IX. Семён Лугвень

IX. ШИМОН ЛИХВЕН. Шимон Лихвен, согласно достоверным датам, был третьим сыном Ольгерда от Юлианны, княжны Тверской, рожденным '). Имя его в литовских источниках подвергалось различным изменениям: в русско-литовских летописях он назывался Лыхвен, в летописях Северной Руси — Лухвен, в русско-литовских документах — Лингвен или Лигвен, в латинских и немецких документах — Лангвене. Первая упоминание о нем встречается в 1379 году. Он поставил свою подпись в договоре, заключенном в этом году между орденом крестоносцев и великим князем Ягайло, который при этом называет его своим братом (unsir brudir). Подпись его встречается также на других документах и обручальных соглашениях, выданных великим князем до его восшествия на польский трон*), а после коронации он принимал участие в походе, столь часто описываемом, на помощь Мстиславлю, и в этом походе командовал третьим полком).

') Полное собрание русских летописей т. VII стр. 233—236, «Начало государей литовских и документы, ниже указанные, где его подпись следует за Корибутом и Скиргяллой. % ) Кодекс дипломатический Литвы, издание Рачинского, отдел Жц, год 1379. Сокровища Литвы изд. Даниловича, т. I стр. 228. Войт История Пруссии, т. V стр. 295. 3) Кодекс дипломатический, как выше, под годом 1582. Сокровища Литвы стр. 241—254—55 док. 507. Войт, как выше, стр. 410—411. 4) Литовская хроника, издание Даниловича стр. 42, русская хроника, приложенная к ней стр. 202: А трелий полк в нем же би Первая о нем упоминание.

Нет никаких следов того, чтобы он получил какую-либо долю в отцовских землях. Это, без сомнения, побудило его искать счастья и подходящего положения за границей. В 1387 году Патриций Нарымунтович, внук Гедимина, который после отца Нарымунта занял на- Наместничество в Великом Новгороде, удалился из города. Лихвен отправляет поэтому двух доверенных лиц в республику с заявлением, что готов взять на территории её государства постоянное своё резиденство, если получит города, которые держал его дядя Нарымунт). Это были города Ладога, Орехов (Шлиссельбург), Кексгольм и половина Копорья). Главная рада верна принципу иметь всегда князя литовского из правящего дома в своих стенах и пригласила Лихвена к себе на наместника.

Лихвен был уже тогда крещен водой по восточному обряду, иначе брат Ягайло по обетам должен был бы крестить его до возведения его на польский трон, заставив принять торжественное крещение по римско-католическому обряду. Но теперь*) спасли их (т.е. Скиргайло, Корыгельло, Дмитрия-Корбута) Семен Лухвеней. Смотри также войска, предшествующие Корыгельло и Скиргайло. 5) См. «Сыны Гедимина», том I, раздел под заголовком: «Нарымонт». 6) А Лугвен Ольгердов сын в крещении нареченный Семен прислал послов Овгимонта и Братосу в Новгород хотя быти и сидеть на городках, чем владел Наримонт. (Новгородская хроника IV, стр. 96, пол. собрание, т. IV и др. под 1588 год). 7) Сыны Гедимина, как выше. 8) Смотри раздел этого письма: Скиргайло, Корыгельло, Вигунт.

%) Так же, как его сводный брат Андрей, когда его вызвали в Псков (см. отдел этого издания: Андрей полоцкий).

тщательная праздничная крещение и на ней имя Симона 9). Получив от короля-главы разрешение на отправление на своё новое место, он перед отъездом в Сендомерже (в 1389 году) составил запись, без сомнения составленную в королевской канцелярии, введение которой указывает на то, насколько великими, но, к сожалению, никогда не реализованными были представления о миссии Литвы, объединённой с Польшей на северной Руси. Итак, князь говорит: «что когда польский король и литовский и русский господарь постановил нас опекунами мужей и народа великого Новгорода (-посжылав мас опекалником мужем и лиудем великаго МНовагорода:, слова оригинала), мы же клянемся королю и польской королеве, что вместе с народом Великого Новгорода, пока будем над ним осуществлять опеку, хотим присоединиться к польской короне (.и с этими лиудми великого Новгорода насколько долго держим у нас нашей опекой ....

я хотя и при них при короне королевства польского прислал) с нашей силой, помощью, советом, предупреждением, без всякой измены и хитрости ''). 10. Ибо Лихвен до 1588 года всегда в документах и хрониках назывался только этим именем, следует отметить, что только после своего назначения в Новгород он принял торжественное крещение и имя Симона. 11. Оригинал этой записи на русском языке, написанный церковными буквами, находится в переиздании в томе I сборника Акты Западной России № 10. Латинский перевод этого документа был в коронном архиве, где его читал Нарушевич, а Голембевский привел его полностью в томе I "Правление Владислава Ягайло", сноска 6, делая из текста необоснованные различные выводы.

Эта запись, так как написана русским языком и алфавитом в Сендомерже на чисто подлясской земле, где же, вероятно, тогда тем же самым наречием только с некоторыми оттенками говорили, составляет как: Обещает от имени В. Новгорода верность и всяческую помощь Польской короне.

Корона и Литва умеют извлекать из этого пользу. Военные действия Лихвена в Великом Новгороде.

У нас уже была возможность разъяснить, насколько влияние и власть тех князей-наместников, вызванных как из Москвы, так и из Вильны, в гордом Новгороде были слабы, почти иллюзорны. Молодой князь, следовательно, в этом документе принял на себя гораздо большие обязательства, чем он когда-либо мог выполнить, за исключением того, что касалось его лично. Тем не менее, с учётом мужественности Лихвена, его привязанности к родной земле и его начальников — короля и Витовта, заслуживает восхищения тот факт, что из этих отношений не удалось извлечь никакой пользы, по крайней мере для Литвы. Лихвен в августе 1389 года, в день Успения Пресвятой Богородицы, въехал в Новгород. В 1359 году он возглавлял новгородцев в походе на Псков.

В 1392 году пришли немецкие корсары с-за моря — на Неву и разграбили деревни в пяти верстах от Орехова (Шлиссельбург). Князь Симон дал им бой, победил и захваченных пленных привел в Новгород. Но, к несчастью, ни один из Ольгердовичей до сих пор большая редкость. Стоило бы его с лингвистической точки зрения сравнить с документом на полвека более ранним, т.е. с известным мирным договором между польским королем Казимиром и литовскими князьями в период 1540—$5.14) См. Сыновья Гедимина том I и отрывок, предшествующий т. п. Михаил Олелькович. «13) Новгородская хроника IV том IV Полное собрание русских летописей стр. 96: 14, Новгородская хроника I том III Полное собрание русских летописей стр. 96. В тот же год пришли с моря разбойники Нитна в Неву...

и князь Семен с городчанами сгонял других избы, а других разгонял и язык в Новгород приводил.

не смог постоянно осесть в Новгороде. Это была одна из причин, по которым в ту эпоху, даже когда возможный город склонялся к упадку, он оглядывался в поисках спасения, Литва не могла не только оказать решающее влияние на судьбы этого города, но даже вызвать доверие к себе. И Лихвен поэтому пошёл этим путём. Когда до него дошли известия о кончине двух братьев Коригеликки и Виганда и о возвышении Вито́льда на великого князя Литвы, что, по поверью, предвещало счастье Литве, он вернулся в 1392 году в Литву и привязался на несколько лет к знаменам Вито́льда. В то же время без сомнения он получил «Осымуйское Мстиславское княжество», где с тех пор он и его потомки ****** резидировали!

взял в жены Марию, сестру правящего тогда великого князя Москвы Василия Дмитриевича, что уже сам был зятем Витовта, в ещё более тесный союз с тестем. Свадьба состоялась в Москве в 1594 году, но после пятилетнего совместного проживания княгиня умерла в Мстиславле. Шимон Лихвен был одним из самых отважных воинов Витовта. О его военных действиях сохранились следующие подробности в хрониках. В 1396 году Витовту удалось обманом занять Смоленск у Глеба Святославича, которого он сам посадил. Старший брат Глеба, которому принадлежало княжество, в то время жил у тестя. Русские хроники под 1592 годом, именно Новгород, в Полное собрание том III, стр. 96.

Примечание 411. Литовская хроника издания Нарбута всегда называет $zymona-Lichwęна мщиславским. '7) Воскресенская хроника в Полном собрании. том VIII стр. 73:

идти к Олегу в Рязань. Витовт, чтобы дать обоим почувствовать жестокость Литвы и лишить их стимула вернуть Смоленск, в его отсутствие послал к Олегу рязанскому Симона Лихвена, который жестоко опустошил земли. Его и значительный урожай он послал Витовту. Но несмотря на это в 1404 году удалось взаимно Юрию Святославичу вернуть свое смоленское отцовское владение, и так укрепить крепость, что Витовт, который подошел к осаде, был вынужден отвлечься. Олег, князь рязанский, приободрился этим и чтобы взять реванш за поражение, понесенное несколько лет назад, отправил (в 1402 году) сына Родислава на литовский Брянск. Но там его ожидал в Любуче Лихвен, который нанес поражение его войску, взял его в плен и отвел к Витовту. Литовская хроника издания Даниловича, стр. 48, а также хроника издания Нарбутта, которая наиболее подробно описывает это событие, стр. 58.

Издание Стрыйковского 1846 года, том II, стр. 144, говорит, что «гетман Семён Лингвеневич Мстиславский без сопротивления завоевал всю Рязанскую землю между Окой и Доном, находящуюся в 36 милях от Москвы, и с большой выгодой, так как эта земля очень плодородная, вернулся к Витовту».

Говорит о Лугвене, поражённом Витольдом, который за это мстит на Рязанском князе Эте. (Том V под 1402 годом).

Примечание 412. Воеводы князь Рослав Ольгович рязанской земли литовской и князь Семён Ольгердович напали на него, самого князя Рослава взяли и привели к князю Витовту (Новгородская летопись 4. Полное собрание, том III, стр. 102 и другие). Некоторые из этих летописей говорят об одном и том же событии: один раз под 1395 годом, второй раз под 1405 годом. Первая дата тем более неверна, поскольку к ней приписывают также победы, которые должен был одержать Лихвен над великим князем Московским, а в то время Литва с Москвой была в мире. Почти смехотворным способом также Карамзин смешивает историю.

«289 В следующем году (14058) он захватывает Вязьму в пользу Витовта, а князь Святославович, один из смоленских князей, который там проживал, умножил число пленных Витовта ?9). Очистив таким образом поле, Лихвен отправился с Витовтом на завоевание Смоленска. После долгой осады город, тщетно ожидавший помощи великого князя Москвы и измученный голодом, сдался Лилве 26 июня 1404 года*5). Эхо этих военных действий отразилось в стенах Великого Новгорода. В это время недоразумения и конфликты второй северной республики Пскова с великим князем Витовтом разгорелись в войну, т.е. вызвали князя вступить вооруженной рукой в владения республики, Новгород через врожденность ан.

Так как он был склонен к побратимскому городу, имея и так на совести, что дал приют изгнанному князю Смоленска Ежи, он выбирает этот момент, чтобы приблизиться к Витовту, и возвращается к нему после того, как получил разрешение, чтобы Сымон Лихвен на ново в его стенах резидировал (1407 года), Сымон прибыл в Новгород, взял села и города, которые ранее держал, но понял, что произошли большие изменения с тех пор. Князь Семен Ольгердович взял город Смоленск, Вязьму и князя Иоанна Святославовича изьму. (Новгородская хроника как выше). Полное собрание том VIII стр. 76. И новгородцы изпросили у Витовта Лугвения и он им дал (Новгородская грамота 4 Полное собрание том 4 стр. 109; также см. другие хроники), и дали ему новгородцы пригороды, которые прежде за ним (Новгородской хроникой см. стр. 103 в Полное собрание, т. III, стр. 571).

450 времени его первого пребывания. Вскоре в Новгород съехался Константин Дмитриевич, брат великого князя Москвы, который также был приглашён от Речи Посполитой: В ззыаи09 он держал и с ним Симон должен был делить власть и влияние?4). А как псковичане приняли известие о назначении Симона в Новгород, об этом свидетельствуют их хроники: Новгородцы умоляли Симона Ольгердовича у Витовта, и это из-за неприязни к Пскову. Ведь злые мысли внёс им черт в сердце их, что они ищут дружбы и союза у Литвы и немцев, а нам не хотят помогать ни словом, ни делом.**). Несмотря на это мрачное предзнаменование, смелости Симона Лухвена удалось подчинить самого опасного соседа Войайо в Великом Новгороде. В 1414 году швед напал на шведские районы Речи Посполитой и занял пограничную крепость Новгород-Тиверьский.

Едва только в столицу дошло известие об этом нападении, как Симон Лихвен в течение трёх дней отправился в поход и не только отвоевал крепость, но и вторгся в вражескую страну, разрушил большую её территорию, взял множество пленных, дошёл до города Выборг, откуда взял выкуп и с значительной добычей вернулся в Новгород**). Новгород охотно хотел бы оставить его у себя. Но король Ягайло и Витовт заключили в том же году (1411) мирный договор с тевтонскими и инфлянтскими орденами, на котором и Симон Лихвен присутствовал. 2а) В Новгород приходит князь Константин Дмитриевич от своего брата великого князя Василия на наместничество (как выше). 25) Псковская летопись, там же стр. 199 в Пол. собрание, том IV. 26) Новгородская летопись, 1-я, как выше, стр. 104.

пишется*?). Они также заключили отдельный союз с римским королем, и несмотря на это, оба ордена постоянно тайно рассылали жалобы на предполагаемые связи Витовта с Псковом и Новгородом). Чтобы устранить любой повод для жалоб, король и великий князь объявляют При Короле Ягайле меры Новгороду по более чем незначительным причинам). Лихвен тогда также почувствовал себя обязанным отказаться от своего поста. »Вы дали мне содержание (заявил он новгородцам), но у меня есть старшие братья Ягайло и Витовт, с кем они разрывают, и я с ним прекращать не могу:39. И он удалился из Новгорода (в 1412 году), хотя в надежде на близкое возвращение поставил заместителей в выделенных ему городках3'). Новгородцы долго ждали его возвращения, потому что только в 1419 году города, которыми он владел, передали князю Константину Дмитриевичу3?).

Сымон Лихвен, однако, удалился далеко с зрительских рядов, поселился в Мстиславле, где в 1421 году принимал митрополита Фоцию, когда тот объезжал свою епархию, и съехал в Литву (Новгородская хроника, как выше). И наместники его из пригородов новгородских. Там же. В том же году приехал в Новгород с Москвы князь Константин Дмитриевич, и подавая ему пригородные земли, которые были за Лугвенем (Новгородская хроника, как выше, стр. 109).

заключают союз Новогро-Сымон Лихвен 0- позволяет на это Новгород. Поселяется в Мстиславле.

жил ещё в 1431 году, как видно из трактата, заключённого в этом году между Литвой и Тевтонским и Ливонским орденами.% Он основал на реке Напота (вероятно, около Мстиславля) монастырь святого Онуфрия и прекрасно его обеспечил*5). После смерти первой жены великой княгини Марии, унаследовав потомство, он женился на второй неизвестного имени и рода и от неё родил сына А. ЯРОСЛАВА - ТЕОДОРА, Младшего. Сын, который родился в Копорье, одном из городов, выделенных его отцу Великим Новгородом?5. Об этом князе нам известно только то, что он погиб в битве при Вилькомирзе, состоявшейся в 1455 году между Свидригайло Ольгердовичем и Сигизмундом Кейстутовичем за великое княжество Литвы*?

Вторым же старшим сыном Симона Лихвена было неизвестно, от первой ли жены или от второй. 83) В Мстиславии он находился у князя Семена Лихвенина. Русская летопись, издание Даниловича, стр. 244. В сообщении, содержащемся в реестрах: Кёнигсбергских о свержении Свидригайлы с великого княжества Литовского в 1452 году, ошибочно говорится, что в этом принимал участие Симон Лихвен, потому что согласно сохранившемуся письму Свидригайлы, это был Симон, князь Холшанский (об. Скарбец Литвы, том II, док. 1620; Свитригайль фон Коцебу, стр. 86). 34) Об. Скарбец Литвы, т. II, стр. 118. 85%) Акты Западной России, том I, док. 45 и том II, док. 1653. 36) Новгородская летопись 4 в Полн. собр., том IV, стр. 115 и др. 87) Литовская летопись, издание Даниловича, стр. 59, idem издание Нарбутта, стр. 47.

B. ЕЖИ. Имя его было довольно известно в своё время, а жизнь — бурной. С юных лет он всегда стоял рядом с Витольдом. У озера Мельно в 1422 году подписал мирный договор между Короной Литвы и орденом крестоносцев*8).

В 1428 году он сопровождал Витовта в походе на Великий Новгород, где провел свое детство, и который завершился удачным выкупом города*5). Несмотря на это, республика, памятуя о заслугах его отца, когда после смерти Витовта Свидригайло принял великое княжение Литвы, посылает к нему, о чем свидетельствует сохранившееся письмо великого князя, послов с просьбой дать им Георгия Лугвениевича в наместники (1432 год)*5). Великий князь согласился на их просьбу, но прежде чем Георгий отправился на назначенное место, заговор против Свидригайло, главой которого был Сигизмунд Кейстутович, дошел до взрыва. Великий князь, нападенный заговорщиками в Ошмянах, только поспешной побегом спасся от их рук. Рядом с ним находившийся Георгий Лингвенович был взят в плен*!), но недолго. С четырнадцати- 28) Dogiel Codex diplomaticus Poloniae t IV стр.

110—4115. 3%) Длугош, книга XI под годом 1428. Ваповский, перевод Малиновского, том II под тем же годом.

Примечание 413. Wie die von Grossnowogorod erkysen zu erem Herren den rlauchten Fiirsten Herzog Juri Langwinowicz unsers Bruders zon (Świtrigail von Kotzebue str. 143 dodatek 1). Также Длугош, Lib. AI, стр. 622, который добавляет, что (Georgius) участвовал в делах князя Świtrigal, оказывая ему помощь телом и советом. 4!) Князь Юрий Лихвеневич (Kronika Litwy, изд. Дани́ловича, стр. 56). на службе у Витовта. возвращён в Новый город. По дороге был взят в плен,

с товарищами он сбежал из тюрьмы и той же осенью встретился в Новгороде с женой**). Там впоследствии у него была постоянная резиденция во время правления Зигмунта на Литве (1432—1440). То, что литовская хроника впоследствии сообщает о его заключении в Троках, где Зигмунт посадил его в тюрьму и что только после убийства великого князя он обрел свободу*3), противоречит другим более достоверным датам и местной хронике, т. е. новгородской. В литовских хрониках нет упоминаний о том, что после побега из тюрьмы Ежи Лингвенович принимал участие в дальнейших боях Свидригайло с Зигмунтом Кейстутовичем на Литве. В 1438 году, таким образом во времена правления Зигмунта, он несомненно находился в Новгороде**.

В 1440 году после убийства Зыгмунта в Новгороде он отправился в Литву*5) и, вероятно, только до 1438 года, чтобы своим отсутствием не мешать заключению союза между великим князем Зыгмунтом.

Примечание 414. Письмо Свидригайлы (Свитригайл, как указано выше, стр. 111). Автор ошибочно помещает это письмо без даты, поэтому и бегство Юрия под 1435 годом, хотя эти события произошли в 1432 году, как свидетельствует новгородская хроника4sza под этим годом. Toj oseni prijecha w Nowgorod kniaź Jurij Semenowicz z swojeju kniahinija iż lilowskoj zem li. Pol. sob. t. 3 st. 111. Это и другое письмо, приведенное под № 40, находится в кратком изложении в Скарбце Литвы, том II, док. 1606 и 1675.

Примечание 415. Литовская хроника, издание Нарбутта, стр. 48—50.

Примечание 416. Qb, Сокровищница Литвы том II док 1757 из 1438 года письмо великого магистра, в котором он поручает Георгию, князю Новгорода, князя Кливии, который через Россию отправлялся в Палестину. Карамзин История России, Пересказ Бучинского том V стр. 268. 45) Князь Юрий Семёнович из Великого Новгорода уехал в Литву. (Новгородская летопись Долнее собрание том II стр. 115).

а Великий Новгород покинулся на некоторое время из города*5), . * Но несомненно после прибытия Казимира Ягеллончика в Литву и возвышения его на великое литовское княжество, Юрий Лихвенович покинул Великий Новгород, чтобы по данному разрешению великого князя принять отцовское Мстиславское княжество *7). Во время же путешествия он был задержан явлением, невиданным прежде в великом княжестве Литовском, а именно народным восстанием в Смоленске. + Жестокое убийство великого князя Сигизмунда Кейстутовича было как минимум местной реакцией против (как следует признать) довольно сомнительного его жестокости. Это было, собственно.

реакция Литвы и Руси против торжественных заявлений Сигизмунда, признававших Короне право на Волынь и Подолье, а отдельно снова Руси православной против католической пропаганды, а также аристократии и русских бояр против узурпации и влияния литовской шляхты, находившей свою опору при дворе правящего. Как в любом организме, который склонен к упадку, элементы, до этого соединённые, вспомнили о своей отдельности и стремились... Князь великий Сигизмунд литовский крестился перед новгородскими послами и взял мир... В лете 6940 (1438) приехал в Новгород князь Юрий Семёнович (Новгородская летопись, как выше, стр. 112 под годом 1457-38). В то же время приехал князь Юрий Лихвене́вич из Новгорода в Литву. И князь великий Казимир королевич дал ему отечество его Мстиславлю. (Литовская летопись, изд.)

Daniłowicza str. 68), 48) Об. Сыны Гедимина том 1 и II последние главы. В 1440 году возвращается в Литву, в Мстиславль, на свою родовую землю. В пути сталкивается с восстанием в Смоленске. Причины о+ него.

разъединения. Так Жмудь до сих пор была так верна, что, услышав о катастрофе великого князя Сигизмунда, не хочет подчиняться власти короля Казимира, но, вспомнив времена Кейстута, вывешивает знамя его внука Михаила Сигизмундовича, изгоняет старосту литовца Кежгайла, а на его место ставит Кантовта, ибо тот был уроженцем Жмуди*?). Эти очаги тревоги продолжали существовать, проявлялись чаще или реже в связи с долгим правлением Казимира Ягеллончика5'), но сначала и наиболее ожесточенно вспыхнула реакция православия и русской народности в Смоленске, свежем завоевании Литвы, затем в Витебске, Полоцке. О движениях в этих двух городах не сохранилось никаких подробностей. Известно только, что Юрий Лихвенович и там был активен*').

В Смоленске тогда воеводой был Анджей Сакович, преемник Гаштолда и, несомненно, также латиник. Когда дошла до него весть о смерти великого князя Сигизмунда, предполагая возможные последствия этого события, он созвал владык, князей, бояр, горожан и простой народ, чтобы они обязались никогда не оставлять Литву, чтобы князь, который после Сигизмунда будет править в Вильне, был справедливым, а ему (Саковичу) продолжал давать держать управление.

1138 под 1440 годом).

Примечание 417. Литовская хроника, издание Нарбута, стр. СЖ. B0) Сыновья Гедимина, как выше. di) Новгородская хроника, первая, не догадываясь о замыслах этих движений, говорит, что великий князь Казимир дал Ярославу всю его вотчину Мстислав, Кричев и другие города и владения. Он же, возгордившись, занял Смоленск, Витебск, Полоцк, много людей убил и взял в плен. (Полное собрание, том III, стр.

воеводством. Это были последние дни Страстной недели, время согласия, общего мира. Собравшиеся: и опьянённые горожане во главе с владыкой Симоном приносят требуемую клятву. Но после Пасхи они очнулись. Цеха собрались на совет (как говорит хроника: кузнецы, кожевники, бедняки, мясники, котельники) и заставили воеводу покинуть город. После того как они вооружились оружием, луками, стрелами, косами и топорами, они стремительно ударили по колоколам. Тем временем Анджей воевода собирает вокруг себя местных бокровцев, а когда те показали готовность прийти ему на помощь, так как они считали лучше испытать удачу на поле боя, чем попасть в руки простого народа, он вступает со. военной силой в город, нападает на общину, собранную возле церкви св. Бориса и Глеба, и рассеивает её после нанесённого тяжкого поражения.

Несмотря на это, победитель чувствовал себя настолько неуверенно среди разгневанного народа, что в ту же ночь покинул город, забрав жену и бояр со своей стороны. Затем последовала резня численности, а смоленского маршала Петрика (Петра) утопил Андрей, русский князь, в Днестре. А община, чувствуя необходимость в начальнике, избрала тебе такого начальника (знамение очень характерное в русских нормах) не среди себя, а Андрея Дмитриевича, князя на Дорогобуже. Принятая новость о возведении Казимира Ягеллончика на великое литовское княжество не умиротворила Руфуса, напротив, придала ему ещё более заметную черту. Емя Лихвенович, отправляясь летом того года (4440) в Новгород из Мстиславля, проезжал через Смоленск.

дерзкие Линг-Бояры окрестности собрались, чтобы воздать ему дань, но местный народ не впустил их в город. Странным инстинктом же он догадался, что бояре постараются привлечь князя на свою сторону.

он объявляет о привлечении стороны. Ержи Лихвенович назначен хозяином Смоленска. Ержи принял дарованное ему «достоинство» и оказался достойным доверия, оказанного ему. Брони. дел- Он быстро пристал к боярам, удерживавшим «2 не город * литовский Литва, потому что одних взял в оковы, а другим конфисковал имущество; кроме того, город поставил в такую оборону, что, когда осенью наступило литовское войско, чтобы заставить его сдаться, после трехнедельной осады оно отступило, не достигнув цели. "Здесь заканчивается самая древняя хроника о тех «событиях» (по источникам 32). Последующие дополняют её тем, что Казимир король сам отправился под Смоленск, восстановил город в подчинении, а Анджея Саковича назначил воеводой; а Ержи, опасаясь его гнева, сбежал в Москву.

Там его через некоторое время охватила тоска по родине: и он начал через посредство Яна Гаштольда, с которым был в близких отношениях, так как держал его детей на крещении, стараться о прощении у великого князя. «Великий князь», а точнее (так как тогда ему было 16–17 лет) его ближний совет, который тогда правил и где господствовал Гаштольд, прислушался к просьбе. В этом «душе, решении и политике» имела большую долю. С момента смерти князя Витовта начали на Литве признавать важность союзов Казимира, включая даже строгий союз с Новгородом и Псковом. 52) Литовская хроника, издание Даниловича, стр. 66–69. 58) Литовская хроника, издание Нарбутта, стр.

54, но он ошибается, говоря, что Георгий из Смоленска сбежал в Новгород, потому что более информированные 'новгородские летописи' утверждают, что сначала _ он отправился в Москву, избеже на Москву (Полное: собрание том III стр. 113), и это соответствует дальнейшим датам. 58) Литовская летопись издание Нарбута как выше.

стремились исправить зло, которое в этом направлении слегка проявлялось. мыслимый тот князь принес родине вред, поступая с двумя республиками так, как будто намеревался искоренить в них всякое влечение, веру и расположение к великому княжеству. Уже его преемники Свидригайло и Сигизмунд Кейстутович входили с ними в более тесные отношения, а одно из первых действий Казимира, принявшего власть в Литве, был договор о союзе с Великим Новгородом. Теперь Новгород находился в постоянных спорах с ливонским орденом. Посредничество Литвы давало, таким образом, наилучшую возможность утвердить её влияние в общине, а кто для этого был лучше, чем Юрий, который столько лет провёл в Новгороде, сын Симона Лихвена храброго городничего гетмана. || Врата.

Так что родина снова открылась для Юрия: в 1449—1453 годах он вернулся туда без ущерба для Мстиславля. Использован как посредник в В. Новгороде. Оставил след своего пребывания в храме, в котором церковь и монастырь святого Онуфрия, основанные его отцом на реке Напота, два села «дарует». Уже в 1444 году он находился в Новгороде от имени великого князя Казимира. Сокровищница Литвы, том II, стр. 174. И когда князь Юрий приехал, и великий князь Казимир вернул ему его вотчину в Мстиславле (Литовская хроника, издание Нарбутта, стр. 54). В западной России, том I, доклад 43 датируется. Из Мстиславля. В 1444 году Юрий Лихвенович был в Новгороде, о чем свидетельствует новгородская синодальная хроника, цитируемая Карамзиным, но до сих пор не изданная (Об. том V перевод Бучинского, примечание 316).

Что он находился там от имени великого -

Ом же оглашает: „Вихритель же, наклоняющийся то в одну, то в другую сторону без постоянной цели для своей амбиции, неумело удерживается на какой-либо должности, вместо того чтобы служить общим целям Литвы и города, одновременно провозглашает себя сторонником сына убитого Зигмунта Кейстутовича, скитальца Михаила, как законного великого князя Литвы. Казимир Ягеллончик виделся вынужденным этим поступком вновь занять его княжество, а поскольку для тесных отношений того времени между Новгородом и Литвой позиция Георгия стала почти невозможной, он удалился в Пруссию, а не найдя там по тем же причинам ни поддержки, ни убежища, возвращается (в 1448 году) в Москву».

Через год он снова вернулся в любимый Новгород, но республике он уже предложила только свободное резиденцию, NUZAMSAE чаще всего давала содержание, но не города, которые его отцу и ему «король и первая выделялись*'). Только вмешательство великого Мидслави, великого магистра крестоносцев, обеспечило, что король Казимир в отношении такого князя указал участок в письме Казимира великому магистру крестоносцев 1445 года, в котором объясняет свое отношение к Великому Новгороду: «das wir ihnen (tj. новгородцам) einen Hauptmann gegeben haben was konnie der mit seinem Hofegesinde vole thun ete.* (Как выше). 89) Об этом письме сообщает комтур из Мемеля великому магистру 1443 года (Сокровищница Литвы, том II, док. 1806).

Примечание 418. Князь Юрий Лугвеневич поехал к немцам, и немцы ему пути не дали, и он уехал в Москву (Новгородская летопись, 4-я часть, Полное собрание, том IV, стр. 1235). 61) В том же году приехал в Новгород из Москвы князь Юрий Лугвеневич, и новгородцы дали ему кормление по волости хлеб, а по пригородам не дали (Там же).

Он позволил себя склонить к тому, чтобы вернуть ему. Мстиславля**). По всей видимости, заканчивает и тем самым, что больше туда не возвращался, но завершил свою жизнь в Новогороде*3), | Последнее до сих пор известное упоминание о нём находится под 1447 годом, в котором он из Новгорода через Инфлянты и Пруссию совершил паломничество в Вильснаку для почитания реликвий святой крови (zum heiligen blule) js), С женой BE он имел сына ИВАНА, вероятно в Новгоро- де. /который в Мстиславле постоянно проживал, ведя тихую там жизнь, сын Йодины на протяжении нескольких лет, и только многочисленные и щедрые завещания в церкви и монастырях свидетельствуют о его существовании). Он отошёл из мира между 1490—85 годами, последний 02, "Скарбец Литвы том II документ 1813: из 1446 года и i Yojgt Geschichte Preussens том 8 стр. 93.

жизнь и деятельность Бучинского том V, запись 316. 64) Сокровищница Литвы том II, документы 1837, 1840 и Карамзин как выше. 2 | l %) Упоминает о ней и о сыне Иване приведённое выше завещание Юрья о церкви и монастыре св. Онуфрия. Сохранилось письмо, которое по случаю смерти православной княжны писал её мужу Ионас, митрополит киевский, перепечатанное в описании музея Румянцова, а также приведённое в Сокровищнице Литвы, документ 2043; но совсем ошибочно. Редактор Данилович относит это письмо к 1482 году, тогда как Ионас занимал эту должность в период с 1440 по 1458 годы (см. раздел этого письма Александр Владимирович). 66) „Акты западной Руси том I, документы 62, 66, 68, 82, 112 за 1458, 1463, 1468, 1483, 1499 годы. „Том II, документ 162 1463 года, 1529.

Примечание 419. Скарбец Литвы том II документ 1834 из 1441 года и Карани.

302 потомок по линии Сымона Лихвена Ольгердовича?) От жены Юлианны оставил двух дочерей Анастазию и Юлианну. После смерти отца эти две сироты в 1495 году отправились в Вильно и преклонили колени перед великим князем Александром, чтобы он оставил их при отцовском имении княжества Мстиславского. Великий князь откликнулся на эту просьбу, выделив княжнам Мстислав для проживания с правом владения всем имуществом и пользования доходами, которые были долей их отца Яна, деда Георгия, и это до тех пор, пока для них не найдутся мужья из рода князей и равные им, так как в это время великий князь как их родственник позаботится об их соответствующем обеспечении. Решение великого князя Александра вскоре было исполнено. Одна из княжон Анастазия стала женой Сымона Микаловича, князя слуцкого, прапра…

мśцислав- внук Ольгерда**), вторая Юлия жена Михаила: явный княжеский род в Заславле литовском; правнучка: внук Гедимина””). Михаил. в. 1499 году 67) С этим согласуется родословная литовских князей (Полное собрание том VII стр. 253). Так что Коjаловец в Истории Литвы том II под 1366 годом говорит, что король Сигизмунд Август требовал от Москвы выдачи князей, бежавших в разные времена, среди которых Лингвеновичи, по отношению к этим князьям это неверно. 68) Коли им. бог даст возлюбленных князей, которые будут равны ему, когда его милость господарь хочет о их милости мыслить, как о своих родственниках (Акты Западной России том I, док. 131 с г. 449, 69) (См. выше пункт этого текста: Князья Слуцкие Ольгиевичи. 10) Акты Западной России том II, док. 252 с 1544 года, док. 27 с 1507 года, док. 162—638 с г.

1569, Софийская хроника I под годом 1502 Полное собрание том VI стр. 47 ошибочно с

имея по назначению великого князя княжество Мстиславское, он начал ряд второй линии литовско-мстиславских князей 11). Михаил стал тестем Георгия Лихвеновича, когда он был тестем bha. а 131) Там же, том I, документ 173, года 1499, Родословная и история второй этой линии князей: литовско-мстиславской в другом месте будет приведена, здесь прилагается родовое дерево Симона Лихвена. R. Лихвен, в крещении названный Симон, сын Ольгерда, великого князя Литовского, Юлианны, княжны Тверской, князь на Мстиславле, наместник в Великом Новгороде. Жена 0) Мария, дочь Димитрия Донского, великого князя Московского, 1399 г. %) N. N. Сыновья: r. Ярослав, Фёдор «А! Георгий от второй жены, родившийся r. 1441, неизвестно от какой жены, князь на Мстиславле, наместник в Великом Новгороде, жена Зофья N.

| , lwan tJan) если , князь на «Мстиславе + 3 1490–95 жена Юлианна N; Жена Юлианны Михала Анастазия Шимона ," князь в Заславе на Уху прапратевском, праправнук внука Ольгерда, Явнуты Гедиминович. . —————