По Западу России. Лист 606, с. 606
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 606
Оригинал
митрополитомъ, нарочно для этого привезено было въ Москву; память же Авраамія и послѣднйе дни его жизни остаются покрытыми глубокою тайной, и надо признаться, что въ этомъ сказывается одна изъ величайшихъ, можно сказать, не оправдываемыхъ ничѣмъ, неблагодарностей русскаго народа. Не пора ли вспомнить о келарѣ, и мѣсто ли ему лежать подъ холоднымъ небомъ странъ архангельскихъ, тогда какъ въ Троицкой Лавре% еще довольно ийста для многихъ великихъ дѣятелей русскихъ, если таковые народятся! Замѣчательно, что даже Карамзинъ, столь чуткйй къ признанію характерностей крупныхъ дѣятелей, касается Авраамія какъ бы вскользь, урывками, и въ послѣднихъ главахъ бессмертной «Исторйи Государства Россййскаго» могучая личность Палицына какъ бы задвинута цѣлымъ сонмомъ другихъ бесконечно менее важныхъ людей! По-видимому, и у Карамзина не слагался еще въ полной желательной ясности обликъ великаго келаря, отправленнаго въ Соловки и спя- Щаго тамъ «на своемъ обещаніи». Относительно святаго Сергія завѣтъ его быть похороненнымъ на братскомъ кладбище не исполненъ; относительно Авраамія едва ли вѣроятно, чтобы онъ самъ желалъ лежать въ далекой, обуреваемой ледяными вѣтрами, лежащей на границе Россйи съ бесконечностью обители Соловецкой?
Не исключительно замкнутыми въ стены высятся храмы п зданйя лаврскіе; многіе кресты, часовни, скиты, церкви и монастыри, находящіеся въ прямой связи съ нею, словно отклики главнаго аккорда, гудя своими колоколами, виднѣются по всѣмъ сторонамъ ея внѣ ограды и уходятъ въ темнѣющую даль чисто русскаго, привѣтливаго пейзажа. Кто же не слыхалъ и не знаетъ о юнѣйшихъ по времени Гефсиманскомъ ските и Вифанскомъ монастыре?
Въ Вифаніи, въ трехъ верстахъ отъ лавры, почиваетъ основатель ея, митрополитъ Платонъ, умершій въ 1812 году, о которомъ Муравьевъ говоритъ, что не имѣлось у насъ после Стефана Яворскаго такого замѣчательнаго лица въ іерархіи, какъ онъ. Шевыревъ замѣчаетъ довольно смѣло, что домъ Платона въ Вифаніи напомнилъ ему Фернейский з&замокъ Вольтера: и тамъ, и здѣсь портреты Екатерины ПП; въ Фернее вышитъ онъ шелкомъ и подаренъ самою государыней; въ Вифаніи подаренъ Потемкинымъ п вырѣзанъ изъ бумаги; тамъ, въ Фернее, висятъ картины, относящіеся къ жизни Вольтера, здѣсь— къ жизни Платоновой. Верно также и то, что митрополитъ Платонъ, какъ и Вольтеръ, очень любилъ природу и самъ насадилъ вифанскую рощу, густо разросшуюся по направленію къ пруду; онъ, по-видимому, думалъ даже, если можно такъ выразиться, ввести природу въ архитектуру церковную, потому что этимъ только можно объяснить хотя отчасти ту странную, игривую мысль, которая лежитъ въ основаніи устройства вмѣсто иконостаса каменной покрытой мхомъ горы Фаворской и постановку гроба самого храмоздателя какъ бы въ пещерѣ. Сюда же перенесенъ и деревянный гробъ св. Сергія, въ которомъ обрѣтены мощи его; собственно говоря, это перенесеніе тоже прихоть, едва ли имѣющая многое въ свое оправданіе.
Влѣво отъ пути въ Вифанію идетъ дорога на Гефсиманію, устроенную
Современная орфография
митрополитом, нарочно для этого привезено было в Москву. память же Авраамия и последние дни его жизни остаются покрытыми глубокой тайной, и надо признаться, что в этом сказывается одна из величайших, можно сказать, не оправдываемых ничем, неблагодарностей русского народа. Не пора ли вспомнить о келаре, и место ли ему лежать под холодным небом стран архангельских, тогда как в Троицкой Лавре еще довольно места для многих великих деятелей русских, если таковые народятся! Замечательно, что даже Карамзин, столь чуткий к признанию характерностей крупных деятелей, касается Авраамия как бы вскользь, урывками, и в последних главах бессмертной «Истории Государства Российского» могучая личность Палицына как бы задвинута целым сонмом других бесконечно менее важных людей! По-видимому, и у Карамзина не слагался еще в полной желательной ясности облик великого келаря, отправленного в Соловки и спящего там «на своем обещании». Относительно святого Сергия завет его быть похороненным на братском кладбище не исполнен; относительно Авраамия едва ли вероятно, чтобы он сам желал лежать в далекой, обуреваемой ледяными ветрами, лежащей на границе России с бесконечностью обители Соловецкой?
Не исключительно замкнутыми в стены высятся храмы и здания лаврские; многие кресты, часовни, скиты, церкви и монастыри; находящиеся в прямой связи с нею, словно отклики главного аккорда, гудя своими колоколами, виднеются по всем сторонам её вне ограды и уходят в темнеющую даль чисто русского, приветливого пейзажа. Кто же не слыхал и не знает о юнейших по времени Гефсиманском ските и Вифанском монастыре?
В Вифании, в трех верстах от лавры, почивает основатель её, митрополит Платон, умерший в 1812 году, о котором Муравьев говорит, что не имелось у нас после Стефана Яворского такого замечательного лица в иерархии, как он. Шевырев замечает довольно смело, что дом Платона в Вифании напомнил ему Фернейский замок Вольтера: и там, и здесь портреты Екатерины II; в Фернее вышит он шелком и подарен самой государыней; в Вифании подарен Потемкиным и вырезан из бумаги; там, в Фернее, висят картины, относящиеся к жизни Вольтера, здесь — к жизни Платоновой. Верно также и то, что митрополит Платон, как и Вольтер, очень любил природу и сам насадил вифанскую рощу, густо разросшуюся по направлению к пруду. он, по-видимому, думал даже, если можно так выразиться, ввести природу в архитектуру церковную, потому что этим только можно объяснить, хотя отчасти, ту странную, игривую мысль, которая лежит в основании устройства вместо иконостаса каменной покрытой мхом горы Фаворской и постановку гроба самого храмоздателя как бы в пещере. Сюда же перенесен и деревянный гроб св. Сергия, в котором обретены мощи его; собственно говоря, это перенесение тоже прихоть, едва ли имеющая многое в свое оправдание.
Влево от пути в Вифанию идет дорога на Гефсиманию, устроенную