1079

Роман с половцами вспять; и убили его половцы месяца августа во 2-й день; и суть кости его и доселе, — сына Святославова, внука Ярославова. А Олега, схватив, заточили за море, к Царьграду. Всеволод же посадил посадника своего Ратибора в Тмутаракани.

В лето 6588 [1080].

Заратились торки переяславские на Русь. Всеволод же послал сына своего Владимира. Владимир же, пойдя, победил торков.

В лето 6589 [1081].

Бежал Давыд Игоревич с Володарем Ростиславичем месяца мая в 18-й день; и пришли в Тмутаракань, и взяли Ратибора, и сели в Тмутаракани.

В лето 6590 [1082].

Осень, князь половецкий, умер.

В лето 6591 [1083].

Пришёл Олег из греков в Тмутаракань; и взял Давыда и Володаря Ростиславича, и сел в Тмутаракани, и иссёк хазар, каковые были совет держали на убиение брата его и на него самого; а Давыда и Володаря отпустил.

Царство греческое Романа Диогена.

По Константине Дуке царствовал Роман Диоген, и с ним три сына Дукины — Михаил, Константин, Андроник — лет 4 и 3 месяца, вкупе с матерью Евдокиею. И когда пришёл Роман в толикое величество, показал он отступление и от первого течения, — каковую мужества теплоту в персях имел. Ибо не внял он пище плотской, ниже привлёкся златозарною и багряною одеждою; ибо не жил он житием, подобным червю ока- стр. 178 янному и землю ядущему, ниже во тьме сокрывал себя в чертогах, и от врагов бегая, и от брани отскакивая, и на злых и зловерных не потрясая меча; но, ярость восприняв на агарян и ревностный на них исторгнув меч, землю их телами, как снопами, покрыл и, истёкшими кровями озёра составив, показал, каково греки хранят мужество и каковы мышцы имеют в бранях. И если бы не вражебная злоба воздвиглась на доброго Романа, и если бы не злобная ехидна содеяла на мужа, — то есть

1083

царица его, — то ничто бы не избегло от его оружия отмщённого.

Ибо исперва царица восхитилась добротою Романовою и из связанного явила царём; а по исполнении похотей опять возненавидела мужа и, как Далида Самсона, в руки врагам предаёт сожителя. И от сего злобное терние, вражебный волчец уязвили его, как от скорпии жало, и зеницы выкололи ему очные. Ибо был Роман жесток, гневлив, горд, яролюбив, самолюбив, самомудр; тогда же ещё более разгордевшись от багряницы и большую лютость восприняв, как греков царь; паче же и стяжав разум неустроенный и нрав мятежный, и всех подозревая, и всем зазирая, как своим, так и как наветникам, будто пяту его блюдущим, — то есть злое на него помышляющим; и сего ради тяжек казался и горек не только под властью сущим, но и самой жене, и Дукиным чадам. От сего были словеса шептанные, и смешения, и лукавства; и от сего ненависть своеплеменная, и ловитвы, и сети: врагам помышляли самодержца предать — не гонимая и не трудная ловитва, но готовая. Растворял же чашу сию предательную царю кесарь, брат царя Константина Дуки. Сын же сего кесаря Андроник был тогда военачальник; приобщил тот и воеводу, сына своего, своему совету, что на царя, — и мрежа плелась бедная окаянному, и одежда черноризная ткалась смертная.

Роману же, сего не ведающему, но мнящему, что лицо то Визан- стр. 179 тийское, то есть Царьград, и как звероубийца устремляющемуся и гонящему волков — то есть нашествие поганых, наскакивающее на священных овец города, то есть на благочестивых, — тогда летящая голубица, невесть откуда прилетев, припала на колено Роману, — прилёты тихие, но не такова, какова прежде прилетела к ковчежному покрову, и разрешение возвещая сходу водному, и древесный лист неся, и утешая Ноя, в ковчеге сокрытого, и второго родоначальника. Роману же не такова прилетела, но яда изрыгательница, но злым обращением зловозвестница, и чародейка, и зловолшебная пророчица. И вот царь, птицу приняв, посылает к царице, возвестив, что сие доброе знамение; ибо кто чего желает получить, о том и говорит, и в уме, и в помысле воображает. Так и Роман по своему хотению судил в уме своём, будто голубица оная, проста естеством, прилётом своим показала Роману неведение совета восстающих на него. Но ничто не есть злосмертнее для человека, имеющего враждующих ему в своём доме; и если у себя имеешь врагов и у себя хранишь их, не избавят тебя от бед ни вавилонские стены, ни ниры Семирамидины, то есть столпы Семирама, индийского царя, — если предательную душу, как

1083

Далиду, сожительницу получишь; и если живёшь с нею в нерушимом городе, взяты будут ниры и несохранён город. Поведаю же бывшее предательство.

При Диогене Романе тяжкая брань пробудилась меж греками и персами: свирепый шум взошёл, тёмную воображая ярость; с обеих сторон военачалие, и повсюду облетал муж-гонитель Арей, кровями обращая и мокая руки, все моря пожрать кровями желая. Царь же Роман летел, рассекая и гоня, и копейными прободениями просыпая врагам чрева; как птицегубитель, — если кто скажет: ястреб борзый, — птицам ходоперым простирая, молнией фракийской являлся врагам, огнём стр. 180 летящим и свыше сходящим и рассёкшимся из облака. Были омыты кровями длани его; кровями же показана десница его была, и обмазан меч, червлёною ризою оделся от крови. Как некий лев, обратившись на пугливый скот, прорывает рёбра его когтями, и обмочится утробою, и покажет очервлённые кровями уста свои, — сей же паче оного явился: и горя дерзостью, окровавленный, твёрдый, неумягчённый, как камень, желая, чтобы совершенна была победа грекам на противников; и радостно усмехнулась крепость их, познав лучи победного дня. Но вот триварварская оная ненависть и злобный мрак ехиднин, то есть царицын и той челяди, и вражебный облак кесаря и сущих во власти, — таковой светло украшенный помрачили победы день.

Ибо кесарь, хотя предать царя супротивным, уклонился на бегство; текли вслед его все, царя оставив. Царь же, как зверь худой, был окружён, и сюда оглядывался, и туда смотрел, и видел себя единым в сетях неизбежных и злых. Тем и вскочили первоначальники варварские, и стекались, и притекали, и предваряли друг друга — кто бы взял Романа живым. И наконец схвачен был царь варварскими дланями, и бывает лев ловитвою ловцам пагубным, и ночными вранами удержан бывает орёл златокрылый. Варвар же оный, схвативший его, нежданно варварскую душу укротил и воззрел человеколюбезно на царя; ибо милует и варвар царя злостраждущего, а обличает своих же племенных греков, царёвых предателей бывших, — триварвар, иноплеменник, обличает соплеменников их; и бывает милостивейшим ему и промысленнее его своих и самих сродников. Сжалившись, и пощадил, и помощи даёт ему руку, и на принятие посылает его стр. 181 к царству. Выскочил Роман, как зверь из тенет и как орёл из сети, и снова имел надежду восхитить царство; но и размесил ему надежду. Ибо вражды писания, перната, повсюду постигали его, затворяя Роману города; тем и пуст обходил он, нелюбим и без друзей, и без помощи, — другой

1083

-Беллерофонт, — от царства отогнан был, как от Пегаса. Ибо царь, не имеющий войска и сокровища, ничем не разнится от простолюдина.

Царство греческое Михаила, сына Константина Дуки.

По Романе же царствовал Михаил, сын Дукин, лет 6 и месяцев 7. Сей, войдя в возраст юношеский и уже принимаясь усами бородатыми, и кесаря приняв — дядю своего по отцу — поспешником, и сильных воевод, — восседает на престол отца своего. Но и опять пламень вражебный не угас: и родившую его, стенающую весьма и рыдающую, от города и от царства и нехотящую отгоняет, и положил её в монастыре, и остриг власы её, каковые благоухали прежде миропомазанием, и первую златоризную черноризицу являет. Уведал же он, что и Роман снова воцаряется и снова желает той власти, от каковой отпал, и ратное воздвизает жало, как скорпионово; посылает брань составить с ним и схватить его. И опять окаянный в сети впадает, и схвачен бывает, и очные зеницы угашены бывают ему, вскоре. И на земляной и жестокий вметается островок. Освободился же Михаил от настоящего страха и, небурною приняв властную ладью, мятежей и страха ратных и во сне не видел, в книгах же упражняясь и ночи без сна проводя: был он другой Тимофей или Дидим меднобрюхий, александриец родом, какового сего ради так нарекли, ибо радовался он законам и книгам и без пищи пребывал многие дни.

стр. 182 После же сего опять прорвались нашествия варварские, и опять дохнули вихри отовсюду, и шумы испускали, и волнения творили; ибо не было корабельщика, сим помогающего, — то есть царя мужественного, воинство укрепляющего на супротивных. К сему же и от земли проникли прозябения плевельные. Ибо был он сельский делатель — то есть жил улиточным житием, вмале выходя и опять сокрываясь, то есть ни о чём не радея царском; и опять приникал из хижины, как из берлоги, или паче как в глубине хранимая пинна, персть ядущая, — то есть ни о трапезах, ни об иных делах царских не внимая, требуя приходящего на царские дела и ищущего, но и напоминающего, что греками обладает; то есть не только требовал он строящих царские дела, но и напоминающих ему, что он царь и греками обладает. И сего ради поползли змии зияющие — то есть восстания противников, — и весь греческий предел пожирали, как птенцов малых, то есть поглощали. И сего ради был ропот великий на царя, и все страдали, видя греческое не на колене лежащим только, ни на устах, но уже растлевшимся и увядшим и скончаться хотящим.

Царство греческое Никифора Вотаниата, каковой царствовал 3 года. 1083

Был же некто великороден и от первородных и доблестных, долголетен и стар, другой пилиянин, Нестор Вотаниат; звали его Никифором. Муж искусный во бранях и уязвлён телом, во многих пострадал он ратях ещё с детства; и был мужескими исполнен храбростями. Сей руку собирает многую помощи и достигает в Никею, и посылает к держащему власть писания утешные, сими того увещевая: бескровно ему, старцу, от скипетров уступить, а самому, как неискусному бранями, жить в беспечалии. И что много говорить? Пости- стр. 183 гает он и Византию, и червленицею той украшается златотканою; первый же царь Михаил черноносцем становится, иноческим украшаясь образом, избавив себя многомятежных волн. Старец же сей ветхий Никифор юностными облагается вещами: жене Михаиловой привязуется законом брака, паче же — старый младой, и седой юной. Михаил же гневался; он же Ефесскому граду пастырем и митрополитом поставляет его. Старец же Никифор, труды оставив ратные, сидел, злато нося, и украшался одеждами, лучи испускающими блещащегося злата; банями, и питиями, и пищами доброчестную старость кормя, — как птица златопёрая кикнос, на здании сидящая. И когда хотел зайти во гроб и скрыться, начинает веселиться и являться житием престарым слабожителем, питаясь и кормя. И вот имения вручает людям варварствующим и даже голосом правильно не беседующим, чашу вседневную составляющим и пиющим, — каковых были из переработных и деды и отцы, триварварные душою, варвары и обычаем, и скифоязычными глаголами злогласно беседующие.

Сим вверил он царские власти и сокровища, — как если бы кто великобременную вверил ладью невеждам, и буям, и непотребным кормчим. Сам же царь оделся златосияющими ризами, и червленицами златоткаными, и бисером обнизанными одеждами, и багряницею, сияющею багряным цветом, и златым, и краскою пёстрою и различною; на высоких сидел престолах среброкованных, украшая санами всех приходящих к нему — кузнеца, древодела, златаря, купца, земледельных делателей, каменосозидателя, и вервеплетущего, виногра- стр. 184 дов делателя; и смешивая честное, и красное оскверняя, и толикую славу низводя к рукодельникам. То, что в возмездие давали цари первые за храбрость, руками исправляющим великое и сущим от крови и рода красного и светлого, — Никифор же сие рукодельникам давал, и таковыми делами радовался, и в таковых бдел и упражнялся. И если некие просили у него санов

1083

высоту, злостраждущим являлся; а прочее всё почитал бездельным и ни во что вменял, — хотя и греческие пределы стенали от варваров, хотя и взятием многие города разрушались.

Но да устремится прочее слово на молчание, да престанет: ибо пучины неисчерпаемой пролитие есть — из ничего исчерпывать красоты добрых царей и мужей храбрых, благородных, и крепких, и великодушных, каковых невозможно языком жития переплыть. Ибо уже прочее проникают три храбрых царя Комнины самодержцы, великоделательно доблестные, — озёра, наводняемые победными, каковых не смог сам Ираклий крепкий переплыть. И вот да прикоснёмся добрых кормил здесь, корабельное весло переложив и составив ветрило; ибо непроходна речь для гадарского перехождения.

Царство греческое Алексия Комнина.

По Никифоре же Вотаниате царствовал Алексий Комнин лет 7 и месяцев 6, православен.

В лето 6592 [1084].

Приходил Ярополк ко Всеволоду на Великий день. В сие же время выбежали Ростиславичи двое от Ярополка и, придя, прогнали Ярополка. И послал Всеволод сына своего Владимира, и выгнали Ростиславичей; и посадил Ярополка Изяславича во Владимире.

В тот же год Давыд Игоревич захватил греков в Олешье и всё у них имение. И Всеволод, послав, привёл его и дал ему Дорогобуж.

В лето 6593 [1085].

стр. 185 Ярополк, сын Изяславов, внук Ярославов, правнук великого Владимира, хотел идти на дядю своего Всеволода, послушав злых советников. И, уведав, Всеволод послал против него сына своего Владимира; Ярополк же, оставив мать свою и дружину в Луцке, бежал в ляхи. Когда же Владимир пришёл к Луцку, предались лучане; Владимир же посадил Давыда во Владимире, в брата своего место Ярополка; а мать Ярополкову, и жену его, и дружину его привёл к Киеву, и имения его взял много.

В лето 6594 [1086]. 1086

Пришёл Ярополк из ляхов и сотворил мир с Владимиром, сыном Всеволодовым, внуком Ярославовым, правнуком великого Владимира; и был Владимир с Ярополком двоюродных братьев дети. И пошёл Владимир вспять к Чернигову, а Ярополк сел во Владимире. И пробыл там мало дней, вышел из Владимира и пошёл к Звенигороду; и, не дойдя до Звенигорода, прободён был от проклятого Нерадца, диаволом наученного и лукавыми человеками. Когда лежал он на возу, саблею с коня прободил его окаянный, месяца ноября в 22-й день. Ярополк же, воздвигнувшись и выторгнув из себя саблю, возопил великим голосом и сказал: ох, что ты меня, враже, уловил! И да не отмстит тебе Христос Спас милостивый! И бежал Нерадец проклятый к Перемышлю к Рюрику. А Ярополка, взяв, отроки его на коня перед собою — Радко, и Войкина, и иные, — со слезами и с плачем великим понесли его ко Владимиру, а оттуда к Киеву. И вышел во сретение его со священною честью, с крестами, и с кадилами, и со свечами преблаженный митрополит Иоанн, с сыном своим, благоверным князем Всеволодом, и с его детьми, Владимиром и Ростиславом, и со всем священным собором, и иноки, и множеством народа; и сотворили великий плач, и пролили многие слёзы над ним, и проводили его со псалмами и песнями до святого Димитрия; и, убрав тело его, положили честно стр. 186 в раке, в церкви святого апостола Петра, каковую сам он начал здать прежде, месяца декабря.

Многие ведь беды сей князь Ярополк принял от братии своей безвинно: и изгоняем был от них, и обижаем, и разграбляем, и в напасти и в скорби непрестанно ввергаем; прочее же и смерть горькую принял, но вечной жизни и радости сподобился, пострадав неповинно. Ибо таков был блаженный сей князь Ярополк: тих, кроток,

1086

смирен, любовен, милостив, даровит, не памятозлобив и неотмстителен к согрешающим ему, умилен, и слезен, и слаб, и радостен ко всем, и книжен весьма; пьянства же и всякого глумления отлучаясь. От всего же имения своего десятую часть давая Господу Богу, и пречистой Богородице, и святителю, и от всех скотов своих, и от жит, на всякий год; и весьма почитал епископов, и пресвитеров, и иноков; и церкви украшая, и убогих и нищих насыщая, и нагих и странных одевая, и в скорби и в печали. И о братии своей молил Бога всегда, говоря: Господи Боже мой, призри на меня, и помилуй меня, и приими молитву мою, и не дай мне отмстить злотворящим мне; но дай же мне смерть, какую дал ты братьям моим Борису и Глебу, — от чужих рук кровью скончаться, дабы отмыл я грехи мои все своею кровью и избыл вражьих ловлений и сетей, и суетного жития и мятежей, и дошёл до вечного покоя и радости. Какового прошения не лишил его всеблагий Бог: ибо воспринял он благое оное от Христа Бога, что око не видело, и ухо не слышало, и на сердце человеку не взошло, что уготовал Бог любящим Его.

В лето 6595 [1087]. В лето 6596 [1088].

Освящена была церковь святого архистратига Михаила монастыря Всеволодова митрополитом Иоанном Киевским и всея России, а игуменство тогда держал того монастыря Лазарь.

В тот же год вышел Святополк из Новгорода в Туров княжить. В тот же год преставился Никон, стр. 187 игумен Печерский. В тот же год взяли болгары волжские и камские Муром.

В лето 6597 [1089].

Освящена была церковь Печерская святой Богородицы Успения, монастыря Феодосиева, Иоанном

1089

митрополитом Киевским и всея России, и Лукою епископом Белгородским, Исаиею епископом Черниговским, при благоверном князе Всеволоде Ярославиче и чадах его Владимире Мономахе и Ростиславе; а воеводство держал киевской тысячи Ян, а игуменство держал Иоанн.

В тот же год принесли мощи Николы Чудотворца от Мир в Бар-град, при царе Алексии Комнине, и при патриархе Николе, и при великом князе киевском Всеволоде, и при сыне его Владимире Черниговском; а в Киеве и во всей России митрополитом был тогда Иоанн.

Преставился митрополит Иоанн Киевский и всея России.

В тот же год преставился Иоанн митрополит Киевский и всея Руси. Был же сей Иоанн муж хитр книгам и учению, милостив к убогим и ко вдовицам, ласков же к богатым и убогим, и тих, и смирен, и кроток, и милостив, и молчалив, речист же в книгах святых, и утешая печальных. И таковаго не было в Руси прежде, а по нём — не ведаю, будет ли таков.

В лето 6598 [1090].

Пошла Янка к Царьграду в греки, дочь Всеволодова. И привела Янка митрополита Киеву и всей России Иоанна Скопца; о каковом люди сказали: сей новый Иоанн пришёл; но будет ли таков, каков был первый Иоанн?

Преставление другого митрополита, Иоанна Скопца.

И от года до года пробыв, преставился; был же сей муж не книжен, и умом прост, и просторечив.

В лето 6599 [1091].

Митрополит Ефрем Киевский и всея Руси.

Освящена была церковь святого архангела Михаила Ефремом митрополитом Киевским и всея России, каковую сам создал, велику сущу; ибо прежде Переяславль был митрополией, и жили большею частью там митрополиты киевские и всея России, и епископов поставляли там;

1091

и украсил он её великим устроением и церковными сосудами. Сей же Ефрем был скопец, много добродетелен, высок телом и сух. Было же тогда зданий многих воздвиг он стр. 188 в церкви святого архангела Михаила; и заложил церковь каменную на воротах градских во имя святого мученика Феодора; и после сего другую церковь святого апостола Андрея, у церкви святого Феодора от ворот; и строение банное, и врачей, и больницы всем приходящим — безмездное врачевание. Такожде и в Милитине, в своём городе, устроил, и по иным своим городам митропольским, каковые суть, и с уездами, и с волостями, и с сёлами; сего не было прежде в России. И город Переяславль заложил он каменный от церкви святого Феодора и с прочими зданиями, и совершил его чудно.

В тот же год пришёл Феодор, грек митрополичий, от папы из Рима и принёс много мощей святых.

В тот же год умножение было плодов всяческих.

В лето 6600 [1092]. В лето 6601 [1093].

Игумен Печерский с иноками совет сотворил, и сказали: недобро есть лежать отцу нашему Феодосию вне монастыря и церкви своей, поскольку он основал церковь и черноризцев собрал. Так повелели устроить место, где положить мощи его. И когда приспел праздник Успения святой Богородицы за три дня, повелел игумен разрушить то, где лежат мощи отца нашего Феодосия. Какового повеления был я, грешный, первым самовидцем, о чём и скажу; ибо не слухом слышал, но сам, и сему начальник. Пришёл ко мне игумен и сказал мне: пойдём в пещеру к Феодосию. Я же, придя с игуменом, не ведая никому, разглядывал, где копать; и, назнаменовав место, где копать, вне устья, сказал мне игумен: не можешь поведать никому, но возьми кого хочешь, да тебе поможет. Я же

1093

пристроил за семь дней кирку, каковою копать. И во вторник вечером взял с собою двух братьев, не ведая никому, и пришли мы в пещеру. И, отпев псалмы, начал я копать; и, потрудившись, отдал другому брату. И копали мы до полуночи, утрудились и не могли докопаться; и начал я тужить: не в сторону ли копаем? Я же, стр. 189 взяв кирку, начал копать усиленно, а друг мой отдыхал пред пещерою. И сказал он мне: ударили в било. И я в тот час прокопал до мощей Феодосиевых, — когда тот говорил мне: ударили в било, — а я сказал: прокопал уже. Когда же прокопал, объял меня ужас, и начал я звать: Господи, помилуй! В тот же час сидели два брата в монастыре, — когда игумен утаился, с некиими перенести тайно, — к пещере глядя; и когда ударили в било в монастыре, тогда увидели они три столпа, как дуги зарные, над пещерою блаженного отца нашего Феодосия; и стояли они долгое время, и пришли на двери церкви, где положен был отец наш Феодосий, учитель и наставник словесного стада в земле Русской. В сие же время видел Стефан, каковой был в его место игуменом.

В сие же время епископ видел в своём монастыре через поля зарю великую над пещерою, помыслив, будто несут Феодосия; ибо возвещено было ему за день один. И, сжалившись, что без него переносят, и, сев на коня, борзо поехал, взяв с собою Климента, какового в себя место игуменом поставил. И пришли близко, и увидели свечи многие над пещерою; и пришли к пещере — и не увидели ничего; и вошли внутрь пещеры, где мы сидели у мощей его. И когда прокопал я, послал к игумену: приди, да вынем. Игумен же пришёл с двумя братьями, и прокопали мы весьма, и влезли; и вот лежат мощи, — но составы не распались, и власы главные притяжели. И, возложив мощи на мантию, вынесли пред пещеру.

1093

На другой же день собрались епископы: Ефрем Переяславский, Стефан Владимирский, Иоанн Черниговский, и игумены от всех монастырей с черноризцами, и люди благоверные; и взяли мощи Феодосиевы с фимиамом и со свечами, и, принеся, положили в церкви его собственной, в притворе на правой стороне, месяца августа в 14-й день, в четверг, в час первый, индикта 14-й год; и праздно- стр. 190 вали светло в тот день.

Скажу же немного нечто, как сбылось пророчество Феодосиево. Некогда, когда Феодосий держал игуменство при жизни своей и правил стадом, порученным ему Богом, — черноризцами, — не только о них одних, но и о мирских пёкся он, о душах их: как бы спаслись, — паче же о детях своих духовных, утешая и наставляя, и, приходя, благословение им подавая. Ибо однажды, придя в дом к Яну и к сожительнице его Марии, — а любил Феодосий их, поскольку жили они по заповеди Господней и в любви меж собою пребывали, — придя однажды к ним, учил их о милостыне к убогим, и о царствии небесном, каковое принять праведникам, а грешникам муку, и о смертном часе. И когда он говорил им о положении тела во гроб, сказала ему Янова жена: кто это ведает, где меня положат? И сказал ей Феодосий: воистину, где лягу я, там и ты положена будешь. Сие и сбылось: игумен же преставился прежде на восемнадцать лет, — и сбылось. В тот же год преставилась Янова жена, по имени Мария, месяца августа в 16-й день. Пришли черноризцы, пели обычные песни и, принеся её, положили её в церкви святой Богородицы, против гроба Феодосиева, на левой стороне. Феодосий же положен был в 14-й день, а сия в 16-й. И сбылось прорицание отца нашего Феодосия, доброго пастыря, каковой пас словесных овец нелицемерно, кротостью и смирением блюдя их, и бдя за нас, и молясь за порученное ему стадо, и за людей христианских, и

1093

за землю Русскую; каковой и по отшествии своём от сей жизни молишься за людей верных и за всех своих учеников, каковые, взирая на руку твою, поминая учение твоё и воздержание, прославляют Бога.

Похвала

Я же, грешный, твой раб и ученик, недоумеваю, чем похвалить доброе твоё житие и воздержание; но и се скажу немного нечто. Радуйся, отче наш Феодосий и наставниче! мирские мятежи от- стр. 191 ринув, молчание возлюбил ты; Богу послужил в тишине, в иноческом житии; всякое приношение себе божественное принёс ты; пощением превозвысившись плотских страстей; сласти возненавидев, и красоту и желание века сего отринув; следуя стопам высокомысленных отцов; ревнуя молчанием, возвышаясь смирением, украшаясь в словесах книжных, и веселясь, и радуясь, укрепившись надеждою, вечных благ принял; умертвив плотскую похоть, источник беззакония и мятежа, преподобне, бесовских козней избежал ты и сетей; с праведными, отче, почил ты, восприняв за труды возмездие; отцам наследником быв, последовал ты учению их, и нраву, и воздержанию их, и правилам их. Паче же ревновал ты великому Феодосию нравом, и житием уподобляясь житию его, и воздержанию ревнуя, следуя обычаю его, и переходя от дела в дело лучшее; и обычные мольбы Богу воздавая, в воню благоухания принося кадило молитвенное, фимиам благовонный; победив мирскую похоть и миродержца, князя века сего, супротивника поправ, диавола и его козни, победителем явился ты противным его стрелам и гордым помыслам, укрепившись оружием крестным и Божиею помощью. Молись за меня, честный отче! избавлену быть от сети неприязненной, и от врага противного соблюди меня твоими молитвами.

Знамение

В тот же год было знамение в солнце, как бы погибнуть ему, и мало его осталось, как месяц, в час второй дня, месяца мая в 21-й день.

1093

В тот же год, когда Всеволод ловы деял за Вышгородом и заметали тенета и кличане кликнули, — спал превеликий змей с небес, и ужаснулись все люди, и земля стукнула, и многие слышали.

В тот же год волхв был в Ростове и вскоре погиб.

В лето 6602 [1094].

Знамение

Предивно было в Полоцке: в мечтании бывало ночью — стоял топот по улицам, будто человеки, рыщущие бесы. Если кто вылезал из хоромины, желая видеть, тот и стр. 192 уязвлён бывал невидимо от бесов язвою и от того умирал; и не смели вылезать из хором. И после того начали и днём являться на конях, и не было их самих видеть, но коней их видеть копыта. И так уязвляли людей полоцких и их область; потому и люди говорили, что наяву бьют полочан. Ибо сие знамение начало быть от Друцка.

Знамение

В тот же год было знамение на небе: круг был посреди неба превеликий.

В тот же год ведро было, так что выгорала земля, и многие боры возгорались сами, и болота; и многие знамения бывали по местам. И рать великая была от половцев и отовсюду, и взяли они три города — Песочен, Переволоку и Прилук, — и многие сёла повоевали, и стояли половцы по обеим сторонам.

В тот же год воевали половцы ляхов с Васильком Ростиславичем.

В тот же год умер Рюрик, сын Ростиславов.

В тот же год многие люди умирали различными недугами, — как говорили продающие гробы, — от Филиппова дня до мясопуста 7000. Сие же было за грехи наши, ибо умножились грехи наши и неправды; сие навёл на нас Бог, веля нам иметь покаяние и воздержаться от греха, и от зависти, и от прочих злых дел, и неприязненных сетей.

Преставился князь Всеволод. 1094

В лето 6602, индикта в 1-й год, преставился великий князь Всеволод, сын Ярославов, внук Владимиров, месяца апреля в 13-й день; а погребён был в 14-й день, — была тогда неделя страстная, и день был четверг, — в каковой положен был во гробе в великой церкви святой Софии.

Ибо сей благоверный князь Всеволод был с детства боголюбив, и любя правду, и милуя убогих; воздавая честь епископам и пресвитерам, премного же любил иноков и подавал потребное им. Ибо был он и сам воздержан от пьянства, и от объедения, и от сластей плотских; потому и любим был отцом своим, так что говорил отец к нему: сын мой, благо тебе, что слышу о тебе кротость, и радуюсь сему, что ты покоишь старость мою. Если по- стр. 193 даст тебе Бог принять власть стола моего по братии своей — по правде, а не с насилием, — тогда, когда отведёт меня Бог от жития сего, да ляжешь ты там, где я лягу, у гроба моего; поскольку люблю тебя паче братьев твоих. И сбылось отца его прорицание, как говорил он ему: принял он после всей братии стол отца своего, по смерти брата своего сел в Киеве княжить.

И была ему печаль большая, нежели когда сидел он в Переяславле. Ибо когда сидел он в Киеве, печаль ему была от племянников своих, ибо начали ему докучать, желая себе волостей; и от всех сих начали ему быть напасти и печали от них. Восставали и недуги на него, и к сим приспела ему старость; и начал он любить смысл юных и совет творить с ними. Сии же начали завидовать и негодовать на дружину первую его, и людям не стало доходить княжей правды; и начали тиуны грабить людей и продавать, а князю о том неведомо в болезнях своих. И, разболевшись весьма, послал он по сына своего, по Владимира Мономаха Черниговского. Когда же пришёл Владимир и увидел его весьма больным, восплакался. И когда сидел при нём Владимир Мономах и Ростислав, сын его меньший, — придя же час,

1094

преставился тихо и кротко, и приложился к отцам своим, прожив лет 15 в княжении в Киеве, а в Переяславле год, а в Чернигове год. Владимир же Мономах плакался с Ростиславом, братом своим; убрали они тело его, и собрались епископы, и игумены, и черноризцы, и попы, и бояре, и простые люди; и, взяв тело его, с обычными песнями положили во святой Софии, как сказали мы прежде.

(Наборная орнаментальная концовка — конец Части первой)