По Западу России. Лист 268, с. 267
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 267
Оригинал
согласія вёча, но «ихъ нѣтъ теперь; где?»—спрашиваетъ коротко н выразительно мѣстный исторіографъ 1838 года, и не даетъ отвѣта.
Какъ исчезали, словно дымъ, тотъ или другой историческйй очеркъ города, такъ исчезло безсл\дно и прелестное женское одѣяніе: «ряски» съ жемчугомъ въ виде плоскодонной круглой шляпы съ полями—«заборами, тоже унизанными жемчугомъ, исчезли широкіе, откидные, вышитые воротники рубашки и штофныя юбки, обшитыя глазетомъ. .
Ранее упоминалось уже о свирѣпости и бесшабашности здѣшнихъ помещиковъ въ концѣ прошлаго вѣка, образчикомъ которыхъ служилъ Григорйй Михельсонъ; такихъ людей здѣсь было много, и архивныя дѣла хранятъ множество дѣлъ возмутительнѣйшего свойства. Стоитъ вспомнить Алексѣя Орлова, грабившего въ теченіе десяти лѣтъ сосѣда своего Василевскаго; случайно сошлись они на молитве въ церкви Св. Троицы; «не молись Троицѣ», —говорилъ Орловъ, гордо сидѣвшій на стулѣ у л%леваго клироса, стоявшему на колѣняхъ и молившемуся Василевскому, —«не молись иконѣ, а помолись мне: захочу—помилую, захочу—сгублю», и народъ слышалъ эти слова, и Орловъ убитъ громомъ небеснымъ при выходе% изъ церкви.
При осмотре достопримѣчательностей города приходилось нѣсколько разъ переезжать Ловать по довольно длинному мосту. Извилистая Ловать, берега которой пологи, образуетъ тутъ островки; на одномъ изъ нихъ стоитъ Преображенская церковь, противъ неё на берегу церковь Покрова, называемая въ простонародье «Егорья, въ память когда-то бывшего здесь монастыря; это еще одинъ примеръ%ръ того, какъ слово переживаетъ камни. Изъ существующихъ здѣсь двухъ монастырей, -прежде ихъ было еще три,—Вознесенский девичий монастырь имѣетъ 16 инокинь и 90 послушницъ, съ игуменьей во главе%; общежитія въ немъ нетъ, такъ какъ все живущіе въ немъ существуютъ на свои средства, хотя есть и такія, которыя присылаются сюда на житье и содержатся изъ общихъ доходовъ. Пятиярусный иконостасъ лѣтней церкви высится подъ восьмиграннымъ куполомъ, проходъ въ нее сквозь нартексъ и зимнюю церковь, о двухъ престолахъ, невысокую, подъ цилиндрическими сводами; въ одной изъ нихъ, въ особомъ помѣщеніи, крупный, рѣзной, крашеный обликъ Спасителя; все$ стЁны всѣхъ храмовъ покрыты фресками въ свѣтломъ тоне%. На м%местѣ этого девичьяго монастыря находился мужской Ильинскйй, сожженный въ 1610 году въ разбойничий набѣгъ одного изъ названныхъ нами уже раньше сообщниковъ пана Лисовскаго, Валуева; граждане, послѣ пожара, воздвигли въ 1685 женскйй Вознесенский монастырь, деревянный, обращенный въ каменный въ 1751 году.
Слѣдовали посѣщенйя: городского училища съ ремесленными классами, очень хорошо устроеннаго; земской больницы, отличающейся порядкомъ, причемъ комнаты такъ просторны, что на больного, не считая широкихъ коридоровъ, приходится воздуха по 5'/, куб. метровъ; посѣщены: отдѣленйе сестеръ Краснаго Креста, тюрьма и домъ призрѣнія бедныхъ, существующйй съ 1780 г.; кроме% 16 стариковъ, 49 старухъ и 27 дѣтей, местное благотворительное общество содержитъ еще въ частныхъ домахъ 57 человекъ\кт, давая каждому по два
Современная орфография
согласия веча, но «их нет теперь; где?» — спрашивает коротко и выразительно местный историограф 1838 года, и не дает ответа.
Как исчезали, словно дым, тот или другой исторический очерк города, так исчезло бесследно и прелестное женское одеяние: «ряски» с жемчугом в виде плоскодонной круглой шляпы с полями — «заборами», тоже унизанными жемчугом, исчезли широкие, откидные, вышитые воротники рубашки и штофные юбки, обшитые глазетом.
Ранее упоминалось уже о свирепости и бесшабашности здешних помещиков в конце прошлого века, образчиком которых служил Григорий Михельсон; таких людей здесь было много, и архивные дела хранят множество дел возмутительнейшего свойства. Стоит вспомнить Алексея Орлова, грабившего в течение десяти лет соседа своего Василевского; случайно сошлись они на молитве в церкви Св. Троицы; «не молись Троице», — говорил Орлов, гордо сидевший на стуле у левого клироса, стоявшему на коленях и молившемуся Василевскому, — «не молись иконе, а помолись мне: захочу — помилую, захочу — сгублю», и народ слышал эти слова, и Орлов убит громом небесным при выходе из церкви.
При осмотре достопримечательностей города приходилось несколько раз переезжать Ловать по довольно длинному мосту. Извилистая Ловать, берега которой пологи, образует тут островки; на одном из них стоит Преображенская церковь, против неё на берегу церковь Покрова, называемая в простонародье «Егорья», в память когда-то бывшего здесь монастыря; это еще один пример того, как слово переживает камни. Из существующих здесь двух монастырей, — прежде их было еще три, — Вознесенский девичий монастырь имеет 16 инокинь и 90 послушниц, с игуменьей во главе; общежития в нем нет, так как все живущие в нем существуют на свои средства, хотя есть и такие, которые присылаются сюда на житье и содержатся из общих доходов. Пятиярусный иконостас летней церкви высится под восьмигранным куполом; проход в нее сквозь нартекс и зимнюю церковь, о двух престолах, невысокую, под цилиндрическими сводами; в одной из них, в особом помещении, крупный, резной, крашеный облик Спасителя; все стены всех храмов покрыты фресками в светлом тоне. На месте этого девичьего монастыря находился мужской Ильинский, сожженный в 1610 году в разбойничий набег одного из названных нами уже раньше сообщников пана Лисовского, Валуева. граждане, после пожара, воздвигли в 1685 женский Вознесенский монастырь, деревянный, обращенный в каменный в 1751 году.
Следовали посещения: городского училища с ремесленными классами, очень хорошо устроенного; земской больницы, отличающейся порядком, причем комнаты так просторны, что на больного, не считая широких коридоров, приходится воздуха по 5,5 куб. метров; посещены: отделение сестер Красного Креста, тюрьма и дом призрения бедных, существующий с 1780 г.; кроме 16 стариков, 49 старух и 27 детей, местное благотворительное общество содержит еще в частных домах 57 человек, давая каждому по два