По Западу России. Лист 307, с. 306
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 306
Оригинал
женйя, ихъ цитатъ и текстовъ н, изъ-за внѣшности, проглядѣвшйй смыслъ; но кто взялъ на себя трудъ, —а такихъ изъ числа людей свѣтскихъ бесконечно мало,— дѣйствительно вникнуть въ писанное, тотъ непремѣнно измѣнитъ свое мнѣніе до основанія. Наши монастыри составляютъ одну изъ живоносныхъ артерий народной жизни. Были таковыми когда-то для своихъ странъ и монастыри католическіе, но теперь они не болѣе, какъ окаменѣлости нѣкогда живыхъ артерій, и въ дѣйствительной жизни, подобно нашимъ, не участвуютъ. Тихвинская обитель началась, сложилась и действовала несходно съ большинствомъ другихъ. Въ конце& ХіУ века, при великомъ князѣ Дмитріи Іоанновичѣ Донскомъ, мѣсто, на которомъ теперь высится монастырь, было, по словамъ лѣтописца, совсѣмъ пустынно и этого мѣста «никто же знаеше и никимъ же именовано бысть, не точію человѣкомъ, но и звѣремъ земнымъ въ жилище тогда не обреташеся, понеже блатно бе% и равностью не одержимо и не како же отнюдь стройно». И въ этой-то дремотной дебри, неизвѣстно кѣмъ и какъ, построенъ храмъ для помещенія явленной иконы, пришедшей сюда по воздуху изъ Царьграда. Икона эта шла по воздуху, останавливалась надъ нѣсколькими мѣстами и, наконецъ, нашла, избрала свое мѣсто здѣсь; она снизошла съ воздуха, говоритъ преданйе, на глазахъ многочисленной толпы, умолявшей икону сойти къ ней. Объ исчезновенйи въ это время одной изъ иконъ цареградскихъ имѣется свидѣтельство тогдашняго константинопольскаго патріарха. Относительно того, которая именно изъ иконъ прибыла къ Тихвину, можно повторить слова св. Дмитрйя Ростовскаго н успокоиться на томъ, что «неизвЁстныхъ намъ вещей тщетнымъ любопытствомъ не истязующе». Кому явилась икона, кому явилась именно на этомъ м\стй Матерь Божйя со св. Николаемъ, кто построилъ храмъ? Все это, въ прямую противоположность другимъ нашимъ обителямъ, остается относительно Тихвина въ тумане$. Ни къ какому имени, ни къ какому событйю не пріурочивается ея возникновеніе: это дѣйствительно въ полномъ смыслѣ слова историческая дебрь, которой «никто же знаеше н никемъ же именована бысть» и въ которой появилась икона. Немного позже эти историческіе сумерки освещаются двумя послѣдовательными пожарами. Семь лѣтъ спустя после построенія церкви и часовни обѣ сгораютъ отъ непогашенной свѣчи; отстроенныя вновь, они, ровно чрезъ пять лѣтъ, въ соотвѣтствующую ночь, снова сгораютъ; въ обоихъ случаяхъ икона спасена: въ первый разъ она найдена невредимою на можжевеловомъ кустѣ, во второй--въ самомъ пепле пожарища; спасенъ и крестъ часовни. Третйй по счету, гораздо обширнѣйший храмъ и часовня, воздвигнутые на этомъ мѣстѣ, простояли болЁе ста лѣтъ, когда великий князь Василйй Іоанновичъ, прослышавъ о явленной иконе% Тихвинской, велитъ на счетъ казны своей построить церковь каменную съ папертями и, несколько лѣтъ спустя, лично посещаетъ ее въ сопровожденіи преосвященнаго Макарія Новгородскаго, впослѣдствйй митрополита. Это великокняжеское посѣщеніе фактъ уже совсѣмъ историческйй, но большего Богородицкаго монастыря все-таки еще нѣтъ, а возникаетъ въ пустынѣ, по волѣ великокняжеской, малый монастырь Николаевскйй Бесѣдный, вѣроятно, не задолго предшествовавшйй большому Тихвинскому Богородицкому, и только х
Современная орфография
их цитат и текстов и, из-за внешности, проглядевший смысл; но кто взял на себя труд, — а таких из числа людей светских бесконечно мало, — действительно вникнуть в писанное, тот непременно изменит свое мнение до основания.
500-летие Тихвинской Божией Матери. Вид тихвинского монастыря
Наши монастыри составляют одну из живоносных артерий народной жизни. Были таковыми когда-то для своих стран и монастыри католические, но теперь они не более, как окаменелости некогда живых артерий, и в действительной жизни, подобно нашим, не участвуют.
Тихвинская обитель началась, сложилась и действовала несходно с большинством других. В конце XIV века, при великом князе Дмитрии Иоанновиче Донском, место, на котором теперь высится монастырь, было, по словам летописца, совсем пустынно и этого места «никто же знаеше и никим же именовано бысть, не точию человеком, но и зверем земным в жилище тогда не обреташеся, понеже блатно бе и равностью не одержимо и не како же отнюдь стройно». И в этой-то дремотной дебри, неизвестно кем и как, построен храм для помещения явленной иконы, пришедшей сюда по воздуху из Царьграда. Икона эта шла по воздуху, останавливалась над несколькими местами и, наконец, нашла, избрала свое место здесь; она снизошла с воздуха, говорит предание, на глазах многочисленной толпы, умолявшей икону сойти к ней. Об исчезновении в это время одной из икон цареградских имеется свидетельство тогдашнего константинопольского патриарха. Относительно того, которая именно из икон прибыла к Тихвину, можно повторить слова св. Дмитрия Ростовского и успокоиться на том, что «неизвестных нам вещей тщетным любопытством не истязующе». Кому явилась икона, кому явилась именно на этом месте Матерь Божия со св. Николаем, кто построил храм? Все это, в прямую противоположность другим нашим обителям, остается относительно Тихвина в тумане. Ни к какому имени, ни к какому событию не приурочивается её возникновение: это действительно в полном смысле слова историческая дебрь, которой «никто же знаеше и никем же именована бысть» и в которой появилась икона.
Немного позже эти исторические сумерки освещаются двумя последовательными пожарами. Семь лет спустя после построения церкви и часовни обе сгорают от непогашенной свечи; отстроенные вновь, они, ровно чрез пять лет, в соответствующую ночь, снова сгорают; в обоих случаях икона спасена: в первый раз она найдена невредимой на можжевеловом кусте, во второй — в самом пепле пожарища; спасен и крест часовни. Третий по счету, гораздо обширнейший храм и часовня, воздвигнутые на этом месте, простояли более ста лет, когда великий князь Василий Иоаннович, прослышав о явленной иконе Тихвинской, велит на счет казны своей построить церковь каменную с папертями и, несколько лет спустя, лично посещает ее в сопровождении преосвященного Макария Новгородского, впоследствии митрополита.
Это великокняжеское посещение факт уже совсем исторический, но большего Богородицкого монастыря все-таки еще нет, а возникает в пустыне, по воле великокняжеской, малый монастырь Николаевский Беседный, вероятно, не задолго предшествовавший большому Тихвинскому Богородицкому, и только