Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I, страница 151

Оригинал (дореформенная орфография)

относить къ установленному издавна обычаю; милиція эта была единовременною, экстренною мрою, вызвавнею распоряженіемъ Подольскаго сеймика, въ виду приближавшагося къ воеводству козацкаго возстанія.—— Въ Волынскихъ городахъ обязанности военной службы мВщанъ прекращаются также весьма рано: Луцкъ еще при великомъ княз ККазимирЪ былъ освобожденъ отъ доставки подводъ въ военное время, а въ грамотб 1497 года послѣдній разъ упоминается объ обязанности мъщанъ защищать замокъ и являться на войну, н то лишь въ крайнемъ случаѣ. Мѣщане Владнмірскіев издавна завели обычай давать намѣстнику „челомъбитіе“, откупаясь отъ походовъ; наконецъ, въ 1509 году они освобождаются отъ нихъ королевскою грамотою, которая предписываетъ имъ взамънъ того „платы местскіе платити й подводы давати по давнему “.—Замокъ онн должны защищать только въ такомъ случаѣ, если намбстникъ съ гарнизономъ отправится изъ города въ походъ !).—ОСовершенно равномѣрно съ оевобоженіемъ городовъ отъ военныхъ повинностей, возрастаетъ обложеніе ихъ „містскими платами“. Тамъ, гдѣ городскіе обыватели несутъ военныя повинности, грамоты ясно заявляють, что они „пдатовъ“ въ пользу замка не несутъ и никакой дани съ земли не даютъ, или, еслн и упоминаютъ дннь, въ качествѣ дохода старосты, то она является въ самомъ незначительномъ размърѣ. Такъ, между тѣмъ какъ въ Чигринѣ, Корсунѣ, Звенигородкѣ грамоты вовсе не упоминаютъ о дани, а въ Каневѣ въ 1552 году мъщане давали только старостъ 8 грошей изъ дома коляды и сторожевщины и по одному возу сѣна, въ Брацлавл$ они давали наравнѣ съ крестьянами подымщину, отъ которой еще въ 1507 году увольнены были земяне, также осепъ и другія повинности натурою. а въ 1552 количество денежной дани было еще болѣе усилено. Въ Кіевбѣ въ 1544 мъщане давали „платъ зъ корчемъ и контрибуцію на замокъ“. Въ Луцк и Владимірѣ въ 1532 году на мщанъ возложена была обязанность платить помврное „потому якъ въ иншихъ местахъ и въ Берестіи померное есть“ и мостовое и подати эти разрѣшено было употреблять на покупку оружія и боевыхъ припасовъ для замка. Наконецъ въ подольскихъ городахъ, въ которыхъ вовсе не упоминается о военной повинности мщанъ, перечисляются многочисленные денежные и натуральные взносы. Такъ, по словамъ ревизіи 1564 года, мѣщане Смотрича обязаны были платить значительный чиншъ отъ домовъ н земель, находивщихся въ ихъ пользованій, т. е. поземельное и подымное, подать за право куревія вина и пива, т. с. „варове и слодове“ давали осепъ, т е. дань зерномъ натурою, капщизну т. е. подать за право продажи пятей и т. д. 2). На сколько усиленіе платы было въ связи съ освобожденіемъ міщанъ отъ военной повинности явствуетъ уже изъ самаго распредѣленія обѣихъ обязапностей, но иногда въ самихъ грамотахъ замѣнъ этотъ указы-

Т) ѣі. №, №: ТҮ, Ү.и ҮІ 2) ііі. №№ ХХІ, ССХШ, ҮІ, Ш и сборникъ Мух. нова Ж 91.

Современная орфография

относить к установленному издавна обычаю; милиция эта была единовременною, экстренною мрою, вызвавнею распоряжением Подольского сеймика, в виду приближавшагося к воеводству козацкого возстания.—— В Волынских городах обязанности военной службы мВщан прекращаются также весьма рано: Луцк еще при великом княз ККазимирЪ был освобожден от доставки подвод в военное время, а в грамотб 1497 года последний раз упоминается об обязанности мъщан защищать замок и являться на войну, н то лишь в крайнем случае. Мещане Владнмирскиев издавна завели обычай давать наместнику „челомъбитие“, откупаясь от походов; наконец, в 1509 году они освобождаются от них королевскою грамотою, которая предписывает им взамън того „платы местские платити й подводы давати по давнему “.—Замок онн должны защищать только в таком случае, если намбстник с гарнизоном отправится из города в поход !).—ОСовершенно равномерно с оевобожением городов от военных повинностей, возрастает обложение их „мистскими платами“. Там, где городские обыватели несут военные повинности, грамоты ясно заявляють, что они „пдатов“ в пользу замка не несут и никакой дани с земли не дают, или, еслн и упоминают дннь, в качестве дохода старосты, то она является в самом незначительном размъре. Так, между тем как в Чигрине, Корсуне, Звенигородке грамоты вовсе не упоминают о дани, а в Каневе в 1552 году мъщане давали только старост 8 грошей из дома коляды и сторожевщины и по одному возу сена, в Брацлавл$ они давали наравне с крестьянами подымщину, от которой еще в 1507 году увольнены были земяне, также осеп и другия повинности натурою. а в 1552 количество денежной дани было еще более усилено. В Киевбе в 1544 мъщане давали „плат з корчем и контрибуцию на замок“. В Луцк и Владимире в 1532 году на мщан возложена была обязанность платить помврное „потому як в инших местах и в Берестии померное есть“ и мостовое и подати эти разрешено было употреблять на покупку оружия и боевых припасов для замка. Наконец в подольских городах, в которых вовсе не упоминается о военной повинности мщан, перечисляются многочисленные денежные и натуральные взносы. Так, по словам ревизии 1564 года, мещане Смотрича обязаны были платить значительный чинш от домов н земель, находивщихся в их пользований, т. е. поземельное и подымное, подать за право куревия вина и пива, т. с. „варове и слодове“ давали осеп, т е. дань зерном натурою, капщизну т. е. подать за право продажи пятей и т. д. 2). На сколько усиление платы было в связи с освобождением мищан от военной повинности явствует уже из самого распределения обеих обязапностей, но иногда в самих грамотах замен этот указы-

Т) еи. №, №: ТҮ, Ү.и ҮИ 2) иии. №№ ХХИ, ССХШ, ҮИ, Ш и сборник Мух. нова Ж 91.