По Западу России. Лист 600, с. 600
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 600
Оригинал
гробы ихъ съ честью вынуты изъ этой земли н похоронены въ трапезе&8 Успенскаго собора, куда перевезено также по смерти Ксеніи тело ея изъ Суздальскаго монастыря; трапеза эта, какъ сказано, разобрана, и съ 1781 года гробница Годуновыхъ обнажена, сиротна, задумчива. Снегиревъ приводитъ по поводу усыпальницы чрезвычайно любопытныя характеристики царевича Феодора и царевны Ксенйи, сдѣланныя современнымъ имъ писателемъ. Царевичъ былъ «отроча зѣло чюдно, благолепіемъ цвѣтущи, яко цветъ дивный на селѣ отъ Бога преукрашенъ, й яко кринъ въ поле цвѣтущъ: очи имѣя велики черны, лицо же ему бѣло-млечною бѣлостью блистаяся, возрастомъ среднйй, тѣломъ изобиленъ; наученъ бе% ото отца своего книжнему почитанию, во отвѣтехъ дивенъ и сладко рѣчивъ вельми». Еще лучше брата была царевна: «отроковица чюднаго домышления, зВлною красотою лѣпа, очи имѣя черны велики, свѣтлостью блистаяся, когда же въ жалости слезы от очию испущаше, тогда наипаче свѣтлостью?ю зѣлною блисташе; брови союзна, тѣломъ изобильна, млечною б\лостию облиянна, возрастомъ не высока, ни низка, власы имѣя черны, аки трубы по плечамъ лежаху... гласы воспѣваемыя любяше 1 п\песни духовныя любезве№ слышати любляше». Трудно сдѣлать лучшее, болѣе типичное описаніе въ нѣсколькихъ строкахъ, двухъ свѣтозарныхъ, неповинныхъ существъ, черныя очи которыхъ закрылись такъ тяжело, такъ безвременно.
По всѣмъ Годуновымъ, каждое 1 мая, день смерти Борисовой, совершается въ лаврѣ соборнѣ, на опальной могиле ихъ, подъ звуки «Годуновскаго» колокола, панихида, причемъ на литургіи употребляются въ тотъ день драгоцѣнные вклады Годунова: сосуды, воздухи и покровъ на мощи св. Сергія. Сколько поводовъ для глубокаго раздумья. Да, вполне$ уместны вышеприведенныя слова Муравьева: «да приметъ ангелъ суда кровь всей семьи Борисовой на свой страшные вѣсы, да свѣсить съ Дмитріевою и скажетъ разъ рѣшительно: довольно!»
Церковь монастырская, построенная во имя самого основателя обители, составляетъ только составную, хотя и главную часть третьяго крупнаго сооруженія лавры, бросающегося въ глаза более всѣхъ другихъ, а именно трапезной, съ ея папертью; этому слитію?ю церкви съ трапезной есть нѣкоторыя существенныя причины. Во-первыхъ, какъ сказано выше, страннопріимство введено въ обитель, вслѣдъ за общежитіемъ, при самомъ Сергіи, а въ зданйи трапезной, въ нижнихъ частяхъ ея, имѣются обширныя кухни и столовыя для богомольцевъ, никогда не оскудѣвающія. Во-вторыхъ, въ чнн% монастырскомъ, опять-таки въ воспоминаніе основателя, существуютъ нѣкоторыя особенности трапезованія. Такъ, въ 1390 году, именно за трапезой, совершилось извѣстное чудо. Путешествовалъ тогда въ Москву изъ Перми св. Стефанъ; монастырская братія?я сидѣла за обычною трапезой, когда вдругъ, неожиданно для всехъ, Сергйй встаетъ съ м%места и дѣлаетъ поклонъ на западъ, тихо проговоривъ; «Радуйся и ты, пастырь Христова стада, и миръ Божий да пребываетъ съ тобою!» Спрошенный братіей о причинѣ этого неожиданнаго поклоненія кому-то, Сергйй отвѣтилъ, что въ эту именно минуту, по пути въ Москву идетъ епископъ Стефанъ, остановился противъ монастыря, поклонился Св. Троицѣ и
Современная орфография
гробы их с честью вынуты из этой земли и похоронены в трапезе Успенского собора, куда перевезено также по смерти Ксении тело её из Суздальского монастыря; трапеза эта, как сказано, разобрана, и с 1781 года гробница Годуновых обнажена, сиротна, задумчива. Снегирев приводит по поводу усыпальницы чрезвычайно любопытные характеристики царевича Феодора и царевны Ксении, сделанные современным им писателем. Царевич был «отроча зело чюдно, благолепием цветущи, яко цвет дивный на селе от Бога преукрашен, и яко крин в поле цветущ: очи имея велики черны, лицо же ему бело-млечной белостью блистаяся, возрастом средний, телом изобилен; научен бе ото отца своего книжнему почитанию, во ответех дивен и сладко речив вельми». Еще лучше брата была царевна: «отроковица чюдного домышления, зелной красотой лепа, очи имея черны велики, светлостью блистаяся, когда же в жалости слезы от очию испущаше, тогда наипаче светлостью зелной блисташе; брови союзна, телом изобильна, млечной белостью облиянна, возрастом не высока, ни низка, власы имея черны, аки трубы по плечам лежаху... гласы воспеваемые любяше и песни духовные любезве слышати любляше». Трудно сделать лучшее, более типичное описание в нескольких строках, двух светозарных, неповинных существ, черные очи которых закрылись так тяжело, так безвременно.
По всем Годуновым, каждое 1 мая, день смерти Борисовой, совершается в лавре соборне, на опальной могиле их, под звуки «Годуновского» колокола, панихида, причем на литургии употребляются в тот день драгоценные вклады Годунова: сосуды, воздухи и покров на мощи св. Сергия. Сколько поводов для глубокого раздумья. Да, вполне уместны вышеприведенные слова Муравьева: «да примет ангел суда кровь всей семьи Борисовой на свои страшные весы, да свесить с Дмитриевой и скажет раз решительно: довольно!»
Церковь монастырская, построенная во имя самого основателя обители, составляет только составную, хотя и главную часть третьего крупного сооружения лавры, бросающегося в глаза более всех других, а именно трапезной, с её папертью; этому слитию церкви с трапезной есть некоторые существенные причины. Во-первых, как сказано выше, странноприимство введено в обитель, вслед за общежитием, при самом Сергии, а в здании трапезной, в нижних частях её, имеются обширные кухни и столовые для богомольцев, никогда не оскудевающие. Во-вторых, в чине монастырском, опять-таки в воспоминание основателя, существуют некоторые особенности трапезования. Так, в 1390 году, именно за трапезой, совершилось известное чудо. Путешествовал тогда в Москву из Перми св. Стефан; монастырская братия сидела за обычной трапезой, когда вдруг, неожиданно для всех, Сергий встает с места и делает поклон на запад, тихо проговорив; «Радуйся и ты, пастырь Христова стада, и мир Божий да пребывает с тобою!» Спрошенный братией о причине этого неожиданного поклонения кому-то, Сергий ответил, что в эту именно минуту, по пути в Москву идет епископ Стефан, остановился против монастыря, поклонился Св. Троице и