Ольгерд и Кейстут. Разворот 195

Оригинал (по-польски)

Szlachta hu- sycka garnio się do Kory-

buta.

90

rytom. Zamknął się też i odosobnił w Pradze, w stolicy tej przepełnionej palnemi żywiołami, umiał utrzymać ład ; karność, a gdy Taboryci wszystkich odcieni, ale którzy mieli jeden cel, to jest owładnienie onej matki wszystkich miast czeskich, próbowali ją zdobyć, pomimo że mieli na czele najcelniejszych swych wodzów, ze stralą odpar- ci zostali (w marcu 1425). Zyskało mu to wziętość coraz większą u szlachty husyckiej, to jest posiadaczy ziemskich, i garnęli się do niego jako do obrońcy i patrona. Pomię- dzy tymi złożyli mu hołd dwaj bracia Podiebrad, jeden z nich był ojcem bohatyra, króla Jerzego. |

Ale widnokrąg zaciemniał się coraz więcej. Burza by- ła bliską, bo cesarz Zygmunt zaniechawszy próżne we- zwania do rzeszy niemieckiej 1 krucyaty, ze zięciem A|- brechtem, arcyxięciem Austryi i Fryderykiem xięciem, elektorem Saxonii zawarł przymierze, mające na celu sta- nowcze wytępienie Husytów**). Wspólne niebezpieczeństwo

69) Do jakiego stopnia wyprawy krzyżowe na Husytów po tylu niepowodzeniach straciły na wziętości, dowodzi synod pro- wincyońalny duchowieństwa polskiego odbyty w Łęczycy r. 1426, na którym jednomyślnie uchwalono, aby odmówić kontrybucyę 20000 forenów, którą papież pod tym warunkiem „królowi z dóbr kościelnych wybrać zezwolił, jeżeli król weźmie osobisty udział w wyprawach na Husytów (obacz Theinera „monumenta hist, Po- loniaeś tom Il dok. 46, bullę papiezką do urcyb. lwowskiego w styczniu r. 1425 wystósowaną). Ale eo jeszcze więcej uderzają- cem, jest to, że król zgodził się z tą uchwałą, odmówił wszel- kiego udziału w wyprawie, a to z tego powodu, że papież ni- czem ze swego do niej nie przyczyni się (Długosz str. 486 xię- ga Xlta Skarbiec Litwy tom li dok. 1405).

W roku 1426 wezwał papież znowu króla i Witołda do kru- cyajy gotującej się na Czechy. ale z tym samym skutkiem.

Перевод на русский

Гуситская знать тянулась к Корибуту. Он также замкнулся и уединился в Праге, в столице, переполненной пламенными стихиями, умел поддерживать порядок и дисциплину, а когда табориты всех оттенков, но имевшие одну цель — овладение той самой матерью всех чешских городов — пытались её захватить, несмотря на то, что во главе у них были самые верные их вожди, они были решительно отбиты (в марте 1425 года). Это принесло ему растущую популярность среди гуситской знати, то есть землевладельцев, и они тянулись к нему как к защитнику и покровителю. Среди них два брата Подебрад принесли ему вассальную присягу, один из которых был отцом героя, короля Георгия. | Но горизонт всё больше затемнялся.

Буря была близка, потому что император Сигизмунд, оставив тщетные призывы к немецкой империи на крестовый поход, заключил союз со зятем Альбрехтом, эрцгерцогом Австрии, и Фридрихом, князем, курфюрстом Саксонии, целью которого было решительное истребление гуситов**). Общая опасность 69) До какой степени крестовые походы против гуситов после стольких неудач потеряли актуальность, доказывает провинциальный синод польского духовенства, состоявшийся в Ленчице в 1426 году, на котором единогласно постановили отказать в контрибуции 20000 форинтов, которую папа на этом условии «разрешил королю из церковных владений взимать, если король лично примет участие в походах против гуситов» (см. Тейнера «Monumenta hist. Poloniae», том II, док. 46, папскую буллу к львовскому уезду января 1425 года посланную).

Но ещё более поразительно то, что король согласился с этим постановлением, отказался от всякого участия в походе, и это по той причине, что папа ничем не поможет в его осуществлении (Длугош стр. 486 книга XI Та Скарбец Литвы том LI док. 1405). В 1426 году папа снова призвал короля и Витовта к крестовому походу, готовившемуся против Чехии, но с тем же результатом.

Оригинал (по-польски)

91

zbliżyło stronnictwa do siebie. Praga z Korybutem na cze- le ofiaruje pokój i przymierze Taborytom. Duch pojndnaw - czy xięcia tyle wymógł, że zebrał się sejm w Pradze (w styczniu roku 1426). Postanowiono połączyć swe siły, i miasto oczekiwania nieprzyjaciela u siebie działać zaczep- nie, przenosząc wojnę do Moraw, Austryi, Saxonii i w te strony Czech, które pozostały wierne cesaszowi. Pod jedną z tych twierdz, Uściem, (Aussig) w Czechach północnych nad Elba, którą xiażę saski trzymał w zastawie od cesarza, Husyci odnieśli znakomite zwycięstwo nad połączonemi siłami sprzymierzonych (16 czerwca roku 1426). Piękna pieśń ludowa uświęciła onegoż pamiątkę. Mówi ona, że Zygmunt Korybut po odprawionej gorącej modlitwie we-

Zygmunł ce-

sarz wystę- puje zbrojno

przeciw Hu-

sytom.

Zwycięstwo Husytów pod ściem,

zwał swoich do wytrwania dzielnego w walce7%. Qzy ta

modlitwa: pośród krwawej bitwy, gdy śmierć miał przed oczyma, oświeciła xięcia, i on ujrzał, że stoi na błędnej drodze, to pewne, że od tej bitwy zaszła przynajmniej chwilowo „wielka w nim zmiana. Nie zbywało wprawdzie i na poziomych powodach. Widząc w jednym obozie po- łączone obydwie frakcye i odcienia Husytów, poznał, ja- kie żarzewia niezgody ukrywały się pod tem chwilowem przymierzem, jak wątłą była mimo zaciętości i powodzeń

10) Prinz Sigmund betele andachtsvo!l, dass manche Thrdne ihm heiss entquoll , unt mahnte die seinen sich fróhlich zu schlagen, mit fróhlichen- Muth den Kampf zu wagen (Palacki). Tłumaczenie po- zwala domyślać się, ile dźwięku musi mieć ta pieśń w orygina- le. lana zwrotka tej pieśni poświęcona jest Fryderykowi, xięciu ruskiemu na Ostrogn, towarzyszowi Zygmunta Korybuta, który z powodu skrytej winy ojczyznę opuścić musiał i przyswoił so- bie całkowicie obyczaje i język czeski, Wspomina o nim Dłuzosz xięga Xlta str. 650.

Перевод на русский

91 сблизило партии друг с другом. Прага во главе с Корибутом предлагает мир и союз таборитам. Дух примирения князя был так велик, что собрался сейм в Праге (в январе 1426 года). Было решено объединить свои силы, и город, ожидая врага, начал действовать наступательно, перенося войну в Моравию, Австрию, Саксонию и в те районы Чехии, которые остались верны императору. Под одной из этих крепостей, Устецем (Ауссиг) в Северной Чехии на Эльбе, которую саксонский князь держал залогом у императора, гуситы одержали выдающуюся победу над объединёнными силами союзников (16 июня 1426 года). Прекрасная народная песня увековечила это событие. В ней говорится, что Зигмунд Корибут после горячей молитвы выступает с оружием против гуситов.

Победа гуситов под ściem, призвала своих к мужеству в борьбе 7%. Эта молитва: среди кровавой битвы, когда смерть была перед глазами, просветила князя, и он увидел, что стоит на ошибочном пути, это точно, что с этой битвы произошли, хотя бы временно, «великие перемены в нем». Однако не обходилось и без бытовых причин. Видя в одном лагере соединённые обе фракции и оттенки гуситов, он понял, какие зародыши раздора скрывались под этим временным союзом, как слаб был он несмотря на упорство и успехи. Принц Сигмунд с благоговейным рвением призывал, чтобы некоторые струи горячо изливались для него, и призывал своих сражаться радостно, смело вступать в бой с веселым духом (Палакки). Перевод позволяет догадываться, сколько звучания должна иметь эта песня в оригинале.

Эта строфа песни посвящена Фредерику, русскому князю из Острогна, спутнику Зигмунта Корибута, который из-за скрытой вины был вынужден покинуть родину и полностью усвоил чешские обычаи и язык. О нём упоминает Длугош в книге XI, стр. 650.