Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 343, с. 342

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 343 из 622

С. 342

Оригинал

въ которомъ расположенъ храмъ Успенія Богородицы; здесь же, на этомъ дворе%, помѣщаются: келья настоятеля, трапеза, ризница, братскіе кельи. Во внѣшнемъ четырехугольнике расположены: кельи царскія, архивъ, канцелярія, библіотека, больница, при ней церковь Троицы и подъ нею храмъ Живоноснаго Источника Пресвятой Богородицы.

На небольшомъ протяженіи монастырской святыни, вдоль и поперекъ исхоженной стопами цѣлаго сонма выдающихся свётилъ монашества. совершаются все главныя священнодействія\йствя Валаамской обители. Обитель посѣщается очень большимъ числомъ богомольцевъ, лѣтомъ до 400 человѣкъ въ день, а въ день Петра и Павла количество это достигаетъ 4,000. Въ такіе дни но диво встрЁтить здѣсь, у св. мощей, странниковъ и странницъ, побывавшихъ въ Іерусалиме, на Афоне, въ Соловкахъ, побывавшихъ не разъ; здесь же видятся всякіе больные, одержимые, кликуши, чающйе облегченія. Въ такомъ молитвенномъ мѣсте, какъ Валаамъ, они, несомнѣнно, чувствуютъ хотя временное облегченіе, н въ монастыре приняты все меры къ точному, достовѣрному изложенію особыхъ явленйй чудотворной силы Божіей.

Всякій, поступающйй въ монастырь съ цѣлью остаться въ немъ, отдается подъ руководство старца, чрезъ котораго преемственно и въ полной чистоте передаются поступающему все$ преданія и обычаи монастырскйе. После№ испытанія, болѣе или менѣе долгаго, слѣдуетъ постриженіе въ рясу и камилавку. Въ иноческйй чинъ постригается братъ въ одной «срачицѣ», покрытый «мантіями иноковъ», и произноситъ обѣты: «дѣвства, нестяжанйя и послушанія», Постриженіе въ мантію не можетъ имѣть ийста ранѣе трехъ лЁтъ послушничества. Высшее—-это принятіе схимы, т. е. полное отшельничество, для котораго на островахъ много удобныхъ мѣстъ; оно здѣсь настолько развито, что бывали примеры иноковъ, подвизавшихся шестьдесятъ л\ть и ни разу не бывавшихъ даже на святомъ островѣ. Множество именъ отошедшихъ въ иной міръ схимниковъ значится въ книгахъ монастырскихъ. Переходъ отъ жизни къ смерти въ такихъ случаяхъ едва ли труденъ: три удара въ большой колоколъ опов!/щають братію?ю о томъ, что одинъ изъ нихъ преставился, все$ единовременно творятъ молитву н, обвивъ почившего мантіей, возложивъ на него «клобукъ — шлемъ надежды спасенія», опускаютъ въ могилу на братскомъ кладбище. Имя усопшего тотчасъ заносится во все$ синодики для вечнаго поминовенія. Братское кладбище изобилуетъ могилами, изъ которыхъ мнопя уравнены съ землей покоряющимъ временемъ; виднѣется на немъ несколько каменныхъ памятниковъ, крестовъ, насыпей, и все№ они оттенены густыми, старыми кленами; имѣются тутъ и две могилы двухъ купчихъ.

Одна изъ каменныхъ гробницъ обращаетъ на себя вниманіе: въ ней, по преданію монастырскому, схороненъ бывший король шведскйй Магнусъ, много воевавшйй съ Россіей и, наконецъ, прибитый бурей къ Валааму въ 1371 году, постригшййся здѣсь въ монахи я скончавшййся по принятіи схимы. Местное монашество утверждаетъ, что будто нельзя «выдумать могилы»; между тѣмъ, историческіе факты доказываютъ возможность этого. Замѣчательно, что Карамзинъ въ своей исторіи только дважды упоминаетъ о Валаамѣ, тогда какъ, по

Современная орфография

в котором расположен храм Успения Богородицы; здесь же, на этом дворе, помещаются: келья настоятеля, трапеза, ризница, братские кельи. Во внешнем четырехугольнике расположены: кельи царские, архив, канцелярия, библиотека, больница, при ней церковь Троицы и под ней храм Живоносного Источника Пресвятой Богородицы.

На небольшом протяжении монастырской святыни, вдоль и поперек исхоженной стопами целого сонма выдающихся светил монашества, совершаются все главные священнодействия Валаамской обители. Обитель посещается очень большим числом богомольцев, летом до 400 человек в день, а в день Петра и Павла количество это достигает 4,000. В такие дни не диво встретить здесь, у св. мощей, странников и странниц, побывавших в Иерусалиме, на Афоне, в Соловках, побывавших не раз; здесь же видятся всякие больные, одержимые, кликуши, чающие облегчения. В таком молитвенном месте, как Валаам, они, несомненно, чувствуют хотя временное облегчение, и в монастыре приняты все меры к точному, достоверному изложению особых явлений чудотворной силы Божией.

Всякий, поступающий в монастырь с целью остаться в нем, отдается под руководство старца, чрез которого преемственно и в полной чистоте передаются поступающему все предания и обычаи монастырские. После испытания, более или менее долгого, следует пострижение в рясу и камилавку. В иноческий чин постригается брат в одной «срачице», покрытый «мантиями иноков», и произносит обеты: «девства, нестяжания и послушания», Пострижение в мантию не может иметь места ранее трех лет послушничества. Высшее — это принятие схимы, т. е. полное отшельничество, для которого на островах много удобных мест; оно здесь настолько развито, что бывали примеры иноков, подвизавшихся шестьдесят лет и ни разу не бывавших даже на святом острове. Множество имен отошедших в иной мир схимников значится в книгах монастырских. Переход от жизни к смерти в таких случаях едва ли труден: три удара в большой колокол оповещают братию о том, что один из них преставился, все единовременно творят молитву и, обвив почившего мантией, возложив на него «клобук — шлем надежды спасения», опускают в могилу на братском кладбище. Имя усопшего тотчас заносится во все синодики для вечного поминовения. Братское кладбище изобилует могилами, из которых многие уравнены с землей все покоряющим временем; виднеется на нем несколько каменных памятников, крестов, насыпей, и все они оттенены густыми, старыми кленами; имеются тут и две могилы двух купчих.

Одна из каменных гробниц обращает на себя внимание: в ней, по преданию монастырскому, схоронен бывший король шведский Магнус, много воевавший с Россией и, наконец, прибитый бурей к Валааму в 1371 году, постригшийся здесь в монахи и скончавшийся по принятии схимы. Местное монашество утверждает, что будто нельзя «выдумать могилы»; между тем, исторические факты доказывают возможность этого. Замечательно, что Карамзин в своей истории только дважды упоминает о Валааме, тогда как, по