Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I, страница 279

Оригинал (дореформенная орфография)

употребленіе колоколовъ !).— Прн такомъ положеній законодательства іравославные подданные Польши дожили до ея паденія.

По мѣрѣ того, какъ польскимъ правительствомъ постепенно тѣенилось православіе посредствомъ цблаго ряда выщенривеленныхъ узаконеній, съ другой стороны имъ была приняты дВятельныя н послѣлдовательно обдуманныя икры для того, чтобы обезоружить православіе, отнять у него возможность сосредоточиваться и лишить вародъ еданственнагю сословія, похдерживавшаго его нравственныя силы, н защищавщаго его въ неравной борьбв съ врагами. Міры эти были направлены на православное духовенство вообще и на высшую церковную іерархію въ особенности.

Посл брест-литовской уній, митрополитъ и большинство православныхъ епнскоповъ, признавъ ее, стали на сторонѣ религіознаго нововведенія. Правительство ръшилось утверждать превмниковъ ихъ только въ такомъ случаѣ, если она признаютъ унію, и, такимъ образомъ, намеревалось, раньше яли позже, захватить и поставить подъ знамена уній всю православную, зависввшую отъ него, іерархію, полаган, что паства рано или поздо, должна будеть подчиниться вліянію пастырей. Но обстоятельства помішали осуществленію сразу этого плана. Въ 1620 г. возацкій гетманъ Петръ Конашевичъ-Сегайдачный, пользуясь присутетвіемъ въ Кіевв Өеофана, патріарха іерусалимскаго, упросилъ его посвятить на кіевскую матрополію и На епяскопскія каөедры, занимаемыя уніатамн, лицъ преданныхъ православію. Король Сигизмундъ Ш, религіозные планы котораго уничтожались возстановленіемъ православной іерархін, сляшкомъ сильно нуждалея въ военной помощи Конашевича и потому не осмѣлился протвворъчить возстановленію православеыхъ епископовъ на каеелры, занятыя уже епископами уніатскими, которыхъ однихъ онъ призвавалъ законными. Въ продолженіе цълыхъ сорока послъдующихъ лѣтъ, польское правительство, въ слВлствіе безпрестанныхъ козацкихъ возстаній и невозможности овлалѣть мнѣніемъ массы южно-русскзго народа, должно было выносить присутствіе православныхъ святителей. Правда, короли не утверждали ихъ въ должностяхъ, подобно уніатскимь епископамъ, не гарантнровали ихъ правъ, нхъ епискоцскаго суда, нхъ имѣній и доходовъ, н считали существованіе нхъ фактомъ незаконнымъ, непріятною необходимостью, вытекающею изъ невозможности, какъ выражались современники, „успокоевіа Руси“; но, тѣмъ не менѣе, бывали минуты, когда, по требованію обстоятельствъ, польское правительство входило въ переговоры съ непризнанными нмъ законно владыками. Такъ, на сейм 1632 года, Петръ Могила получилъ изъ рукъ короля дипломъ на свободу въроисповѣданія для православныхъ. Такъ, при составленіп договоровъ съ Хмъльницкимъ, полякп нъсколько разъ обвщалң признать православныхъ спископовъ. Такъ, въ 1658 году, желая возвратить утраченную Малороссію, послы польскіе объщали, при составленін гадячскихъ

) Үоіат. Іерит, ҮШ, стр. 47—49.

Современная орфография

употребление колоколов !).— Прн таком положений законодательства иравославные подданные Польши дожили до ее падения.

По мере того, как польским правительством постепенно теенилось православие посредством цблого ряда выщенривеленных узаконений, с другой стороны им была приняты дВятельные н послелдовательно обдуманные икры для того, чтобы обезоружить православие, отнять у него возможность сосредоточиваться и лишить варод еданственнагю сословия, похдерживавшого его нравственные силы, н защищавщого его в неравной борьбв с врагами. Миры эти были направлены на православное духовенство вообще и на высшую церковную иерархию в особенности.

Посл брест-литовской уний, митрополит и большинство православных епнскопов, признав ее, стали на стороне религиозного нововведения. Правительство ръшилось утверждать превмников их только в таком случае, если она признают унию, и, таким образом, намеревалось, раньше яли позже, захватить и поставить под знамена уний всю православную, зависввшую от него, иерархию, полаган, что паства рано или поздо, должна будеть подчиниться влиянию пастырей. Но обстоятельства помишали осуществлению сразу этого плана. В 1620 г. возацкий гетман Петр Конашевич-Сегайдачный, пользуясь присутетвием в Киевв Оеофана, патриарха иерусалимского, упросил его посвятить на киевскую матрополию и На епяскопския каоедры, занимаемые униатамн, лиц преданных православию. Король Сигизмунд Ш, религиозные планы которого уничтожались возстановлением православной иерархин, сляшком сильно нуждалея в военной помощи Конашевича и потому не осмелился протвворъчить возстановлению православеых епископов на каеелры, занятые уже епископами униатскими, которых одних он призвавал законными. В продолжение цълых сорока послъдующих лет, польское правительство, в слВлствие безпрестанных козацких возстаний и невозможности овлалеть мнением массы южно-русскзго народа, должно было выносить присутствие православных святителей. Правда, короли не утверждали их в должностях, подобно униатскимь епископам, не гарантнровали их прав, нх епискоцского суда, нх имений и доходов, н считали существование нх фактом незаконным, неприятною необходимостью, вытекающею из невозможности, как выражались современники, „успокоевиа Руси“; но, тем не менее, бывали минуты, когда, по требованию обстоятельств, польское правительство входило в переговоры с непризнанными нм законно владыками. Так, на сейм 1632 года, Петр Могила получил из рук короля диплом на свободу въроисповедания для православных. Так, при составленип договоров с Хмъльницким, полякп нъсколько раз обвщалн признать православных спископов. Так, в 1658 году, желая возвратить утраченную Малороссию, послы польские объщали, при составленин гадячских

) Үоиат. Иерит, ҮШ, стр. 47—49.