Как великий князь Сигизмунд держал Литву

Первого сентября литва посадила в Вильно и Троках великим князем Сигизмунда Кейстутовича. Свидригайло находился в Полоцке, затем пошел в Смоленск; русские князья, бояре и вся земля посадили его на великом княжении Русском. Осенью он собрал огромное войско; тверской великий князь Борис Александрович прислал на помощь брата Ярослава со всей ратью. В шести милях от Вильно, под Ошмянами, Свидригайло простоял неделю. Восьмого декабря Сигизмунд с литовским войском дал ему бой и победил: многие русские князья пали или были пленены; погибли Юрий Лингвеневич, были взяты Василий Семенович, Федько Одинцевич, пан Дедиголд и многие другие.

Той же зимой Свидригайло снова пришел на Литву с большим русским войском, опустошил страну, многих убил и увел в плен. Следующим летом он заручился помощью ливонского магистра и тверских сил, ночевал в полутора милях от Вильно на Рудомине, четыре дня стоял у Старых Трок, затем искал войско Сигизмунда у Эйшишек. Возвращаясь, два дня осаждал каменный Кревский замок, взял и сжег его, многих жителей убил или пленил. У Молодечно он послал против литовской погони киевского воеводу Михаила и других русских князей. Они разбили пана Петра Монтигердовича и его литовское войско.

Свидригайло за один день взял и сжег Заславль, затем Минск, увел множество пленников и причинил Великому княжеству великое зло. У Борисова на Березине он схватил невиновного князя Михаила Ивановича Ольшанского (Л), отправил в Витебск и приказал утопить. [л. 323]

Ливонский магистр ушел домой, а Свидригайло распустил войска в Лукомле и отправился в Киев. Осенью Сигизмунд с литвой и поляками три недели осаждал Мстиславль, но не взял его и вернулся.

На следующее лето Свидригайло собрал русских князей, бояр и войско, соединился в Браславе с ливонским магистром, но из-за непрерывных дождей не смог войти в Литовскую землю, распустил рать в Полоцке и уехал в Киев. На третий год он сжег в Витебске митрополита Герасима, собрал русские силы и с ливонцами двинулся через Браслав к Вилькомиру. Сигизмунд лично против него не выступил. [л. 324]