Ольгерд и Кейстут. Разворот 6

Оригинал (по-польски)

6

stował najwyższą władzę, Kiejstut zaś był wodzem na- czelnym siły wojskowćj 7).

Jeżeli wolno użyć tego wyrazu, to bracia ci wzaje- mnie siebie uzupełniali. 5

Olgierd byłby twórcą nie państwa, do tego wiele mu zbywało, ale dynastyi, gdyby nie był ojciec jego już jój utworzył, bo miał wszystkie przymioty, wady i znamiona ku temu. Kronika ruska jedna wspominając jego zgon, następującą charakterystykę jego podaje. Po epitetach złowierny, bezbożny, któremi kroni- karze grodowi i cerkiewni obdarzają zawsze tych, co nie należą do ich zakonu,*albo wojowali ich ojczyznę, mówi: „że był pochłebcą, ale celował nad braćmi swymi, bo nie pił nigdy piwa, miodu, winą, kwasu. Tęgą wolą i sprytem wiele dokazał, wiele ziem zawo- jował i władzy sobie przymnożył. Słowem, przewyższył braci, ojca i dziada swojego * 9).

Kronikarz tu poniekąd przebrał miary. Zwycięztwo odniesione przez Olgierda nad Sinemi Wodami na Ta-

') W tajnóm archiwum Krzyżaków. w Królewcu, znajduje się list Wielkiego Mistrza opisujący wyprawę na Litwę z lat 1375—76, i w nim te słowa: processerunt usque ad castrum principale Drakyn (Troki) Keistuti principis Tithuanorum fratris regis qui est dux exercitus paganorum.* 'Tożsamo w tak zwanem Formularbuch tegoż archiwum sprawozdanie o wyprawie podobnój w r. 1377 nazywa Kiejstuta „princeps militiae Kinstoth,* rezydencyą jego Troki, a Olgierda „»magnus rec Algerd totius regni dominus (Seriptores rerum Prussicarum, Lipstae 1861, t. 1. str. 578 —74—75, t. II. str. 586—87). Z kronik więcej znanych tylko Chr. Ohbvense pod r. 1847 mówi o Kiejstucie wodzu Olgierda „per ducem exercitus sui fratrem Kynstut (Tamże t. I. str. 728.)

3) Kromka Wielkiego Nowogrodu IV. którą powtórzyły inne kroniki (Połnoje Sobrantje russkich letopisej, t. IV. str. 72.)

Перевод на русский

6 обладал высшей властью, а Кяйстут был главнокомандующим военной силы 7). Если можно употребить это слово, то эти братья дополняли друг друга. 5 Ольгерд был бы создателем не государства, для этого ему многого не хватало, но династии, если бы его отец не создал её уже, потому что он обладал всеми достоинствами, недостатками и признаками для этого. Русская летопись, вспоминая о его кончине, даёт следующую характеристику его. После эпитетов зловредный, безбожный, которыми летописцы городские и церковные всегда награждают тех, кто не принадлежит к их ордену, или воевал с их родиной, говорится: «что он был льстецом, но превосходил своих братьев, ибо никогда не пил пива, меда, вина, кваса. Большой волей и хитростью многого достиг, многие земли завоевал и власти прибавил себе. Одним словом, превзошёл братьев, отца и деда своего * 9). Летописец здесь в каком-то роде превысил меру.

Победа, одержанная Ольгердом над Синими Водами на Та- В тайном архиве крестоносцев в Кёнигсберге находится письмо великого магистра, описывающее поход на Литву в 1375–76 годах, и в нем такие слова: processerunt usque ad castrum principale Drakyn (Троки) Keistuti principis Tithuanorum fratris regis qui est dux exercitus paganorum.* В том же так называемом Formularbuch этого архива отчет о походе, подобный в 1377 году, называет Кейстута «princeps militiae Kinstoth», его резиденцию – Троки, а Ольгерда – «magnus rec Algerd totius regni dominus (Seriptores rerum Prussicarum, Лейпциг 1861, т. 1, стр. 578–74–75, т. II, стр. 586–87). Из хроник, известных только Христианту Обхвенсе, под 1847 годом говорится о Кейстуте, вожде Ольгерда «per ducem exercitus sui fratrem Kynstut (Там же, т. I, стр. 728.) 3) Кромка Великого Новгорода IV.

которую повторили другие хроники (Полное Собрание русских летописей, т. IV, стр. 72.)

Оригинал (по-польски)

A

tarach w czasie, kiedy ojczyzna kronikarza jęczała jesz- cze pod srogićm jarzmem Mongołów, olśniła jemu oczy. I rzeczywiście zwycięztwo owe, mgłą do dziś dnia, co do czasu i szczegółów, pokryte, i tylko w skutkach swoich wiadome, było jedynym wielkim wypadkiem za panowania Olgierda i przysporzyło Litwie ziemię po- dolską *).

Na północnym wschodzie przekroczył Dniepr, owła- dnął łatwym targiem kniastwo Briańsk, należącą do tego Siewierszczyznę, potóm Mścisław, Trubczesk i Białę *). Ale wojownikiem wielkim, nawet zdolnym on nie był, i wtóm nie tylko nie przewyższył ojca swojego Gedy- mina, ale nawet nie zrównał mu. Dowiodły tego wy- prawy jego na Moskwę, w szczegółach nam dochowane, którym on przewodniczył, więcćj jeszcze walka zacięta z dwoma rycerskimi zakonami. Celował on tylko w woj- nie podjazdowćj. Zbywało mu także na wyższóm (nowo- czesnym wyrazem) zmyśle politycznym. Napady jego na Łotyszów nad Bałtykiem, gałąź jednego szczepu z Li- twinami, których więc oswobodzić i z państwem swóm

*zespolić, starać się był winien już ze względów osobi-

stych, aby kiedyś temu samemu nie popaść losowi, prze- ciwnie, odznaczali się taką srogością, takie ruiny po sobie zostawiali, że jarzmo kawalerów mieczowych, które na krajowcach ciężyło, Iżejszóćm wydawać się musiało

"po każdój z podobnych pobratymczych odwiedzin. Król

polski Kazimierz dwa razy na nim zawojował Wołyń, ostatecznie na wschodzie południowym granice Litwy uszczuplił, zakwestyonował jćj równie Podlasie *).

3) Obacz Synowie Gedymina, t. I. ustęp Koryat Gedyminowicz. +) Obacz niżćj przedostatni rozdział. 5) Synowie Gedymina, t. I. ustęp Koryat.

Перевод на русский

А в то время, когда родина летописца ещё стонала под суровым иго монголов, это ослепило ему глаза. И действительно, та победа, до сих пор покрытая туманом относительно времени и деталей, и известная только по своим последствиям, была единственным великим событием при правлении Ольгерда и принесла Литве Подольскую землю. На северо-востоке он пересёк Днепр, легко захватил княжество Брянск, Северию, принадлежавшую к нему, затем Мстиславль, Трубчевск и Белую. Но великим воином он, даже способным, не был, и хотя бы в этом он не превосходил своего отца Гедимина, а даже не сравнится с ним. Об этом свидетельствуют его походы на Москву, дошедшие до нас в деталях, которыми он руководил, а также ожесточённая борьба с двумя рыцарскими орденами. Он целился только в партизанскую войну.

Ему также не хватало более высокого (современным словом) политического чутья. Его нападения на латышей у Балтики, ветвь одного племени с литовцами, которых, следовательно, он должен был освободить и соединить с своим государством, он должен был предпринимать уже из личных соображений, чтобы в будущем самому не попасть в такую же участь; напротив, они отличались такой жестокостью, оставляли после себя такие руины, что ярмо рыцарей меченосцев, которое давило на местных жителей, казалось должно было издаваться после каждого подобного братского визита. Король Польши Казимир дважды завоевывал на нем Волынь, в конечном итоге с востока южного уменьшил границы Литвы, оспаривал также Подляшье. 3) См. Сыновья Гедимина, т. I, раздел Корият Гедиминович. +) См. ниже предпоследнюю главу. 5) Сыновья Гедимина, т. I, раздел Корият.