Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I, страница 8

Оригинал (дореформенная орфография)

въ его составъ, на энергію господствовавшаго племени и на старую культуру племени подчиненнаго, на блестящія дарованія бозьшинства своихъ представителей, великое княжество Литовское также быстро ослабѣваетъ и разрушается, какъ быстро возникло. Внутреннее безсиліе поражаетъ этотъ, по видимому, могучій политическій организмъ; едва онъ успѣлъ сложиться, онъ ищетъ уже посторонней точки опоры, подчиняется вліянію сосъдняго государства, гораздо болѣе слабаго матеріально и совершенно ему чуждаго по культурѣ; подъ давлешіемъ его, медленно, почти безъ борьбы, Литовское княжество замираетъ, укладиваясь въ бытовыя и общественныя формы, выработанныя на совершенно чуждыхъ ему началахъ и при такихъ историческихъ условіяхъ, которыя не имѣли ничего общаго съ ходомъ его собственной исторіи.

Причины этого внутренняго разлада лежали въ тВхъ же условіяхъ, которыя вызвали и сопровождали ростъ виѣѣшнаго могущества великаго вняжества Литовскаго:—въ быстротѣ этого роста и въ племевной разновидности двухъ этнографическихъ типовъ, вошедшихъ въ составъ одного политическаго тѣла: эти два національныя начала, сливаясь внъшнимъ образомъ, не имли времени для того, чтобы взаимно уразумѣть въ достаточной степени бытовыя, сложившіяся у каждаго изъ нихъ, формы, чтобы взаимно пополнить положительными качествами каждаго изъ нихъ слабыя стороны своего развитія и чтобы слиться, такимъ образомъ, въ одно органическое твло. Связь между ними остается вишнею, вызванною, ночти исключительно, политическими обстоятельстнами и отношеніями. Займствованіе бытовыхъ началъ проясходитъ безъ выбора, случайно и въ большинствѣ случаевъ вполнб неудачно; рознь племенная, опирающаяся на отличительныя бытовыя различія двухъ племенъ, не сглаживается. Притомъ необходимость интензиввой внщней борьбы съ крестоносцами отвлекаетъ ежеминутно вниманіе лучшихъ и самыхъ даровитыхъ правителей отъ занятій внутреннею плодотворною организаціею государства, и, нердко, принуждветъ ихъ къ поступкамъ н мбропріятіямъ, не согласнымъ съ интересами ихъ внутренней политики, Среди безконечныхъ битвъ, походовъ и политическихъ сдълокъ съ могущественнымъ и опытнымъ противникомъ, внутреннія дла государства предоставляются на волю судьбы и установившихся обычаевъ. Первое время: существованія этого государства, до половины XV столѣтія—время полной самостоятезьности, быстраго роста и самаго большого проявленія вниѣшней силы и могущества великаго княжества Литовскаго, представляетъ въ отношенін исторіи внутренней его организаціи: при болѣе даровитыхъ правителяхъ—радъ попытокъ не доконченныхъ, и потому не удачныхъ, къ сплоченію посредсвомъ государственной власти разнородныхъ элементовъ, связанныхъ виѣнними условіями; при правителякъ-же менѣе даровитыхъ, болѣе субъективныхъ, или болѣе слабыхъ,—рядъ вспышекъ интензивной внутренней борьбы, которая наконецъ разръшается совершеннымъ ослабленіемъ обѣихъ боровшихся сторонъ, сознаніемъ взанмнаго безсилія, апатіею и обращеніемъ къ

Современная орфография

в его состав, на энергию господствовавшого племени и на старую культуру племени подчиненного, на блестящия дарования бозьшинства своих представителей, великое княжество Литовское также быстро ослабевает и разрушается, как быстро возникло. Внутреннее безсилие поражает этот, по видимому, могучий политический организм; едва он успел сложиться, он ищет уже посторонней точки опоры, подчиняется влиянию сосъднего государства, гораздо более слабого материально и совершенно ему чуждого по культуре; под давлешием его, медленно, почти без борьбы, Литовское княжество замирает, укладиваясь в бытовые и общественные формы, выработанные на совершенно чуждых ему началах и при таких исторических условиях, которые не имели ничего общого с ходом его собственной истории.

Причины этого внутреннего разлада лежали в тВх же условиях, которые вызвали и сопровождали рост виеешного могущества великого вняжества Литовского:—в быстроте этого роста и в племевной разновидности двух этнографических типов, вошедших в состав одного политического тела: эти два национальные начала, сливаясь внъшним образом, не имли времени для того, чтобы взаимно уразуметь в достаточной степени бытовые, сложившияся у каждого из них, формы, чтобы взаимно пополнить положительными качествами каждого из них слабые стороны своего развития и чтобы слиться, таким образом, в одно органическое твло. Связь между ними остается вишнею, вызванною, ночти исключительно, политическими обстоятельстнами и отношениями. Займствование бытовых начал проясходит без выбора, случайно и в большинстве случаев вполнб неудачно; рознь племенная, опирающаяся на отличительные бытовые различия двух племен, не сглаживается. Притом необходимость интензиввой внщней борьбы с крестоносцами отвлекает ежеминутно внимание лучших и самых даровитых правителей от занятий внутреннею плодотворною организациею государства, и, нердко, принуждвет их к поступкам н мброприятиям, не согласным с интересами их внутренней политики, Среди безконечных битв, походов и политических сдълок с могущественным и опытным противником, внутренния дла государства предоставляются на волю судьбы и установившихся обычаев. Первое время: существования этого государства, до половины XV столетия—время полной самостоятезьности, быстрого роста и самого большого проявления вниешней силы и могущества великого княжества Литовского, представляет в отношенин истории внутренней его организации: при более даровитых правителях—рад попыток не доконченных, и потому не удачных, к сплочению посредсвом государственной власти разнородных элементов, связанных виенними условиями; при правителяк-же менее даровитых, более субъективных, или более слабых,—ряд вспышек интензивной внутренней борьбы, которая наконец разръшается совершенным ослаблением обеих боровшихся сторон, сознанием взанмного безсилия, апатиею и обращением к