Ольгерд и Кейстут. Разворот 194

Оригинал (по-польски)

88

rybut wywierał, złożył miecz do pochwy i wyczekiwał dalszych wypadków. Wszystko inne wzięło obrot, gdy wielki xiążę Witołd wyrzekł się zwierzchnictwa nad Hu- sytami, a nawet wszelkiego z nimi wspólnictwa, a prze- to namiestnik jego Korybut Czechy opuścić musiał. Łatwo da się wytłumaczyć, że on, rycerz i z rodu panującego, podczas rządów swoich otaczał się zawsze szlachtą i jej nawet poruczał rządy w Pradze. Ci stali w stosunkach kasty i pokrewieństwa z obozem rojalistów, a jak wszy- stkie stronnictwa umiarkowane w czasach rewolucyi i za- burzeń żyli w obłędzie, że za pomocą wzajemnych kom- promisów wszystkie fakcye dadzą się do zgody doprowa- dzić. Po wyjeździe Korybuta, jakó gorliwi Husyci a przy- tem możni panowie utrzymali oni się przy władzy, ale też zaraz weszli w układy najpierw z Taborytami, które na niczem spełzły, a potem z rojalistami, z którymi dwa wiel- kie odbyli zjazdy. 'Tem stronnictwo Utrakwistów stało się na długie czasy niemożebnem. Rojaliści tak umieli ich: uwikłać w sprawy swoje, że ci wspólnie z nimi podnie- śli oręż na Taborytów. Wprawdzie do ścisłego przymierza nie przyszło między nimi, bo Utrakwiści wzbraniali się się uznać cesarza za króla swego prawego i woleli po- wołać „powtórnie Litwina. Pomimo to Taboryci wzdrygnęli się na tę apostazyę wśród gromady husyckiej, a miano- wicie Żiszka, stary ów lew na chwilę uspiony, ze sro- gością większą niż kiedy rzucił się na przeciwników. Gdy Korybut więc przybył po raz drugi do Pragi, wojna do- mowa wrzała w całym kraju.

Wszelako nastręczyła mu się niebawem sposobność wywdzięczenia się miastu za ufność w nim położoną. By- ło to w wrześniu roku 1424. Żiszka odbywał ostatni, lecz:

Перевод на русский

88 рыцарь сделал паузу, положил меч в ножны и стал ожидать дальнейших событий. Все остальное приняло иной оборот, когда великий князь Витовт отказался от верховенства над гуситами, а даже от всякого с ними соглашательства, и потому его наместник Корибут был вынужден покинуть Чехию. Легко объяснить, что он, рыцарь и происходящий из правящего рода, во время своего правления всегда окружал себя знатью и даже поручал ей управление в Праге. Эти люди состояли в отношениях касты и родства с лагерем роялистов, а как все умеренные партии в эпоху революций и беспорядков, жили в заблуждении, что с помощью взаимных компромиссов все факты удастся привести к согласию.

После отъезда Корибута, как усердные гуситы, а вместе с тем могущественные господа, они удержались при власти, но сразу же вступили в соглашения сначала с таборитами, которые ни к чему не привели, а потом с роялистами, с которыми провели два крупных съезда. Это движение утраквистов стало на долгое время невозможным. Роялисты так умели их: впутать в свои дела, что они вместе с ними подняли оружие против таборитов. Хотя до тесного союза между ними не дошло, потому что утраквисты отказывались признать императора своим законным королем и предпочитали вновь выбрать «литовца». Тем не менее табориты содрогнулись от этого отступничества среди гуситской общины, а именно Жижка, тот старый лев, на мгновение успокоенный, с жестокостью большей, чем когда-либо бросался на противников. Когда же Корибут прибыл во второй раз в Прагу, гражданская война бушевала по всей стране.

Однако вскоре у него появилась возможность отблагодарить город за оказанное ему доверие. Это было в сентябре 1424 года. Жижка совершал последний, но:

Оригинал (по-польски)

89

najkrwawszy swój pochód przez Czechy i stanął pod mu- rami Pragi, gniazda apostazyi przeciw temu, co mienił być prawem bożem, a które więc ze ziemią zrównać należało. Ale Korybut wysyła do niego deputacyą na Ochrania czele husyckiego xiędza Rokiczana, przyszłego swego zomały sz przeciwnika, a Żiszka odstępuje od oblężenia i zawiera pokój ze stolicą. Na pamiątkę onegoż postawiono ko- piec kamienny, Żiszka wjechał uroczyście do Pragi, a dawne stosunki przyjaźni z Korybutem odnowił. Kto pomni, Że on tegoż xięcia syneh swym mianował, jemn jedhemu się poddał, połezas ostatniej nawet wojny unikał nieprzyjacielskiego z nim spolkania, słowem jeden Korybut w.nim ludzkie umiał wzbudzać uczucia, ten przy» zna, że tegoż obecność w Pradze i medyacya, a nie jak sądzą czescy dziejopisowie, wymowa Rokiczany, polityczne względy, ca wszystko u wodza Husytów żadnego nie mia- ło przystępu, lub nakoniec obawa buntu w obozie, kiedy on bojaźni nie znał, wybawiły Pragę od grożącej jej za- głady. Oba udali się potem do Moraw, gdzie śmierć Żiszkę Zgon Żiaski dognała (11 października 1424). Korybut był więc obec- DRO nym ostatnim chwilom jego. Że on Litwin, a przeto ob. "ie. cy Słowianom, cichy, powolny, do zgody skory, pozba- wiony hartu i tego wojennego ducha, który husyckich wodzów cechował, słowem jagnię między wilkami, umiał do tego stopnia ująć wielkiego wojownika, srogą ale ol- brzymią osobistość , postrach wieku .swego, jest to szcze» gólnem ale i pocieszającem w dziejach zjawiskiem.

Po śmierci Żiszki Zygmunt Korybut wyrózumiał, iż nie zdoła zająć jego stanowiska, a równie, że. Utrakwiści którym przewodził z powodów wyżej wyłuszczonych , jako stronnictwo byli za słabi, , aby mogli stawić czoło Tabo-

12

.

Перевод на русский

89 он совершил свой самый кровавый поход через Чехию и встал под стенами Праги, гнезда отступления против того, что он считал Божьим правом, и которое, следовательно, следовало сравнять с землёй. Но Корибут посылает к нему делегацию во главе с гуситским священником Рокичаном, будущим своим заклятым противником, а Жишка отказывается от осады и заключает мир со столицей. В память об этом был воздвигнут каменный курган, Жишка торжественно въехал в Прагу, а прежние дружеские отношения с Корибутом возобновил.

Кто помнит, что он того же князя своим сыном назначил, одному только поддался, избегал последней даже войны с врагом, словом, один Корыбут в нём умел пробуждать человеческие чувства, тот признаёт, что его присутствие в Праге и посредничество, а не как считают чешские летописцы, речи Рокичаны, политические соображения, вообще ничего у вождя гуситов не имели значения, или, наконец, опасение мятежа в лагере, когда он страха не знал, спасли Прагу от надвигавшейся угрозы гибели. Оба потом отправились в Моравию, где смерть Жишки догнала Жиску (11 октября 1424 года). Корыбут был, следовательно, присутствующим в последние его минуты. Что он литовец, а потому об…

Цык Славянам, тихий, медлительный, склонный к согласию, лишённый твёрдости и того военного духа, который отличал гуситских вождей, словом, ягнёнок среди волков, смог до такой степени завоевать великого воина, суровую, но огромную личность, ужас века, это особенно, но и утешительно в истории явление. После смерти Жишки Зыгмунт Корыбут понял, что не сможет занять его место, а также что. Утраквисты, которыми он руководил, по вышеизложенным причинам, как партия, были слишком слабы, чтобы моглi противостоять Табо-