Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

По Западу России. Лист 113, с. 110

Константин Случевский в свите великого князя Владимира Александровича: три поездки 1886-1888 годов - Финляндия и Прибалтика, Псков, Ладога и Онега, Неман, Варшава, Брест-Литовск и Полесье, Смоленск, Калуга, Тула и Троице-Сергиева лавра. Санкт-Петербург, 1897.

По Западу России, 1897: лист 113 из 622

С. 110

Оригинал

картины, сюда перенесенные; на л\лестницѣ—изображенія альдермановъ и виды прежнихъ, не существующихъ более%е зданйй, стенъ и кр\крепостныхъ воротъ Риги. Есть нѣкая типичная легенда о значеніи, какое имѣлъ въ прежнее время одинъ изъ залъ, такъ называемый «ВгацбКкатшшпег»—комната невестъ.

Только названные нами участники большой гильдіи, «литераты», составляютъ явленіе до такой степени исключительно балтййское, и въ то же время не балтийское, въ такой мѣре характерное и обильное послѣдствіями, что на нихъ слѣдуетъ остановиться нѣсколько дольше. Это явленіе совсѣмъ балтийское, потому что оно такъ же оригинально, какъ Катерининское женское учрежденіе съ голубыми крестами на шее въ Митавѣ, какъ красные и черные Шварцгэйптеры въ Риге и Ревелѣ; не балтийскимъ является оно въ смыслѣ своей сравнительной новизны, потому что историки края, безъ различія оттенковъ, объ историческомъ возникновеніи литератовъ, кажется, не говорятъ вовсе. Не только понятіе?е, но и самое слово литератъ (не литераторъ) такъ ново и туманно, что людямъ, желающимъ разъяснить себе его смыслъ и незнакомымъ съ путанными мѣстными законоположеніями, необходимо обращаться за разъясненіемъ къ юристамъ края. Юристы объясняютъ, что «литератъ» долженъ обозначать человѣка образованнаго и что таковые «литераты» установлены правилами 26 марта 1877 года, въ которыхъ объяснено, что это т8 образованныя лица, которыя могутъ участвовать въ выборной дѣятельности городскаго самоуправленія, вне общихъ условйй ценза, внося отъ 3—6 рублей въ годъ. Далее%е юристы объясняютъ, что статья 17-я названныхъ правилъ относитъ къ литератамъ «вс\хъ именуемыхъ по мѣстнымъ обычаямъ таковыми», а въ числе$ «мѣстныхъ обычаевъ», поименованныхъ въ сводѣ «мѣстныхъ - узаконенйй», имѣется, въ двухъ какихъ-то статьяхъ, весьма и весьма растяжимое опредѣленіе, что литераты суть лица, «имѣющіе какое-либо ученое званіе». Далѣе будетъ объяснено, что губернскіе присутствйя обыкновенно предоставляютъ опредѣленйе этой учености думамъ, а думы признаютъ литератами всѣхъ лицъ, «посещавшихъ» высшіе учебныя заведенйя, въ предѣлахъ Россіи или за границей, съ окончаніемъ или безъ окончанія курса — безразлично. Такимъ образомъ, «ученое званйе» свода мѣстныхъ узаконений преобразовывается на практике въ «посѣщеніе высшего учебнаго заведенйя, хотя бы безъ окончанія курса и даже только за границей, и это служитъ аттестатомъ или свидетельствомъ зрѣлости! Дальнѣйшее развитіе?е идеи литератства спутываетъ дѣло еще больше: въ Курляндской губерніи литераты дѣйствуютъ въ томъ разряде№ думы, въ которомъ они пожелаютъ; въ Лифляндской они идутъ по ПП разряду, по размѣру сбора со свидѣтельствъ на мелочной торгъ. Въ настоящую минуту дѣло находится въ томъ положеніи, что мѣстныя думы, или, правильнѣе, управы, могутъ составить себе при выборахъ какое угодно большинство, напустивъ литератовъ, и дать этимъ собранію горожанъ любую, удобную или неудобную Правительству, окраску.

Въ Риге имѣются две% русскія правительственныя гимназіи: Александровская мужская съ 479 учениками н Ломоносовская женская съ 266 ученицами. Оба зданйя довольно помѣстительны. Можно надѣяться, что въ рус-

Современная орфография

картины, сюда перенесенные; на лестнице — изображения альдерманов и виды прежних, не существующих более зданий, стен и крепостных ворот Риги. Есть некая типичная легенда о значении, какое имел в прежнее время один из зал, так называемый «Brautkammer» — комната невест.

Рига. Большая гильдия

Только что названные нами участники большой гильдии, «литераты», составляют явление до такой степени исключительно балтийское, и в то же время не балтийское, в такой мере характерное и обильное последствиями, что на них следует остановиться несколько дольше. Это явление совсем балтийское, потому что оно так же оригинально, как Катерининское женское учреждение с голубыми крестами на шее в Елгаве, как красные и черные Шварцгэйптеры в Риге и Таллине. не балтийским является оно в смысле своей сравнительной новизны, потому что историки края, без различия оттенков, об историческом возникновении литератов, кажется, не говорят вовсе. Не только понятие, но и самое слово литерат (не литератор) так ново и туманно, что людям, желающим разъяснить себе его смысл и незнакомым с путанными местными законоположениями, необходимо обращаться за разъяснением к юристам края. Юристы объясняют, что «литерат» должен обозначать человека образованного и что таковые «литераты» установлены правилами 26 марта 1877 года, в которых объяснено, что это те образованные лица, которые могут участвовать в выборной деятельности городского самоуправления, вне общих условий ценза, внося от 3-6 рублей в год. Далее юристы объясняют, что статья 17-я названных правил относит к литератам «всех именуемых по местным обычаям таковыми», а в числе «местных обычаев», поименованных в своде «местных узаконений», имеется, в двух каких-то статьях, весьма и весьма растяжимое определение, что литераты суть лица, «имеющие какое-либо ученое звание». Далее будет объяснено, что губернские присутствия обыкновенно предоставляют определение этой учености думам, а думы признают литератами всех лиц, «посещавших» высшие учебные заведения, в пределах России или за границей, с окончанием или без окончания курса — безразлично. Таким образом, «ученое звание» свода местных узаконений преобразовывается на практике в «посещение» высшего учебного заведения, хотя бы без окончания курса и даже только за границей, и это служит аттестатом или свидетельством зрелости! Дальнейшее развитие идеи литератства спутывает дело еще больше: в Курляндской губернии литераты действуют в том разряде думы, в котором они пожелают; в Лифляндской они идут по III разряду, по размеру сбора со свидетельств на мелочной торг. В настоящую минуту дело находится в том положении, что местные думы, или, правильнее, управы, могут составить себе при выборах какое угодно большинство, напустив литератов, и дать этим собранию горожан любую, удобную или неудобную Правительству, окраску.

В Риге имеются две русские правительственные гимназии: Александровская мужская с 479 учениками и Ломоносовская женская с 266 ученицами. Оба здания довольно поместительны. Можно надеяться, что в