Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 329, с. 328

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 329 из 622

С. 328

Оригинал

Кихъ столбикахъ, съ большими проездными воротами; мостъ на рѣкѣ, высокий , крутой; почти полное отсутствіе тротуаровъ, даже деревянныхъ, и невозможность съ точностью опредѣлить, гдѣ улица, где№ площадь,——все это чрезвычайно типично и встрѣчается очень рѣдко даже на нашемъ Сѣверѣ.

Яркіе одѣянія женщинъ рѣзко выдѣлялись по глубокой грязи, лежавшей повсюду, вслѣдствіе долгаго дождя. Эти одѣянія, въ самыхъ лучшихъ образчикахъ, во всей ихъ исторической особенности, съ поднизями, кокошниками, снабженными чем-то въ роде козырьковъ, изогнутыхъ поперечными волнистыми складками п отороченными жемчугомъ,—Виднѣлись на мѣстныхъ дѣвушкахъ; здѣсь, какъ н въ Торопце, эти одѣянйя но пропадаютъ, держатся, и въ торжественные дни являются на свётъ Божій, дѣлая честь местному женскому персоналу.

Соборъ во имя Смоленской Божіей Матери стоитъ на островкѣ, при сліяніи?ип Мегреги н Олонки, каменный, не старый, онъ подъ круглымъ куполомъ, покоящимся на четырехъ столбахъ, съ пятияруснымъ иконостасомъ; нельзя не замѣтить древности иконъ, украшающихъ храмъ во множествѣ: они№ вообще довольно мелки, несомнѣнно принадлежали когда-то другому, несуществующему храму, и для любителя древней живописи нашей представляютъ обильное поле для исслѣдованій.

Всёхъ храмовъ въ городѣ шесть. Древнее другихъ, —видевший съ 1630 г. по одно столѣтіе, —-храмъ Николая Угодника на Мегрегѣ, съ его пятью куполами и отдѣльно стоящею, снабженною галереей, колокольней, съ очень длиннымъ центральнымъ нефомъ и алтаремъ въ кубической пристройке. Это, несомненно, одна изъ типичнѣйшихъ церквей. Нѣсколько моложе ея, тоже въ почтенныхъ, древнихъ очертаніяхъ, виднѣется храмъ Тихвинской Божіей Матери, 1719 года, подле\ моста. Оба эти храма простоятъ едва лп долго п приходятъ въ ветхость но по днямъ, а по часамъ.

Древнѣйшее упоминаніе объ Олонцѣ, расположенномъ въ шестнадцати верстахъ отъ Ладожскаго озера п въ пятидесяти двухъ верстахъ отъ рѣки Свири, имѣется подъ 1137 годомъ, въ уставной грамотѣ Святополка Олеговича, Подъ именемъ «Олоньсъ». Собственно городомъ названъ Олонецъ впервые въ „1634 году, при царе Алексѣе№ Михайловичѣ, когда велѣно было: «посадскихъ людей изо всѣхъ погостовъ взяти, съ женами и дѣтьми, и со вс!мп ихъ животы на житье въ Олонецъ». Въ 1651 году Олонцемъ управляли воеводы; въ 1670 сгорѣла окружавшая его деревянная крѣпость.”

Всѣ древнѣйшіе поселенйя древнѣйшей Руси—колыбель государства нашего--ютились когда-то въ неприглядной мѣстности вдоль трехъ озеръ: Чудскаго, Ильмени и Бѣлоозера. Только Псковъ и Новгородъ достигли выдающегося историческаго значенйя, прочіе города, городки п городища возникали и нерѣдко исчезали, какъ сны. Въ этомъ сказывается съ наглядностью удивптельною «святая святыхъ» русской исторіи; все эти поселенія древни, какъ и сама Россія, все они своевременно создавались какъ бы для исполненія той плн другой задачи, главнымъ образомъ для обороны имѣвшей сложиться Русской земли; всѣ они кровью запечатлѣли свою службу, и когда, наконецъ, настало

Современная орфография

ких столбиках, с большими проездными воротами; мост на реке, высокий, крутой; почти полное отсутствие тротуаров, даже деревянных, и невозможность с точностью определить, где улица, где площадь, — все это чрезвычайно типично и встречается очень редко даже на нашем Севере.

Яркие одеяния женщин резко выделялись по глубокой грязи, лежавшей повсюду, вследствие долгого дождя. Эти одеяния, в самых лучших образчиках, во всей их исторической особенности, с поднизями, кокошниками, снабженными чем-то в роде козырьков, изогнутых поперечными волнистыми складками и отороченными жемчугом, — виднелись на местных девушках; здесь, как и в Торопце, эти одеяния не пропадают, держатся, и в торжественные дни являются на свет Божий, делая честь местному женскому персоналу.

Собор во имя Смоленской Божией Матери стоит на островке, при слиянии Мегреги и Олонки, каменный, не старый, он под круглым куполом, покоящимся на четырех столбах, с пятиярусным иконостасом; нельзя не заметить древности икон, украшающих храм во множестве: они вообще довольно мелки, несомненно принадлежали когда-то другому, несуществующему храму, и для любителя древней живописи нашей представляют обильное поле для исследований.

Всех храмов в городе шесть. Древнее других, — видевший с 1630 г. не одно столетие, — храм Николая Угодника на Мегреге, с его пятью куполами и отдельно стоящею, снабженной галереей, колокольней, с очень длинным центральным нефом и алтарем в кубической пристройке. Это, несомненно, одна из типичнейших церквей. Несколько моложе её, тоже в почтенных, древних очертаниях, виднеется храм Тихвинской Божией Матери, 1719 года, подле моста. Оба эти храма простоят едва ли долго и приходят в ветхость не по дням, а по часам.

Древнейшее упоминание об Олонце, расположенном в шестнадцати верстах от Ладожского озера и в пятидесяти двух верстах от реки Свири, имеется под 1137 годом, в уставной грамоте Святополка Олеговича, под именем «Олоньс». Собственно городом назван Олонец впервые в 1634 году, при царе Алексее Михайловиче, когда велено было: «посадских людей изо всех погостов взяти, с женами и детьми, и со всеми их животы на житье в Олонец». В 1651 году Олонцем управляли воеводы; в 1670 сгорела окружавшая его деревянная крепость.

Все древнейшие поселения древнейшей Руси — колыбель государства нашего — ютились когда-то в неприглядной местности вдоль трех озер: Чудского, Ильмени и Белоозера. Только Псков и Новгород достигли выдающегося исторического значения, прочие города, городки и городища возникали и нередко исчезали, как сны. В этом сказывается с наглядностью удивительной «святая святых» русской истории; все эти поселения древни, как и сама Россия, все они своевременно создавались как бы для исполнения той или другой задачи, главным образом для обороны имевшей сложиться Русской земли; все они кровью запечатлели свою службу, и когда, наконец, настало