По Западу России. Лист 192, с. 189
Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.
С. 189
Оригинал
отдать прибалтийскимъ нѣмцамъ полную справедливость, и нѣкоторыя заимствованія будутъ вовсе не вредны.
Организація прибалтийской полицйи, насколько она еще не тронута мѣропріятіями новейшего времени, представляется весьма своеобразною. Собственно говоря, тутъ две% полиціи: одна, имѣющая нѣкоторое, но только по внѣшности, сходство съ нашею городскою и сельскою полиціей, и другая, совершенно своеобразная, административной власти не подчиненная, «мызная» полиція, становящаяся, по самому существу своему, и очень нерѣдко, не только во враждебныя, но даже и въ комическіе отношенія къ первой, въ особенности къ нижней ея инстанціи—полиціи волостной; но видимый порядокъ зависитъ отъ системы, которая основана на самыхъ дѣйствительныхъ средствахъ: денежныхъ штрафахъ, взимаемыхъ строго и безъ всякаго снисхожденія.
Вейсенштейнъ—-городокъ, отстоящій отъ Аррокюля на 32 версты. Отчасти знакомый уже характерный пейзажъ, имѣющій немного деревень, снова развернулся въ бледномъ освещеніи солнца, по временамъ заволакиваемаго облаками. Дорога, тщательно размѣренная столбиками и камнями, свидѣтельствовавшими о хозяйственномъ распредѣленіи ея между тЁми, кому надлежитъ чинить, шла по мѣстности довольно ровной, только изрѣдка сбѣгая въ пологія котловины едва замѣтныхъ холмовъ. Крестьянскіе дома, попадавшіеся въ пути, были далеко не роскошны, попадались попросту хаты съ накрененными пристройками, жердяные заборы; телѣги и лошади плохенькія.
Крестьянскіе дома далеко не роскошны и во многомъ напоминаютъ наши, те№, что побѣднѣе. Въ здешнихъ четырехъ уездахъ Эстляндской губернйи: Ревельскомъ, Везенбергскомъ, Вейсенштейнскомъ и Гапсальскомъ или, какъ ихъ тутъ называютъ, въ провинціяхъ Гарріи, Вирландѣ, Іервенѣ и Вике, „число всѣхъ домовъ, крытыхъ тЁмъ или другимъ матеріаломъ, за 1885 годъ, представляется въ слѣдующихъ, очень красноречивыхъ для пейзажа и другихъ соображеній, цифрахъ
тесомъ. .. ........ 690 домовъ черепицей. . . ......... 1,и135 э лубкомъ. ............ 4,626 соломой. . ......... 33,и891 »
Въ Лифляндской губернйи соотношеніе остается почти темъ же для всѣхъ восьми уездовъ:
тесомъ ,. . ........ 1,184 дома лубкомъ. ........... 10,174 › соломой. ........... 56,769 ,
Изъ этихъ цифръ явствуетъ, что нѣкоторая романтичность въ прибалтийскомъ пейзаже, несомнѣнно, существуетъ и, съ этой точки зрѣнйя, еще не утратила той художественности, которая, по словамъ извѣстнаго германскаго эстетика Фридриха Фишера, сглаживается и исчезаетъ съ развитіемъ культуры, телеграфовъ и желѣзныхъ дорогъ. Противъ цифръ спорить трудно.
Направляясь въ Вейсенштейнъ, путники подвигались на западъ, къ тѣмъ мѣстамъ Эстляндской губернйи, где№ началось или, лучше сказать, много-
Современная орфография
отдать прибалтийским немцам полную справедливость, и некоторые заимствования будут вовсе не вредны.
Организация прибалтийской полиции, насколько она еще не тронута мероприятиями новейшего времени, представляется весьма своеобразной. Собственно говоря, тут две полиции: одна, имеющая некоторое, но только по внешности, сходство с нашей городской и сельской полицией, и другая, совершенно своеобразная, административной власти не подчиненная, «мызная» полиция, становящаяся, по самому существу своему, и очень нередко, не только во враждебные, но даже и в комические отношения к первой, в особенности к нижней её инстанции — полиции волостной. но видимый порядок зависит от системы, которая основана на самых действительных средствах: денежных штрафах, взимаемых строго и без всякого снисхождения.
Пайде — городок, отстоящий от Аррокюля на 32 версты. Отчасти знакомый уже характерный пейзаж, имеющий немного деревень, снова развернулся в бледном освещении солнца, по временам заволакиваемого облаками. Дорога, тщательно размеренная столбиками и камнями, свидетельствовавшими о хозяйственном распределении её между теми, кому надлежит чинить, шла по местности довольно ровной, только изредка сбегая в пологие котловины едва заметных холмов. Крестьянские дома, попадавшиеся в пути, были далеко не роскошны, попадались попросту хаты с накрененными пристройками, жердяные заборы; телеги и лошади плохенькие.
Крестьянские дома далеко не роскошны и во многом напоминают наши, те, что победнее. В здешних четырех уездах Эстляндской губернии: Ревельском, Везенбергском, Вейсенштейнском и Гапсальском или, как их тут называют, в провинциях Гаррии, Вирланде, Иервене и Вике, число всех домов, крытых тем или другим материалом, за 1885 год, представляется в следующих, очень красноречивых для пейзажа и других соображений, цифрах:
тесом — 690 домов
черепицей — 1,135»
лубком — 4,626»
соломой — 33,891».
В Лифляндской губернии соотношение остается почти тем же для всех восьми уездов:
тесом — 1,184 дома
лубком — 10,174»
соломой 56,769».
Из этих цифр явствует, что некоторая романтичность в прибалтийском пейзаже, несомненно, существует и, с этой точки зрения, еще не утратила той художественности, которая, по словам известного германского эстетика Фридриха Фишера, сглаживается и исчезает с развитием культуры, телеграфов и железных дорог. Против цифр спорить трудно.
Направляясь в Пайде, путники подвигались на запад, к тем местам Эстляндской губернии, где началось или, лучше сказать, многок-