Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I, страница 206

Оригинал (дореформенная орфография)

небольшихъ свовхъ денегъ, Василій Кобызевичъ выжидалъ случая, который позволилъ бы ему повести дѣла въ болѣе широкихъ размърахъ. Случай такой доставило ему общественное бѣдствіе. Съ 1569 года въ теченіи нѣсволькихъ лътъ въ Литвѣ и южной Руси свирѣпствовалъ голодъ; въ 1571 году урожай былъ обильный, но вдругъ лЪтомъ случился во время цвѣтенія хлѣба трехдневный морозъ, уничтожившій всв надежды на новый сборъ; осенью хлВба вовсе не было. По свидвтельству лътописей, въ Полѣсьи, на Волыни, въ Подолін и Литвб люди умирали и вообще сильно страдали отъ голода; въ началѣ слъдующаго года отъ истощенія, гнплой и нездоровой пищни появилось во многихъ мъстностяхъ „моровое повѣтріе“ (чума). Зараза коснулась и Кіева, хотя не въ особенно сильныхъ размѣрахъ. Въ числЪ жертвъ, пострадавшикъ отъ моровой язвы, было богатое семейство купцовъ Митковичей. Митковичи принадлежали къ числу кіевскихъ старожилыхъ мъщанъ и уже въ теченіи нісколькихъ поколѣній вели богатую торговлю сукномъ и тканями; имъ принадлежало нѣсколько „крамныхъ коморъ“ (т. е. лавокъ) въ рынкб, нѣсколько домовъ въ городѣ и за городомъ, большіе склады сукна и различныхъ тканей и т. д. На фамильной печати Митковичей красовалась эмблема ихъ торговли —два „локтя“, лежавшіе крестообразно, и дв буквы: Ө. М. въ воспоминаніе предка Өедора Митковича, положившаго основаніе торговой фирмѣ. Въ 1572 году надъ этою семьею разразилась ббда: въ теченін нісколькихъ дней чума, посбтившая ихъ домъ, унесла отца Митка (Диитрія) Богдановича, мать Татьяну Кругликовну, четырехъ дочерей н сына, а также многихъ слугъ и челядниковъ; изъ многочаслениой семьи остались въ живыхъ только: молодая дъвушка Пося (Евфросинія) и малолітній братъ ея Федорь Митковичъ. Прежде чбмъ прошла паника, поразившая городъ при появленіи чумы, прежде чѣ мъ магистратъ усиѣлъ принять мЪры лля охраненія имущества Митковичей и назначить опеку налъ оставшимися дътьми, Василій Кобызевичъ уже воспользовался положеніемъ ихъ семьи. Онъ предложилъ Посѣ свои услуги для того, чтобы временно завъдывать торговыми дълами, не побоялся шосѣщать домъ, пораженный чумою, отъ котораго бъжали друзья и родственники Митковичей, п постепенно сблизился н подружился съ дѣтьми. Не прошло и мѣсяца со времени катастрофы, постигшей Митковичей, какъ сосъди узнали, что наслъдница ихъ обвънчалась съ новымъ своимъ прикащикомъ. Василій Кобызевичъ, немедленно посл брака, обратился въ магистратъ съ просьбою поручить ему и его женб, какъ блшжайшимъ родственникамъ, опеку надъ малолтнимъ Федоромъ и его имуществомъ; магистрату ничего не оставалось, какъ принять это предложеніе, и такимъ образомъ Василій сталъ представителемъ одной изъ самыхъ крупныхъ торговыхъ фирмъ въ Кіевѣ. Изъ распоряженія магистрата по этому поводу мы узнаемъ, что братья Кобызевичи носили уже тогда новую фамилію, данную имъ въ родѣ клички въ Кіевѣ, именно фамилію „Ходыкъ“, и магистратъ выдаетъ распоряженіе о врученіи опеки „славетному Василію Кобызевичу Ходыкѣ“. Въ послъдствій вс три брата подписываются исключительно

Современная орфография

небольших свовх денег, Василий Кобызевич выжидал случая, который позволил бы ему повести дела в более широких размърах. Случай такой доставило ему общественное бедствие. С 1569 года в течении несвольких лът в Литве и южной Руси свирепствовал голод; в 1571 году урожай был обильный, но вдруг лЪтом случился во время цветения хлеба трехдневный мороз, уничтоживший всв надежды на новый сбор; осенью хлВба вовсе не было. По свидвтельству лътописей, в Полесьи, на Волыни, в Подолин и Литвб люди умирали и вообще сильно страдали от голода; в начале слъдующого года от истощения, гнплой и нездоровой пищни появилось во многих мъстностях „моровое поветрие“ (чума). Зараза коснулась и Киева, хотя не в особенно сильных размерах. В числЪ жертв, пострадавшик от моровой язвы, было богатое семейство купцов Митковичей. Митковичи принадлежали к числу киевских старожилых мъщан и уже в течении нискольких поколений вели богатую торговлю сукном и тканями; им принадлежало несколько „крамных комор“ (т. е. лавок) в рынкб, несколько домов в городе и за городом, большие склады сукна и различных тканей и т. д. На фамильной печати Митковичей красовалась эмблема их торговли —два „локтя“, лежавшие крестообразно, и дв буквы: О. М. в воспоминание предка Оедора Митковича, положившого основание торговой фирме. В 1572 году над этою семьею разразилась ббда: в теченин нискольких дней чума, посбтившая их дом, унесла отца Митка (Диитрия) Богдановича, мать Татьяну Кругликовну, четырех дочерей н сына, а также многих слуг и челядников; из многочаслениой семьи остались в живых только: молодая дъвушка Пося (Евфросиния) и малолитний брат ее Федорь Миткович. Прежде чбм прошла паника, поразившая город при появлении чумы, прежде че м магистрат усиел принять мЪры лля охранения имущества Митковичей и назначить опеку нал оставшимися дътьми, Василий Кобызевич уже воспользовался положением их семьи. Он предложил Посе свои услуги для того, чтобы временно завъдывать торговыми дълами, не побоялся шосещать дом, пораженный чумою, от которого бъжали друзья и родственники Митковичей, п постепенно сблизился н подружился с детьми. Не прошло и месяца со времени катастрофы, постигшей Митковичей, как сосъди узнали, что наслъдница их обвънчалась с новым своим прикащиком. Василий Кобызевич, немедленно посл брака, обратился в магистрат с просьбою поручить ему и его женб, как блшжайшим родственникам, опеку над малолтним Федором и его имуществом; магистрату ничего не оставалось, как принять это предложение, и таким образом Василий стал представителем одной из самых крупных торговых фирм в Киеве. Из распоряжения магистрата по этому поводу мы узнаем, что братья Кобызевичи носили уже тогда новую фамилию, данную им в роде клички в Киеве, именно фамилию „Ходык“, и магистрат выдает распоряжение о вручении опеки „славетному Василию Кобызевичу Ходыке“. В послъдствий вс три брата подписываются исключительно