Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I, страница 259

Оригинал (дореформенная орфография)

и Литвѣ, и стрѣльники, стрълы которыхъ, кованиыя изъ желѣза и обдѣланныя въ древка съ орлиными перьями, составллли одинъ изъ предметовъ сбыта въ Крымъ; Махалонъ Латвинъ сохранилъ извѣстіе, что за 10 такихъ стрѣлъ татаре давали обывновенно въ обмбнъ возъ соли.

Велйдствіе богэтой торговли и производнтельности рано чувствуется потребность въ постоянныхъ знакахъ цѣнности. Уже съ XIV столѣтія въ Кіевб находился монетный дворъ; до насъ дошйди монеты кіевскаго чекана, носящія имена князей: Владиміра Ольгердовнча, Витовта и Казимира; деньги эти чеканились, какъ кажется, по образцу генуезскихъ монетъ города Кафы и очевядно возникли изъ-за потребности облегчить торговыя свошенія съ Крымомъ; н$которыя изъ нихъ носятъ на лицевой сторон взображенія и надписи христіанскія, на оборотѣ-же тамги и надписи татарскія !).

Самостоательность, обезпеченность и богатство кієвской городской общины достэвляютъ ей первенствующее значеніе въ землѣ. Кіевскіе воеводы относятся съ уваженіемъ къ ея правамъ и правилегіямъ и, въ случаѣ попытки нарушить ихъ, получаютъ строгіе выговоры и нашоминанія отъ великихъ князей; земяне кіевской области тяготбютъ къ городу, пріобрбтаютъ въ его чертВ дома, роднятся съ знатными мѣщанскима семействами и нербдко переходятъ въ мъщанское сословіе, и обратно—встрвчаемъ частые случаи, когда богатые міщане пріобрбтаютъ куплею или на основаніи княжеской жалованной грамоты земли п „службы“ и становятся въ ряды земянъ; встрѣчаются такіе ролы, какъ Крикуновичи, Криницкіе, Шавулы, Мелешкевичи, которые появляются поочередно то въ качеств земянъ, то въ рядахъ кіевскаго мѣщанства. Въ началѣ XVI столтія, когда польскія понятія объ исключительности дворанскаго сословія проникаютъ въ среду русскихъ земянъ и когда появляется у нихъ желаніе установить внѣшніе признаки своего родоваго достоинства, земяне кіевской земли находятся въ весьма затруднительномъ положеній: они не владѣютъ потомственными гербами, подобно польскому дворянству, и употребляютъ лишь печати съ начальными буквами своихъ именъ и прозващъ; оказывается зато, что единственное сословіе края (кром княжескихъ родовъ), владъвшее выработанными геральдическими знаками, было кіевское міщанство; ихъ фамильныя клейма и печати и послужили матеріаломъ для установленія дворянской туземной геральдики въ южной Руси посл люблинской уніи 1569 года.

Вообще, обозръвая сословія, на которыя распадалось народонаселеніе кіевской области въ данную эпоху, мы не можемъ не замѣтить общей черты въ ихъ взаимныхъ отношеніяхъ: сословія не отдВляются ръзко другъ отъ друга, сливаются и смъшиваются между собою на всѣхъ пунктакъ; понятія о потомственности и незыблемой наслъдетвенности правъ и сословныхъ пре-

!) Труды Кіевскаго Археологическаго съъзда т. П, стр. 151—157. Вагіов- 2еүісл. Родіаа па зіозшшкі РоѢвкі 2 Тагейа і Таіагаші, стр. 19—28. —

Современная орфография

и Литве, и стрельники, стрълы которых, кованиые из железа и обделанные в древка с орлиными перьями, составллли один из предметов сбыта в Крым; Махалон Латвин сохранил известие, что за 10 таких стрел татаре давали обывновенно в обмбн воз соли.

Велйдствие богэтой торговли и производнтельности рано чувствуется потребность в постоянных знаках ценности. Уже с XIV столетия в Киевб находился монетный двор; до нас дошйди монеты киевского чекана, носящия имена князей: Владимира Ольгердовнча, Витовта и Казимира; деньги эти чеканились, как кажется, по образцу генуезских монет города Кафы и очевядно возникли из-за потребности облегчить торговые свошения с Крымом; н$которые из них носят на лицевой сторон взображения и надписи христианския, на обороте-же тамги и надписи татарския !).

Самостоательность, обезпеченность и богатство кисвской городской общины достэвляют ей первенствующее значение в земле. Киевские воеводы относятся с уважением к ее правам и правилегиям и, в случае попытки нарушить их, получают строгие выговоры и нашоминания от великих князей; земяне киевской области тяготбют к городу, приобрбтают в его чертВ дома, роднятся с знатными мещанскима семействами и нербдко переходят в мъщанское сословие, и обратно—встрвчаем частые случаи, когда богатые мищане приобрбтают куплею или на основании княжеской жалованной грамоты земли п „службы“ и становятся в ряды земян; встречаются такие ролы, как Крикуновичи, Криницкие, Шавулы, Мелешкевичи, которые появляются поочередно то в качеств земян, то в рядах киевского мещанства. В начале XVI столтия, когда польския понятия об исключительности дворанского сословия проникают в среду русских земян и когда появляется у них желание установить внешние признаки своего родового достоинства, земяне киевской земли находятся в весьма затруднительном положений: они не владеют потомственными гербами, подобно польскому дворянству, и употребляют лишь печати с начальными буквами своих имен и прозващ; оказывается зато, что единственное сословие края (кром княжеских родов), владъвшее выработанными геральдическими знаками, было киевское мищанство; их фамильные клейма и печати и послужили материалом для установления дворянской туземной геральдики в южной Руси посл люблинской унии 1569 года.

Вообще, обозръвая сословия, на которые распадалось народонаселение киевской области в данную эпоху, мы не можем не заметить общей черты в их взаимных отношениях: сословия не отдВляются ръзко друг от друга, сливаются и смъшиваются между собою на всех пунктак; понятия о потомственности и незыблемой наслъдетвенности прав и сословных пре-

!) Труды Киевского Археологического съъзда т. П, стр. 151—157. Вагиов- 2еүисл. Родиаа па зиозшшки РоЕвки 2 Тагейа и Таиагаши, стр. 19—28. —