VI. Виганд–Фёдор–Александр

СЫНОВЬЯ ОЛЬГЕРДА ОТ ВТОРОЙ ЖЕНЫ ЮЛИАННЫ, КНЯЗЬ ТВЕРСКОЙ. ВИГАНД - ТЕОДОР - АЛЕКСАНДР, КНЯЗЬ КИЕРНОВА. Этот князь известен в истории под четырьмя именами. Первое литовское — Виганд, под которым он подписывался на ранзакциях до 1686 года, второе — Теодор, данное ему при крещении в русскую веру, третье — Александр, когда он перешёл с греческой на римскую веру, багаж которого крестил летописец Стрыйковский. Что касается имени Теодор, вторая по счёту литовская хроника (издание Нарбутта, стр. 22), перечисляя сыновей Ольгерда, называет шестым Теодора? Русские же летописи единогласно перечисляют двенадцать сыновей Ольгерда: Андрея, Димитрия, Константина, Владимира, Корибута, Ягайлу, Скыргеллу, Корыгеллу, Винихайла, Свидригайлу, Симона-Лугве —

%) О добавке, которую эта хроника в этом месте подделала - 14 будет сказано в другом месте. 54 Четыре его имени.

на, включают также Феодора (Федора). При должной осмотрительности имен и когда помнить, что летопись литовская: не могла бы упустить Вига́нда, любимого брата короля Ягайло, приходит к убеждению, что этот Федор не может быть другим, как Вига́нд, который при первом крещении получил имя Феодор?). Из одиннадцати братьев Ягайло только он вместе с ним королем был крещен в Кафедральном соборе Кракова. Этому свидетельствует, если не очевидец, то современный летописец Ян из (Жарнкова, так называемый аноним архидьякон гнезненский): «На следующий день святого Валентина 14 февраля (1386 года)*) господин (dominus) Ягайло с родным братом Вигальтом были крещены архиепископом Бодзантом в кафедральном соборе.

Полное собрание русских летописей) ставит Феодора пятым в ряду между сыновьями Ольгерда, а после него — Корибута, так что, учитывая, что у Ольгерда от первой жены было пять сыновей, следовало бы заключить, что Феодор был от первой жены. Но эти хроники не различают, кто родился от первой, а кто от второй жены, и все споры отпадают перед существующими ниже документами, где этот Феодор назван Вигандом Александром /rater ułerinus (то есть от одной матери) короля.

Он опирается на слова анонима, архидиакона гнезненского, который называет членами посольства Скгоргало, Эльгемиота и Бориса, князей Литвы, Эльгемота же должен был быть Виганд. Однако мне кажется, что этот Эльгемот был Ольгимунтом, князем холшанским, родственным правящей династии и уже тогда занимавшим большое положение.

Примечание 354. Русские летописи (об.

Примечание 355. Собственно 15 февраля (см. историю Польши Ваповского в переводе Малиновского, т. I, стр. 62). Нарусевич в «Истории Польши», т. VII, стр. 274 утверждает, что Виганд входил в посольство, которое великий князь Ягайло послал в 1585 году в Польшу с заявлением о руке королевы Ядвиги.

краковской: Ягайло Владислава, Виганту Виганту были даны имена: (356). Сначала здесь необходимо учесть, что в тексте присутствует явная ошибка, так как Вигант не сохранил при крещении своё старое имя, а получил имя Александр, о чём свидетельствуют: первая привилегия, выданная в 1387 году королём литовскому шляхетству, принимающему католическую веру, и сохранившийся акт подчинения Виганда королю 1388 года, на обоих документах он подписался: Nos Alexander dei gratia alias Vigunt dua Kiernoviensis. «На основании этого повествования нельзя поддерживать более позднее повествование Длугоша, будто одновременно с королём были крещены два брата короля: Коригэлу и Швидрыгёлу. Эти без сомнения перешли в латинскую веру, но позже*). Виганд же, принимая крещение во второй раз,

X стр. 104) также говорит о Витольде, который вместе с королем принял крещение под именем Александра. Витольд же уже два года ранее (в 1584 году) на земле крестоносцев принял крещение по латинскому обряду. Вероятно, поэтому Длугош или его переписчик по ошибке поставили Витольда вместо Виганда, что тем более вероятно, что Длугош, описывая смерть Виганда, говорит, что он принял крещение в Кракове, regeneralionis lavacrum in ecclesia Cracoviensi susceptum, Lib. X, стр. 135. Что же особенно наводит на ошибочные выводы, так это обстоятельство, что Витольд также в документах часто назывался Вигант (имя, которое он получил и по своему крестному, когда в 1384 году принял крещение на земле крестоносцев, как это из источников доказал Фойгт в «Истории Пруссии», т. V, стр.

422), И так в инвентаре Краковского архива, недавно изданном в Париже, цитируется документ 1586 года, стр. 374; Conrādus magister ordinis Cruciferorum promittit Vigunto duci Lithuaniae auxilium ad

Примечание 356. Sommersberg Scriptores rerum silesiacarum t. Il стр. 154.

Примечание 357. Длугош (Lib.

тем самым он оказал большую услугу своему брату, потому что когда Ягайло в предварительных соглашениях с коронным советом обещал, что только те из его братьев, которые не были крещены, примут крещение в Кракове по латинскому обряду (как будет рассказано ниже), он сразу мог показать, что сделал больше, чем требовал договор. Любимец Виганд Александр был любимцем своего королевского брата, qui illum tenerrimo prosequebatur ajfectu... Germano ex omnibus chariore, говорит Длугош". Едва Ягайло ступил на польскую землю, он задумался о определении его будущего, и одним из первых письменных памятников, начинающих новую эру Ягеллонов, было дарение крепости Кернов, бывшей столицы князей Листевских, с прилегающими территориями в пользу Виганда*). Ze zwyrecuperandum patrimonium suum.

Здесь, конечно, речь идет о Витовте, но издательская заметка относит это к Виганду, князю Керновскому, который не имел отношений с крестоносцами и которого никто не лишал отцовского наследства. Хроника так называемого Линдеаблатта, настолько точная, всё же также смешивает Витовта с «Вигандом Ольгердовичем», говоря о крещении короля в Кракове в 1586 году: „Wytowt wart ouch getouft, unde geheysen Alexander“. А ведь под 1409 годом, перечисляя жалобы ордена крестоносцев на короля и Витовта, говорится, что Витовт, уже крещеный по латинской вере, дал себя повторно окрестить по русскому обряду и тогда получил имя Александр. Об. стр. 60 и 204 изд. с р. 4823. 7, Hist. X стр. 134 и 135. 8) Владислав, король Польши, дарует Виганду, брату Кернова, Бирчиско, Чечерск. Инвентаризация крепости Краковской Кромера. Кромера (рукопись).

Инвентарь начинается с этого документа, что доказывает, что сразу после коронации короля он был издан. Виганд отныне всегда называл себя князем Кьерновским (dux Kiernovieusis). Кьернов находится на реке Вилия в Виленском воеводстве. а

245 князь своим проницательным умом также связал в уме короля его брак с Ядвигой, дочерью знаменитого Владислава, князя Опольского на участке, и этим на время обезоружил яростного врага короны. Тесть обязался дать молодой паре дотацию на имения. Он задерживал исполнение обещанного, не предполагая, что по собственной вине будет вынужден предоставить более значительную дотацию, чем задумывал. В 1589 году князь пришел к безумной мысли хитростью захватить краковский замок. Заговор был вовремя раскрыт 20-го числа — жена и приданое были сохранены. Король, извещенный об этом, когда возвращался с поездки в Краков, решил ждать нападавшего в Могиле. Но ему удалось ускользнуть от бдительности королевской стражи и проникнуть в замок, где его, предупрежденного, староста вместе с вооруженным отрядом взял в плен и отправил к королю.

Король даровал прощение, но князь Опольский

Но однако там же некоторые вышеупомянутые люди того же князя были обнаружены через капитан и других подданных господина короля в замке вместе с тем же князем; гражданские Кракова были запоздалы, за такую хитрость без приказа господина короля того же князя из Кракова не смели вывозить и вмешиваться, надеясь на вышеупомянутые поручительства, и господин король был послан и поднят в Чистую гробницу, Текст оригинала взят из регистров

Примечание 358. Брак должен был состояться в 13586 году, потому что уже в этом году Владислав, князь опольский, заключил с зятем договор, о котором упоминает Нарушевич (История Польши, том VI, генеалогические таблицы), названный в этом документе Вигандом, братом по матери короля.

Примечание 359. Запись была сделана в Неполомицах. Голембиевский, Правление Владислава Ягайло, том I, стр. 50. И в этом документе Виганд также назван / братом по матери короля. '') Господин король хотел возвратиться, однако оставался в монастыре Кларе, называемом Могила, ожидая князя Владислава Опольского, люди которого в предшествующую предстоящую воскресенье хотели обманом овладеть замком Краввиен, как сообщается.

теперь он должен был выполнить своё обещание и одарить дочь, жену Виганда, землями: Влоцлавекской, Тучновской, Быдгощской, которые, если бы она умерла бездетной, возвращались бы к Куявии; а зятю дать в пожизненное владение землю Добжиньскую. Он также обязался отдельным письмом никогда не покидать своего зятя и защищать его личность и владения против всех, кто пожелает ему навредить. Таким образом, земля Добжиньская, предмет постоянных соблазнов крестоносцев, яблоко раздора между двумя государствами, переходила из-под власти друга крестоносцев, завистливого короне польской пана, во владение любимого брата короля, находившегося в полной молодости, когда его тесть уже склонялся к старости. Эти так мудро рассчитанные на будущее планы жестокая смерть разрушила. В начале 1592 года, когда указывали правителя Ливы.

па Вига́нда Александра как заместителя короля в великом княжестве литовском, потому что таково было королевское распоряжение: королевские казначейства на 1389 год. См. «Домашняя жизнь Ядвиги и Ягайло» Александра Пржездиевского стр. 11—12. Издатель справедливо считает, что, вероятно, тогда король потребовал от Владислава Опольского записи в пользу князя. 12) Учредительные документы находятся в «Дипломатическом кодексе Польши», изд. Ржишчевского, том II, часть II, под 1590 годом. Голембёвский («Правление Владислава Ягайло», т. I, стр. 50) и другие говорят о земле Иновлодзкой, ошибочно объясняя название Vładislaviensis, которое означает Влоцлавскую землю, нынешний Влоцлавек, по-немецки Lesslau. Запись же, в которой Владислав Опольский обещает зятю защиту и помощь, перепечатал Стрончинский в сборниках древних писем. Оригинал на немецком языке.

установление '*). этот князь внезапно в Вильне умирает безпо*томно'*). В те времена: было запрещено могущественным людям этого мира умирать естественной смертью, и поэтому распространялись слухи, которые хроники усердно передавали потомкам: «Смерть преждевременная». Сообщалось, что он был отравлен своей службой, а что истинным виновником преступления был великий князь Витовт, который*небесным образом должен был находиться в постоянной вражде. Вся жизнь Витовта, его характер, который так ярко проявляется на фоне истории, свидетельствуют против этого предположения. Не таким образом, а открыто на поле боя он избавлялся от своих противников, и хотя они были опаснее, чем тихий благочестивый Виганд. О этих враждебных происшествиях с Витовтом летописи молчат.

Раз только в 15894 году по приказу Яна Олесницкого, старосты виленского, он осаждал крепость Риттервердер, которая находилась в руках Витовта, но должен был отступить от осады. После смерти Виганда Витовт решительно примирился с королем и разорвал все связи с крестоносцами. Орден был рассержен, так как это считалось предательством; если бы существовало хоть какое-то подозрение, что Витовт был виновником смерти своего двоюродного брата, он непременно упомянул бы об этом в своих письмах. Его молчание является доказательством того, что сведения

Длугош Ист. X. стр. 135. Потомства не оставил. Стрыйковский изд. соотв. 1846 том II стр. 93.

Примечание 360. In diesen zeiten starb Alexander des koniges bruder von Polan deme her die wile (Wilno) unde das lant ingegebin halte, Kronika tak zwana Lindenblatta str. 86 wyd. z r. 1823, «A gdy umarł Wigunt, łatwiejsza ugoda przyszła Ягайлу с Витовтом, так как король пообещал ему подчинить литовское княжество». Стрикжовский как ниже,

Примечание 361. Nullam prolem reliquit.

Примечание 362. Длугош Ист. X стр. 152—3. Стрыйковский как выше,

248 ходили слухи, злобная басня, которая, к несчастью, родилась на родной земле! 8), Риганд Александр похоронен в Вильнюсском кафедральном соборе рядом с братом Коригеллой”). Длугош говорит о нём, что после принятого крещения он оставил прежние привычки, обычаи, одежду, даже родной язык и с такой ревностью примкнул к полякам и их вере, что казалось, он не новообращённый, а искусный и тренированный рыцарь католической церкви, при этом выделялся благородством, скромностью, разумом и хитростью среди королевских братьев '*). 16) Длугош, который, как наиболее близкий к тем временам источник известий о этой смерти, первым сообщил о ней, передаёт их как известия. lh hujus quoque anni principio Alexander dua, qui et Vigunth, ядом, с которым собственные литовские родственники смешали пищу, умер, ele.

После смерти которого вождь Витовт был обвинён многими из-за своего характера и мудрости, которой он, иногда считалось, мешал собственной славе, якобы отравив его (ложно или истинно — неизвестно). История. X стр. 154. А Стрыйковский с несравненной легкомысленностью не сомневается в совершённом преступлении, «но (говорит) потом отравлен с поправки Витовта, о чём вы позже увидите на основании определённых доказательств.» А когда дело доходит до его смерти, вместо предоставления этих достоверных доказательств, говорит: «его отравлением был подозрительным виновником Витовт, потому что они вели совместно недружественную жизнь между собой». Издание 1846 г., том II, стр. 58 и 95. 17) Длугош X стр. 138. 18) Длугош Ист. X стр. 158. Согласно реестрам дома Владислава Ягайло, он много времени проводил при его дворе. В 1388 году он выкупил у королевского казначея своё серебро, которое заложил у Опекта, горожанина, за две гривны.

В 4394 году была куплена коробка, в которой были сложены вещи покойного князя. Домашняя жизнь Ядвиги и Ягайло стр. 7 и 45, 3 =>