Ольгерд и Кейстут. Разворот 72

Оригинал (по-польски)

138

nm —"—

( =

pochód tak szybko i tak ścisłą zachowując tajemnicę, że wielki kniaź Dymitr dowiedział się 0 niebezpieczeń - stwie grożącóm jego stolicy, gdy Olgierd stał już na granicy kniaźstwa moskiewskiego. Rozesłał natychmiast wiece po okolicznych grodach, aby mu szli w pomoc. Ale już tylko zastępy z Kołomny i Dmitrowa mogły na czas zdążyć. Olgierd bewiem zajmował jedno miasto po drugióm i pustoszył okolice. Trzy razy zmierzył się z wojskiem nieprzyjacielskićm i zawsze zwycięztwo było po jego stronie. Naczelni wodzowie Dymitra Szymon Dmitrowicz kniaź na Starodubie, Konstantyn Juryewicz kniaź na Oboleńsku, a w ostatnićj potyczce nad jezio- rem Trotna, Dymitr Minin i Akinf Szuba legli na placu bitwy 3'%). Ostatnia ta bitwa zaszła 21 grudnia *'*). Ol- gierd pytał się jeńców wojennych: gdzie wasz kniaź? a oni na to: „w Moskwie swoim grodzie, ale sprzy- mierzeńcy nie zdołali się z nim połączyć *. Na to Ol- gierd posunął się ku Moskwie, i jak kronikarz litewski twierdzi, stanął pod miastem na wzgórzu, Pokłonną górą zwanóm *'*). Dymitr ze swojćj strony zawarł się

z wielkim kniaziem Moskwy załatwił (Karamzin: Hist. Rossyi, t. V. nota 9). =a12) Latopisy: troicki, nowogrodzki czwarty, sofijski, woskreseń-

ski (Połn. Sobr., t. I. IV. V. VIIL. str. 231, 66, 231, 16). Świadczy to chlubnie o waleczności i poświęceniu wodzów Dymitra, że wszyscy polegli w bitwie. Poważny Karamzin zaś, zamiast uznania tego, woli twierdzić, że Olgierd zabił kniazia na Starodubie i Oboleńsku (tom V. str. 15).

ss) Jąk wyżćj; ale według kroniki ruskićj, wyd. Daniłowicza, str. 180, i według kroniki litewskićj , wyżćj powołanćj , miała bitwa ta miejsce w deń Nawedenija, t. j. w święto Ofiarowa- nia Najśw. Panny, 21 listopada.

s!) Kronika litewska, wydania Narbutta, str. 21. Stryjkowski (wyd. zr. 1846, tom I. str. 11) powtarzając to, dodaje:

PRJEPWETPĄ < MMOOPIEDW JPN EEK" W -WP>Opr" ZEW "r.z

Перевод на русский

138 нм —"— ( = поход так быстро и так строго сохраняя тайну, что великий князь Дмитрий узнал о надвигающейся опасности для своей столицы только тогда, когда Ольгерд уже стоял на границе Московского княжества. Он немедленно разослал вести по окрестным городам, чтобы им шли на помощь. Но уже только отряды из Коломны и Дмитрова могли вовремя успеть. Ольгерд по сути захватывал один город за другим и опустошал окрестности. Трижды он сражался с вражеским войском и всегда победа была на его стороне. Главные военачальники Дмитрия — Симон Дмитрович, князь в Стародубе, Константин Юрьевич, князь в Оболенске, а в последней схватке у озера Тротно, Дмитрий Минин и Акинф Шуба палили на поле боя. Эта последняя битва произошла 21 декабря. Ольгерд спрашивал военнопленных: где ваш князь?

а они на это: «в Москве своем городе, но союзники не смогли с ним соединиться*». На это Ольгерд двинулся к Москве, и, как утверждает литовский летописец, встал под городом на холме, называемом Поклонная гора*.*). Дмитрий со своей стороны заключил союз с великим князем Московским (Карамзин: История России, т. V, прим. 9). =a12) Летописи: Троицкая, Новгородская четвертая, Софийская, Воскресенская (Полное собрание, т. I, IV, V, VIIL, стр. 231, 66, 231, 16). Это с честью свидетельствует о храбрости и самоотверженности предводителей Дмитрия, что все они погибли в битве. Серьезный Карамзин же, вместо того чтобы это признать, предпочитает утверждать, что Ольгерд убил князя на Стародубе и Оболенске (том V, стр. 15). ss) Как выше; но согласно русской летописи, изд. Даниловича, стр. 180, и согласно вышеупомянутой литовской летописи, это сражение имело место в день Наведения, т. е.

в праздник принесения Пресвятой Девы, 21 ноября. s!) Литовская хроника, издание Нарбута, стр. 21. Стрыйковский (изд. 1846, том I, стр. 11), повторяя это, добавляет: PRJEPWETPĄ < MMOOPIEDW JPN EEK" W -WP>Opr" ZEW "r.z"

Оригинал (по-польски)

w zdłyc:j

139

w twierdzy z metropolitą i bojarami, obróciwszy w pe- rzynę otaczające ją budowle. I mówi znowu kronika ru- „a ska: „Olgierda opanowały niepokój i: zwątpienie, czy nie napróżno postąpił pod Moskwę, i po trzech dniach i trzech nocach wydalił się, nie tknąwszy grodu * 3'5),

Uchylając wszelkie domysły i fikcye poetyczne po c jednćj i drugićj stronie, wypada przyjąć jako pewnik, 3 że Olgierd nie miał zamiaru zawojowania Moskwy. Chciał vylko groźbę zwycięztwem odeprzeć, zawarować niepod- ległość kniaźstwa twerskiego i rozszerzyć granice pań- stwa swojego. Wielki kniaź znowu straciwszy wojsko i wodzów najlepszych, mając słabych przymierzeńców, którzy nawet połączyć się z nim nie mogli, jakże wątpić, że był skłonnym do zawarcia pokoju. Można więc dać wiarę kronikarzowi Litwy, że pierwszy krol: w tym kierunkn od niego wyszedł, że się udał do obozu Olgierda, dał mu wielki okup w złocie, srebrze, perłach, kosztownych kamieniach , futrach, poczóm Ol- Olgierd, dopiąwszy celu swojego, zawarł mir i odstąpił od grodu, prócz otrzymanego okupu, ze znakomitym plonem. Równie można uwierzyć kronikom ruskim, jako ówczesnym zwyczajem złupił on w pochodzie swoim grody, *sioła, monastyry i cerkwie do tego stopnia, iż

„Jako, wszyscy latopisce świadczą, by ich chciał na to ty- siąć znosić. Aczkolwiek ruskie kroniki nie wspominają o tóm* i t. d. A więc samych litewskich tysiąc, a z tych 1000 latopisców dwa tylko dotąd, i to dopiero w wieku XIX., wykryto: jeden z tych jest ułamkiem, drugi przerobieniem oryginału!

I stoja: u grada u Moskwy try dni i try noszczi, grada ne wzia, otide procz (Połn. Sobr., jak wyżćj).

$15)

Перевод на русский

в здлыч:ж 139 в крепости с митрополитом и боярами, превратив в пепел окружающие её постройки. И снова говорит летопись русская: «Ольгерда охватили тревога и сомнение, не напрасно ли он пошёл на Москву, и через три дня и три ночи удалился, не тронув город»3'5), Отклоняя всякие догадки и поэтические вымыслы с одной и другой стороны, следует принять как достоверное, что Ольгерд не имел намерения завоевать Москву. Он хотел лишь угрозой победы отразить врага, обеспечить независимость тверского княжества и расширить границы своего государства. Великий князь, вновь потеряв войско и лучших военачальников, имея слабых союзников, которые даже соединиться с ним не могли, как же сомневаться, что он был склонен к заключению мира.

Можно поэтому верить летописцу Литвы, что первый король: в этом направлении он вышел, что отправился в лагерь Ольгерда, дал ему большой выкуп в золоте, серебре, жемчугах, драгоценных камнях, мехах, после чего Ольгерд, достигнув своей цели, заключил мир и отошел от города, кроме полученного выкупа, с отличным урожаем. Также можно верить русским летописям, так как по тогдашнему обычаю он в своем походе грабил города, *селения, монастыри и церкви до такой степени, что «Как все летописцы свидетельствуют, чтобы их хотел на это тысячу переносить. Хотя русские летописи не упоминают об этом* и т. д. Таким образом, само литовское тысяча, а из этих 1000 летописцев обнаружено только двое до сих пор, и то только в XIX веке: один из них — это отрывок, другой — переработка оригинала!

И стояли: у города Москвы три дня и три ночи, город не взяли, отошли прочь (Полн. Собр., как выше). $15)