Очеркъ состоянія православной церкви въ Юго-Западной Россіи съ половины XVII до конца XVIII столѣтія - Монографіи, оригинальный текстъ | Монографии по истории Западной и Юго-Западной России, том I

въ Юго-Западной Россіи съ половины ХУН до конца ХУШ столѣтія.

ОЧЕРКЪ СОСТОЯНІЯ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ

въ Юго-западной Россів съ половины ХУШ до конца ХУШ столѣтіа ?).

Успѣхъ церковной уній, задуманной польскимъ правительствомъ, руководимой езуитами и католическою клерикальною партією, и провозглашенной на Брестекоиъ собор 1596 года, былъ раэсчитанъ исключительно съ католической точки зрѣнія. Шроводавшая унію партін полагала, что достаточно заручиться соліѣйствіемъ членовъ высшей церковной гіерархін православной церква для того, чтобы религіозное нововвеленіе прочно установилось въ руескихъ областяхъ речипоснолитой. По привычкѣ къ строгой тіерархической централизаціи и къ пассивному повиновенію въ дѣлахъ вѣры нисшихъ членовъ гіерархін— высшинъ и мірянъ—духовнымъ властямъ, ультракатолическаян партія надъялась легко сломить православіе при содѣйствіи православныхъ епискотювъ и митрополита; вслъдствіе такого взгляда, всВ усилія короля, вліятельныхъ дворянъ — ревнителей католицизма, и езунтовъ направлены были иоключительно на то, чтобы заручиться содъйствівмъ членовъ высшей гіерархін православной церкэя; какъ только усилія эти привеля къ желанной ціла, какъ только большинство гіерарховъ православныхъ, прельстившись оббщаніями всевозможныхъ благъ или уступая грубому насилію, изъявило согласіе на принятіе церковной уніи— нослъдняя была провозглашена на Брестскомъ соборб, ври чемъ мнѣнія у низшаго духовенства н у мірянъ не спрашивали и на заявленія съ ихъ стороны не обращали малѣйшаго вниманія. По убіж- (прим. 318)

Примечание 318. Статья эта была напечатана въ Архив Ютго-западной Россій, часть І, томъ IV. Біевъ 1871 г.

денію ревностныхъ католнковъ такое нововведеніе въ жлахъ церкви, на которое заявили согласіе митрополитъ и значительное большинство епископовъ, считалось дъломъ вполнъ выйграннымъ и рбшеннымъ. Но въ этомъ взгляд и состояла главная ошибка иниціаторовъ үнін; они не обратили вниманія на то обстоятельство, что основная черта устройства православной церкви состояла въ соборномъ ея характер, въ непризваніи слѣпаго повиновенія гіерархамъ въ дълахъ въры и въ отсутствіа централизацін въ самой гіерархін. Првнятіе уній матрополотомъ н епископами не составляло еще непремѣннаго условія успвха этого нововведенія; унія могла быть принята не иначе, какъ послѣ гласнаго обсужденія и съ добровольнаго согласія всѣхъ членовъ православной церкви: духовныхъ и мірянъ—а такого обсужденія иниціяторы уніп избѣгали, прекрасно понкиая, что пряамымъ путемъ они никогда не успъютъ үбѣдить православныхъ въ польз и душеспаснтельности соединенія съ Римомъ. Такимъ образомъ непониманіе или отрицаніе соборнаго начала въ церкви и составляло самое вылающееся явленів новой затби, оно и вызывало постоянныя заявленія протеста. Крѣпко утвердившись на этомъ началѣ, православные успѣли выдержать двухвѣковую тяжелую борьбу за своболу своей религіозной совбсти. Начиная съ князя Константина Острожскаго, поставившаго ясно на Брестскомъ соборѣ требованіе допущенія мірянъ къ участію въ разсуждевіякъ о дѣлахъ вѣры, и оканчивая порабощенными южнорусскӣми сельскимн громадами, не пранимавшими до конца ХУШ ст., не смотра ни на какія угрозы своихъ пом щиковъ, приходскихъ священниковъ уніатовъ, на томъ основаніи, что они назначены безъ участія и выбора прихожанъ, всѣ сословія южно-русскаго народа опираются въ борьбѣ за ввру на принципъ соборнаго устройства церкви в находятъ въ немъ главную поддержку и ненстощимую силу. Вслдствіе этого водвореніе уніи не было такъ легко, какъ это казалось ревнителямъ католшцизма; реакцін, нежданно для нихъ, проявилась во всѣхъ сословіяхъ южно-русскаго края и съ ними, то съ каждымъ порознь, то со всѣми вмѣстѣ, приходилось вести упорную и по большей части безуспъшную борьбу. Первая реакція православныхъ возникла въ томъ сословін, которое, вакъ по юридическому полноправному своему положенію въ государствѣ, такъ и по степени умственнаго развитін, имбло болѣе всего возможности оказать сопротивленіе путемъ легальнымъ; православное русское дворянство стало вначаж ревностно защищать свободу своей совѣсти на сеймикахъ и на сеймахъ, гдѣ протестъ православныхъ дворянъ находилъ поддержку какъ со стороны довольно многочисленныхъ дворянъ протестантовъ, такъ и со стороны многихъ дворянъ католиковъ, свыкшихся въ теченіи недавно минувшаго правленія Сигизмунда Августа съ идеями вѣротерпимости и религіознаго свободомыслія (напр. Левъ Сапъга). Большинство дворянъ католиковъ не принадлежало еще тогда къ езуитской фанатизированной партій я считало свободу совѣсти неотъемлемымъ атрибузомъ гражданской шляхетской свободы, во имя которой оно не допускало насилія въ дѣлахъ вѣъры даже въ пользу той церкви, къ которой само оно нринадлежало. При такомъ настроеніи большинства дворянскаго сословія не

удивительно, что вначалі церкеввная унія не могла найти поддержки на пути законодательныхъ мропріятій. Напротивъ того, не смотря на вс усилія короля, католическаго духовенства и езунтской партін, первые сеймы, разсуждавтіе о церковной унін, издавали постановленія, охранявшія свободу совъсти и свободу православнаго богослуженія отъ возможныхъ административныхъ насилій: такъ на сеймі 1607 года издана была отъ имени короля слъдующая конституція „о религін Греческой“: „Въ обеспеченіе Греческой религіи, издавна пользующейся своими правами, мы постановляемъ: что никакихъ должностей в церковныхъ имуществъ не будемъ никому предоставлять на иномъ правѣ какъ только согласно духу ихъ үчрөежденія и по обычаямъ и правамъ, подтвержденнымъ нашими предшественниками, т. е. исключительно дворянамъ русскаго происхожленія и чистой Греческой вбры, не нарушая ничкмъ законной свободы ихъ совети, и не препятствуя ни въ чемъ свободдѣ богослуженія шо лавнимъ ихъ обычаянмъ... Братствамъ церковнымъ греческой въры мы подтверждаемъ всѣ ихъ права и привилигіи“ *). На слѣдующемъ сеймі 1609 года конституція эта была вновь подтверждена, при чемъ сеймъ объщалъ въ болѣе свободное время подробнѣе разсмотрѣть этотъ вопросъ, а между тВыъ прибавилъ постановленіе, по которому уніятамъ воспрещалось насильно обращать въ унію щуховныхъ и мірянъ православныхъ, подъ опасеніемъ взысканія съ нихъ штрафа въ 10,000 злотыхъ ?). Свобода богослуженія православной церква подтверждалась и на послъдовавшихъ за тѣмъ сеймахъ: 1618, 1620, 1623, 1627, 1631, 1633, 1635 п 1647 годовъ (прим. 319); но чВмъ далѣе уходило впередъ время, тѣмъ сеймы неохотнѣе разсуждали объ религіозномъ вопрос, отклоняли его подъ предлогомъ недостатка времени, сокращали текстъ первоначальшой конституцін и замѣняли его общими фразами „объ успокоенін греческой религін“ н объ сохраненін віаіш айо отношеній православной церкви къ уніятской. Наконецъ, съ половины XVШ столфтія на сеймахъ перестаютъ совершенно говорить объ охраневніи правъ православной церкви, а во второй половинѣ этого столѣтія начинается рядъ сеймовыхъ постановленій, направленныхъ въ противуположную сторону, т. е. въ пользу скоръйшаго распространенія унін и подавленія православія. Эта перемвна въ характерб сеймовыхъ постановленій строго вытекала изъ перем$ны настроенія массы дворянскаго сословія. ЧЪмъ далѣе уходило время впередъ, тъмъ болѣе изчезали въ ддворянекой средѣ людн, воспитанные въ благодатное врема Сигизмунда-Августа; замънившія ихъ поколѣнія проходили черезъ горнило өезуитскихъ коллегій, изъ которыхъ, вмъсто науки, выносили привычку къ схоластическому мудрствованію, латинскія реторическія фразы и внутреннюю умственную пустоту; вмісто гражданскихъ убъжденій о свободѣ совсти— хотя-бы только дворянскаго

Примечание 319. Үоишіпа ериш, т. П, стр. 438—439, $ 28. 2) Тамже, стр. 465, $ 14. 8) Тамже, томъ Ш, стр: 158, 184, 217, 263, 320, 345 и томъ IV, стр. 52.

сөсловія—ожесточенный католическій фанатизмъ н слъную вбру въ благотворнөсть н бөупречность дѣйствій воспитавшаго ихъ ордена. Между тмъ какъ масса католическаго дворянства все болѣе и болѣе принимаетъ фанатическое настроеніе и теряетъ прежнія привычки гражданской и религіозной терпимости, количество дворанъ православныхъ и протестантовъ быстро уменьшается. Евушты поняли, что въ государствѣ, сложившемся въ форму шляхетской республики, не возможно не обратить вниманія на дворянское сословіе— п0- тому самые горячіе миссіонеры, самые даровитые проповъдники, бывшіе въ распоряженін ордена (Скарга, Ногаюсъ и т. д.) отправляются обращать въ католичество дворянъ православныхъ и протестантовъ; тамъ гжѣ они не нахөдэтъ возможности сладить съ людьми взрослымӣ, они стараются завлечь дътей въ свом коллегін и всевозможными обольщеніями: угодлавостью, возбуждешіемъ личнаго самолюбія, авторитетомъ науки, наружнымъ смиреніемъ и т. Д, воспитываютъ горячихъ адептовъ католицизма. Пересматривая исторію любого, сколько-нибудь знатнаго, западно-русскато Хворянскаго рода, мы замѣтнмъ, что въ первой трети XVП столѣтія члены каждаго изъ нихъ обращаются езуитами нв въ унію, а прямо въ католицизмъ и становятся ревностными поборниками послѣдияго. Конечно при этомъ үспбхъ езуйтской пропаганды находилъ сильную поддержку въ общественномъ мнѣніи всей дворянской среды, ими же подготовленномъ и оказывавшемъ сильное давленіе на разновърныхъ членовъ своего сословія. Сильно поръдъвшіе ряды православнаго хворянства въ половинѣ XVП столѣтія встрѣчають новый толчекъ, отшатнувшій окончетельно это сословіе отъ православія: въ это время достигаетъ полной силы реакція ковацваго сословія. Козаки стоять за православную вру, Но вмфстѣ съ тѣмъ они стоятъ и за равноправность сословную и заявляютъ рѣшательный протестъ противъ преоблалающаго положенія, занимаемаго въ рөчиносполнтой дворянскимъ сословіемъ. Оба мотива тбсно связаны лругъ съ жругомъ и постоянно рядомъ заявляются козаками; когда козацкая реакція восторжествовала при Хмельницкомъ, то, при указанной постановкѣ вопроса, православные дворяне должны были выбрать одно изъ двухъ: ила, оставшись върнымп завіту предковъ, отрВчься отъ сословныхъ преимуществъ, или для сохрайенія этикъ преимуществъ перейти въ католичество; за малыми исключеніями южно-русскіе дворяне выбрали второй исходъ, предоставивъ религіозвую борьбу на долю другихъ сослоѣй. Но сословія эти не ждали времени полнаго отпадевія дворянства для того, чтобы начать отстанвать свою вру. Мъщане н низшее духовенство съ участіемъ еще дворянъ, сосредоточиваютъ свою реакцію въ церковныхъ братствахъ. Братства оєнованы были во многихъ западно-русскихъ городахъ еще до возникновенія церковной уніи. Вначалѣ задачу ихъ составляло попеченіе о благочестій и о сохраненін во всей чистотб христіанской нравственности, сильно пострадавшей отъ захвата лворянами высшихъ церковныхъ должностей. Патріархи вонстантинопольскіе признали за братствами значеніе блюстителей чистоты церковнаго ученія и христіанской нравственности и обеспечили ихъ существованіе ставропигіяльными грамотами,

освобождавшими церковныя братства отъ зависимоєтн отъ ибстиыхъ гіерарховъ и подччиНявШИмИ шхъ прямо н исключательно только власти патріарховъ. Такимъ образомъ церковныя братства пріобрѣли большую свободу дйствій и, коғда настало время борьбы противъ уній, они явились самыми ділтелными н энергическими ея иротивниками. Межлу тѣмъ какъ аравославные дворяне пытались защитить свое дъло ркчами на сеймахъ и нрөведенієиъ охранявшихъ свободу совѣети и боғослуженія конституцій, братства принчлись ревностно разъяснять своимъ еднновѣрңамъ истинный смыслъ религіознаго нововведенія, укролять въ ншхъ привязанность къ врв предковъ, противудъйствовать уніятекой м езувтекой пропаганлВ особенно въ тѣхъ слояхъ общества, которые по своему положенію стояли ближе къ члемамъ братствъ. Противъ езуитскихъ и базиліянскихъ школъ они поетавили свои братекія школы; езунтской наукѣ они противупоетавили науку и создали цѣлую полемическую литературу, отражавшую усопшно хитросплетенныя езунтскими вазуистами доводы. Наконецъ, на долю церковныхъ братствъ выпала борьба съ мѣстными гіерархамн, принявшими унію; вооруженныя ставрепагіяльными грамотами, обеспечивавшими ихъ самостоятельность братства превратились въ дентры реакдіи, недоступные уєнліямъ уніятскикъ гіерарховь; отстаивая щагъ за шагомъ въ каждой містноста права своей церкви, братства правда должны были нерѣдко уступать силі; уміятсків епнековы отнимали у нихъ церкви и мовастыри, изгоняли братчиковъ изъ ихъ общшественныхъ дө- мөръ, отнимали братскін имущества и т. п., но вск эти насилія они могла провзводить только съ помощью административаыхъ властей и воевней силы. Въ отношеніи нравственнаго вліянія братства торжествовали и, чѣмъ болѣе уніятская гіерархія преслфдовала ихъ, тѣмъ большяяъ сочувствіемъ пользовались они, тВмъ суетнѣе н ненавистнѣе представлялась унія глазамъ нравославнаго народа, тѣмъ мене она могла разсчитывать нэ возможность раснространиться путемъ убжденія. Между тѣмь какъ мѣщане и духовенство боролись съ увіею сомкнувшись въ братства, въ борьбѣ принимаетъ участів еще одно сословіе— козаки. Козачество представляетъ для защиты православія ту военную силу, которой зишены были другія сословія, безъ вотерой чисто нравствениая ошповиція братствъ, подвергансь страшнымъ преслвдованіямъ и тВенимая грубою силою, могла исчерпать свои средства и погибнуть въ неравной борьб съ противниками дисцоплинарованными и вооруженными властью и всъми отъ нея зависъвшими принудительными средствами. Козачество со времени самаго появленія унів становится рбшительнымъ ея противникомъ и горячимъ застушникомъ за православіе; области населенныя козаками представляють постоянное убвжище для членовъ братствъ: духовныхъ лицъ и простолюдиновъ, тѣснимыхъ уніятами или компромвтированныхъ вслбдетвіе дВятельнаго сопротивленія поборникамъ унін. Власти н дворяне, прибъгавиіе къ насильственнымъ мърамъ въ дВлахъ религіозныхъ, должны были до извѢетной степени сдерживать, въ нъкоторыхъ по крайней мѣрѣ русскихъ областяхъ, свое рвеніе въ виду угрожавшей имъ востоянно козацкой реакцій. Въ тѣ

историческія минуты, когда козачеству удавалось получать временный успѣхъ, вліяніе его на цервовныя отношенія было гораздо дѣйствительнѣе. Такъ въ 1620 году, вслѣдствіе положенія, приобрѣтеннаго козачествомъ при гетман Петрв Конашевичѣ Сагайдачномъ, уніи нанесенъ былъ рвшительный ударъ возстановленіемъ православной гіврархіи, упраздненіе которой составляло пока главный резүльтатъ усилій католической партів. По приглашенію Конашевича Іерусалимскій патріархъ Өөофанъ рукоположилъ новаго православнаго Митрополита и епископовъ на тѣ каеедры, которыхъ гіерархи перешли въ унію; такимъ образомъ православная паства получила вновь пастырей, н значеніе уніятской гіерархін, вмѣстЪ съ малочисленными ея послѣдователями оспаривавшей право на каеедры у иравославныхъ епископовъ, низведено было до незавиднаго положенія неудавщейся попытки и насильствеянаго, безуспѣшнаго, никѣмъ не признаннаго домагательства. Впослвдетвій, ч$мъ болѣе усиливалась козацкая реакція, тѣмъ болѣе исчезала возможность установить унію въ тхъ областяхъ, въ которыхъ козачество торжествовало; наконецъ, вслбдствіе усп$шныхъ дѣйствій Хмельнидкаго, польское правительство принуждено было два раза (въ договорахъ: Зборовскомъ и Гадяцкомъ) торжественно отказаться отъ уній, по крайней мѣрб въ той части южно-русскаго края, которая была населена козаками, и предоставать православію гарантій неприкосновенноста и свободы вбронсповъданія и богослуженія на пространств всей речипосполитой. Не ограничиваясь этими уступками, козаки въ обоихъ упомянутыхъ договорахъ принудили правительство признать представителей православной гіерархіи равноправными въ политическомъ отношеніи съ гіерархами латинской церкви н допустить ихъ въ сенатъ речипосполитой. Но правительство, находясь въ затруднительномъ положеніи, давало согласіе на этп требованія противъ воли и желанія, оно уступало вепремѣнному требованію козаковъ только въ виду временной крайности; оно было увѣрено, что лаваемыя имъ оббщанія несбыточны в невозможны. Сильная клерикальная партія и вполнВ үже въ то время предапное ей шляхетское сословіе готовы былн скорѣе погубить то государство, судьбами котораго они овладѣли, чѣиъ сдѣлать малѣйшую уступву въ религіозномъ вопросѣ или хотя на шагъ попятиться въ дВвлъ католаческаго прозелитизма. Потому естественно уступки правительства имбли значе-_ ніе только пустыхъ оббщавій и договоры, немедленно послѣ ихъ заключенія, нарушались. Ясная невозможность уладить какъ религіозныя такъ и соціальныя отношенія въ речипосполитой заставила козаковъ искать обеспеченія _ правъ своихъ за ея шредѣлами.

Такимъ образомъ католическій и сословный фанатизмъ польскаго общества способствовалъ полатическому объединенію Руси. Только нВкоторая нербшительность, выказанная русскимъ правительствомъ въ половинъ ХУП столбтія, была причиною, что вопросъ объ этомъ объединеніи, а выѣстВ съ тѣмъ и вопросъ о существованіи церковной уніи не былъ окончательно рѣшенъ еще въ то время; только благодаря этой нербшительности речь посполитая поплатилась въ то время за свой религіозный прозелитизмъ лишь незначитель-

ною относительно частью русской территоріи, входившей: въ ея составъ: Пользуясь мягкостью русскаго правительства, чины речапослолитой' отдълались оть бѣды уступкою лѣваго берега Днѣпра; но за то послѣ заключенія Андрусовскаго договора польское правительство и общество ршились провести настойчиво и неуклонно разъ задуманный планъ въ той части русской территоріи, которая оставалась въ ихъ распоряженіи. Провести-же этотъ планъ было легче теперь, чбмъ въ концв XVI столѣтія. Внутренній составъ общества въ русскихъ областяхъ изкѣнился значительно и перемѣна эта произошла не въ пользу православія. Православное дворянство окатоличилось въ первой полован XVП столтія до такой степени, что во второй половинѣ этого столътія уже немногіе дворянскіе роды исповдывали вбру своихъ предковъ Они составляли ничтожное меньшинство на опровинціональныхъ сеймикахъ, а въ нъкоторыхъ областяхъ (напримѣръ въ Черной Руси, въ Шодоліи) почти совершенно исчезли. Но не только дворянства не стало въ ряду защитниковъ православія —козачество, оставшееся на правомъ берегу Днѣира, нсчезло также весьма быстро послі заключенія Андрусовскаго договора и польское правительство могло, наконецъ, приступать къ водворенію уній, не опасаясь грозной для него вооруженной реакцій. Дійствительно съ Андрусовскаго договора, по религіозному вопросу замбчаемъ крутой поворотъ какъ въ законодательствѣ речипосполитой, такъ я въ дъйствительной жизни. Оставленная на время и встрбтившая серіозныя препятствія церковная новизна опять возводитем правительствомъ на степень государственной задачи —опять для шляхетскаго общества она представляетъ широкое поприще, на которомъ дворяне стараются, съ полиою на этотъ разъ для себя безопасностью, выказать ревность къ релагіозному прозелитизму. Межлу тѣмъ защитниками правосланія остаются только тВ сословія, которыя занимали самое невыгодное положеніе въ речипосполитой, были лишешы вовсе политическихъ правъ и полъзовались гражданскими правами въ весьма ограниченномъ размрњ. Сословія эти были: православное духовенство, мъщане п крестьяне.

Съ Андрусовскаго договора мы замѣчаемъ рѣзвую перемѣну въ характерѣ польскаго законодательства отноєнтельно свободы православнаго вѣроисповѣданія: постановленія сеймовъ, гарантировавшія въ началі столѣтія эту своболу, уклонявшіяся отъ рвшенія вопроса въ его середині, теперь высказываются рѣвко въ пользу уній и, при каждомъ возможномъ случаѣ, издаютъ постановленія все болбе и болѣе враждебныя для православія. Первое постановленіе, направленное въ пользу унів, пздано сеймомъ 1667 года, т. е одновременно съ заключеніемъ Андрусовскаго договора; въ силу этого постановленія куховенство „религін Греческой, пребывающей въ единеніи“ было освобождено на вѣчныя времена отъ веѣхъ военныхъ повинностей: „постоя выдачи провіанта, добавочныхъ квартирныхъ взносовъ, дневокъ, подводъ н всѣхъ вообще военныхъ тягостей и взысканій“ !). Шраво это предоставленное үніятскому духо-

) Үоитіпа Іесит, т. ІМ, стр. 474. Впослѣдствів законъ этотъ былъ подтвержденъ сеймомъ 1678 года. Үоіат. Іесит, т. Ү, стр. 306.

вөшетву, составляло въ то время важную льготу; уравнивая съ одной стороны его права съ католачеснимъ духовенствомъ и дворянствомъ, оно өставлало православное хуховешство на уровиѣ податныхъ соєлевій: мъщанъ в врестья нъ; съ другой стороны оно было сонряжено съ важными матеріяльныни и нраветвемњыми выгедами: полное отсутствіе диєдиплины въ пельскомъ вейскѣ, своеволліе, составаявшей еғо, шляхты —дВлали пэъ постоя нешзбВжный истечникъ разоренія и шеначисламыхъ обидъ для хозяина. Шляхтичя, постановившіе приведениый закень на ссймѣ, понимали прекрасно его значеніе: при кажлемъ Ұдөбномъ случаѢ өни выгораживали евон имѣнія отъ военной повинности и освобошденіе өтъ нея считали однею изъ важнъйшнхъ привилегій своего соєловія. За этимъ первымъ шагомъ польскіе сеймы стали издавать другія законоположеніа. вее белѣе и болѣе враждебныя для шравославія: тавъ въ условія, въ еоблюденін которыхъ праносилъ присягу новый вороль, т. е. въ такъ-называемыя расіа совтепіа внеєвна была етатья, относившаася къ православію. По смыелу этой статья корөль давалъ обязательство нри первой возможности уладить безотлагательно несоғлесія „везникшія отъ раздвоенія люлєй Греческой рамигін“ и притомъ обѣщалъ „нмѣній и духовныхъ должностей греческой церкви не предеставдять лищамъ нелостойнычъ (регзовів іпсарасірав) т недозволать такимъ лицамъ польвоваться ими по нереуступкѣ.“ Въ 1669 ғоду статью эту нодтвердилъ ориеягою вновь избранный король Михаилъ Вашневециій, а вслідъ за твиъ, она внесилась и въ „раса сепуепіа“ его наслъднаковъ: Іоанна Ш и Августа, П !). Не смотря на иѣеколько темную формулврөвку статън, не трудно догадатьея, что подъ „усповоеніемъ несогласій“ разумѣлесь водвореніе уній, на счетъ православія, а нодъ „лицани недеетойными“ правоєлаваое хужовемство. Многочисленные факты. сөбранныя въ автовыхъ свадътемствахь, не оетавааютъ сомнѣнія въ төмъ, кавъ понимало формулу королевекой присяги шляхетсков общество и какой образъ дѣйствій въ релығіоэнемъ вопросъ предиисывался королямъ, пногда ллачао, подебно Августу П, расположеннымъ къ вѣротерпимоєти я уваженію свободы совѣети свевкъ недданныхъ. Пратомъ, въ одшо и тоже время съ вышеправеденною статьею, въ законодательство вешло другое завошоположеніе, веєьма отчетливо онреділнашее взглядъ польєюниъ дворанъ на „несоглласія гречесной религій“: въ 1668 году, конфелерація генеральная, въ вблѣніе көторой во время межлуцаретвія переходила закенедательная власть, постановила слѣдующій завошъ: „Аріяше н отєтупники отъ католичеекой віры, равно канъ и отъ уні, перешөдщшіе въ другое въронсповўданіе, не лолжны пользоваться повроввтельствомъ сеймөвыхъ шонституцій, обеспечивающихъ свободу въроисповъданія..... въ аріянамъ должно примѣнять раньше объ нихъ изданные законы, пе первому о томъ требованію чьему-бы то ни было; отступниковъ-же выщеупемянутихъ

+) Үоіишіпва Іершт, т. Ү, стр. 14 а 140 и т. ҮГ стр. 15.

должно наказывать изгнаніемъ изъ отечества, если вина ихъ будеть доказана судебнымъ порядкомъ“ }).

Еще болѣе рѣзкій характеръ носятъ постановленія сейма 1676 года. На немъ положено было уничтожить силу послѣдаяго оплота православія— церковныхъ братствъ. Важаўйшее преимущество братствъ заключалось въ такъ называемыхъ ставропигіяльныхъ грамотахъ, пожалованныхъ имъ разновременно константинопольскими патріархами. На основаніи этихъ грамотъ братства изъяты были отъ всякой зависимости отъ мъстныхъ епископовъ ш митрополитовъ я подчинялись прямо духовной власти патріарха. Теперь, когда епископы могли нли перейти въ увію, или быть заміщены уніятами по распоряженію короля, независимость отъ нихъ, обеспечивавшая самостоятел ьность братствъ въ дѣлахъ въры, составляла для послѣднахъ вопросъ жизни или смерти. Сеймъ обратилъ вниманіе на эту гарантію, издавна обеспечивавшую братства, и рўшился уничтожить ее. Постановленъ былъ законъ, по которому ставропигіяльнымъ братстваиъ. воспрещалось сноситься съ патріархомъ и предоставлять на его рѣшеніе дла, касавшінся вѣры. Братства должны были подчинитьсн мВстнымъ епчскопамъ, а, въ случа нежеланія исполнить это требованіе, должны были представлять спорные религіозные вопросы на обсужденіе гражданскихъ судовъ— „дБло невиданное отъ начала вѣковъ“ по словашмъ Виленскаго братства ?). Сверкъ того сеймъ постановилъ правило, шо которому запрещено было православнымъ всѣхъ сословій подъ опасеніемъ смертной казни и конфискаціи имуществъ (виВ роепа соі еў сопбвсабіопів Бопогиш) отлучаться за границу речипосполитой или пріѣзжать изъ-за границы; сторостамъ и комендантамъ пограннчныхъ кръпостей поручено было слѣдить за исполненіемъ этого закона. Сейиъ мотивировалъ свое постановленіе указаніемъ на то обстоятельство, будто православные „подъ предлогомъ дѣлъ, касающихся религіовныхъ интересовъ греко-русской церкви, выбзжаютъ за границу къ константинопольскому патріарху, и тамъ оня извъ щаютъ враговъ (турокъ) о состояній ділъ въ речипосполитой... ибо патріархъ живетъ подъ властью врага креста Госпоцна.“ Подъ этимъ фантастическимъ предлогомъ скрывалась весьма серьезная цВль — воспрещеніе выѣзда за границу не только прекращало возможность сообщеній церковныхъ братствъ съ шатріархомъ, оно направлено было къ разрушенію православной тіерархій; имѣя въ виду начать съизнова діло установленія церковной унів, правительство располагало идти прежнимъ путемъ и начать двло съ переговоровъ съ представителлми высшей духовной гіерархіи православной церкви; разсчитывая на успѣшный ходъ этихъ переговоровъ, сеймъ возарещеніемъ вызда православныхъ за границу и прібзда ихъ оттуда обеспечивалъ раз-

Т) Үоштіпа Іериш, т. IV, стр. 484. 2) Архивъ Юго-Западной Россіи, часть І, томъ ІУ № XV, стр. 99. Үоѣцтіва Іеришт, т. Ү, стр. 180. 19

стройство не только православной гіерархіи, но и вообще упраздненіе всего влира; если православные епископы еще разъ перейдутъ въ унію, то, при изолированіи православія въ границахъ речнпосполитой, невозможно будеть возстановить отпавшую гіерархію подобно тому, какъ это случилось за 50 лѣтъ прежде, при Сагайдачномъ; если-же православная церковь будетъ лищена епископовъ, то некому будетъ рукополагать священниковъ, и останутся на лице исключительно ставленики уніятскихъ епископовъ; такимъ образомъ міряне останутся безь духовенства и церквей и, волею неволею, Шерейдутъ въ унію. Что вышеприведенное постановленіе сейма служило введеніемъ къ указанному плану, доказали послѣдовавшія за тімъ событія — немедленно шослѣ этого сейма правительство вступяло въ переговоры съ православными епископами, а чрезъ 3 года былъ уже гозванъ по дѣламъ үнін Люблинскій съвздъ.

Не можемъ опредВлить съ точностью когда правительство начало переговоры съ православными епископами? но ясно, что попытка эта стояла въ связи съ постановленіемъ сейма; уже въ слъдующемъ 1677 году она принесла нѣкоторые плоды; среди гіерарховъ православныхъ нашлись лица, готовыя, въ виду улучшенія своего личнаго положенія и пріобрѣтенія власти, повторить продѣлку Потея и Терлецкаго. Главнымъ руководителемъ новой вомбинаціи является Львовскій православный епископъ—1осифъ Шумлянскій, около него грушшируется небольшой кружокъ духовныхъ и свътскихъ лицъ, готовыхъ раздѣлить съ нимъ и отступничество и вознагражденіе; по сохранившимся документамъ, мы можемъ указать не только личный составъ вружка, но и тѣ награды, которыхъ добивались его члены за согласіе принать унію. Кромѣ Шумланскаго мы находимъ имена: Иннокентія Винницкаго, нарѣченнаго епископа Перемышльскаго, требовавшаго, чтобы по принатіп унін, правительство признало его уніятскимъ Перемышльскимъ епископомъ, смѣстивъ съ этой ваөелры уніята, Іоанна Малаховскаго; за тўмъ нзъявилъ согласіе на унію игуменъ Лиснанскаго монастыря, Свльвестръ Тваровскій, требуя впрочемъ за данное согласіе богатой Овруцкой архимандріи. Уневскій архиманлритъ Варлаамъ Шептыцкій давалъ также согласіе на унію, подъ условіемъ назначенія его въ коадюторы Холмской епархіи. Наконецъ, нѣкоторыя свѣтскія лица, по большей части міщане, члены православныхъ братствъ: Василій Корендовичъ, Жураковскій, Мокрицкій, Кручкевичъ и Тернавскіе обязывались принять унію и располагать другихъ къ ея принятію, подъ условіемъ, что правительство доставитъ имъ на сеймѣ дипломы на дворянство. Уже въ 1677 году Шумланскій отъ имени всего кружка обратился къ папскому нунцію съ изъявленіемъ готовности принять унію и вмстъ съ тВмъ онъ представилъ проектъ съ указаніемъ требованій тбхъ уступокъ и вознагражденій, которыхъ добивались члены кружка за свое участіе въ дВлѣ возстановленія уній; упомаянувъ домогательства своихъ соучастниковъ, Шумдянскій конечно не забылъ и себа: онъ требовалъ, чтобы въ его распоряженіе отданы были, помимо уніятскаго митрополита, Кипріяна

ФКоховскаго, всб имѣнія, принадлежавшія Кіевской митрополіи, чтобы, сверхъ того, ему назначены были имѣнія въ качеств Львовскаго епискоца, чтобы папа опредѣлилъ ему отъ себя особое денежное жалованіе; кромі того онъ требовалъ сана Кіево-печерскаго архимандрита, т. е. дохода съ имѣній Кіево-печерской лавры, оставшихся въ предѣлахъ ръчипосполитой. Относительно пріемовъ распространенія уніи Шумлянскій указывалъ на необходимость дбйствовать по мѣрѣ возможности осторожно и безъ огласки; между прочимъ онъ совѣтовалъ, чтобы латинскіе духовные не являлись, по крайней мВръ въ первое время, въ православныя церкви, присоединенныя къ уніи, для избъжанія народнаго волненія, чтобы дисциплина уніятской церкви была усилена подчиненіемъ епископамъ базиліянскихъ монастырей, управлявшихся отдвльнымъ лротоархимандритомъ, и чтобы на первое время не удалать, подъ предлогомъ несоблюденія каноническихъ правилъ, приходскихъ священниковъ, но, мало по малу, замѣщать вакантныя міста лицами благонадежными !).

Предложеніе и проектъ Шумлянскаго были сообщены королю и послѣдній рщилея воспользоваться ими для окончательнаго установленій уніи. Не знаемъ, преувеличилъ-ли Шумлянскій понатіе о вліяніи своего кружка, или самъ король придалъ ему чрезмірное значеніе? но онъ возъимілъ намѣреніе безотлагательно приступать къ длу, устранивъ даже ту долю осторожности въ его веденіи, которую совѣтовалъ самъ Шумлянскій. Осенью 1679 года опубликованъ былъ королевскій уннверсалъ къ духовенству и мірянамъ какъ православнымъ, такъ и уніятамъ: король требовалъ, чтобы они съвхались 24 января 1680 года на торжественный създъ въ Люблинъ, для того, чтобы покончить въ публичномъ засъданіи дѣло о религіозномъ разногласін. Отдльныя приглашевія разосланы были высшимъ духовнымъ сановниканъ н ставропигіяльнымъ братствамъ *). Очевидно король полагалъ, что православные достаточно подготовлены Шумлянскимъ и ожидалъ, что на съѣздѣ они безъ противорѣчія пріймутъ унію. Шотому какъ король, такъ и оповѣщенные имъ уніяты? старались придать съѣзду по возможности болѣе торжествеңную обстановку. Между тѣмъ факты не оправдали ихъ надежды. Православное духовенство и братства не только не давали согласія на принатіе уні, но они и не подозрѣвали еуществованія зати Щумланскаго. Предчувствуя однако нѣчто недоброе, они не явились на създъ. Изъ перечна явившихся лицъ, составленнаго уніятскимъ митрополитомъ Жоховскимъ, мы узнаемъ, что на съѣздѣ изъ числа православнаго духовенства не (прим. 320)

Примечание 320. Архивъ юго-западной Россіи ч. І, т. IV, №№; ХХП, стр. 39 и ХXIV, . 43—46. Литовская церковная унія Кояловича, т. П, стр. 422—424 (примч. 826). ?) Кояловичъ—тамже, примѣчаніе № 327 и 328, стр. 424—427. Также Арх. юго-зап, Россіи ч. І, т. IV, № XVП, стр. 31.

было ни одного епископа—аявился только: намѣстникъ Могилевскаго монастыря — Волчацкій въ сопровожденій нВсколькихъ священниковъ и то единственно изъ предосторожности — чтобы, заавивъ свое шрисутствіе, не подвергнуть православныхъ отвѣтственности за ослушаніе королевскому приказанію *). Уніятсвов духовенство, съѣхавшееся въ огромномъ числѣ въ Люблинъ, торжественно открыло съъздъ, не обращая внимавія на отсутствіе православныхъ, но рвеніе его было остановлено; въ самый День открытія съѣзда получены были письма отъ короля и отъ папскаго нунція, заставившія уніятовъ разъѣхаться по домамъ: король подъ разными предлогами приказывалъ съѣвду перевести въ Варшаву свои засѣданія, а папскій нунцій зашрещалъ католикамъ и уніятамъ начинать съ православными публичныя состязанія о вѣрі *); такая быстрая перемѣна во взгляд короля на значеніе съѣзда, происходила отъ того, чєо онъ понялъ наконецъ ошибку, вытекавшую изъ его посибшности и огласки, которую онъ старался было придать ділу, разсчитывая на слишкомъ легкій успѣхъ; изъ заблужденіа онъ былъ выведенъ фактами, не позволявшими сомнѣваться въ ихъ значенін: православные не только не явились на съѣздъ, но успѣли представить королю двло въ истинномъ его положеніи; послднее совершено было депутатами Луцкаго православнаго братства. Повинуась королевскому предиисанію, луцкіе братчики выбрали депутацію изъ своей среды, но они вручили депутатамъ подъ присягою, инструкцію, которая и не допускала мысли о соединевіи съ уніею Депутаты клялись въ томъ, что они будутъ прилагать всѣ усилія „къ сохраненію цѣлости церкви святой восточной, состоящей въ цовиновеніи четырехъ восточныхъ патріярховъ, и что, не соблазняясь ни милостью, ни оббщаніями, ни подарками, не уступая страху даже смертной казни, они будутъ отстаивать вс догматы и обряды, отъ великаго до малаго, ничего не прибавляя и не упуская, въ томъ видѣ, какъ они установлены въ православной церкви и изложены въ инструкціи, составленной братствомъ“. Депутатами выбраны были самые знатные члены братства: князь Вацлавъ Четвертинскій, двоюродный братъ православна луцкаго епископа, а впослвдствіи Кіевскаго митрополита, Гедеона Четвертинскаго; брацлавскій подстолій, Данінлъ Братковскій (казненный 22 года спустя за преданность православію) и кіевскій чашникъ, Андрей Гулевичъ. Данная имъ инструкція была подписана 35 православными волынскимя дворянамп *). Подписи эти, равно какъ и составъ депутаціи ручались за то, что она будеть имѣть достушъ къ королю. Депутаты этимъ и воспользовались: вмѣсто того, чтобы ѣхать въ Люблинъ на съъздъ, они отправились въ Варшаву, предъжвили королю свою инструкцію и объявили отъ имени братствъ и вообще право-

Т) Кояловичъ, т. П, стр. 429. Приложеніе Ж 329. *) Тамже, приложенія №№: 331—332, стр) 429—431. 3) Арх. юго-зап. Россін, ч. І, т. IV, № XVШ, стр. 82.

славныхъ мірянъ, что безъ сношенія съ патріархами и безъ ихъ участія, не мыслимы для православныхъ никакія сдўлки въ дѣлахъ вѣры Между тѣмъ какъ представленія луцкихъ братчиковъ указывали королю неожиданное для него препятствіе, тотъ кружокъ, на который онъ возлагалъ вс налөжды, не былъ въ состояніи поддержать на съѣздѣ затяннаго дѣла. Въ часл$ прибывшихъ на съѣздъ мы не встръчаемъ не только имени Шумланскаго, но также ни одного изъ его соучастниковъ; явиться иа съъздъ они не могли по многимъ причинамъ: Шумлянскій, предлагая нунцію свой проектъ распространенія уніи, не скрывалъ, что дѣло сяъдуетъ вести тайно, такъ, чтобы православные не замѣтили постепеннаго перехода духовенства въ унію; между тѣмъ на създ переходъ предполагался гласный и торжественный, что конечно должно было не только подорвать всякій успѣхъ предпріятія, но и указать разъ навсегда православнымъ лица въ ихъ церковной гіерархіи, передавшіяся въ унію; такимъ образомъ сразу проливался свтъ на ту мутную воду, среди которой и разсчитывалъ дъйствовать Шумланскій. Оверхъ того, обнаруживъ свои намѣренія на събздѣ, Шумиянскій и Винницкій должны были стать сразу во враждебное отношеніе къ нікоторымъ члевамъ уніятской гіерархіи: требуемыя ими награды могли быть имъ даны только въ ущербъ уніятскимъ: митрополиту Жоховскому и епископу Малаховскому, а послъдніе не были намѣрены уступить безъ боя своихъ бенефицій в, прослышавъ о проект Шумлянскаго, смотрѣли враждебно и съ безпокойствомъ на его затѣи °).

Представленія кружка Шумлянскаго подъйствовали въроятно на пайскаго нунція, и на короля, заставиди прекратить засЪланія Люблинскаго сейма и отказаться отъ намѣренія проводить дѣло уній гласно; 8а то для секретной интриги отврывалось широкое поприще и здъсь Шумиянскій могь развернуть свой способности. Шумлянскій, долго пребывая въ резиденцін короля— Яворов, успѣлъ убъдить его въ пригодности своего плана и даже снискать расположеніе и поддержку Собесскаго относительно вопросовъ, по которымъ могли у него произойти недоразумѣнія съ уніятскою гіерархією. Осенью 1680 года Шумлянскій извѣстилъ Жоховскаго ө томъ, что теперь онъ готовъ приступить къ уніп, что онъ объ этомъ дВлѣѣ велъ продолжитезъныя бесЪды съ королемъ и снискалъ его полное одобреніе; пратомъ онъ намекалъ на то, что король заявлялъ неудовольствіе противъ ЊЖоховскаго „Эъ тбхъ случэяхъ, гдЪ мнѣнія послъдняго могли препятствовать умиротворенію“ ?) Подготовивъ такимъ образотъ дла, Іосифъ Шумлянскій, Иннокентій Винницкій, Варлаамъ Шептыцкій и Сильвестръ Тваровскій съѣхались въ начал 1681 года въ Варшав в въ присутствін нунція приняли унію; здсь же они уладили недоразумѣнія съ представителями уніятской гіерар-

!) Ња. Ж ХХ, стр 37. *) Ші. Ж№: ХХ и ХХІ, стр. 37 и 38.

хіи и заручились окончательно поддержкою правительства. Дия того, чтобы спомоществовать распространенію уніи, Шумлянскій, совмстно съ уніятскимъ митрополитомъ Жоховскимъ, составили новый проектъ, который и представили на усморѣніе правительства. Въ этомъ новомъ проектѣ, извѣстномъ подъ названіемъ „тоді сопсогаіае ессіевіагит“ (средства къ примиренію церквей), составители требовалн, чтобы правительство не только подтвердило веѣ права и привилегіи, раньше пожалованныя уніятамъ, но чтобы оно уравнило совершенно права уніятскаго духовенства съ католическимъ; они требовали иѣстъ въ сенатѣ и въ трибуналахъ для уніятскихъ епископовъ, участія уніятскаго духовенства въ сеймикахъ, неподсудности уніятовъ по діламъ, касающимся вбры, свтскимъ судамъ и т. п. Эта записка, равно какъ и проектъ, составленный раньше Шумлянскимъ, были разсмотрны особою, назначенною королемъ для этой цъли, коммиссіею и выраженныя въ нихъ требованія получили почти полное удовлетвореніе, за исключеніемъ такихъ правъ, раздача которыхъ зависбла отъ сейма, но о доставленій которыхъ король обязался хлопотать на блпжайшемъ сеймі, всѣ остальные пункты 0боихъ проектовъ были приняты и утверждены королемъ и сенаторами !). Наконецъ, въ заключеніе, Шумлянскій вручилъ правительству записку, въ которой похробно излагалась вся программа дальнъйшэго распространенія уніи. Главнымъ условіемъ этой программы Шумлянскій полагалъ тайну: онъ требовалъ, чтобы актъ принятія уніи имъ и его сподвижниками хранился въ архив, и ни въ какомъ случаѣ не подвергался бы публикацій; необходимость тайны онъ мотивировалъ слъдующими указаніями: нистее духовенство, православные дворяне и церковныя братства немедленно составятъ между собою союзъ во всѣхъ ешархіяхъ для противудѣйствія уній и будутъ ей сопротивляться до послбдней крайности; они могутъ искать поддержки и покровительства у иностранныхъ державъ; духовенство будетъ на исповѣди укрѣилать въ вѣрѣ мірянъ; въ крайности православные будутъ ббжать за предѣлы речипосполитой даже въ Турцію „ибо подъ тиранскимъ ярмомъ Турокъ ови предпочтутъ поселиться, пользуясь тамъ свободою вроисповъданін“; привительство-же не найдетъ средствъ для распространенія уніи, такъ какъ при возрастающемъ раздраженіи нечего и думать о миролюбивомъ убъжденіи, а на насиліе теперь трудно было-бы полагаться среди вовннаго времени и при общей солидарности всѣхъ оправославныхъ; такимъ образомъ, по мн$нію Шумлянскаго, дЪло, при огласкѣѣ его, могло-бы кончиться только избівніемъ пастырей уніятовъ. Потому Шумлянскій совѣтовалъ сдълву держать въ тайнѣ, а между тѣмъ употреблять другія средства: уравнять во всъхъ правахъ уніятское духовенство съ католическимъ и подтвердпть это уравненіе сеймовою конституцією; назначать частые соборы и съѣзды для уніятскаго духовенства и, какъ будто игнорируя различіе между правосла-

Т) ій. №№ ХХПТ и ХXIV, стр. 41 и 43.

віемъ и уніею, присутствіе на съѣздахъ сдѣлать обязательнымъ для православныхъ духовныхъ, подъ страхомъ лишенія должностей за неявку; преслѣдовать духовныя лица, несогласныя принять унію, путемъ административнымъ: лишать ихъ должностей и примѣнять къ нимъ законы, постановленныя о бунтовщикахъ; наконецъ употребить всѣ усилія для того, чтобы обратить въ унію православныхъ дворянъ и болѣе видныя лица изъ числа членовъ православныхъ братствъ !).

Программа эта была цликомъ принята польскимъ правптельствомъ и съ 1681 года въ теченін 30 лѣтъ противъ православія направляются враждебныя хѣйствія по начертанному въ ней плану. Православіе успѣшно вылержавшее въ теченіи XVШ вка натискъ, веденный путемъ насилія, теперь подвергается болѣе опасному нападенію. Враги пракрываютъ свои дВйствія тайною, недомолвками, умышленнымъ непониманіемъ терминовъ, неясностью положенія лицъ и партій, они не требуютъ общаго согласія на унію и тъмъ не даютъ возможности гласнаго протеста—борьба равмельчается на безконечный рядъ отдВльныхъ случаевъ и отдѣльныхъ административныхъ преслъдованій и поощреній; но какъ въ тВхъ, такъ и въ другихъ никогда не выставляется наружу главная ихъ побудительная причина: согласіе или несогласіе на унію; напротявъ того она тщательно прикрывается посторонними обстоятельствами, личными побужденіями, требованіями каноническаго права и т. п. Шринявшіе въ тайн унію православные епископы и духовные —скрываютъ свое отступничество й требуютъ себб повиновенія отъ духовенства и паствы во имя сана, которымъ они облечены были по чину православной церкви; не повинующихся имъ судятъ, удаляютъ отъ должностей не за разногласіе по дВламъ вѣры, а за сопротивлевіе властямъ постановленнымъ православною церковью; правительство и дворяне оказываютъ дѣѣятельную п0- мощь этнмъ лже-настырямъ и объясняютъ свои лъйствія, въ случав жалобъ обиженныхъ или вмшательства русскаго правительства, утверждая, что они не только не преслъдуютъ православія, но, напротивъ того, прилагаютъ усилія къ водворенію порядка н упроченію церковной власти въ православной церкви по прозьб православныхъ-же пастырей. Лицембріе укорѣняется до такой степени, что веб власти какъ будто забываютъ отличіе между уніятами и православными и названія: унія, дизунія, схизма совершенно исчезаютъ изъ административнаго лексикона почти до половины ХУШ столѣтія. Центральное правительство н второстепенныя власти, трибуналы и гродскіе суды, помѣщики и ихъ управляющіе знаютъ только, что есть пресвитеры и. міряне „гіѣшз ргаесі“, но отличій между исповвдующими эту вѣру не замѣчаютъ. Въ многочисленныхъ документахъ, относящихся къ этому времени, нтъ возможности ршить когда дВло идетъ о православномъ, и когда объ уніятскомъ духовенствѣ и только по гоненіямъ и оскорбленіямъ, сыпавшии- (прим. 321)

Примечание 321. Ші. № ХXV, стр. 47.

ся на однихъ лицъ, и по милостямъ, расточаемымъ въ пользу другихъ, мы можемъ догадываться о безпрестанной, замаскированной работѣ въ пользу унів.

Онустивъ такинъ образомъ завѣеу на свои дійствія, приверженцы унін принялись безпрепятственно за дѣло, не опасаясь ни серьезной и обширной реакцін со стороны православныхъ, ни заступничества за нихъ Россіи; на: противъ того. посл днее они умфли обратить въ свою пользу и употребать какъ орудіе къ уничтоженію православной гіерархін. Шо Московскому договору, заключенному съ Россіею въ 1686 году, польское правительство обазалось оставить неприкосновенными православныя епископін: Луцкую, Галяцкую, Перемышльскую, Львовскую и Білорусскую. Но въ опредѣленін этихъ епископскихъ каөеедръ оно ясно руководилось принятымъ имъ планомъ дъйствій: 4 изъ нихъ находились уже въ рукахъ тайныхъ уніятовъ: Львовскою и, соединенною съ нею, Галицкою управлялъ Іосифъ Шумлинскій, Перемышльская была отдана Иннокентію Винницкому, Луцкая — посл избранія княза Гедеона Четвертинскаго въ митрополиты Кіевскіе— досталась брату Тосифа Шумлянскаго—Аөанасію Оставалась одна отдаленнан Білорусская епархія, которой суждено было, уравда съ значетельными перерывами, просуществовать до самаго паденія речипосполитой. Но епископы Бълорусскіс не были въ состоянін руководить ділами православной церкви на всемъ пространствѣ Литовско-русскихъ земель, твмъ боле, что они встрѣтили въ этомъ отношеніи препятствіе со стороны православной Кіевской мӣтрополін, оспаривавшей у Бълорусскихъ епископовъ власть надъ ближайшею даже къ ней територіею, какъ это увидимъ подробнѣе въ разсказѣ о Бълорусскомъ епископ, княз Сильвестр Четвертинскомъ.

Разрушивъ такимъ образомъ православную гіерархію, занявъ ея епархін въ качеств православныхъ, тайные уніяты воспользовались и другою статьею Московскаго договора; въ силу этой статьн Кіевъ былъ устушленъ Россіи на вѣчныя времена—слвдовательно митрополитъ православный долженъ былъ пребывать вн границъ речипосполитой и подчинился духовной власти Московскаго патріарха. Обстоятельствомъ этимъ воспользовалась, въ качеств мнимыхъ ревнителей старины, уніятская интрига; будто отстаивая зависимость Кіевской церкви отъ патріарха Константинопольскаго, лже-православные епископы потребовали отдѣленія отъ Кіевскаго митрополита и назначенія отдільнаго дуковнаго архипастыря, но не желая съ другой сторо- _ ны нарушать права уніятскаго митронолита, претендовавшаго также на титулъ матрополита Кіевскаго, они ограничились назначеніемъ особаго будтобы дла православныхъ, „администратора (блюстителя) Кіевской митрополіи“; должность эта поручена была, согласно объщанію, данному еще при переход его въ унію, Іосифу Шумланскому. Уже нѣсколько раньше онъ получилъ отъ короля дипломъ на званіе Кіево-печерскаго архимандрита и введенъ былъ во владѣніе богатыми имніями, принадлежавшими Кіевскимъ митронолитамъ н Кіево-печерской лаврѣ, оставшимися въ предѣлахъ речи-

носволитой; онъ пользовался ими до смерти (1708) и передалъ ихъ во владніе своимъ наслѣдникамъ по каеедрѣ —үже явнымъ уніятамъ }).

Упрочивъ за собою власть надъ православнымъ духовенствомъ, находдившимся въ прехѣлахъ речипосполитой, Тосифъ Шумлянскій принялся дятельно за водвореніе уній, согласно начертанному ямъ плану. Продолжая съ удивительнымъ безстыдствомъ выдавать себя за православнаго, увѣряя въ этомъ письменно и Константинопольскаго патріарха и русское правитнльство, онъ испрашивалъ ихъ содѣйствія для того, чтобы воспретить Кіевскимъ митрополитамъ встушатьсн въ управленіе православною церковью въ предѣлахъ речипосцолитой, такъ какъ но волѣ польскаго правительства управленіе это поручено ему. Вмѣстѣ съ тъмъ онъ, съ своей стороны, ушотреблялъ всѣ усилія для того, чтобы разорвать всякую связь между подвъдомственнымъ ему православнымъ духовенствомъ и Кіевскою митрополіею: онъ обратижя окружнымъ носланіемъ къ дворянамъ, приглашая ихъ оказать ему содвйствіе и принудить святенниковъ, занимавшихъ приходы въ ихъ селахъ, признать надъ собою власть Шумлянскаго и подчиниться распоряженівмъ назначенныхъ 'имъ намбстниковъ 2); за тъмъ всѣхъ священниковъ н монаховъ, приверженныхъ къ Кіеву и не желавшихъ подчиниться его власти, онъ предавалъ проклятію, отдавалъ подъ судъ, заключалъ въ темницы, лишалъ приходовъ и конфисковалъ ихъ имущества; намѣстники его разъѣзжали по прыходамъ, отбирали отъ священниковъ антиминсы и св. муро, выданные Кіевскими митрополитами и передавали эти предметы Шумлянскому, который публично накъ ними ругался и плевалъ на нихъ; въ замѣнъ-же они выдавали новые, сбирая по этому случаю особую денежную плату 3).

Слѣдуя такому образу дйствій, Шумлянскій пользовался весьма двятельною поддержкою правительства, подкрвилявшаго постоянно его власть административными распоряженіями, а также горячимъ сочувствіемъ и содВйствіемъ дворянъ. Правительство, какъ будто стараясь только водворить правильный порядокъ въ гіерархіи православной церкви, булто не понимая истиннэго значенія дъятельности Шумлянскаго, стало поддерживать его распоряженія всѣми, зависѣвшими отъ него, мирами въ тВхъ областяхъ, гдњ большинство народонаселенія пранадлежало еще къ православію; и въ тоже время оно принимало ръшительныя мбры въ пользу уніи и къ искорененію православія тамъ, гдѣ обстоятельства казались боле благопріятствовавшимн его цВлямъ. Такъ король сталъ раздавать церковныя должности и бенефиціп, бышшія въ его распоряженіи, исключительно тбмъ лицамъ, о сочувствіи которыхъ къ уніи онъ былъ удостовъренъ Шумлянскимъ; въ актовыхъ сви- (прим. 322) (прим. 323)

Примечание 322. ід. №№: ХХXVI, стр. 72; ХХXVШ, стр. 76; ХШ, стр. 87; СХП, стр. 247; СХХІХ, стр. 295.

Примечание 323. Шіі. № ХХXVП, стр. 14. ѣ) Ошисаніе Кіево-софійскаго Собора и Кіевской гіерархін стр. 206 _и 212,

ХВтельствахъ можемъ указать різкій примъръ такого образа дѣйствій: въ 1681 г. богатая Овруцкая архимандрія была отдана королемъ сообщнику Шумлянскаго, Сильвестру Тваровскому, не смотря на то, что братіею н мірянами православными выбранъ былъ въ Овруцкіе архимандриты инокъ преданный православію, Иннокентій Монастырскій; послѣдній рѣшился не допускать Тваровскаго къ занятію должности; но король обратилъ серьезное вниманіе на это дъло: противъ Монастырскаго, подъ видомъ частныхъ ясковъ, возбуждено было юрилическое преслѣдованіе, притомъ явились угрозы противъ личной его безопасности; онъ долженъ былъ удалиться въ Кіевъ, посл чего король обратился съ грознымъ универсаломъ къ православнымъ дворянамъ воеводствъ: Кіевскаго, Брацлавскаго н Черниговскаго, предписывая имъ не вступаться въ дѣло объ Овруцкой архимандріи и не поддерживать Монастырскаго, угрожая въ противномъ случа объявить не’ повинующихся его приказанію врагами отечества и взыскать съ каждаго изъ нихъ штрафъ въ 50,000 злотыхъ. ВмѣстВ съ тѣмъ король отправилъ письмо къ Кіево-печерскому врхиманлриту, Иннокентію Гизелю, требуя, чтобы онъ выдалъ церковные сосуды, облаченія, документы и кавну, принадлежавшіе Оврущкой архимандріи, и увезенные Монастырскимъ въ Кіевъ, и чтобы подвергнулъ послъдняго судебной отвѣтственности за незаконное будто присвоеніе себв татула Овруцкаго архимандрита. Между тѣмъ, въ ожиданін исхода дѣла, онъ пополнилъ доходы Тваровскаго привилегіею, дозволявшею ему вести безпошлинную торговлю солью въ предѣлахъ речипосполитой !). Въ послѣдствіи, поса смерти Тваровскаго, король, по рекомендаціи Шумлянскаго, передалъ Овруцкую архимандрію свѣтскому лицу— Климентію Домарадзкому, не смотря на то, что, по существовавшимъ законамъ, послѣдній не имѣлъ права занимать высшую церковную должность, такъ какъ онъ не принадлежалъ къ дворянскому сословію; тВмъ не менѣе Домарадзкій былъ рукоположенъ въ пресвитеры Шумлянскимъ и занялъ архимандрію; о выборѣ его братіею на этотъ разъ не было и рѣчи ?). Раздавая высшія духовныя должности приверженцамъ уніи, правительство заботилось не менѣе но томъ, чтобы лиңа эти были по возможности лучше обевпечены доходами и имѣніями, съ другой-же стороны оно конфисковало при каждомъ удобномъ случа имущество, принадлежавшее православнымъ луховнымъ и монастырямъ. Выше было уже указано на переходъ имній Кіевской митрополін и Кіево-печерской лавры въ руки Шумлянскаго, фактъ этотъ былъ далеко не исключитТельнымъ явленіемъ; основываясь на томъ-же предлогѣ, т. е. увазывая на уступку Кіева Россіи по трактату на вѣчныя времена, правительство, немедленно посл заключенія договора, объявило, что оно считаетъ всъ

І) Арх. юго-зап. Россіп ч. І, т. IV, №№: ХXVI, стр. 50; ХХХП, стр. 62; ХХХІШ, стр. 65; и ХХХІ, стр. 60. *) іі. Ж№: ХШҮ, стр. 89 и ХГУ, стр. 91.

имущества Кіевскихъ монастырей, оставшіяся въ предѣлахъ речипосполитой, вакантными, т. е. оставшимися безъ владѣльца, и стало раздавать нхъ по своему усмотрѣнію различнымъ лицамъ и учрежценіямъ; большинство этихъ имѣній было передано уніятамъ, другія пожалованы были особыми привилегіямн дворянамъ; наконецъ, эти послъдніе захватили многія монастырскія имѣнія безъ всякой грамоты и оставили ихъ безпрепятственно въ своемъ владніи, при чемъ дворяне обращали мало вниманія на то, принадлежитъли извѣстное имѣніе одному изъ Кіевскихъ мопастырей или такому монастырю, который остался въ границахъ речипосполитой. Такимъ образомъ, отчасти путемъ административныхъ распоряженій, отчасти путемъ захвата, въ руки уніятскаго духовенства и дворянъ ватоликовъ перешли богатыя помфстія, принадлежавшія монастырямъ: Кіево-Михайловскому, Кіевскому Пустыяно-Николаевскому, Кіевскому Братскому, "Межигорскому, Дерманскому, Дубенскому и т. д. !).

При этомъ ясенъ былъ разсчетъ правительства: стѣснить православное духовенство въ матерьяльномъ отношеніи и вміст съ тъмъ мавить его въ унію богатыми бенефиціями, предоставляємыми уніятамъ.

Дъйствуя административною властью весьма рбшительно въ отдѣльныхъ случаяхъ, правительство не забывало и общихъ законоположеній, клонившихся къ той-же цъли. Тавъ на сейм 1699 года изданы были два новые законы, носившіе слды ясно враждебнаго отношенія къ православію. На сеймѣ этомъ подтверждены были вс привилегіи, пожалованныя раньше уніятамъ и, сверхъ того, изданъ новый законъ, которымъ „мъщане, правдивые уніяты, объявлены исключительно способными къ занятію выборныхъ магистратскихъ должностей“, отъ которыхъ православные навсегда устранались. На томъ-же сейм чины речипосполитой разсуждаля объ устройствѣ Подоліа, возвращеннаго отъ Турціи по Карловицкому трактату; при этомъ случаѣ, опредвляя права жителей этого воеводства, сеймъ постановилъ законъ, по которому православнымъ запрещено было селиться въ Каменцѣ, нарави съ евреями *). Приводя въ исполненіе это сеймовое постановленів, коммиссія, назначенная королемъ для пріема города, опечатала вс иправославныя церкви и одну изъ нихъ: церковь св. Іоанна, передала уніятамъ. При этомъ случаѣ произошло странное столкновеніе коммиссаровъ съ Шумлянекимъ: послѣдній, не дожидая коммиссіи, явился раньше ея членовъ въ Каменеуъ въ сопровожденіи надворной своей хоругви, и сталъ принимать православныя церкви въ свое въдъніе, но вслбдъ за нимъ прівхалв коммиссары, и, не зная о существованіи его интимной сдѣлки съ правительствомъ, (прим. 324)

Примечание 324. іі. №№: ХІХ, стр. 34; ХХXIV, стр. 67; ХХХІХ, стр. 78; ХІ, стр. 80; ХІМ, стр. 82; М, стр. 106; І.ХІ, стр. 126; ГХІШП, стр. 130; СXVI, стр. 850; СГ.ДҮШ, стр. 374. ?*) Үоіатіпа Іеришт, т. ҮІ, стр. 35, $ 19 и 21.

объявили его дъйствія противузаконныии и заставили его удалиться, угрожал, въ противнемъ случа, употребить военную силу; — затбмъ они ршили представить дло на обсужленіе сейма и подвергнуть Шумлянскаго отвітственности передъ военнымъ судомъ, какъ нарушителя безопасности крѣпости. Конечно послѣ разъясненія дла, излишняя ревность коммиссаровъ унялась в церкви были переданы епископу, который подвергался опасности разстрѣлянія, еслибы оказался дъйствительно православнымъ !).

Сколько однако ни были враждебны православію веѣ исчисленныя административоыя распоряженія и законолательныя постановленія правительства, они даютъ только слабоо понятіе о томъ горестномъ положеній вравославной церкви, въ которомъ она находилась въ речаносполитой съ послѣдней четверти семнадцатаго столѣтія; самыя чувствительныя й нестерпимыя преслдованія православное духовенство и міряне должны были выносить отъ дворянъ, старавшихся повсемѣстно, наперерывъ одинъ передъ другимъ, заявить свой религіозный прозелитизмъ. При томъ государственномъ устройств, которое составляло отличительную черту речипосполитой, при неограниченномъ полновластіи дворянскаго сословія, при отсутствіи исполнительной власти и полицейскихъ учрежденій и при томъ низкомъ уровни просвъщенія, на которомъ стояла тогда масса дворянскаго сословія, реллигіозное рвеніе могло выразиться только въ одной изъ тВхъ формъ фанатическаго самодурства и безобразнаго насилія, среди которыхъ медленно разлагалось шляхетское общество въ теченіи двухъ посл княхъ столѣтій существованія речипосполитой. Тяжело было положеніе православныхъ, когда они сдълались мишенью для шияхетскаго своеволія и положеніе ихъ было тѣмъ тяжелѣе, что гнетъ со стороны дворянъ, хотя повсемѣстный, но не вытекалъ изъ строго опредѣленной программы, не былъ однороденъ и не ддавалъ, такимъ образомъ, возможности ни предъугадать грозившую въ каждомъ отдлъномъ слрчаѣ опасность, ни принять извѣстпый, опредѣленный образъ дѣйствій для того, чтобы ее миновать илп оказать ей противудъйствіе. Въ каждой данной местности судьба православнаго священника и его прихожанъ зависбла отъ расположенія духа, каприза или корыстолюбія владъльца села или мѣстечка; но, умилостививъ послѣдняго, православные далеко еще не были безопасны: дворянинъ сосѣдъ, партія проходившихъ жолнеровъ, настоятель ближайшаго католическаго костела, иногда просто про - ѣзжій шляхтичъ, вдругъ нежданно воодушевлялись фанатическимъ рвеніемъ и, въ видѣ нечаянной грозы, обрушивалнсь на несчаєтный приходъ; — факты же, которыми выражалось это рвеніе, не удовлетворяли требованіямъ самой элементарной нравственности. Среди огромнаго количества актовыхъ свидѣтельствъ, подтверждающихъ все вышесказанное, укажемъ нъкоторые примѣры, для того, чтобы представить наглядную характеристику положенія, въ которомъ находилась православнал церковь въ описываемое время.

9] Архивъ юго-западной Россі, ч. І, т. IV, №Ж ШХ, стр. 199.

Въ значительной частя случаевъ гоненіе, воздвигаемое шляхтичами на православіе, помимо религіознаго фанатизма, находило побужденіе й въ своекорыстіи; грабежъ церковнаго имущества, захватъ земель церковныхъ или присвоеніе себѣ нмущества, прпнадлежавшаго православному духовенству, составляли не маловажный мотивъ, подвигавшій дворянъ на душеспасивельные, по ихъ миѣнію, подвиги; онн не прочь были соедйнить пріятное съ полезнымъ н,‹ разрушая „схизму“, увеличить на ея счетъ свое личное состояніе, пракрывъ грабежъ благочестивымъ предлогомъ. Такъ напримѣръ, дворане, жившіе ближе къ Кіеву, не удовлетворились доставшеюся имъ, въ силу королевскихъ привилегій, долею имѣній Кіевскихъ монастырей; они, подъ предлогомъ противудъйствія вліянію Кіевскаго духовенства, врынались въ имѣнія, оставшіяся еще нерозданными или лежавшія за рубежемъ речишосполитой и производили всевозможныя насилія: грабили имущество монастырское, увъчили н билп братію, прачетниковъ, монастырскихъ крестьянъ и т. п. Изъ перечня обидъ, причоненныхъ пограничными шляхтичами Кіево-братскому монастырю, мы узнаемъ, что въ теченів 30 лѣтъ (1727—1757) погранвчные шляхтичи врывались болѣе 20 разъ черезъ границу въ имнія, принадлежавшія этому монастырю и производили въ нохъ всевозможныя безчинства '). Одинъ изъ тавихъ набѣговъ подробно описанъ въ жалобф игумена Кіевскаго Кирилловсваго монастыря, Евстратія Самборовича. Изъ жалобы этой узнаемъ, что въ 1713 году дворявинъ Александръ Щеневскіѣ, вооруживъ значительный отрядъ людей и пригласивъ сосѣда, Александра Шумланскаго, также съ вооруженною толпою елугъ н крестьянъ, отправилса въ походъ на село Андріевку, принадлежавшее Кирилловскому монастырю; явившись на разсвѣтѣ, союзники вбѣжали въ село и стади рубить и стрълать по всѣмъ встръчнымъ, нанесли тяжелыя раны монаху Бонькевичу, изрубили монастырскихъ слугъ и крестьянъ и ограбили все движимое имущество монастырское и монастырскихъ шодданныхъ ?).

Если изъ указанныхъ фактовъ явствуетъ, что ни русская граница, на покровительство русскаго правительства не могли удержать буйныхъ шияхтичей, то послѣдніе конечно еще менѣе стеснялись въ предълахъ речипосполитой; здѣсь грабежи церквей и духовенства п захватъ церковной земли составляютъ самое обыєновенное явленіе; такъ, напримѣръ, жолнеры шанцырной хоругви нападаютъ ночью на церковь въ селб Хлуплянахъ, выбиваютъ въ ней двери и уносятъ изъ нея не только церковное имущество, но и частное, сложенное въ церкви для большей безопасности прихожанами ?). Такъ шляхтичи Гуляницкіе и Минцовскіе захватывають, безъ всякаго права, имущество отказанное но завъщанію въ пользу Кременецкаго братства и обра- (прим. 325)

Примечание 325. іі. Ж ССТХ, стр. 518. *) іі. Ж СІXIV, стр. 365. 3) Ші. №Ж XVШ, стр. 97.

щаѣтъ еѓо въ свою личную пользу *). Болѣе другаго имущества подвергались захвату со стороны шляхтичей церковиыя и монастырскія земли: такъ мы встрѣчаемъ жалобу игумена Бълостоцкаго монастыря (на Волыни), Өеодосія Подольскаго, на дворянина Шимона Жабокрицлаго о томъ, что онъ объявилъ своею собственностью земли, издавна принадлежавшія монастырю, и, если встрѣчалъ братію или монастырскихъ слугъ на этихъ земляхъ, то стрѣлялъ въ нихъ, рубилъ саблею и наносилъ имъ тяжелые побои; вслъдъ за тъмъ онъ захватилъ мовастырскую мельницу и объявилъ монахамъ, что, въ случа сопротивленія, онъ будетъ стрѣлять въ нихъ при каждой встрѣчѣ ?). У другаго Волынскаго монастыря, Перекальскаго, земли были отняты дворянами Чеконскими; когда игуменъ отправилея пахать свое поле, то туда-же прівхала Чеконская, приказала слугамъ прогнать плугъ монастырскій и сама, выскочивъ изъ коляски, стала бить игумена и вцѣшилась ему въ бороду °). Въ Овручѣ Доминиканскіе монахи присвоили себѣ не только пахатныя земли. принадлежавшія православному монастырю, но приказали обнести оградою, присоединяя къ своей усадьбѣ, мста, принадлежавшія монастырю, въ самомъ городѣ, и въ томъ числ мѣсто, на которомъ была построена православная церковь; захватъ этотъ сопровождался, по обыкновевію, грабежемъ движимаго имущества и личными оскорбленіями *). Въ Острогѣ гродскій подстароста, Ледуховскій, отнялъ у православной церкви св. Николан земли, откэзанныя въ пользу ея еще въ XIV столѣтіи кназемъ Даніиломъ и княгинею Василисою Острожскими и приказалъ вырубить лсъ, принадлежавшій этой церкви; когда-же протоіерей Терпиловскій обратился къ нему съ представленіями и указалъ на свон права, то Ледуховскій, не оспариван послъднихъ, отвътилъ „я воленъ отнять у церкви то, что ей пожаловано моими предшественниками“, и оставилъ земли въ своемъ пользованін (прим. 328). Въ окрестности Острога владълецъ села Загаець, дворянинъ Блендовскій, отнялъ земли у Загаецкаго монастыря, отказанныя его основательницею, Региною Боготиновною Ярмолннскою; онъ приказалъ разрушить межи и межевые знаки, отдѣлявшіе эти земли отъ его собственныхъ, истребилъ монастырскій лѣсъ, и завладѣлъ рыбными ловхями, угрожая монахамъ побоями въ случаѣ сопротивленія съ ихъ стороны ѣ). Въ мвстечкѣ Брагинѣ церковныя земли, отписанныя нкогда въ пользу церкви св. Николая князьями Вишневецкими, были захвачены владбльцемъ сос днаго села Глуховичъ, дворяниномъ Шукштою, и когда настонтель, священникъ Іоакимъ Давидовичъ, явился на свое поле, то Шукшта отправилъ туда же, въ сошровожде- (прим. 326) (прим. 327)

Примечание 326. Шід. Ж ІХХШ, стр. 158. ?) іі. Ж ХП, стр. 127.

Примечание 327. Шід. № ГХХХШ, стр. 183. +) Шід. № ГУШ, стр. 120.

Примечание 328. Іа. Ж СХХXIV, стр. 306. $) Шід. № СГҮП, стр. 352.

ніи толпы слугъ, сващенника своего села, уніята Вернацкаѓго; послѣдній напалъ на Давидовича, повалилъ его на землю, истязалъ его всячески, рвалъ у него волосы я бордду и прогналъ съ церковнаго поля !). Еще чаще встрѣчаются факты самаго безцеремоннаго грабежа личнаго имущества православныхъ свя щенниковъ: шлахтичи помъщики отбираютъ хлвбъ, скотъ, повозки, лошадей, одежду и вообще всякое движимое имущеетво, то врываясь въ дома священниковъ, то нападая на нихъ при встрѣчѣ на дорогв; на всякіяже требованія возврата, они отвбчаютъ угрозами, оскорбленіями п побоями (прим. 329); по временамъ отрядъ проходящихъ жолнеровъ, соображая, что въ дом$ священника можно найти поживу, немедленно врывается съ обнаженными саблями, грабитъ все, что попадается шодъ руку, остальное истребляетъ, домашнимъ наносить побои и увѣчья н, совершивъ подвигъ, спокойно отправляется въ дальнъйшій путь °).

Корыстныя цли далеко впрочемъ не составляли единственнаго мотива, побуждавшаго шляхту къ преслбдоварію православнаго духовенства; мы встрѣчаемъ еще въ большемъ количеств$ случасвъ оскорбленія и обиды православнаго духовенства, не сопряженныя съ желаніемъ завладѣть его нмуществомъ. Въ этихъ случанхъ дъйствуетъ уже чистый фанатизмъ религіозный, выражавшійся въ формахъ, соотвѣтствовавщихъ нравственному и умственному уровню той среды, въ которой онъ проявлялся. По основному началу каждаго аристократическаго общества, члены его признаютъ право обсужденія и свободнаго дѣйствія только за членами своего сословія; всякое несогласіе низшихъ сословій съ мнініемъ сословія привилегированнаго есть въ глазахъ послѣдняго противузаконіе, и если аристократическое сословіе не сдерживается другими общественными элементами, то оно готово всъми мѣрами стремиться къ шодавленію несогласія и къ установленію въ каждомъ данномъ вопросб своего образа мыслей путемъ насилія. Смѣѣшивая и отождествляя, умышленно или неумышленно, интересы своего сословія съ интересами всего общества и государства, судьбами котораго ей удалось овладть, аристократія готова всегда признать врагами общественнаго снпокойствія и порядка тѣ лица, учрежденія или сословія, которыя не повинуютсн безпрекословно всѣмъ требованіямъ господствующаго класса: она готова преслъдовать ихъ какъ враговъ отечества, какъ лицъ, не имЪющихъ права пользоваться покровительствомъ закона; если притомъ масса господствующаго сословія усвоила только весьма слабую степень цивилазаціи и развитія, то преслѣдованіе является со всъми признаками личнаго произвола и непониманія самыхъ простыхъ правилъ уваженія человѣческой личности. На та-

Ъ) Њіі. №№: СІХХІХ, стр. 397 и СІХХXIV, стр. 407.

?) іі. №№: ХГҮП, стр. 95; Т.ХХ, стр. 153; СҮП, стр. 232; СХІ, стр. 943; СХХИ, стр. 275.

Примечание 329. Ші. № І. стр. 104.

кой степени раввитія находилось именно дворянское сословіе въ речипосшолитой въ описываемое время, когда несогласіе по религіозному вопросу побудило его направить иреслідованіе противъ православнаго населенія края; каждый дворянинъ не допускалъ вовможности, чтобы люди недворянскаго происхожленія могли разсуждать о вопросахъ, касавшихся хотя-бы только собственной совъсти, иначе, чѣмъ разсуждали шляхтичи на сеймахъ и сеймикахъ. Противудъйствіе үнін, которую одобрило и поддерживало дворянское сословіе, каждый дворянинъ считалъ противузаконіемъ, бунтомъ я считалъ себя въ правѣ распорядиться съ каждымъ православнымъ, какъ съ лицемъ стоящимъ виѣ законовъ. Не удивительно шотому, если мы начитываемъ въ актахъ безчисленное количество свидѣтельствъ о самыхъ варварскихъ поступкахъ, не вызванныхъ, повидимому, никакою причиною, жертвами которыхъ были повсемѣстно православные, особенно духовныя лица. Постуаки эти, повторяясь на пространствѣ обширной территоріи и нъ теченіи весьма продолжительнаго времени, не вытекали изъ строго обдуманнаго плана дѣйствій; они ичъли основаніе гораздо болѣе прочное—во всемъ внутреннемъ склад речипосполитой, въ полновластіи дворянства, въ его слабомъ развитін и въ полномъ на него вліяніи езуитскаго ордена. Факты, вытекавшіе изъ такого положенія діла, представляютъ тъмъ не менѣе самую печальную картину. Каждый пранославный, особенно духовное лице, быль ежеминутно въ опасности подвергнуться самымъ безчеловчнымъ оскорбленіямъ и обидамъ: встрвчался-лн шляхтичъ съ сващенникомъ на рынкѣ въ городѣ, онъ, подъ первымъ попавшимся опредлогомъ или даже вовсе безъ предлога, заводилъ ссору и наносилъ ему публично побой; увидлъ-ли помъщикъ, что священникъ занимается бесъдою съ крестьянами, онъ бросался на него, опрокидывалъ на землю, билъ каблуками и палкою, рвалъ у него волосы; натЕнулея-ли панъ на жену сващенника, скупавшую провизію на базарб, онъ чувствовалъ обязанность отпустить ей, безъ всякаго повода, нъсколько ударовъ нагайкою; иной разъ шляхтичъ, напившись, ббгалъ по городу съ обнаженною саблею и для потѣхи пробовалъ силу удара на попавшемся священникѣ. Если обиженные пытались остановить обидчика указаніемъ на свос духовное званіе, то шляхтичъ отвѣчалъ нахально, что только католическіе кеендзы— дворяне и имъ онъ обязанъ оказывать почтеніе— „попы же--муживи“ и потому имъ нечего ссылаться на свой духовный санъ !). Въ домѣ у себя священникъ былъ также мало безопасенъ, какъ и виѣ его; подъ пустымъ предлогомъ, чаще безъ всякаго предлога, помъщикъ или помѣщица врывались въ его домъ, били и истязали какъ самаго священника, такъ и членовъ его семейства, расточали оскорбленія и бранныя слова, нерѣдко (прим. 330)

Примечание 330. Составилась даже поговорка, приведенная въ одномъ изъ актовъ: „Со хівіт—ќо змласһсіс, со рор—іо сор“. Шіі. №№: І.Х, стр. 123; ІІХХXIV, стр. 185; ХСIV, стр. 208; СХХХУ, стр. 308; СХЦУШ, стр. 333.

заключали хозяина въ свою дворовую тюрьму и держали въ ней по произволу, или дозволяли, для большаго, по ихъ мнѣнію, посрамленія, совершать веб эти безчинства надъ священникомъ еврею-откупщику !).

Вотъ для примѣра нъсколько болѣе подробныхъ разсказовъ: въ селі Врублевцахъ, въ окрестности Каменца, помъщикъ Кобельскій старался всѣми средствами выжить изъ села священника;. однажды, напавшись, онъ вызвалъ послѣдняго на улицу и, силя верхомъ, схватилъ его за одежду и потащнлъ за село; здѣсь онъ рвалъ ему бороду, пытался отрубить ее саблею, нанесъ нѣсколько ранъ и ударовъ какъ самому священнику, такъ н его женѣ, прибъжавшей молить о пощадѣ, и отпустилъ только тогда, когда священникъ объщалъ ему ушлатнтъ 10 талеровъ выкупу; но этимъ дѣло не вончилось; Кобельскій нѣсколько разъ возобновлялъ нападенія и заставилъ священника сначала скрываться у прихожанъ и, наконецъ, совершенно бжать изъ села ?). Въ сел Скородномъ, въ Полѣсьи, пом щикъ Прушинскій долго преслѣдовалъ приходскаго священника своего села—Іосифа Загоровскаго, заставляя его служить въ церкви согласно съ своими указаніями (т. е. вѣроятно по уніятскому ритуалу); встрѣчая упорное сопротивленіе съ его стороны, онъ нѣсколько разъ страшно ею истязалъ передъ церковью и, наконецъ, прогналъ изъ села, ограбивъ все имущество. Изгнанный священникъ нашелъ опріють въ сосбднемъ селѣ Медвиднѣ у православнаго дворяняна, Федора Павши; но обстоятельство это еще болѣе раздражило Прушинскаго, постоянно враждовавшаго съ Павшею; онъ приказалъ своей дворні поймать священника на дорогѣ и привести въ свой дворъ; здѣсь онъ его посадилъ въ тюрьму, приказавъ надѣть ему на шею „гусакъ“ (т. е. толстое бревно, сложенное изъ двухъ половинъ, съ вырѣзкою для шен). Узнавъ о случившемся, сынъ священника успблъ пробраться въ тюрьму и нѣсколько облегчилъ снарядъ, въ которомъ отецъ задыхался; тогда Прушинскій схватилъ сына и избилъ его до такой степени, что его замертво унесли домой, отцуже, сверхъ „гусака“, приказалъ надѣть вандалы и въ такомъ состояніи морилъ его голодомъ и холодомъ двѣ недѣли, пока не принудилъ принести въ церкви присягу въ томъ, что священникъ не улдалится болѣе изъ села и во всемъ подчинится требованіямъ помъщика ?). Нерѣдко дворане простирали истязанія ло того, что причиняли смерть свопмъ жертвамъ; вотъ, для приміра, подобный случай: по дорогѣ изъ Острога ѣхалъ въ сопровожденій своей дворни дворянинъ Криштофъ Манедкій; путь его пролегалъ черезъ село Вельбуйное, въ которомъ въ приходской православной церкви случился въ (прим. 331) (прим. 332)

Примечание 331. Њій. №№: ГХШ, стр. 130; СХШ, стр. 250; СXIV, стр. 252; СХШ, стр. 327; СХИҮ, стр. 328; СХІЛХ, стр, 336; СХШ, стр. 364; ЪХХУШ, стр. 167 и СХШ,стр. 322. ?) Шіі. Ж СXVП, стр. 259.

Примечание 332. Т4. №№: СУП, стр. 232: СХЕ, стр. 243 и СИХХИ, стр. 381. 20

этотъ день храмовой праздникъ. УвидВвъ стеченіе народа и узнавъ въ чемъ хло, Манецкій возгорѣлся фанатическимъ рвеніемъ; онъ въѣхалъ веркомъ въ толпу, вышедшую изъ церкви, и, замбтивъ среди народа священника, Стефана Петрыковскаго, направилъ на него коня и, опрокинувъ иа землю, сталъ бить плашмя саблею; только окружавшіе прихожане успіли освободить изъ его рукъ священника и отвести домой; однако Манецкій не ограничилея первымъ нападеніемъ, онъ подъѣхалъ къ дошу священника и, увидъвъ, что двери крпко заперты извнутри, помѣстился у окна и сталъ стрѣлять въ комнату изъ лука; упражненіе это онъ продолжалъ до тВхъ поръ, пока одна изъ стрѣлъ не засъла въ главу у священника. Пока несчастный мучился въ предсмертныхъ судорогахъ, Манецкій усѣлся писать отъ его имени себѣ-же самому квитанцію, въ которой священникъ будто заявлялъ, что не имѣетъ къ нему никакой претензіи и считаетъ Манедкаго непричастнымъ въ своей кончинѣ. Затбмъ онъ заявилъ эту квитанцію въ ближайшемъ гроді и спокойно отиравился въ дальнѣйшій путь І).

Среди такихъ отношеній дворянъ къ представителямъ православія, конечно, нельзя было ожидать со стороны шервыхъ уваженія и къ православной святынѣ; дъйствительно мы встрѣчаемъ въ актахъ многочисленныя свилѣтельства о нападеніяхъ на церкви, о прекращеніи въ нихъ богослуженія вслѣдствіе буйныхъ поступковъ шлахтичей, о разрушеніи православныхъ кладбищъ и т. п. Такъ напримѣръ, въ овручекомъ повѣтъ вооруженная панская челядь, отправившись на заѣздъ противъ помъщика сосъда, овладвла церковью въ его имѣнія, сел Квасовой, расположилась въ ней ночевать, раскладыпала костры и разводила огонь въ самомъ зданіи, и, удаляясь на другой день, ограбила его совершенно 2). Въ сел Ласкахъ, въ окрестности Овруча, жолнеры панцырной хоругви ворвались съ оружіемъ въ домъ священника и принялись его истязать; спасаясь отъ нихъ, священникъ искалъ убъѣжища въ церкви, но жолнеры послдовали за нимъ и у алтаря разрубихи ему голову (прим. 333). Далѣе встрѣчаемъ разсказы о томъ, какъ помѣщикн врываются верхомъ и съ оружіемъ въ сопровожденіи толпы слугъ въ церкви, прерываютъ богослуженіе, заводятъ ссоры съ священниками, произносятъ ругательства, стрѣляютъ и рубятъ въ церкви сващенниковъ, причетниковъ и прихожанъ *). Владбльцу одного села, находящагося вблязи Кременца, понадобился строевой матеріалъ; онъ отправилъ работниковъ на православное кладбище, бывшее вв Кременцѣ у Воскресенской церкви, приказавъ имъ разбить надгробныя плиты и кресты и перевезти ихъ въ свое имѣніе. Другому дворянину понадобился садъ въ италіянскомъ вкусѣ,—0онъ приказалъ въ

Т) іа. №№: Т.XVШ, стр. 145; СЫҮ, стр. 348; СТ.М, стр. 349. ?) Њіі. Ж ХХXV, стр. 70. (прим. 334)

Примечание 333. іа. № Хт.ҮТ, стр. 92.

Примечание 334. іі. №№: СХУ, стр. 254 и СІХУ, стр. 369.

своемъ имвнія разрыть могилы на православномъ кладбищѣ, выбросить кости покойниковъ, сравнять мъстность и засадить ее деревьями по придуманному имъ плану !) и т. д.

Въ ряду пресяѣдованій, испытанныхъ въ то время. православнымъ Ху ховенствомъ отъ шляхтичей, есть еще дв характеристическія черты, постоянно встрѣчающіяся и тяжело отзывавшіяся въ повседневномъ быту священниковъ— это изгнаніе ихъ помщиками изъ приходовъ и требованіе отбыванія барщины въ пользу поміщика ?). Такъ въ окрестности Кременца, ваадъльцы села Яськовецъ, дворяне Блендовскіе, потребовали отъ приходскаго священника, Іоанна Гостынскаго, уплаты 25 талеровъ или отбыванія барщины; когда священникъ отклонилъ это требованіе, они изгнали его изъ села и обратили въ свою пользу собранный имъ хлѣбъ, огородныя овощи и все его движимое имущество и нанесли ему тяжелые побои, когда онъ явился просить о возвратв пограбленнаго. Сверхъ того, пом щики чувствовали себя вправѣ, по своему усмотрѣнію, распредѣлять приходы, требовать отъ священниковъ видоизиненій и орибавленій въ литургіи, и вообще вмѣшиваться въ богослуженіе и въ дѣла церковнаго благочинія. Такъ мы встрѣчаемъ тяжебное дъло между благочиннымъ и подвѣдомственнымъ ему приходскимъ священникомъ. въ которомъ шляхтичъ, управлявшій имбніемъ, вм шивается въ дъла чисто церковнаго свойства, беретъ подъ свое покровительство приходскаго священника, ясно нарушившаго каноническія правила, освобождаетъ его отъ отвѣтственности передъ церковною властью, наноситъ благочинному, настаивавшему на своемъ правѣ, оскорбленія и ‘побои и подвергаетъ его отвбтственности передъ свбтскимъ судомъ, возводя на него ложныя обвиненія ?). Въ другомъ случаѣ встрѣчаемъ тяжбу между двумя мелкопомѣстными владъльцами одного села, изъ которой видимъ, что одинъ изъ нихъ, въ досаду противнику, принудилъ приходскаго священника поминать себя на эктеній *). Среди ссоры, возникшей между управлявшимъ Чернобыльскимъ имѣніемъ, дворяниномъ Польчевскимъ и пріоромъ доминиканскаго Чернобыльскаго монаєтыря, извстнымъ своимъ буйствомъ, патеромъ Варановскимъ, послъдній отлучилъ Польчевескаго отъ церкви; приводя въ исполненіе это отлученіе, онъ не удовлетворился прекращеніемъ богослуженія въ костел, но приказалъ запереть также вс шправославныя церкви въ Чернобыльскомъ имѣніи и недопустилъ въ теченіи извѣстнаго времени ни звонить въ колокола, ни отправлать въ нихъ богослуженіе. Тотъ же Варановскій принудилъ членовъ православнаго братства присутствовать при похоронахъ, крестныхъ ходахъ, и другихъ торжественныхъ обрядахъ въ като- (прим. 335) (прим. 336)

Примечание 335. іі. №№: СІХІ, стр. 360 и СІ.ХХХІ, стр. 401. 2) Шід., кромѣ указанныхъ выше, № СІП, стр. 343. 3) іа. №№: ХСҮТ, стр. 212 и ХСҮП, стр. 213,

Примечание 336. Шід. № СХ, стр. 359.

лической церкви !). Подобное указанному лишеніе прихожанъ возможности присутствовать при богослуженія и исполнять религіозные обряды, повторялось весьма часто вслѣдствіе вражды между помъщиками; такъ упрэвляющій Дымерскимъ староствомъ Смигурскій, вслѣдствіе несогласій съ сосвднимъ помщикомъ Искрицкимъ, запретилъ Дымерскому приходскому священнику: допускать къ исповъди и св опричастію крестьянъ села Дымидова, принадлежавшаго къ Дымерскому приходу, дозволять имъ ходить въ церковь, а также совершать въ Дымидовѣ какія-бы то ни было требы; такимъ образомъ Дымидовскіе крестьяне лишены были возможности крестить младенцевъ, вступать въ бракъ, напутствовать больныхъ я хоронить умершихъ. Другой помиѣщикъ не допускалъ вовсе священника въ свое село и побоями заставилъ его отказаться отъ асполненія требъ въ частн своего прихода и т. л. ?) Подвергаясь безпрестанно указаннымъ обидамъ и оскорбленіямъу., православное духовенство не находило защиты въ судебныхъ учрежденінхъ, въ которыхъ судьями были тѣже шляхтичи; рѣдкая жалоба доходила въ судъ и то развѣ въ такомъ случаѣ, если самъ сващенникъ принадлежалъ къ дворанскому сословію или если обида была ему причинена дворяниномъ сосѣдомъ, и помъщикъ того села, въ которомъ жилъ священникъ находилъ полезнымъ для своихъ интересовъ вчать искъ; но и въ такихъ случаяхъ правосудіе не доставляло истцу никакого удовлетворенія и по большей части навлекало на него лишь новыя гоненія. Такъ гродскій Луцкій судъ разсматривалъ жалобу Острожскаго протоіерея, Андрея Терпиловскаго, на дворянина Збіевскаго, о томъ, что Збіевскій оклеветалъ истца, обвинивъ его въ поджигательствв и колдовствб, и требовалъ его къ отвѣту въ Львовскій уніятскій консисторскій судъ, котораго власти Терпиловскій не признавалъ надъ собою; разсмотръвъ дъло, судъ нашелъ нужнымъ собрать дополнительныя справки и потому отложилъ его рѣшеніе, а между тѣмъ онъ выддалъ Збіевскому всѣ документы, относившіяся въ дълу и не допустилъ протоіерея подать по этому поводу протестъ въ трибуналъ ?). Далѣе мы находимъ жалобу приходскаго священника Ломиковскаго на дворянина Татомира о томъ, что послъдній, встрбтивъ священника на дорогѣ, сталъ поносить его бранными словами за то, что Ломивовскій осмфлился жаловаться въ судъ на шляхтичей; за тѣмъ Татомиръ бросился на него съ обнаженною саблею я когда случившіеся проѣзжіе люди не допустили его рубить священника, то онъ, удаляясь, заявилъ слъдующую угрозу: „погоди, попъ, подавать жалобы на шляхту; попытайся обжаловать меня— такъ + твой протестъ на теб же изкрошу!“ “). Въ Кременецкомъ повѣтѣ одинъ изъ ревнителей уніи, дворя-

) іі. Ж ХІЛХ, стр. 100. (прим. 337) (прим. 338)

Примечание 337. іі. №№: СІ.ХXVТ, стр. 390; СХСIVУ, стр. 443; ССҮШ, стр. 514. 3) Ња. Ж 1ІХХХУҮШ, стр. 193.

Примечание 338. іа. № СХХІШ, стр. 276. Оренб о. .

нинъ Блендовскій, долгое время наносилъ всевозможиыя обиды и оскорбленія православнымъ; онъ отнялъ земли у сосъдняго Загаецкаго православнаго монастыря, выжилъ священника изъ своего села, и когда въ церковь сталъ являться для отиравленія богослуженія н исполненія требъ священникъ изъ соеъдняго села, Іоаннъ Гостыловскій, то онъ грабежемъ, побоями и угрозами принуждалъ Эго служить но уніятскому обряду; наконецъ, онъ подалъ въ судъ жалобу на священника о томъ, что онъ только для виду будто сохраняетъ уніятское богослуженіе, но въ отсеутствіи Блендовскаго отправляетъ литургію православную. Когда-же священникъ авился въ судъ для отвъта по этому ддВлу, то Блендовскій въ самомъ присутствіи сула поносилъ его безнакавно бранными словами и гровилъ ему тѣлеснымъ наказаніемъ въ случа дальнѣйшаго ослушанія !).

Между тѣиъ, когда духовенство испытывало повсемѣстно тяжелое гоненіе со стороны шляхтичей, православные дворяне, въ силу давленія 06- щественнаго мнѣнія своей среды, переходили въ католицизмъ и становились ревностными поборниками уній и противниками православія. Иногда случалось, что среди дворянскаго рода находилась личность болѣе стойкая и самостоятельная, не поддававшаяся общественному мнънію, въ такомъ случа ей приходилось выдерживать борьбу не съ духовными и гражданскими властями, а съ сосВвдями и особенно съ родственниками, перешедшими въ католицизиъ. Споры эти возникали обыкновенно изъ одного источника: какойнибудь предокъ рода считался основателемъ одного изъ сосвднихъ иравославныхъ монастырей или мъстной приходской церкви; вслѣдствіе этого вс члены рода, въ качествѣ наслъдниковъ, считались „колляторами“ т. е. кти-

торами храма, «ч, пра разногласіи ихъ въ нѣръ, родствецники католики ста- рались обыкновенно обратить монастырь н церковь вь унію, родственникъже православный заявлялъ свои права ц отстанвалъ неприкосновенность храма; тогда возникала упорная семейная вражда; драки, нападенія, забзды переплетались съ жалобами, исками и аппеляціями и прекращались по большей части только со смертью православнаго члена рода или съ переходомъ имѣнія, въ которомъ находилась спорная церковь, въ руки посторонняго лица. Такъ, напримѣръ, въ Овруцкомъ повѣтѣ жило семейство дворянъ Силичей, состоявшее изъ четырехъ братьевъ и дади, всЪ они считались ктиторами женскаго оравославнаго монастыря, основаннаго въ селѣ Сельцѣ ихъ предками. Между тмъ дядя и двое изъ племянниковъ перешли въ латинство, два другіе брата оставались православными; со смертью старшаго изъ нихъ— Григорія, на младшаго— Александра, посыпались всевозможныя притѣсненія отъ остальныхъ родственниковъ; дядя и братья, въ сопровожденін пріятелей и слугъ, производили на его домъ и имѣніе цѣлый рядъ нападеній: они врывались въ монастырь, били и истязалн монахинь, сорвали со (прим. 339)

Примечание 339. Тіі. №№: СУП, стр. 352; ССУПІ, стр. 354 н СШХ, стр. 357.

стѣны въ церкви портрстъ умершаго Григорія Силича ш т. д. !). Подобная же семейная ссора записана въ книгахъ Луцкаго грода по поводу несогласій, возникшихъ вслідетвіе ктиторскаго права нэ Білостоцкій монастырь. Монастырь этотъ былъ основанъ въ ХУП столѣтіи православнымъ епископомъ Перемышльскимъ и Самборскимъ, Симеономъ-Сильвестромъ Гулевичемъ. Двоюродный внукъ его, Іосифъ Гулевичъ, подобно многимъ членамъ своего рода, былъ ревностнымъ защитникомъ православія; между тмъ Гулевичи породнились съ Путошинскими —другимъ древнимъ православнымъ роддоиъ Волынскихъ дворянъ и вслѣдствіе этого часть села Благо Стока и сосѣднее село Гать перешли въ собственность Путошинскихъ. Двое изъ представителей этого рода—Владиславъ и Богуславъ приняли унію и стали тВснить Білостоцкій монастырь. Іосифъ Гулевичъ, въ качествѣ ктитора, вступился за братью; Путошинскіе съ толпою слугъ и пріятелей нападали неоднократно на монастырь, разоряли его имущество и истязэли монаховъ, монастырскихъ слугъ и крестьянъ; Гулевичъ отражалъ нападенія вмѣстіѣ съ игуменомъ, совътовалъ послъднему отражать силу силою, и искалъ удовлетворенія съ Путошинскихъ судебнымъ порядкомъ. Долго длилась вражда, пока не разразилась кровопролитною свалкою у монастырской ограды; вслідствіе ея Гулевичу удалось на время упрятать Владислава Путошинскаго въ тюрьму за нападеніе съ оружіемъ въ рукахъ на монастырь Но эта міра не усмирила буйнаго шляхтича: лишь только кончился срокъ ареста, Путошинскій возвратился домой, возобновилъ нападенія и заѣзды, отнялъ монастырскую землю и въ конецъ разорилъ монастырское хозайство (прим. 340). Продолжая тѣснить Бълостоцкую обитель, въ тоже время Владиславъ Путошинскій вель точно такую-же борьбу съ роднымъ братомъ своимъ Адамомъ за церковь, находившуюся въ принадлежавшемъ имъ собща селѣ Гати: Владиславъ обратилъ эту церковь въ уніятскую, Адамъ-жже, остававшійся вѣрнымъ православію, хотя и не нашелъ средствъ воспротивиться этому, но рўшился не допускать уніятовъ спокойно торжествовать побѣду. Въ храмовой праздникъ онъ взялъ изъ церкви икону св. Дмитрія, и, созвавъ нъсколько сосѣдей я русскихъ офицеровъ, случайно проходившихъ черезъ село, онъ пригласилъ игумена Вілостоцкаго монастыря, Іосифа Балабана, отслужить объѣдню въ своемъ домѣ, при чемъ онъ жаловался на отступничество брата и вызвалъ крупное по этому поводу объясненіе съ нимъ русскихъ офицеровъ (прим. 341). Указанное положеніе религіознаго вопроса, вытекавшее изъ плана предложеннаго Шумлянскимъ, основаннаго на глубокомъ пониманіи имъ обще-

Т Њіа. Ж ПУ, стр. 113.

Примечание 340. Њій. №№: XIV, стр. 134; ЪХХІХ, стр. 170; ЪХХХ,. стр. 172; ХХХІ, стр. 176; ЪХХХП, стр. 180; ІХХXV, стр. 189; ІХХXVI, стр. 191 и ІХХХІХ, стр. 199.

Примечание 341. Шіі. Ж СХХ; стр, 267.

ства, среди котораго приходилось дѣйствовать, оказалось весьма выгоднымъ дая уніи. Въ теченіи двадцати лбтъ, послъдовавшихъ за неудавшимся Люблинскимъ съъздомъ, унія распространилась болѣе, чѣмъ въ продолжевіи почти цѣлаго предшествовавшаго столѣтія. Негласное принятіе уній едископами, продолжавшими выдавать себя за православныхъ, разрывъ прямыхъ сношеній съ Кіевскою митрополіею, гоненіе, направленное шляхтичами на сельское духовенство, захватъ монастырей или отнатіе у нихъ средствъ къ существованію, раздоръ, поселенный въ дворянскихъ православныхъ семействахъ, отклоненіе отъ братствъ боле вліятельныхъ членовъ приманкою награды ихъ дворянскими правами и при всемъ этомъ отсутствіе ясно высказанной программы, неопредѣленность шоложенія, среди котораго невозможно было точно указать лица, принаддлежавшія къ уніи или отвергавшія еө— вск эти обстоятельства парализировали реакцію со стороны православныхъ, не дали ей возможности сосредоточиться и проявиться общими мрами и низведи ее до размѣровъ частной борьбы въ отдфльныхъ единичныхъ случаяхъ. Послѣ двадцатилѣтнихъ усилій самъ Шумлянскій нашелъ предложевныя имъ мўры до того успъшными и плоды, принесенныя ими, до того полными въ нѣкоторыхъ, по крайней мірі, областяхъ речипосполитой, что рѣшился снять маску; оставляя на долю другихъ продолжать начатое имъ ДЪло въ тхъ эпархіяхъ, гдѣ православіе держалось болѣе стойко, онъ объявилъ о присоединеніи своемъ къ уніи и перечислилъ въ нее эпархін, прямо ему подвѣдомственныя: Львовскую, Галицкую и Каменецъ-Подольскую. Въ полной увъренности, что мъры, принятыя имъ, окончательно разслабили въ нихъ православное общество и поселили въ нэмъ индеферентизмъ въ отношеній къ спорному религіозному вопросу, онъ ръшился изгнать сразу изъ этихъ эпархій и послѣдніе остатки православія. Этотъ новый поворотъ въ лЪятельности Шумлянскаго начинается въ послднихъ годахъ ХУШ столѣтія. Въ 1697 году онъ первый разъ отважился заявить въ нъкоторыхъ гродскихъ кннгахъ присягу на унію, принесенную имъ еше въ 1681 году, а въ 1700 онъ торжественно и публично возобновилъ ее въ Варшавб, произнеся на этотъ разъ клятву не только за себя, но и за подчиненныя ему эпархіи *). Велѣдъ за тѣмъ Щумлянскій приступилъ къ окончательному изгнанію православія изъ этихъ эпархій. Единственное сопротивленіе въ Львовской эпархін онъ встрѣтилъ со стороны містнаго братства. Братчики, опираясь на привиллегію ставропигіяльную, заявили, что они не признаютъ ни уніи, ни власти Шумлянскаго и желаютъ оставаться въ послушаніи Константинопольскаго патріарха. Конечно Шумлянскій не обратилъ вниманія на этотъ протестъ и объявилъ, что онъ будетъ служить въ Братской церкви торжественную оббдню по уніятскому ритуалу въ день св. Петра и Павла. (прим. 342)

Примечание 342. Кояловичъ. Литовская церковная унія, т. П, стр. 440. Бантышъ-Каменскій. Историческое извѣстіе объ уніи, стр. 136.

Онъ прягласилъ присутствовать при служеній всхъ, находившихся въ Львовѣ, знатныхъ лицъ католическаго обряда какъ духовиыхъ, такъ и свътскихъ, въ томъ числѣ великаго короннаго гетмана Яблоновскаго, его сыновей: воеводу русскаго и хорунжія короннаго и многихъ другихъ. Современникъ и очевидецъ, католическій каноникъ Янъ Юзефовичъ, описываетъ слъдующими словами этотъ фактъ водворенін уніи въ болѣе всего чтимой народомъ Львовской церкви: „когда Шумлянскій, въ обществв многочисленныхъ почетныхъ гостей пришелъ къ церкви, то нашелъ главныя и боковыя двери запертыми на замокъ. Приглашенные гости должны были долгое время ожидать, красня отъ стыда и негодованія, частью на крыльц церкви, частью въ экипажахъ. Кпископъ, обиженный столь дерзкимъ сопротивленіемъ мщанъ, обратился съ просьбою къ гетману Яблоновскому, чтобы онъ приказалъ солдатамъ взломать двери. Яблоновскій охотно согласился исполнить это предложеніе и солдаты, шо его приказанію, проянкли въ церковь по крышамъ сосвднихъ ломовъ, вырубили двери топорами, такъ какъ не могли ддостать ломовъ, и такимъ образомъ открыли путь въ церковь епископу и его гостямъ. Посл этого епископъ Шумлянскій совершилъ литургію въ присутствіи народа и всѣхъ приглашенныхъ лицъ и приналъ братскую церковь въ свое управленіе. Въ тотъ-же день онъ устронлъ торжество н роздалъ награды своимъ союзникашъ. ТВмъ не менѣе онъ принужденъ былъ часто выслушивать териѣливо ругательства не только отъ черни, но и отъ многихъ лицъ духовныхъ“ !).

Еще меньше препятствій встртилъ Шумлянскій въ Каменецкой эпархій благодаря тому, что Подоліе находилось тогда въ ненормальномъ положеніи, такъ какъ край этотъ переходилъ въ то время изъ-подъ власти турокъ къ речипосполитой. Вотъ интересныя данныя о мірахъ, ушотребляемыхъ уніятскимъ духовенствомъ въ такихъ случанхъ: къ намъ дошли два рапорта уніятскаго оффиціяла Корытынскаго о присоединеніи имъ къ унін Збаражскаго православнаго монастыря и Збаражскихъ приходскихъ церквей; онъ такъ описываетъ свои дъЪйствія: явившись въ Збаражъ въ сопровожденіи надворной хоругви владѣльца містечка--Іосифа Потоцкаго, н пригласивъ для содъйствія мѣстнаго губернатора (управляющаго) и монаховъ Бернардинскаго монастыря, онъ созвалъ изъ окрестностей и переписалъ всѣхъ приходскихъ священниковъ; заручившись ихъ согласіемъ на принятіе унін, онъ утвердилъ ихъ на приходахъ; о неявившихся-же онъ говоритъ, что они не могли пріъхать по причинѣ бфдности, „другіе-же до сихъ поръ упорно пребываютъ въ схизмъ и не хотятъ признать надъ собою власти нашего архипастыря, напротивъ того, они возмущаютъ крестьянъ, уговаривая ихъ не принимать уній и выдавая оную за ересь Я нашелъ нужнымъ отложить

І) Юзефовичъ. Исторія города Львова.—Въ рувописномъ отдѣленіи института Оссолинскихъ во Львовѣ № рукописи 124, стр. 1130—1132.

збөръ этой жатвы Господней до болѣе удобнаго времени“. Не осмливансь удиляться въ окрестности, Корытынскій принялся за дъло тъмъ ревностиѣе въ сашомъ мѣстечкѣ, гдѣ онъ чувствовалъ себя вполнѣ безопаснымъ подъ прикрытівмъ губернатора и военнаго конвоя; онъ описалъ городскія церкви, ихъ имущество и документы и принязъ ихъ во владѣніе отъ имени уніятскаго епископа. Настоятеля одной церкви онъ нашелъ вшолиѣ преданнымъ уній; у другато священника, о. Игнатія, оказалась ставленная грамота отъ Луцкаго православнаго епископа, н притомъ у него былъ помощникъ, старый православный священникъ, открытый противникъ уніи, котораго о. Игнатій держалъ при себѣ въ угоду прихожанамъ и дозволялъ ему въ своей церкви отправлять богослуженіе и совершать св. таинства. Корытынскій приказалъ священнику перемѣнить ставленную грамоту, викарія-же потребовалъ къ себ для объясненій, „но онъ не только не пожелалъ стать передо мною на лице, но сѣлъ на коня и укрылся въ жѣсу, какъ измінникъ“. Оффиціялъ запретилъ священнику, подъ опасеніемъ анаеемы, принимать его влредъ и допускать въ церковь *). За тъмъ Корытынскій приступилъ къ болъе важному дѣлу-—къ принятію въ свое вѣленіе православнаго Збаражскаго монастыря. Нѣсколько раньше его пріъзда въ монастырб произошло смятеніе: игуменъ, Парөеній Янковскій, по причинѣ не упомянутой въ актъ, подвергся взысканію со стороны православнаго Луцкаго епископа, Діонисія Жабокрицкаго; послвдній поручилъ монахамъ Почаевскаго монастыря арестовать Яяковскаго и содержать въ своемъ монастыр въ тюрьмѣ. Но когда Почаевекіе монахи прібхали въ Збаражъ и арестовали игумена, то за него застуцился мВстный губернаторъ и освободилъ его съ помощью жолнеровъ; игуменъ отправился искать покровительства къ владѣльцу містечка, Іоснфу Потоцкому, который обѣщалъ защитить его подъ условіемъ, что Янковскій приметъ унію и приведетъ къ ней какъ братью своего монастыря, такъ и его прихожанъ. Корытынскій между тѣмъ медлилъ и поджидалъ исхода этой сдълки; наконецъ онъ получилъ извѣстіе, что она состоялась и приступилъ къ дѣлу. Онъ началъ съ того, что опубликовалъ универсалъ Потоцкаго къ жителямъ Збаража, въ которомъ онъ, въ качествб владъльца имѣнія, предписываетъ имъ принять унію. Вотъ этотъ интересный документъ: „Я, Іосифъ Потоцкій, желаю здравія и всякаго добра всѣмъ громадамъ волости моей Збаражской, Какъ мѣщананъ, такъ равно жителямъ предмѣстій и селъ. вѣдомо чиню, что, благодара Господа, вся русская область праняла унію, т. е. единеніе съ святою католическою, римскою церковью, о чемъ отецъ игуменъ уже изв щалъ васъ; но вы (хотя и не всѣ, какъ мнѣ доносятъ) повиноваться ему не хотите; потому отправляю къ вамъ сей универсалъ мой и предписываю, чтобы вы ни въ чемъ не перечили й повиновалисьбы вполні въ дѣлахъ цервовныхъ игумену монастыря вашего Збаражскаго;

І) Арх. юго-зап. Россін ч. І, т, IV, № XVП, стр. 140.

веякаго-же упорнаго и неповинующагося отцу игумену приговариваю симъ къ ушлатб штрафа въ сто гривенъ и сверхъ того къ тажелому наказанію (тѣлесному?); все это (несогласйе?) пустой-лишь вымыселъ; праздники, · посты и обряды останутся у васъ по прежнему и никакой перем$ны ни въ чемъ не будетъ; потому и вторично предписываю вамъ не смущать .сомнініемъ вашей совѣсти. Въ удостоввреніе чего и выдаю сей универсалъ мой съ приложеніемъ моей печати и за собетвенноручною подписью. 1700 года, августа 25. Іосифъ Потоцкій, староста Галицкій“.

Вселѣдъ за универсаломъ явился въ Збаражъ игуменъ Янковскій; но, не смотря на объщаніе принять унію, данное виъ владбльцу, возвратившись домой, онъ медлилъ и подъ разными предлогами старался затануть двло; къ нему явились прихожане „твердые схизматики“ съ горячими мольбами: „чтобы онъ не приставалъ къ уніи и нхъ не увлекалъ за собою“; они брались выхлопотать ему прощевіе и отъ Жабокрицкаго и отъ владѣльца имнія, лашь-бы онъ твердо устоялъ въ православін. Съ другой стороны игумена окружили уніятскіе священники, шляхтичи и бернардины и требовали отрѣченія; сначала ихъ уббжденія не имли успѣха; тогда офиціялъ перемВнилъ тонъ и осыпалъ его угрозами, мѣетный же губернаторъ, въ качествѣ представителя правь владѣльца, заявилъ готовность употребить въ дѣло свою власть; игуменъ не устоялъ и согласился на требованія уніятовъ. Ею заставили торжественно въ церкви отрбчься отъ иправославія и присягнуть на унію, и, вслѣдъ за тъмъ, оффиціалъ принялъ монастырь въ вѣдѣніе своего епископа, обложилъ членовъ церковнаго братства штрафами ва сопротивленіе унін, и уѣхалъ ивъ Збаража, не оставивъ въ городъ ни одной православной церкви, ни одного православнаго священника. Строго православные жители должны были илн остаться безъ богослуженія и церковныхъ требъ, или отправляться въ уніятскія церкви. Оффиціально Збаражская волость была причислена къ числу мъстностей, добровольно н единогласно принявшихъ унію }).

Въ то время, когда унія распространялась всѣми вышеуказанными мірами, противудѣйствіе со стороны православныхъ не могло проявиться въ видѣ систематической опозицій, какъ вслдствіе того, что новый планъ дъйствій уніятовъ и католиковъ скрывался подъ заввсою тайны и умышленной неясности положения, такъ и потому, что привилигированное сословіе перешло въ рады противниковъ и обязанность защиты шравославія выпала на долю сословій, или вполнб безправныхъ, или крайне стѣсненныхъ въ правахъ своихъ тѣмъ порядкомъ общественнаго строя, который водворился въ речипосполитой. Немедленно посл 1680 года церковныя братства пытаются стать опять во глав оппозиціи, но теперь онъ не находятъ точки опоры ни въ дворянствѣ, ни въ козачествѣ, какъ это случилось прежде, въ началѣ (прим. 343)

Примечание 343. Њід. № 1.ХІХ, стр. 143.

XVП столѣтія. На съѣздѣ представзтелей ставропигіяльныхъ братствъ и православнаго духовенства, состоявшемся въ Августв 1680 года въ Новомъ Дворѣ, обсуждались средства для противудѣйствія уній, но присутствовавшіе не могли остановить внимаиія ни на одной мръ, сколько нибудь дъйствительной; они повторили обязательство стоять за православіе, но не находили средствъ для того, чтобы обобщить свою борьбу и указать успъшные для нея пріемы. Постановлено было пользоваться соборами я събздами, предиолагавшимися по плану Шумлянскаго, и предъявлять на нихъ свои права и обезпечивавшія свободу богослуженія привилегія, а также стараться при выборѣ дөпутатовъ на сеймы, включать въ ихъ инструкціи статьи, направленныя къ защитѣ православія; но 06ѣ эти мѣры оказались ненсполнимыми: правительство удержалось отъ созыванія съъздовъ, количество-же православныкъ дворянъ было до того ничтожно, что голосъ ихъ на сеймикахъ не имѣлъ почти никакого значенія; послѣднее обстоятельство совнавали сами православные на съѣвдѣ въ Новомъ Дворѣ; обсуждая возможность дійствовать посредствомъ вліянія на инструкціи депутатамъ, они рвщили, что слъдуетъ попытаться снискать вліяніе на сеймикахъ посредствомъ подкуша шляхтичей, „не жалѣя на этотъ предметъ издержекъ“ !). Но и этотъ исходъ оказался не возможнымъ, такъ кавъ братства и ихъ члены не располагала достаточными средствами для того, чтобы соблазнить большинство шляхтичей, съъзжавшихся на сеймики. й

Такимъ обравзомъ сопротивленіе уніи должно было принять исключительно пассивный характеръ, раздробиться на безконечное число единичныхъ случаевъ и уповать исключительно на стойкость и ненреклонность духовныхъ лицъ ш отдѣльныхъ приходовъ, которые на свой страхъ должны были выдерживать въ каждой містности натискъ ревнителей уній, опиравшихся на административную поддержку и на буйный нравъ шляхты. Факты такіе мы дъйствительно встрѣчаемъ въ актахъ того времени, не смотря ша то тяжехое положеніе, въ которомъ находились православные духовные, мъщане н крестьяне. Такъ мы виднмъ, что прихожане продолжаютъ вездѣ, гдѣ представлялась возможность, пользоваться стариннымъ правомъ выбора приходскаго священника и стараютсн направлять выборъ такъ, чтобы избѣгать лицъ склонныхъ къ уній. Если крестьянамъ удавалось снискать по какому нибудь поводу согласіе помѣщика, то они немедленно низлагалн священника уніята „поганскую виру“ отнимали у него церковные ключи, уничтожали уніятскій антиминсъ и вручали приходъ своему избраннику *). Иногда крестьянамъ удавалось умилостивить поміщика подаркомъ, иногда запугать ошасностью взрыва своего негодованья, въ другихъ случаяхъ они пользовались его ссорами съ сосѣдями и всегда не упускали малѣйшей возможности обез-

) Шіі. Ж ХXVШ, стр. 53. ?) Шіі. №№: СШ, стр. 224; СХХУ, стр. 281; ХСҮУ, стр. 209.

печить свон церковные интересы, отстоять, хотя на время, свою церковь отъ вторженія уніятовъ и католиковъ "). Такъ, напримѣръ, посл объявленія о присоединенін Подолія къ уніи—католическіе ксендзы стали разъвзжать по селамъ. и пытались служить католическую мессу въ сельскихъ церквяхъ; но они должны были отказаться отъ своей попытке: крестьяне отнимали и праталн ключи отъ церквей н, въ случа насилія, угрожали убивать ксендзовъ (прим. 345). Въ Овручскомъ Полѣсьи околачные шляхтичи, ревностно стоявшіе за православіе, зорко слъдили за поведеніемъ духовенства въ своей мстности и, при малѣйшей наклонности къ унін, старались выжить сомнительное лице и замнить его болѣе благонадежнынъ 3). Въ городахъ православные мщане старались поддерживать чистоту въры въ своихъ согражданахъ, переходившихъ въ унію, и нерѣдко ихъ увѣщанія кончались судебнымъ противъ нихъ искомъ и навлекали на нихъ отвътственность “).

Но ве эти попытки, направленныя къ противодъйствію, имли характеръ случайный и представлялись въ видѣ отдъльныхъ безсвязныхъ явленій; объединиться онѣ могли только при содѣйствін церковной гіерархій, которая руководила-бы ими и сводила уединенныя усилія къ общей програмиѣ дѣйствій; между тВмъ правительство, ограничившее только пятью число православныхъ эпархій, успѣло передать этп эпархіи тайнымъ или явнымъ уніятамъ. Православные сознали необходимость отстоять вакантныя или возвратить потеряниыя. елископскія каөедры, и за обладаніе ими вступили еще разъ въ легальную борьбу съ правительствомъ. Въ конц ХУП и началъ ХУШ вѣка борьба эта происходила, за двв послъднія эпархін, которыя православные надѣялись сохранить—Луцкую и БВълорусскую Послѣ смерти Аөвнасія Шумлянскаго, выдававшаго себя за православнаго, но въ дъйствительности принявшаго унію, православное духовенство и дворяне Луцкой эпархін рѣшились избрать на его мѣсто новаго епископа. Въ 1695 году, съвхавшись по старинному обычаю, они приступили къ выборамъ; избранъ былъ единогласно Луцкимъ православнымъ епископомъ писарь городскій Луцкій, Дмитрій ФЊабокрицкій (принявшій пра рукоположеніи имя Діонисія), извѣстный еще прежде своею ревностью къ православію, начитанностью и ученностью. Тажело было положенів этого новаго епископа: выдерживая упорную борьбу съ уніятами, испытывая безирестанныя притѣсненія отъ дворянъ, Жабокрицкій не находилъ поддержки въ православной Кіевской гіерархін, усмотрўвшей иесоблюдоніе при его выбор канонически установлениыхъ правилъ и отказавшейся рукополагать его въ епископы на томъ основанін, что онъ былъ (прим. 344) (прим. 346) (прим. 347)

Примечание 344. Ші. № СЕХХХ, стр. 339.

Примечание 345. іа. № ХО, стр. 201.

Примечание 346. Шіі. №№: ХП, стр. 84; СХХХУШ, стр. 316; СГ.ХХХІХ, стр. 421; также Архивъ юго-зап. Россіи ч. IV, т. І, стр. 379—381.

Примечание 347. іа. Ж С1ХХІ, стр. 180.

женатъ на вдовѣ. Семь лѣтъ Жабокрицкій пытался устоять на своемъ посту, не смотря на непреодолимыя препятствія, пока наконецъ энергія его не истощилась и онъ, уступая внушеніямъ короля, принялъ унію. Немедленно нослѣ избранія Жлбокрицкаго король Іоаннъ Ш вошелъ съ нимъ въ сношенія, надвясь склонить его милостью къ содѣйствію видамъ правительства; онъ утвердилъ Діонисія грамотою въ должности Луцкаго епископа и въ частномъ письми$ поздравилъ его съ принятіемъ новой должности; король выражалъ свою радость по этому поводу и намекалъ, что онъ не сомнъвается въ томъ, что съ перемѣною званія Жабокрицкій будетъ, какъ прежде. ревностно поддерживѣть виды правительства !) Милостивымъ расположеніемъ короля Жабокрицкій р шился воспользоваться для того, чтобы возвратить православные церкви и монастыри, отданные уніятамъ. Онъ просилъ у короля даплома на должность Овруцкаго архимандрита, поставляя на видъ, что, занимавшій ее, уніятъ Домарадзкій не дворянинъ по ироисхожденію п потому, согласно законамъ речипоснолитой, онъ не. имѣетъ права занимать высшія церковныя должности; вмстъ съ тВмъ онъ требовалъ возврата Госскаго монастыря и. принадлежавшихъ ему имѣній, захваченныхъ Іосифомъ Шумлянскимъ въ силу выпрошенной имъ королевской грамоты. Дъла эти были рѣшены встунившимъ на польскій престолъ новымъ королемъ. Августъ П, продолжая въ дѣлѣ уній политику своего предшественника и разсчитывая задобрить Жабокрицкаго и склонить его милостью къ уній, удовлетворилъ об его прозьбы; но, впослъдствін, ЖЖабокрицкій, ръшительно отклонивъ предложенія на счетъ уній, не только не присоединился въ торжественному ея принятію въ 1701 г. Тосифомъ Шумлянскимъ и его сообщниками, но вошелъ въ сношенія съ русскимъ резидентомъ Судейкинымъ и искалъ черезъ него шокровительства Россіи для православной церкви; тогда король, устушая давленію общественнаго мнѣнія, и понуждаемый совтами сенаторовъ, принялъ жалобы отъ Домарадзкаго и Шумланскаго и потребовалъ въ задворный судъ Жабокрицкаго къ отвѣту за то, что онъ обманулъ короля и, будто злоупотребивъ его довѣріемъ, выпросилъ грамоты на такіе монастыри, которые раньше уже были пожалованы покойнымъ королемъ другимъ лацамъ. ?) ВиѣстЪ съ тъмъ король, понимая шаткое положеніе Жабокрицкаго въ отношеній къ православной гіерархій, рѣшился убѣдить его въ невозможности оставаться православнымъ епископомъ помимо желанін Кіевскаго духовенства. Побуждаемый этимъ разечетомъ или, можетъ быть, относясь дійствительно равнодушно къ интересамъ католицизма, пранатаго только формально имъ самимъ, Августъ П употребилъ всѣ зависъвшія отъ него средства, чтобы доказать, что прешятствія, встръченныя Жабокрацкимъ, нисколько отъ него не зависятъ. Такъ (прим. 348)

Примечание 348. Ші Ж ШІ, стр. 110. Лѣтопись Величка томъ Ш, стр. 297—306. *) Арх. юго-зап. Россій ч. І, т. І, №№: ГУП, стр. 118; ІХХІ, стр. 154; СХХП, стр. 156; ЪХХУҮТ, стр. 163 н СОХХУП, стр. 165.

онъ выдалъ грамоту Жабокрицвњому, которою предоставлялъ ему верховное управленіе православными церквами и монастырями, находившимися въ королевскихъ имѣніяхъ, въ воеводствахъ: Кіевскомъ Волынскомъ и Брацлавскомъ; вмВстѣ съ тъмъ Августъ П дважды сносился съ Петромъ І, (1698 и 1701) прося его исходатайствовать дозволепіе патріарха на посвященіе Жабокрицкаго въ Кіевѣ епископомъ въ луцкую эпархію. !) Но представленія вороля не имѣли успъха и остались безъ послѣдетвій; раньше еще самъ Жабокрицкій испробовалъ всѣ средства дла того, чтобы добиться посвященія. Онъ въ теченій нѣсколькихъ лѣтъ испрашивалъ его у Кіевскаго митрополита, вслвдетвіе чего по его длу велась оживленная переписка: Кіевское духовенство сознавало всѣ достоинства «Кабокрицкаго и сочувствовало его назначенію, но не осміливалось утвердить его безъ разръшенія Московскаго патріарха—гтотъ въ свою очередь, не смотря на грамоту, полученную отъ имени царей (Іоанна и Петра) и на просьбы Кіевскаго митрополита, гетмана Мазепы и самаго Жабокрицкаго, не ръшался нарушить каноническаго постановленія и предоставилъ дВло на ръшеніе Константинопольскаго патріарха; сношенія съ послѣднимъ затянулись и не привели ни къ какому результату, а между тѣмъ Шумлянскій торжествовалъ побъду, упрекалъ Жабокрицкаго въ самозванствѣ, въ нарушеній каноническихъ правилъ, подрывалъ его авторитетъ, грозилъ ему анаеемею и употреблялъ всѣ усилія для того, чтобы разрушить православную Луцкую эпархію. Согласно съ его внушеніями дворяне, владвшіе имфніями въ Луцкой эпархіи, запретили приходскимъ священникамъ, жившямъ въ ихъ селахъ, повиноваться нареченному епископу. Фабокрицкій, въ крайности, обратился за посвященіемъ къ Сочавскому епископу въ Молдавію, но оказалось, что послѣдній призналъ надъ собою еще раньше власть Шумлянскаго и потому уклонился отъ предложенін Жабокрицкаго; наконецъ, послѣ долгихъ поисковъ, нарѣченный Луцкій влалыка отъискалъ православнаго пастыря, который согласился рукоположить его въ еписконы—это былъ Іосифъ Стойка, епископъ Мармарошскій, блюститель митрополіи Бѣлградской, Семиградской и Угорской, но посвященія этого не признали дъйствительнымъ нң уніяты, ни православные (прим. 349).

Такимъ образомъ Жабокрицкій, не находя подлержки тамъ, гдѣ онъ могъ на нее болѣе всего разсчитывать, потерялъ надежду устоять противъ воздвигнутыхъ отовсюду прешятствій и прияялъ унію въ 1702 году. Торжество поборниковъ уніи было полное; сломивъ стойкость того лица, на которое возложены были послднія надежды православныхъ, они соѣ шили воспользоваться побъдою; паны издали цълый рядъ универсаловъ къ священникамъ, мщанамъ и крестьянамъ, жившимъ въ ихъ имѣніяхъ, предписывая

І) Арх. юго-запад. Рос. ч. І, т. ІУ № КХXV, стр. 161; также Историческое извѣстйе о возникшей въ Польші уніи Бантышъ-Каменскаго, стр. 136.

Примечание 349. ЛВтопись Величка т. Ш, глава ХХХУШ.

имъ повиноваться тому ешископу, котораго власть они считали за нъсколько лѣтъ раньше незаконною и противною канонамъ церкви. Вопросъ о женитьбѣ Жабокрицкаго, етоль громко выдвинутый Шумлянскижъ и его соучастниками, теперь стушевался и будто никогда не существовалъ. Наконецъ, король вознаградилъ Жабокрицкаго значительнымъ расширеніемъ его власти: онъ издалъ универсалъ, по которому предоставлалъ въ его вбденіе всѣ церкви и монастыри, находившіеся въ королевскихъ имѣніяхъ на пространств цълой речипосполитой !). Въ послвдствій, посл смерти Шумлянскаго, уніятская гіерархія передала въ үправленіе Жабокрицкому уніятскія церкви а имѣнія уніатскихъ митронолитовъ, находившіяся въ Кіевскомъ воеводствѣ, гдВ уніяты не успіли псва основать отлільной эшархін; власть Жабокрицкаго въ этой области была водворена приказомъ военной власти — универсаломъ гетмана СѢнявскаго ?).

Между тіѣмъ какъ значеніе Жабокрицкаго возрастало такимъ образомъ въ уніятской церкви, уравославные, возлагавшіе при выбор его въ еписко- _пы столько надеждъ на его стойкость и преданность восточной церкви еильно были поражены его переходомъ въ унію; недовольство ихъ готово было проявиться при первой возможности, возможность-же вскорѣ представилась: вслвдетвіе союза Россіи со Польшею, заключеннаго противъ Карла ХП, русскія войска заняли въ 1704 году многія области речипосполитой, въ томъ числ Волынь и Кіевское воеводство; съ появленіемъ ихъ православные жители этихъ провинцій почувствовали временное облегченіе отъ гоненій со стороны уніятовъ и дворянъ католиковъ, тВмъ болѣе, что Петръ Великій не скрывалъ негодованія, возбужденнаго въ немъ религіознымъ прозелитизмомъ уніятовъ. Дворине православные, опираясь на присутствіе союзныхъ войскт., стали смѣаве противудѣйствовать уніятамъ; при этомъ, конечно, явилось желаніе наказать отступниковъ отъ оправославія и первые удары посыпвлиеь на Жабокрицкаго, который былъ вдвойнб ненавистенъ православнымъ: какъ представитель уніятской гіерархіи въ южной Руси й какъ человѣкъ, злоупотребившій довбріемъ православныхъ, вручившихъ ему по выбору самый важный постъ для защиты опреслѣдуемой церкви. Чувствуя неловкость своего положенія, Жабокрицкій принялъ мѣры дян личной безопасности: онъ увезъ церковныя вещи, принадлежавшія Лудкому собору и болѣе цЪнныя вещи изъ собственнаго имущества въ отдаленное село Жеревцы, находившееса въ глуши, въ Овруцкомъ повѣтѣ, самъ-же уъхалъ за границу, въ Венгрію, намѣреваясь тамъ переждать неблагопріятныя для него обстоятельства. Предосторожности эти однако оказались недѣйствительными; въ 1706 году отрядъ своевольныхъ жолнеровъ, по наущенію и съ помощью право- (прим. 350)

Примечание 350. Архивъ юго-запад. Россій ч. І, т. ІМ, №№: ХСІ, стр. 201; ХСШ, стр. 205; ХСШ, стр. 207; ХСҮШ, стр. 214; СҮ, стр. 229 и СҮ, стр, 230. 2) Ша №№: СХХІХ, стр. 295 и СХХХ, стр. 297.

славныхъ дворянъ Немиричей, ворвался въ Жеревцы и ограбилъ имущество, оставленное Жабокрицкимъ, зат мъ православные дворяне запретили праходскимъ священникамъ своихъ селъ повиноваться его власти !) и обратились прямо къ русскимъ начальникамъ съ жалобою на отпавшаго отъ церкви епископа и съ иросьбою избавить отъ него епархію. Во главѣ предъявившихъ эту просьбу находились ближайшіе родственники Жабокрицкаго: его пасынокъ— Николай Гулевичъ и племянникъ— Юрій Жабокрицкій; русскія вдасти, не желая отъ своего имени распоряжаться въ союзномъ государств, отказались отъ прямаго участья въ дклВ, и предложили жалобщикамъ самимъ арестовать епископа. Случай къ этому вскорѣ представился, Діонисій Фабокрицьій не могъ дождаться выхода русскихъ войскъ и въ 1708 году возвратился изъ Венгріи въ свою эпархію; „для приведенія въ порядокъ управленія епископскими имВніями, а также ддя рукоположенія новыхъ священниковъ.“ Немедленно послѣ его пріѣзда въ Луцкъ туда-же явились Гулевичъ п Юрій Жабокрицкій съ отрядомъ вооруженныхъ слугъ, они заняли Луцкій замокъ, не имЪвшій въ то время гарнизона, и окружили, находившійся въ немъ ешископскій домъ. Они разогнали прислугу и уніятскихъ священниковъ окружавшихъ епископа, арестовали его самого, захватили его переписку и приказали укладывать вещи въ экипажи, объявляя, что они имютъ приказъ увезти его изъ Луцка. Обнаживъ сабли, Гулевичъ и Юрій Жабокрицкій приказали. Діонисію собираться въ путь. „Одфвайся предатель, говорили они, не быть тебѣ болѣе владыкою въ Луцкѣ, мы тебя свеземъ туда, куда намъ приказано; тамъ тебя возведутъ въ санъ архіепископа Сибира; мы _ перевяжемъ твоихъ друзей и сподручниковъ и доставииъ вмВстѣ съ тобою!“ Потомъ, обратившись къ своимъ слугамъ, они прибавили: „обращайте особешное выиманіе на его предательскую переписку; она обнаружитъ его козни противъ нашего монарха— пусть палачь ее сожжетъ публично.“ Между тѣ мъ, пока въ замкѣ распоряжались укладкою въ экипажи вещей епископа, время уходило; прислуга и священники уніятскіе разбъжались по городу съ крикомъ и воззваніами о помощни; удариан въ набатъ въ колокола; проживавшіе въ Луцк шляхтичи католики, причты уніятекихъ церквей, жолнеры побжали къ зймку. Немногочисленная свита Гулевича и Юрія Жабоврацкаго оказалась въ свою очередь заключенною въ осадѣ, и предводители должны были вступить въ переговоры съ осаждавшими. Дъло порбшили тѣмъ, что первые выѣхали изъ Луцкаго замка, отказакшись арестовать епископа; впрочемъ, удаляясь, они заявили угрозу: „теперь вы намъ помѣшали арестовать владыку, но помнате, что вы за это отвѣтите-— ваши монастыри, ваши церкви уніятскія—и вс вы шляхтичи лично подвергнетесь наказанію за оказанное намъ сопротивленіе,“ Освободившись такимъ образомъ отъ опасности, Фабокрицкій немедленно укрылся въ лагерь гетмана Обнявскаго, между (прим. 351)

Примечание 351. Ша. №№: СХУІ, стр. 255 и СХХХУШ, стр. 316.

тѣмъ его противники заняли епископсвія имѣнія, захватили его документы и секвестровали имущество. Напрасио Жабокрицкій искалъ защиты ү польскихъ властей и выхлошоталъ себѣ охранные листы отъ корола и отъ Во-. лынскихъ дворянъ, съѣхавшихся на сеймикъ; исполнительная власть была всегда ничтожна въ речипосполитой, а въ то смутное военное время совершеннө не существовала; потому, противники епискошь не только не успокоились вслдствіе предъявленія имъ охранныхъ листовъ, но, въ началѣ слѣхующаго года они успѣли захватить епископа и передать его въ распоряженіе русскимъ властямъ; онъ былъ немедленно өотправленъ въ ссылку, гдѣ вскорѣ и скончался !). Поелѣ удаленія Жабокрицкаго, православные дворяне Волынскаго и Кіевскаго воеволствъ рбшились еще разъ возобновить нзбраніе епископа и хотя на этотъ разъ выборъ ихъ былъ удачнѣе, тѣмъ не менѣе онъ не достигъ главной цѣли— удержать за православными Луцкую епископскую каөедру. Новоизбранный епископъ былъ Кирилъ Шумлянскій, сынъ бывшаго Луцкаго епископа, тайнаго уніцта—Аөанасія Шумлянскаго и племянникъ Львовскаго уніятскаго епископа Іосифа ?). Увлеченный семейными преданіями и примѣромъ отца и диди, Кириллъ Шумлянскій самъ, какъ кажетея, принялъ было унію, по крайией мѣрѣ мы встрѣчаемъ въ актахъ свидътельство о томъ, что въ 1703 году онъ занималъ должность генеральнаго оффиціяла при уніятскомъ Каменецъ-Подольскомъ епископѣ, которымъ былъ въ то время его дидя Іосифъ Шумлаянскій *). Положеніе, занимаемое какъ имъ лично, такъ и его семействомъ въ гіерархін уніятской церкви, обратило на него вниманіе правительства; получивъ ложное извѣстіе о смерти Жабокрицкаго, король немедленно выдалъ грамоту, предоставлявшую Кириллу Шумлянскому должность нареченнаго Луцкаго епископа и горячо рекомендовавшую его кавъ уніятскому митрополиту—Винницкому, такъ и дворянамъ Волынскимъ “). Казалось, что правительство не могло найти лица болѣе склоннаго поддерживать его виды относительно уній, и что съ принятіемъ имъ должности, Луцкая эпархія окончательно утвердится за уніятами. Православные Волынскіе и Кіевскіе дворяне на създ въ Луцкѣ 16 іюня 1710 ғода торжественно выбрали кандидата, предложеннаго королемъ и рекомендованнаго уніятскимъ митрополитомъ, по видимому они отказывались такимъ образомъ отъ дальнйшей борьбы и давали косвеннымъ образомъ согласйе на унію ”). Недоразумяіе это скоро впрочемъ разъяснилось: немедленно посл выбора Кириллъ Шумланской отправился для рукоположенія не (прим. 352) (прим. 353)

Примечание 352. Ші. №№: СХXVП, стр. 285; СХXVШ, стр. 291; СХХXVП, стр. 314 и СХХХІГХ, стр. 317.

Примечание 353. Кіевіескі. Когопа Роівка, т. ТҮ, стр. 287. 3) Архивъ юго-западной Россін ч. І, т. IV № ХОСІХ, стр. 217. 4) Шіі. Ж СХІЛІ, стр. 325. ѣ) Архивъ Юго-западной Россіп, часть IV, т. І, стр. 358. 21

во Львовъ къ Винницкому, а въ Кіевъ-—къ православному матрополиту. Мы не имѣемъ свидфтельствъ, по которымъ можно-бы объяснить эту неожиданную перемѣну въ поведеніи Шумлянскаго; не знаемъ, была-ли она слдствіемъ раскаянія, возбужденнаго переговорами съ православными дворянами, съъхавшимися на выборы въ Луцкъ, или Шумлянсваго устрашилъ прамѣръ участи, постигшей Жабокрицкаго, или, можетъ быть, прежде онъ присоединился къ унін золько наружно, пользуясь неясностію отношеній, совданною умышленно его дядею; во всякомъ случа шагъ этотъ былъ съ его стороны рѣшительнымъ объявленіемъ войны унілтамъ. Возвратившись изъ Кіева въ свою эпархію, Шумланскій принялся за устройство имущества, принадлежавшаго его каеедр и сталъ отнимать села, принадлежавшія прежде православному духовенству и захваченныя шляхтичами '),—но дятельность его была скоро остановлена. Ни правительство, ни дворяне католики не были намѣрены оставить въ поко новаго епископа; раздраженные неудачею своего разсчета, они рѣшились употребить въ дѣло наснліе Въ октябрѣ 1711 года король издалъ грозный универсалъ къ дворянамъ и духовенству Волынскаго воеводства, въ которомъ онъ, упрекая Шумлянскаго въ государственной измнб, запрещалъ, подъ опасеніемъ уголовныхъ наказаній, признавать его Луцкимъ епископомъ или повиноваться ему въ дѣлахъ духовныхъ. Вслвдъ за тъмъ сеймикъ Волынскаго воеводства, соглашаась вполнѣ съ предложеніемъ короля, опредѣлилъ: считать выборъ Кирилла Шумлянскаго не дъйствительнымъ, отобрать у него автъ его избранія и передать Луцкую эшархію въ управленіе Холмскому уніятскому епископу ?). За этимъ постановленіємъ послвдовалъ цълый рядъ крутыхъ мръ, пущенныхъ въ ходъ озлобленными дворянами; имущество епископа было секвестровано илн разграблено, ему самому угрожали арестомъ и ссылкою; не ожидая такого исхода дла, Шумланскій бѣжалъ поспъшно въ Кіевъ и обратился съ жалобою къ Петру І черезъ посредничество канцлера Головкина. Императоръ протестовалъ противъ его изгнанія въ энергической нотб на имя короля, но послѣдній отмолчался и Кирвллъ Шумлаянскій не появлялся болѣе въ предѣлахъ своей эпархіи; въ замѣнъ за нее онъ получилъ по назначенію Руссваго правительства эпархію Перенславскую, управляя которою, онъ скончался въ 1726, удержавъ впрочемъ до смерти титулъ епископа Луцкаго и Острожскаго, и стараясь, по мръ возможности, хотя издали, поддерживать и укръплять православіе, гонимое въ предѣлахъ речипосполитой 3). Луцкая эпархія

перешла такимъ образомъ во власть уніятовъ, въ которой н оставалась до самаго паденія Польши. (прим. 354) (прим. 355)

Примечание 354. Тамже, ч. І, т. IV №№: СХЬҮІ, стр. 332; СХЬУШ, стр. 335 и СЬ, стр. 337.

Примечание 355. Ші. №№: СЕТ, стр. 340 и СЫШ, стр. 344. $) Бантышъ-Каменскій, стр. 139; также Арх. юго-зап. Рос. ч. І, т. IV. № СЬХХХШІ, стр. 405.

Такимъ образомъ въ предѣлахъ речипосполитой оставалась одна только православная эпархія— Бѣлорусская. Въ то время когла за Луцкую эпархію происходила вышеукаванная борьба, въ Бълорусскіе епископы выбранъ былъ человѣкъ предпріимчивый и слойкій —притомъ по происхожденію и 0бщественному своему положенію болѣе другихъ гарантированный отъ невзгодъ, тяготбвшихъ надъ православнымъ духовенствомъ въ речипосполитой—это былъ князь Сильвестръ Святополкъ-Четвертинскій. Ролъ князей Четвертинскихъ былъ древнйшій изъ княжескихъ родовъ великаго княжества Литовскаго; онъ, по фамильнымъ преданіямъ, велъ начало своего происхожденія отъ Владиміра Святого. Въ конд XVП и началѣ ХУШ вка это былъ единственный княжескій родъ въ Южной Руси, котораго хотя одна вѣтвь пребывала вѣрною православію. За все время борьбы съ уніею князья Четвертинскіе принимали въ ней дѣятельное участіе: они основывали православные монастыри, поступали членами въ церковныя братства, подписывали протесты противъ насильнаго введенія уній, ѣздили шо этому поводу, въ качествѣ депутатовъ отъ православнаго дворянства, предъявлять протесты королю й т. п. Въ конц XVШ столѣтія олинъ представитель рода— князь Гедеонъ, выбранъ былъ Луцкимъ епископомъ и впослъдствіи Кіевскимъ митрополатомъ. Въ началѣ ХУШ столѣтія представителями православной отрасли рода Четвертинскихъ были князья: Гаврінлъ и Сильвестръ, послѣдній принялъ монашескій санъ и занималъ должность игумена въ монастырѣ, оєнованномъ его предками въ мѣстечкѣ Старой Четвертнѣ; еще до своего избранія въ епископы Сильвестръ Четвертинскій долженъ былъ выдержать не одну борьбу съ ревнителями унін; до насъ дошли актовыя свидѣтельства о тЪхъ усиліяхъ, какія предпринимали оба брата для того, чтобы отстоять православные монастыри — мужескій и женскій, находившіеся въ Старой Четвертнъ; мстечко это съ теченіемъ времени вышло изъ владѣнія княвей Четвертинскихъ, оставившихъ за собою только право патроната надъ монастырями (јаз соПаќіопів). Не смотря на это право, владблецъ Четвертни, шляхтичъ Гораинъ, рѣшился перевести оба монастыря въ унію; началъ съ женскаго и успѣлъ въ своемъ предпріятін; тогда князь Сильвестръ Четвертинскій, основываясь на своемъ правѣ, удалилъ изъ монастыря уніятскія монахини и поселилъ въ немъ православную инокиню—Агаѣію Масальскую, поручивъ ей составить новую общину; узнавъ объ этомъ распоряженіи, Гораинъ ворвался въ монастырь съ толпою слугъ и крестьянъ, и, когда Масальская уббжала въ мужескій монастырь, онъ послѣдовалъ туда за нею; окруживъ монастырь, онъ приказалъ выломать двери, затѣмъ, избивъ до полусмерти намѣстника, Өеодосія Стояновскаго, онъ приказалъ схватить Масальскую и увелъ ее въ свой дворъ; здѣсь жена Гораина приказала ее жестоко высѣчь, и, раздѣвъ до нага, выгнать на дорогу въ поле; князь Сильвестръ Четвертинскій долженъ былъ перевести ее въ другой монастырь, Гораинъ-же, оправдывая свой постушокъ, оклеветалъ его въ преступной связи съ несчастною монахинею. Затѣмъ, пользуясь удаленіемъ Сидьвестра Чет-

вертинскаго въ Бълоруссію, Гораинъ разогналъ. братью изъ мужескаго Четвертинскаго монастыря и поселилъ въ немъ прпходскаго уніятскаго священника; напрасно два рази оба князья Четвертинскіе отнимали монастырь и старались возстановить въ немъ общежитіе; пользуясь окончательнымъ отъ- Ѣвдомъ Сильвестра въ его эпархію, Гораинъ добился осуществленія своего намвренія !).

Такимъ образомъ принявши должность епископа единственной, остававшейся еще православною, эпархіи, князь Сильвестръ-Четвертинскій зналъ по опыту съ какимя трудностями предстояло ему бороться, чѣмъ болѣе дорожилъ онъ свонмъ постомъ, тВмъ болѣе чувствовалъ необходимость сосредоточить для борьбы вс силы православныхъ и организовать защиту. Очевидно при этомъ роль организатора должна была принадлежать ему, какъ единственному гіерарху православной церкви, оставшемуся въ предлахъ речипосполитой. Конечно для этого необходимо было, чтобы духовенство и міряне другихъ православныхъ эпархій, остававшихся теперь безъ пастырей, признали надъ собою власть Бѣлорусскаго епископа или, по крайней мѣрѣ, подчинились его руководству. Но послъднее условіе не было исполнено н препятствія возникли съ той именно стороны, откуда менѣе всего слъдовало ожидать ихъ. Бълорусскій епископъ, желая расширить по мъръ возможности границы своей эпархін, заявилъ желаніе присоединить къ ней православныя церкви в монастыри бывшей Туровской эпархіи, находившіеся въ обширной территоріи долины Припяти, въ нынъшней Минской губерніи, но духовенство этой области, отдблявшей Бѣлорусскую эпархію отъ упраздненныхъ эпархій южной Русп, не. пожелало признать надъ собою его власти; еще въ началѣ XVШ столѣтія, посл того какъ православное Туровское епископство захвачено было уніятами, православные жители эпархіи управлялись безъ епнскопа, они признавали надъ собою въ церковныхъ дВлахъ авторитетъ Слудкаго анхимандрита, который, въ случаѣ нужды, сносился прямо съ Кіевскимъ митрополитомъ; отношенія эти установились мало по малу въ силу обычая и, наконецъ, въ исход ХУП столѣтія, митрополитъ Гедеонъ Четвертинскій присоединилъ Туровскую эшархію окончательно къ составленной имъ особой митрополичьей эпархін; но такъ какъ сношенія Кіевскихъ митрополитовъ съ этою частью подвѣдомственной имъ территоріи были сильно затруднены польскими законами, запрещавшими православнымъ переѣзжать границу речицосполитей, то митрополиты обыкновенно выдавали Слуцкимъ архимандритамъ грамоты, которыми поручали имъ, въ качеств намѢстниковъ, церковное управленіе въ бывшей Туровской эпархіш (прим. 356). Когда, послѣ

Т) Њіі. №№; ІХХXVУҮШ, стр. 196; СІ, стр. 221; СХІХ, стр. 262; СХХХІ, стр. 299.

Примечание 356. Ошисашіе Кіево-Софійскаго собора, стр. 247; также Арх. юго-запад. Рос. ч. 1, т. IV, №№: І, стр. 1; П, стр. 2; ХШ, стр. 25; XVI, стр. 30.

избранія въ Білорусскіе епископы, князь Сильвестръ Четвертинскій явился въ 1707 году дла шосвященія въ Кіевъ, то митрополитъ включилъ въ оббть, подписанный имъ при совершеніи обряда, обязательство не распространять своей власти зв предвлы Бфлорусской эпархіи !). Но исполненіе этой части обѣта окозалось на дълѣ невозможвымъ; отправляясь изъ Кіева въ Могилевъ, Сильвестръ Четвертинскій остановился шо дорог въ Слуцкѣ, здъсь онъ засталъ разногласіе въ средѣ православнаго духовенства; часть духовныхъ лицъ, опасаясь грозы отъ уніятовъ и католиковъ, и не находя возможности опираться на власть Кіевскаго митрополита, сношенія съ которымъ были неудобны и не безопасны, изъявила желанів признать надъ собою власть Бблорусскаго епископа; другіе члены духовенства, и во главѣ ихъ архимандритъ Іоасафъ Лапицкій, сопротивляясь этому желанію, стояли ва подчиненіе митрополиту; споръ оживлялся все болѣе и болѣе у увлекъ раздражительнаго по натур$ епископа, сознававшаго притомъ всю необходимость н пользу для православія, вытекавшую изъ расширенія предѣловъ его спархіи. Вскорѣ прешнирательство вызвало фактическую борьбу: Бълорусскій спископъ сталъ рувополагать священниковъ и раздавать духовныя должности въ Слуцкѣ; архимандритъ, а, вслѣдъ за нимъ, и митрополитъ протестовали въ окружныхъ грамотахъ, объявляли распоряженія Сильвестра не дъЪйствотельными и предали анаеемѣ духовныхъ, признавшихъ надъ собою его власть. Четвертинскій отвбтилъ тѣмъ-же и низложилъ Іоасафа Лапицкаго, назначивъ другое лицо на его мѣсто Слуцкимъ архимандритомъ; ни та, ни другая сторона не хотѣла уступить; взаимныя жалобы, протесты, пререканія, отлученіе подчиненныхъ духовныхъ лидъ отъ церкви и лишеніе ихъ священническаго сана и духовныхъ должностей, посыпались съ обѣихъ сторонъ. Бвлорусскій епископъ принялся исполнять свои рвшевія силою, митрополитъ принесъ жалобу русскому посланнику въ Варшавѣ, архимандритъ-же Лапицкій искалъ защиты у владъльца Слуцка— князя Нейбурскаго и у его управляющихъ-шляхтичей; послѣдніе приняли горячо сторону митрополита съ цлью поддержать анархію въ православной гіерархій и ослабить власть единственнаго иравославнаго епископа въ речицосполитой; они стали также силою изгонять ставленниковъ Сильвестра п поддерживать архимандрита 2). Споръ затянулся на цѣлыя 20 лѣтъ и повергъ въ сматеніе и безначаліе ту часть Руси, гдѣ православіе было относител+но менѣе подавлено; онъ прекратплся только тогда, когда обѣ спорившія стороны увидѣли, что прапирательство ихъ обратилось въ пользу общихъ враговъ и когда уніяты и католики насильно завладѣли почти всъми монастырями и церквями въ спорной области.

Т) Ші. Ж СХXIV. стр. 279.

?) іа. №№: СХХXVУІ, стр. 310; СІХІХ, стр. 376; СЕХХІШ, стр. 384; СІХXIV, стр. 386; СЬХXV, стр 388; СЬХХXVI, стр. 412 и СЕІХХXVП, стр. 416.

Между тѣмъ дъйствительно враги православія настойчиво проводили свое дъло насильнаго обращенія въ унію; разрушивъ православную гіерархію, они отложили въ сторону осторожность, рекомендованную имъ вначалѣ Іосифомъ Шумлянскимъ, и рѣшились употребить въ дло силу для того, чтобы рўшительно покончить спорный религіозный вопросъ. Въ 1720 году уніятскій митрополитъ Левъ Кишка созвалъ соборъ въ Замостьѣ, на которомъ унія провозглашена была торжественно единственною законною церковью греческаго обряда въ речипосполитой; всѣ захваченныя уніятами епископства, объявлены были добровольно принявшими унію и навсегда къ ней присоединенными; далѣе рѣшено было пристушить законнымъ порядкомъ къ обращенію въ унію всъхъ оставшихся еще незанятыми православныхъ церквей и монастырей; постановленія этого собора, утверждениыя папою Бенидиктомъ ХШ, и опубликованныя конгрегаціею йе ргорарапіа де, усилили рвеніе шляхетекаго общества въ пользу уніи !); то преслѣдованіе православія, которое, не смотря на жестокіе пріемы, носило до того времени характеръ личнаго произвола и проявлялось спорадически, съ большею или меньшею энергіею, смотря по личному характеру того или другого пана, теперь представляетъ общее повсемѣстное явленіе; шлахтичи, католическое духовенство, уніятекіе священники, власти и частные люди спъшатъ отличиться наперерывъ другъ передъ другомъ; этотъ своеобразный крестовый походъ, соверщшаемый подъ благословеніемъ папы и подъ знаменемъ уніи былъ весьма удобенъ для шляхтичей, стяжавшихъ себ душевное спасеніе путемъ насилія надъ совершенно безоружными, ппредставлявшими одно лишь пассивное сопротивленіе, духовными и крестьянами; до какой степени фанатизиъ разжигалъ страсти, насколько, дійствовавшіе во имя его, люди способны были забыть всяквія правила религіозной и человѣ ческой нравственности, о томъ свидтельствуютъ цѣлые сотни п тысячи документовъ того времени ?); укажемъ только, во избъжаніе повтореній, нъсколько фактовъ болѣе рельсфныхъ; въ въ теченіе одинадцати лѣтъ, съ 1732 до 1743 годъ, по изввстіямъ, собраннымъ русскимъ резидентомъ въ Варшавѣ, Голембевскимъ, паны й уніяты „заъхали“ на унію 128 монастырей н церквей православныхъ въ одной тольво эпархіи Бълорусской и смежной съ нею Туровской; „заздъ“ этотъ состоялъ въ томъ, что нежданно появлялся въ монастыр помщикъ или духовный католическій или уніятскій въ сопровожденіи толпы вооруженныхъ слугъ; безъ всякихъ предварительныхъ разговоровъ онъ побоями разғонялъ иноковъ и, „очистивъ“ тавимъ образомъ монастырь, передавалъ его во владѣніе уніятскаго епископа; тоже происходило и съ сельскими приходскими церквами, только здВсь пом щиви менѣе стъснялись, чувствуя себя въ пра- (прим. 357) (прим. 358)

Примечание 357. Ошисаніе Кіево-софійскаго Собора, стр. 215. Кульчинскій—бресішеп ессіевіве Виіһепісае, стр. 137—138.

Примечание 358. См. Архивъ ІОго-западной Россіи часть І, томы 2 и 3.

въ распоряжаться церковью и приходомъ какъ своею собственностью '); тамъ-же, гдѣ ветрѣчалось хотя-бы малбйшее соцротивленіе, ярость шляхтичей не знала предѣловъ; вотъ въ какихъ выраженіяхъ описываетъ русскій резидентъ Голембевскій въ оффиціальномъ письм$ къ польскому примасу ихъ образъ дЪйствій въ подобныхъ случаяхъ: „забывши страхъ, Божій, они врываются верхомъ въ церкви, стрѣляютъ въ алтари и въ иконы, рвутъ ихъ, ломаютъ кресты; на духовныхъ и мірянъ они нападаютъ въ церквяхъ и до смерти убиваютъ ихъ; они выбрасываютъ монаховъ изъ монастырей, а въ дЪвичьихъ монастыряхъ, для посмъшища, раздъваютъ монахинъ до-нага и въ такомъ вндк изгоняютъ ихъ; имущество и доходы монастырскіе отымаютъ; церкви разрушаютъ: бьють въ нихъ окна и ломаютъ крыши, остальное-же грозятъ предать пламени; изображенія Спасителя они поцираютъ ногами, рѣжуть и прокалывають ножами, бросаютъ и таскаютъ по улицамъ, приговаривая богохульныя рѣчи: „ОСхизматическій Боже! Неужели ты не постоишъ за свою обиду;“ ?) и т. п.

Вотъ нўсколько чаєтныхъ случаевъ, подтверждающихъ всю истину этой отвратительной картины: въ 1732 году разбиралось дѣло но поводу жалобъ, принесенныхъ жителями містечка Копыля и его окрестностей на католическаго приходскаго Копыльскаго священника, Тоанна Пенскаго; изъ показаній свидътелей видно, на сколько ревнители унін не стВснялись въ выборв средствъ для распространенія ея: Пенскій принуждалъ побоями православныхъ жителей принимать унію, основываясь на томъ положеній, что предки ихъ были уніяты (доказательство крайне растяжимое, такъ какъ уніяты доказывали, что унія была господствующамъ въроисповѣданіемъ въ Литовской Руси со времени Флорентинскаго собора); не повинующихся ему онъ травилъ собаками, приказывалъ отпускать имъ по 150 палочныхъ ударовъ и т. д. Онъ принуждалъ родителей носить лѣтей ко св. крещенію въ костелъ, вапрещалъ священникамъ напутствовать умирающихъ и хоронить мертвыхъ, вязалъ ихъ и билъ, въ случаѢ если они отправляли крестные ходы и т д. Когла умеръ одинъ крестьянинъ отъ побоевъ, нанесенныхъ ему всендзомъ, то онъ не допустилъ священника въ домъ отпѣвать покойника и заставилъ совершать. обрядъ на улиц; посл смерти другого жателя Копыля, ксендзъ, утверждая чтб родители покойника были уніяты, и что православный священникъ напутетвовалъ его незаконно, приказалъ внести тло въ комору и заперъ его подъ замокъ; когда явились православиые священники въ сопровожденіи цеховыхъ братчиковъ для совершенія похороннаго обряд&, они должны были разломать замокъ; узнавши объ этомъ, Пенскій приказалъ натаскать бревенъ на гору, у подошвы которой проходила единственная улица, по которой должна была проходить похоронная процессія и объявилъ, что

І) Арх. юго-зап. Рос. ч. І, т. IV № СХСҮІ, стр. 448 *) іі. Ж СXVШ, стр. 456.

өнъ ее раздавитъ, скатывая въ низъ брусья, у которыхъ онъ и помѣстился съ зараженнымъ ружьемъ. Чтобы изббжать опасности, покойника должны были нести черезъ трясину, проходя по поясъ въ болотѣ !). Хругой католическій священникъ — Өома Еленскій, принялся водворять унію въ Петрыковской волости; руководимый его совбтами управляющій имѣніемъ, шляхтичъ Гребницкій, сталъ систематически проводить діло „добровольнаго“ принятія уній; онъ потребовазъ отъ всѣхъ православныхъ священниковъ предъявленія довумевтовъ, на основаніи которыхъ они занимали прнходы; когдаже священники предъявила ставленныя грамоты, выданныя имъ отъ Слуцкаго архимандрита, то Гребницкій объявилъ ихъ недѣйствительными, поносилъ ругательствами всю православную гіерархію и, въ заключеніе, объявилъ, что онъ не признаетъ ее и что впредь сващенники будутъ зависѣть въ церковныхъ дѣлахъ исключительно отъ суда экономіи; на сл$дующій же день онъ потребовалъ въ присутствіе этого сула, составленнаго изъ него самого и ксендза Еленскаго, шсстидесятилтняго старика, прихолдскаго священника села Лясковичъ, о. Прохора Забытневича; обвинивъ послѣдняго голословно въ обращеніи въ православіе 20 челов къ уніятовъ, не дозволивъ ему ни объясниться, ни привести свидътелей, не выслушавъ даже отвѣта, онъ тутже приговорилъ священника къ наказанію, которое должно было состоять въ слѣдующемъ: священникъ долженъ былъ, въ замѣнъ за мнимыхъ уніятовъ, отчислить изъ своего прихода 20 человбкъ въ унію; притомъ священнику въ теченіи года запрещалось исполнять требы и входить въ церковь; сверхъ того өнъ долженъ былъ 6 недѣль садіть въ экономической тюрьмВ, вмъств съ заключенными въ ней за разныя приступленія евреями, и въ теченій этого времени его трижды въ день подъ стражею выводили въ костелъ, гдѣ подвергали бичеванію „дисциплинами“. Шриговоръ управляющаго былъ немедленно приведенъ въ исполненіе; когда, на другой день, явилась къ Гребницкому депутація, состоявшая изъ православныхъ священниковъ и почетныхъ мъщанъ, просить помилованія о Шрохора, то управлающій, прогналъ ее отъ порога съ ругательствами, приказалъ переловить ея членовъ, отвести въ костелъ и подвергнуть тамъ разиымъ унизительнымъ паказаніямъ. Влъдъ за тѣмъ Гребницкій распредѣлилъ жителей управляемаго имъ имѣнія на приходы, при чемъ большее число церквей и селъ отписалъ въ унію й зазвалъ въ нихъ на приходы уніятскихъ священниковъ; когда крестьяне отказались ходить къ новымъ пастырямъ, то послѣдовала всеобщая экзекуція: „слуги и челядинцы изъ экономій и костела ходили толпою по селамъ; они невинныхъ людей били и истязали безъ милосердін и, наконецъ, всвхъ поголовно съ женами и дЕтьми погнали въ Петрыковскій замокъ, наставляя ихъ въ върѣ веревками, палками и розгами; они вогпали несчастную толпу въ Петрыковскій костелъ, гдѣ принуждали ихъ богохульствовать и плевать

Т) Шіі. № СХСШ, стр. 497—449.

на яхъ вѣру грекоруескую“. Оставшимся еще въ имѣніи православнымъ священникамъ ушправлнющій зашретилъ принимать въ церковь крестьянъ изъ отчисленныхъ имъ въ унію селъ, или явлаться для исполненія требъ въ эти села „подъ опасеніемъ потери здоровья н жизни“. Въ села эти ваъхали үніятскіе священники съ командами, данными изъ замка; они гнали насильно крестьннъ въ церкви и заставляли ихъ присягать на унію, въ случа отказа они тутъ-же ихъ истязали собственноручно; одинъ изъ нихъ, Григорій Яроцкій, понуждалъ прихожанъ къ присягѣ ударами толстой восковой свѣчи, которую онъ въ запальчивости схватилъ изъ алтаря. Крестьяне, отказываясь отъ ипринатія уній, не смотря на всі эти насилія, были лишены церковныхъ требъ, умирали безъ напутствін, оставались не вънчанными, хоронили мертвыхъ безъ церковныхъ обрядовъ и т. п. }).

Подобныя сцены происходили повсемѣетно въ Литиѣ и Южной Руси съ различными видоизиѣненіями, смотря по личному нраву и изобрътательности пана ши ксендза (прим. 360). Въ тоже время, въ тЬхъ мѣстностяхъ, гдѣ гоненіе православныхъ достигало до вышеуказанныхъ разм ровъ, широкія льготы и всевозможныя поощренія предоставлены были уніятскому духовенству: военныя власти заботились о томъ, чтобы оградить ихъ отъ насилія со стороны жолнеровъ; король выдавалъ грамоты, обезпечивавшія уніятамъ въ нВкоторыхъ містностяхъ исключительное право школьнаго преподаванія, устранвалъ и снабжалъ имѣніями унінтекія семинарін и т. д. (прим. 361) Помъщики основывали на свой счетъ уніятскія монастыри и церкви, снабжали ихъ землями, угодіями и доходами, иногда въ довольно значительныхъ размърахъ; такъ Кіевскій воевода—Салезій Потоцкій, основалъ въ своихъ огромныхъ имѣніяхъ: Уманщин и Брагиловщинѣ, болѣе ста уніятскихъ церквей, снабдивъ каждую изъ нихъ: усадьбою для священника, пахатною землею въ разм рѣ 30 дней и свнокосами въ размірѣ 10 дней, подъ непремѣннымъ условіемъ, чтобы церкви этн зависѣли отъ уніятскаго митрополнта (прим. 362), Посл смерти приходскаго священника владъльцы выдавали новому священнику презенту (разрб шеніе занать приходъ въ имѣнін) только въ такомъ случаѣ, если онъ былъ уніятъ, или если изъявлалъ готовность принять унію, и условіе это включали въ презенту (прим. 363). Уніятскаа гіерархія, съ своей стороны, преслъдуя (прим. 359)

Примечание 359. Ші. № ССІ, стр. 464—471.

Примечание 360. Шіа. №№: ССIV, стр. 475; СОXVУ, стр. 589. Историческое извѣстіе объ уніи Бант.-Кам., стр. 150, 168, 200, 206, 215, 216, 231 ит. д.

Примечание 361. іі. №№: СХХХШ, стр. 304; СХОІХ, стр. 458; СОХХХІ, стр. 632.

Примечание 362. іа. Ж№: ССШ, стр. 473; ОСХШ, стр. 584; ССXVI, стр. 590; ССXVП, стр. 594; СОХXVI, стр 618 н ССХХХШ, стр. 640.

Примечание 363. Шій. ЖЖ ОХХХ, стр. 303; ОСХХІХ, стр. 628. Также Архивъ Югозападной Россія, ч. І, т. 2, стр. ШХ—1ІХШ..-- Право выдавать презенты священникамъ для занятія ими прихода принадлежало помбщикамъ и старостань въ силу сеймовой конституціи 1647 года (Уоішшіпа Іериш, т. IV, стр. 59). -

православное духовенство, взвокила на отдѣльныя лица вымышленныя обвиненія въ несоблюденіи каноническихъ правилъ, упрекала ихъ въ руконоложеніи духовными лицами, не им$вшими на то, по ея мнѣнію, надлежащаго права и т. п., и, между тѣмъ, въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ. готова была устранить вопросъ о каноническихъ правилахъ, если упреваемое лице соглашалось принять унію. Одинъ примбръ такого образа дъйствій мы виділи въ дълъ епископа Жабокрицкаго, другой, не мѣнѣе характеристическій, встрѣчаемъ въ дѣлѣ Овруцкаго протоіерея, Симеона Комара; этотъ духовный лишенъ былъ іерейсваго сана Львовскимъ уніятскимъ епископомъ подъ предлогомъ двоеженства, но когда онъ изъявилъ „смиреніе и покаяніе“ по сховамъ эпископской грамоты, т. е. когда изъявилъ согласіе на принятіе уніи, немедленно двоеженство было предано забвенію, и онъ получилъ разр шеніе священнодъйствовать !).

Вс исчисленные пріемы, посредствомъ которыхъ польское правительство и общество старались водворить унію въ русскихъ областякъ речипосполитой въ продолженіи 70 лѣтъ должны были, по видимому, увѣнчаться успѣхомъ и привести къ полному уничтоженію православія въ границахъ Польскаго государства; церковная гіерархія была совершенно упразднена, особенно послѣ того, какъ въ 1772 году послѣдняя православная эпархія — Бѣлорусская, была присоединена къ Россін; монастыри православиые были насильно обращены въ унію; сельское духовенство, вполнб зависимое отъ пом щиковъ, стѣсненное необходимостью выпрашивать или покупать у нихъ презенты, преслѣдуемое съ свярѣпымъ ожесточеніемъ уніятскими и католическими ксендвами, болѣе или менѣе искренно принимало унію, или скиталось въ бездомномъ, бѣлственномъ, сопряженномъ съ безчисленными опасностями и оскорбленіями, положеніи; городскія церковныя братства были или обращены въ унію посредствомъ насилія, подкуша и другахъ внушеній, или разсвялись и были закрыты, уніятское-же духовенство спѣшило образовать вмбсто нихъ новыя, уніятскія братства ?); поддержка православія извні была затруднена вышеприведенными законоположеніями, запрещавшими православнымъ переходитъ границу речипосполитой и духовныя лица, пытавшіяся, не смотра на строгій запретъ, проникнуть въ речь-посполистую изъ Кіева пли Переяславля, подвергались страшнымъ истязаніямъ и оскорбленіямъ не только отъ старостъ и пограничныхъ властей, но еще въ большей степени отъ пом щиковъ, которые пользовались полною административною властью въ своихъ селахъ на основанін права доминіяльной полицін 3). Наконецъ, законодательство польское, отъ времени до времени прибавляло новыя законо- (прим. 364) (прим. 365)

Примечание 364. Арх. юго-запад. Рос. ч. 1, т. ІУ Ж СХXVI, стр. 283. ?) Шіі. № ССХXVШ, стр. 621.

Примечание 365. іі. №№: СОХІ, стр. 581; ССХХИ, стр. 583; также Архивъ Югозападной Россіи, часть І, томы 2 и 3.

положенія, стѣснявшія православныхъ, къ тіѣмъ, которыя существовали уже прежде. Такъ постановленіемъ генеральной конфедераціи 1732 года опредѣлено было: „Права и привилегіи римско-католической и греко-уніятской церкви должны быть сохраняемы свято н ненарушимо; мы съ отвращеніемъ удаляемъ изъ этого правовѣрнаго государства ве иноземныя въроисповѣлданія; однако иновѣрцамъ (т. е. православнымъ и протестантамъ), мы обезпечиваемъ... безопасность лицъ и имуществъ; но они лишаются права быть избранными въ депутаты на сеймы, въ трибуналы и въ спеціяльныя коммиссій, составленныя по какимъ-бы то ни было дѣламъ; имъ воспрещается собираться на съвзды, занимать должности въ воеводствахъ, городахъ и землахъ речипосполитой или входить въ сношенія съ представителями сосвднихъ госуларствъ, съ цълью снискать ихъ покровительство, подъ опасеніемъ наказаній, опредѣленныхъ за измѣну отечеству“ !). Сверхъ этихъ узаконеній, вошедшихъ въ уоашіпа Іериш, постановленіемъ той-же генеральной конфедераціи указаны были въ административномъ порядк мъры еще гораздо болѣе стѣснительныя для православія: духовенству запрещено было ходить по улицамъ явно со св. дарами, церковныя требы: крещеніе, бракъ, похороны разрѣшено было совершать не иначе, какъ съ дозволенія католическаго ксендза, за установленную послбднимъ: плату. Публичныя похороны совершенио воспрещались; диссиденты должны были хоронить мертвыхъ ночью; притомъ на нихъ возлагалась обязанность присутствовать при католическихъ крестныхъ ходахъ. ДЪти, рожденныя отъ смъшанныхъ браковъ, должны были принадлежать къ католической церкви и даже пасынки отца католика обазаны были принимать католичество. Каноническіе законы католяковъ дълались обязательными для иновбрцевъ 2).

Находясь въ столь стсненномъ и гонимомъ положеніи, православіе однако не пало, не было искоренено насиліемъ юридическимъ и фактическимъ въ Литовско-руескихъ земляхъ; оно устояло, благодаря сложности трехъ причинъ: стойкости крестьянъ, заступничеству Россіи и внутреннему раѣложевію шляхетскаго общества, ускорившему паденіе речипосполитой и, такимъ образомъ, нанесшему смертельный ударъ всъмъ неправдамъ, имъ-же самимъ порожденнымъ. .

Но пока въ теченіи ХУШ столѣтія шляхетское общество приближалось къ шаденію путемъ медленнаго разложенія, всю тажесть религіозной борьбы

) Үоіцтіпа іеғшо, т. ҮІ, стр. 286. . (прим. 366)

Примечание 366. МогаслемзКі— Віагоуітовсі» Роівкіе, т. І, стр. 195. Хотя эти административныя распоряженія генеральной конфедеренціи 1732 года и не вошли въ составъ Уоіашіпа Іеєиш, но, тмъ не менѣе, подобно веѣмъ постановленіямъ генеральныхъ конфедерацій, онѣ получили силу закона; въ доказательство можно указать то обстоятельство, что, 36 лѣтъ позже, он отиѣнены были законодательнымъ порядкомъ въ силу трактата, заключеннаго съ Россіею въ 1668 году (См. Үошт. Іериш, т. ҮП, стр. 256—272).

должно было выносить на свонѣъ плечахъ крестьянское сословіе; ограничиваясь единственнымъ, возможнымъ въ его порабощенномъ состояніи пріемомъ борьбы— пассивнымъ сопротивленіемъ, оно проявило въ ней такую стойкость и непоколебимость, что, не смотря на всѣ усилія противниковъ, оно успло отстоять свободу своей религіозной совісти н сохранить православіе до того времени, пока перемѣна политическихъ обстоятельствъ не гарантировала вполнѣ дальнбйшее его существованіе. Ни военныя экзекуцін, ни приказанія и насилія пом$щиковъ, ни команды, сопровождавшія уніятскихъ сващенниковъ въ ихъ миссіяхъ, ни казни, торжественно устраиваемыя послідними для устрашенія строптивыхъ, не могли сломить пассивнаго сопротивленія крестьянъ, не могли заставить нхъ посѣщать уніятскія церкви. Между тъмъ какъ уніаты хлопотали объ “усиленіи числа своихъ приходовъ, и, за малыми исключеніями, успбли почти на всемъ пространств русскихъ областей речипосполитой принять въ свое вВдомство православныя церкви и приходы, приписанные къ послѣднимъ, прихожане оставались совершенно чуждыми унін. Съ половины ХУШ столѣтія мы даже замі чаемъ болѣе систекатическое отношеніе крестьянъ къ дълу религіозной борьбы; въ селахъ чувствуется потребность группировки и взаимной поддержки въ борьбѣ, и потребность эта удовлетворается возникновевіемъ новсемѣстно сельскихъ церковныхъ братствъ !), въ которыхъ прихожане церквей, причисленныхъ оффиціально къ уніи, находатъ возможность развить общественное мнѣніе въ вопросахъ, касавшихся нравственности и чистоты церковнаго ученія. Конечно пассивное сопротивленіе, не смотря на всю энергію народа, не моглобы продолжаться до безконечности и раньше или позже ослабвао-бы, уступая повседневному тяжелому гнету, еслибы оно не нашло поддержки иввнѣ. Такую нравственную поддержку народъ православный нашелъ въ надеждъ на сильное заступничество за него Россіи и на отдаленное но вѣрное свое освобожденіе при ея помощи. Русское правительство хъйствительно съ Петра І и до конца XVШ столѣтія старалось всбми, зависъвшими отъ него, средствами облегчить участь своихъ единовѣрцевъ въ речипосполитой; не проходило ни одного почти года, въ теченіи котораго русскіе посланника и резиденты въ Варшавѣ не напоминали-бы польскимъ властямъ о томъ, что образъ дъйствій, принятый ими по отношенію къ православнымъ жителямъ рөчипосполитой, не согласенъ съ обѣщаніями польскаго правительства, гарантированными имъ въ трактатахъ съ Россіею и что онъ можетъ нарушать мирныя отношенія между обойми государствами. Цари не рѣдко посылали въ этомъ смыслв ноты лично отъ своего имени. Шравославные жители, не находя нигдѣ болѣе защиты, обращалиси также безпрестанно къ русскому (прим. 367)

Примечание 367. Арх. юго-зап. Россіи ч. І, т. І №№: ССУШШ, стр. 516; ССXIV, стр. 087; СОХХХ, стр. 630; СОХХXVЈ, стр. 645; СОХХXVШ, стр. 646; ССХХXVШ, стр. 648; СОХХХІХ, стр. 649.

правительству съ просьбами о помощи и заступничествѣ, доставляли подробныя описанія обидъ и насилій, претерпѣваемыхъ ими, и вызывали такимъ образомъ новыя ноты и напоминанія '). Въ началъ польское правительство. или отмалчивалось, или отвѣчало уклончиво, ссылаясь на права, которыми пользовалось въ Польшѣ дворянское сословів и на юридическій порядокъ, үстановившійся въ речипосполитой, или, наконецъ, назначало для виду коммиссін, будто для разслідованія указанныхъ фактовъ насилія; но коммиссіи эти затягивали дѣло, запутывали его въ нескончвемыя юридическін формальности и обыкновенно оставляли, ничѣмъ не покончивши. Съ половины только XVШ столфтія такой способъ веденіа дВла сталъ неудобенъ для польскаго правительства; разелабленное состояніе речипосполитой было уже слишкомъ явно, безсиліе ея организма не могло долѣе укрыться н проявлялось въ каждомъ внутреннемъ й внъшнемъ столкновенів дряхлой шляхетской республики. Вліяніе сосднихъ государетвъ, особенно Россіи, на политаче- . скую судьбу речипосполитой стало все сильнѣе и сильнѣе обнаруживаться и среди болѣзненнаго брожения ея внутреннихъ силъ, послѣдніян сами безпрестанно вызывали и укрѣилали это вліаніе. По мѣр того какъ Россія пріобрътала усилнвающійся съ каждымъ годомъ авторитетъ, заступничаство ея за православіе должно было также, повидимому, проявляться съ большею силою и сдерживать слашкомъ рѣзкія черты католическаго фанатизма шляхтичей; на дълќ однако опредцоложеніе это не ошравдалось: созиавая вполнѣ свое безсиліе, и уступая безмолвно передъ требованіями русскаго правительства въ политической сфер дВятельности, дворяне речипосполитой со страннымъ ослѣпленіемъ упрамо отстаивали свой прежній образъ дѣйствій въ религіозномъ вопросѣ: два раза шлихтнчи по желанію русскаго двора приняли въ короли указаничя имъ лица; два раза они отказались фактически отъ той политической привиллегіи, которою болѣе всего дорожили—отъ свободнаго выбора короля; нѣсколько разъ они безмолвно въ мирное время пропускали русскія армій проходить вдоль и поперегъ черезъ свою территорію, нъсколько разъ они по указанію русскагюо посланника удаляли въ изгнаніе или дозволяли арестовать лицъ довольно популярныхъ и занимавшихъ высокія должности; но шри всемъ этомъ, они не хотѣлӣ внимать никакому представленію относительно въротерпимости и свободы совѣсти „дизунитовъ и диссидентовъ“, будто преслѣдованіе иновърцевъ составляло самую драгоцнную изъ шляхетскихъ вольностей; очевидно было, что катастрофа, грозившая неминуемымъ паденіемъ речипосполитой, приметъ религіозный вопроеъ за исходную точку; такъ дъйствительно и случилось, Сами патріоты польскіе чувствовали опасность съ этой стороны, но вмісто того, чтобы предпослать ей на ветрбчу болѣе человъчное отношеніе въ спорному дѣлу,

) Њіі. №№: СХСҮ, стр. 444; СХСУП, стр. 453; СХСУШ, стр. 455; ССХУШ, стр. 596; ССХХXIV, стр. 644. Бантышъ-Камеинскій, гл. Ү1—ХиИ.

они рѣшились замать его, ребячески зажимая собствениыя-же уши, Такъ на сейи Варшавскомъ 1766 года, краковскій епископъ Солтыкъ предложплъ постановить конституцію, въ силу которой всякій, вто осмілится сказать на сейм рѣчь въ пользу иновѣрцевъ, былъ объявленъ врагомъ отечества. Предложеніе это было пранято съ восторгомъ и получило силу закона }). Го векорѣ за постановленіемъ этого закона послѣдовало первое вооруженное вмѣшстельство Россіи. Екатерина ПШ приняла подъ свое покровительство конфедерацію, составленную дворянами протестантами и потребовала отъ речипосполитой гарантія вбротерпимости для ея подданныхъ не католиковъ. Р8- шитежъныя угрозы русекаго посланника, князя Репнина, и страхъ передъ русскими войсками заставили одуматься сеймъ, созванный королемъ въ 1768 году. Коммиссія, назначенная отъ сейма, заключила съ Репнинымъ трактатъ, въ особомъ прибавлепіи къ которому речпосполитая обевпечивала свободу совѣсти православныхъ и протестантовъ; въ прибавленіи этомъ было постановлено: католическая религія въ Польшѣ признавалась господствующею, переходъ изъ нея въ другое въронисповѣданіс долженъ былъ наказываться изгнаніемъ изъ государства; за то православнымъ и протестантамъ предоставлялось право поддерживать, строить и содержать церкви, дома церковные, школы, больницы. Духовнымъ дозволялось свободно напутствовать больныхъ, хоронить публично умершихъ, отбывать крестные ходы; они освобождались отъ зависимости отъ католическихъ ксендзовъ и отъ даней, платимыхъ въ пользу посл днихъ; дѣтямъ, рожденнымъ отъ смшвнвыхъ браковъ, дозволено было слѣдовать: сыновьамъ вброисповъданію отца, дочерямъ— матери. Православные освобождались отъ обязательнаго присутствія при католическихъ крестныхъ ходахъ и, для разбирательства религіозныхъ столкновеній устроенъ былъ смъшанный судъ изъ 17 католиковъ и 8 протестантовъ и православныхъ. Наконецъ, оббщано было королемъ сохраненіе равноправности прн раздачѣ должностей (прим. 369).

Но это облегченіе, доставленное православныиъ вслѣдствіе вліянія Россій, было непродолжительно. Фанатизированная долгимъ езуитскимъ вліяніемъ шляхта озлобилась противь вышеприведенныхъ шпунктовъ трактата: вепыхнула Барская конфедерація, волновавшая Польшу цълые четыре года и усмиренная, наконецъ, русскими войсками. Результатомъ войны было присоединөніе къ Россіи БЕлоруссіи, но за то въ трактатѣ, заключенномъ въ Варшавб въ 1775 году, русское правительство сдѣлало значительныя уступки общественному мнѣнію польской шляхты въ отношеній религіознаго вопроса; въ особомъ приложеніи къ этому трактату сказано было, что русское пра- (прим. 368)

Примечание 368. Үоіашіпа Іершп, т. ҮП, стр. 258—272; также Арх. юго-зап. Россій ч. І, т. ІУ, №Ж ССХХІШ, стр. 607.

Примечание 369. Үоішшіва Іершт, т. ҮП, стр. 258—272; также Арх. юго-зап. Россін ч. І, т. IV, № ССХХІШ, стр. 607.

вительство соглашается, чтобы православные были впредь исключены изъ состава сената и министерства; что, хотя шляхетскіе православные роды и будутъ пользоваться всѣми правами своего сословія, наравні съ дворянами католиками, однако, законъ этотъ не будетъ распространиться на тѣ лица, которыя приняли-бы православіе послѣ заключенія трактата. На сеймі не должно быть никогда болѣе трехъ депутатовъ некатоликовъ. Смѣшанный судъ уничтожается и подвдомственныя ему дла переносятся въ ассесорскій королевскій судъ. Публичныя похороны вновь запрещаются православнымъ, равно какъ и ушпотребленіе колоколовъ при церквяхъ !).

Такимъ образомъ православные лишались послъдней опоры, на которую до того времени могли разсчитывать; положеніе ихъ сдѣлалось тбмъ трулнве, что, съ присоединениіемъ Білоруссін къ Россіи, послѣдній православный ешископъ удалялся изъ границъ речипосполитой; конечно распространеніе шляхтичами уніи и изгнаніе ими послъднихъ православныхъ духовныхъ должно было теперь продолжаться съ полнымъ успвхомъ и достичь давно желанной цѣли. Что общество речипоспойитой разсчитывало на такой исходъ дъла, показываетъ судъ, наряженный въ 1789 году по распоряженію сейма надъ единственнымъ высшимъ духовнымъ лицемъ православной церкви — надъ Слуцкимъ архиманлритомъ, Викторомъ Садковскимъ, арестованныиъ и прецаннымъ суду безъ всякаго повода, вслідствіе напрасной паники, расуространившейся внезапно среди шляхты. Къ счастію фактъ этотъ былъ послднимъ насиліемъ въ религіозномъ отношеніи: два года спустя всѣ почти русскія провинціи речипосполитой присоединены были къ Россіи и народонаселеніе ихъ получило возможность исповъдывать въру, согласную съ требованіемъ ихъ совѣсти. Тогда собственно и обнаружилась вся суетность долговремешныхъ усилій польскаго общества, принесшихъ столько бідствій и страданій народонаселенію вірному православію: лишь только русскія власти водворены были въ краѣ, унія исчезла сама собою, безъ всякихъ распоряженій со стороны правительства; приходскіе священники, причисленные къ уній по большей части только въ силу страха преслъдованій и подчинившіеся ей только наружно и противъ воли, поспъшили отрѣчься отъ нея и объявить себя православными; масса народонаселенія, никогда не принимавшая уній, даже наружно, вздохнула свободнѣе и отправилась молиться по обычаю предковъ въ церкви, сдълавшіяся дла нея вновь достушными. Насаждаемая съ такимъ трудомъ, съ шпошраніемъ всякаго уваженія челов ческаго достоинства, уніятская церковь, осталась въ продолженіи незначительиаго промежутка времени, исповъданіемъ служилыхъ, объ даъ вшихъ шляхтичей или старавшихся выдавать себя за шляхтичей, однодворцевъ и мщанъ. Никому уже теперь не нужная, никѣмъ не поддерживаемая въ качествѣ политическаго орудія, церковь эта наконедъ оцънила сама всю не- (прим. 370)

Примечание 370. Үоштіпа Іерит, т. ҮШ, стр. 47—49.

ловкость своего положенія, все внутреннее ничтожество свое: ве постигла обычная судьба тбхъ ученій, которыя возникаютъ не на основаніп самоєтоятельно выработанныхъ ориндишовъ и глубоко запавшаго въ лушу убвжденія, а складываются искуственно, эвлектяческимъ путемъ изъ отрывковъ и клочковъ чужихъ мыслей н убъжденій. Въ текущемъ уже столѣтіи уніятское духовенство принесло соборную просьбу русскому правительству о разр шенін ему возсоединиться съ православіемъ и получило полное на то разрбшеніе; такимъ образомъ унія прекратила свое существовонів на пространствѣ нсей южной и запэдной Россіи.

Если обратить вниманіе на состояніе уніятской церкви въ теченін ХУШ столѣтія, то мы замѣтимъ въ ел судьбѣ одно оригинальное явленіе: за весьма незначительными исключеніями, т власти, сословія и лица, которыя заявляли особенную ревность при распространеніи ея, которыя насаждали ее всѣми правдами и неправдами, сами не вѣрили въ ея пользу, въ ея душеспасительное религіозное значеніе. Лишь только усплъ Іоспфъ Шумлянскій водворить окончательно унію въ трехъ, подвъдомствепныхъ ему, эпархіяхъ, въ нихъ немедленно является новое направленіе въ образв дъйствій польскаго дворянства и католическаго духовенства; становится яснымъ до очевидности, что сословія эти смотрбли на ушію п водворяли ее исключительно какъ временную мру, что они предлагали ее только какъ средство болѣе, по ихъ мнѣнію, улобное для распространенія католицизма, который представлялъ самъ по себѣ слѣшкомъ рзвія отличія оть православія и потому, по мнѣнію его поборниковъ, нужно было устроить средній терминъ, своего рода временное чистиляще, и черезъ него провести православныхъ въ латинство; въ качествѣ такой временной мъры и предложена была унія. Между тъмъ какъ въ Бълой п Югозанадной Руси дворяне, ксендзы и правительство осыпаютъ льготами и приманками уніятское духовенство и тѣснятъ православіе, въ тѣхъ областяхъ речипосполитой, гдъ унія усоѣла, благодаря ловкой интрагѣ, боле прочно утвердиться, почти тѣ-же пріемы употребляются въ то-же самое время, тѣмъже обществомъ для того, чтобы вызвать переходъ изъ уній въ католачество. Въ энархіяхъ: Львовской, Галицкой, Каменецъ-Подольской, въ западной части Волыни уніятское духовенство ипытываетъ тб же притѣсненія, какія въ воеводствахъ: Кіевскомъ, Брестъ-Литовскомъ, Минскомъ н т. д. испытывало духовенство православное. Бунйные п ночѣъмъ не слерживаемые шляхтичи не обращаютъ вниманія на то, какое впечатлініе произведетъ ихъ отношеніе къ ушін на православныхъ п на самнхъ-же уніятовъ въ тбхъ мѣетностяхъ, гдѣ унія еще не успѣла установиться. Онй ведутъ натискъ горячо, не стсняясь въ средствахъ, съ обычнымъ своеволіемъ и грубостью пріемовъ; такъ мы встрѣчаемъ документы, свидѣтельствующіе о заъздахъ на уніятскія церкви и монастыри, о побояхъ, причиняемыхъ безъ повода уніятскимъ священникамъ, о требованін съ нихъ барщины, о захват и отчужденін церковйыхъ и монастыр-

сквхъ земель !) и т. ш. Высшее уніятское духовенство также мало было обезпечено отъ буйства шляхты какъ и низшее: въ 1703 году, т. е. почти непосредственно посдѣ того, какъ Шумлянскій провозгласилъ себя уніятомъ, толпа шлахтичей напала на него въ еписконскомъ его дворѣ, въ Каменцѣ; они ворвались въ баню, гдѣ тогда находился епископъ, шоносили его бранными словами, били окружавшихъ его слугъ и священниковъ, грозини имъ обнаженными саблями и т. д. ) Помѣщяки вмъшивались вообще въ церковное уніятское управленіе, разверстывали по своему желанію приходы, налагали на священниковъ запрещенія пеполнять требы и входить въ церковь, не допускали строить уніятсвія церкви и праздновать въ нихъ храмовые праздники ?). Впрочемъ вообще въ поступкахъ шляхтичей, направленныхъ противъ унін, гораздо менѣе проявлялось ненависти и жестокости, чѣмъ въ отиошенін къ православію, но за то постоянно просвѣчивала въ нихъ другая черта—презрѣніе и насмшка. Если побои относительно рѣдко достаются на долю уніятскихъ священниковъ, если они никогда не подвергаются слашкомъ жестокимъ истязаніямъ, если имъ не угрожаетъ опасность смерти или полнаго разоренія а скитальческой жизни, то за то шляхтичи не упускають никогда возможностя унизить ихъ, поставить въ самое невыгодное, жалкое, по мнѣнію шляхтича, положеніе, дать имъ почувствовать, что хотя ихъ и терпятъ въ речипосшолатой, но тѣмъ не менѣе унія составляетъ вбронсповъданіе низшаго разбора, что она не болѣе какъ хломская въра и что дворянинъ чувствуетъ себя въ правѣ, по своему усмотрѣнію, шутить й насміхаться надъ представителями этой віры. Такъ, напримѣръ, иы встрѣчаемъ жалобу уніатскаго протоіерея Мартышевича, въ которой ғсно өбозначается указанная черта отношеній шляхтичей къ уніятскомү духовенству: Мартышевичъ собрался изъ Каменца въ сосѣднее ‘село Должекъ съ цѣлью освятить церковь; проходя по улицѣ мимо дома знатнаго шляхтича, скарбника Подольскаго, Іосифа Ланцкоронскаго, онъ былъ задержанъ послѣднимъ и любезно приглашенъ зайти въ домъ. Ў Ланцкоронскаго протоієрей встрѣтилъ веселое дворянское общество, которому хозяинъ ршился доставить развлеченів на счетъ уніятскаго „попа“. Лишь только Мартышөвичъ вошелъ, өму шоднесла водку; —0нъ отказался шить, объясняя, что ему предстонтъ въ тотъ-же день служить обѣдню и что потому онъ не имѣетъ права вкушать чего-бы то ни было; Лянцкоронскій, не слушая его словъ, обнажилъ саблю, н, держа ее на горлѣ у священника, крикнулъ: „пей, такой матери сынъ! а то перерѣжу горло“. Затмъ онъ приказалъ одному изъ слугъ лить ему насильно въ горло водку н медъ и, въслучаѣ сопротивленія, не щадить пинковъ. Опьянѣвшаго священника Ланцкоронскій приказалъ слугамъ (прим. 371)

Примечание 371. Арх. Югозап. Рос. ч. І, т. ІУ №№: І,ХXIV стр. 159; СIV, стр. 226; СІ.XVI, стр. 371; СХС, стр. 423; СХСІ, стр. 424* СХСП, стр. 425. 2) ій. №№: ХІХ, стр. 217 и С, стр. 218. 3) Шій №№: СІХ, стр. 236 в СХ, стр. 238. и 22

свопмъ отвести въ шинокъ, напоить вторично и выпустить только тогда, когца онъ будетъ въ совершенно нетрезвомъ вилѣ '). Другой шляхтичъ допускалъ еврея арендатора наносить публичные побои уніятскому священнику въ церковной оградѣ; иные, пользуясь нерасположеніемъ крестьянъ къ уніи, забавлялись тімъ, что отдавали уніятскихъ священниковъ на поруганіе своимъ слугамъ: такъ, напримѣръ, дворянниъ Аксакъ, преєлѣдуя уніятскаго священника въ своемъ селѣ, приказывалъ его бить и таскать за волосы крестьянамъ, что они исполняли „изъ врожденной злости п ненависти противъ уній“; когда священникъ заявилъ о томъ, что онъ не зависитъ отъ помѣщика и подсуденъ только своему епископу, то Аксакъ отвѣтилъ: „я здѣсь епископъ и влэдыка; какъ совершу надъ тобою освященіе, то съ міста не встанешъ!“ ”).

При такомъ отношевіи шляхетскаго общества къ уній и уніятскому духовенству, католическая гіерархія могла вполнб разсчитывать на его поддержву для обращенія уніятовъ въ католичество и приступила къ этому дълу въ половинѣ XVШ столфлін сміло и открыто въ тѣхъ областяхъ, гдѣ унія окончательно вытѣснила православів. Одинъ изъ католическихъ енископовъ Червоной Руси, Перемышльскій епиекопъ, впослъдствіи Львовскій архіепископь —Ораковскій, издалъ программу дъйствій для католическаго духовенства; въ записКВ этой онъ утверждалъ, что унія, хотя и пользовалась терпимостью въ католической деркви, но она не представляетъ надлежащей полноты л чистоты религіознаго ученія; что уніяты слишкомъ еще тѣсно связаны съ восточною церковью преданіями, обрядами, святынею и народностью, что они, при каждомъ удобномъ случаѣ, могутъ перейти обратно въ православіе и что, вслѣдствіе этихъ соображеній, должно поспъшить перевести ихъ прямо въ латинство; для того слѣдуетъ пользоваться всевозможными обстоятельствами н не упускать ни одного случая, какъ частнаго, такъ и общаго, не воспользовавшись имъ для проведенія вышеуказанной цъли. Напрасно уніятское духовенство, встревожившись формулировкою угрожавшаго имъ нацравленія, составило соборъ и издало за подписью всвхъ членовъ уніятской гіерархін длинную запаску, сялившуюся опровергнуть доводы Съраковскаго в доказать правовѣрность и самостоятельность уніятской церкви 3); на отвбтъ ихъ католики не обратили никакого вниманія: программа, представленная Съраковскимъ, была произведеніемъ не одного лица, она послѣдовательно вытекала изъ давно обдуманнаго католиками плана дѣйствій, къ которому клерикальная католическая партія стремилась въ Польш съ конца ХУІ столѣтія. Въ исполненін этого плана переходъ православныхъ въ унію предполагался только въ качеств перваго дйствія религіозно-политической драмы; за нимъ необходимо должно было слідовать второе дійствіє, которое, кавъ предполагали поборнаки Рима, должно увънчать ихъ долгін усилія переходомъ уніятовъ въ латинство. (прим. 372)

Примечание 372. іі. № СХХ, стр. 265. 2) іа. №№: СХ, стр. 238; СТ.ХХХІХ, стр. 421 и ОСП, стр. 472. 3) іі. Ж ОСУ, стр. 478—509.

Дъйствительно католическое духовенство высшее и низшее, бѣлое и монахи всевозможныхъ орденовъ, принялись за новое дѣло съ горячимъ усерліемъ. Изъ длинной записки, составленной уніятскимъ епископомъ по свѣдѣпіямъ, собраннымъ имъ отъ уніятскихъ благочинныхъ, мы можемъ прослідить пріемы, пущенные нми въ ходъ для достиженія своей цѣли !): мы узнаемъ изъ этой записки, что въ теченів только 7-мй лЪтъ (1758—1765) въ трехъ уніатскихъ эпархіяхъ: Львовской, Галицкой и Каменецъ-Подольской обращено было въ католичество болѣе 1000 лицъ, которыя уніятское духовенство могло указать по имени и разсказать подробности нхъ обращенія; сколько притомъ дътей, рожденныхъ отъ родителей уніятовъ, было крещено католическими ксендзами, сколько лицъ перешло въ католичество безъ огласки, такъ, что подробныя свѣдѣнія о нихъ не могли быть собраны благочинными? —о томъ записка не упоминаетъ. Вообще, по имѣющимся показаніямъ, видно, что переходъ совершался подъ вліяніемъ трехъ главныхъ побудительныхъ причинъ: пропаганды ксендзовъ, вліяній, развивавшихся въ сред семейной жазни при см шанныхъ бракахъ, п вліянія господъ и. помѣщиковъ на своихъ слугъ и крестьянъ.

Пропаганда, веденная католическими монахами и священниками была основана не столько на поученій, на доказательствахъ о превосходствб обряловъ шли ученія католической церкви, сколько на чисто мірскихъ соображеніяхъ: католичество выставлялось вброисповѣданіемъ господствующимъ, благороднымъ, панскимъ;—"уніян ученіемъ невъжественнымъ, мужицкимъ, презрвн- · нымъ, свойственнымъ неблагородной русской породѣ людей. „Богъ сотворилъ попа для хлопа, а плебава (ксендза) для пана“ ноговаривалъ публично одинъ изъ ксенлзовъ; въ другомъ мѣстъ католическіе монахи предприняли цѣлый рядъ проповѣдей, съ тою цлью, чтобы доказать, что „латинская вѣра лучше п благопристойнѣе уніи“ ?). Болѣе усердные ксендзы заходили еще дальше въ благочестивой ревности, утверждая, что унія не болѣе какъ ересь, сравнивали ее съ нехристіянскимн вброисповбданіями, обзывали „собачею вѣрою“, , Веякій Русинъ собака; вра ихъ— собачая вра!“ проповѣдывалъ каноникъ Косовскій передъ русскою уніятскою громадою въ селѣ Яслискахъ. Въ городѣ Жолкви ксөндзъ Квяткевичъ, замътивши крестный католичеслій ходъ, нашравившійся изъ костела въ уніятскую церковь св. Тройцы, остановилъ его, и, обращаясь къ другимъ ксендзамъ, заявилъ публично въ присутствін многихъ мў щанъ уніятовъ: „зачѣмъ вы идете къ этимъ негодяямъ, капустнякамъ (віс), схизматамъ; я увѣряю ваши милости, что приличнѣе смотрѣть на собакъ, чѣмъ на эту русскую каналью!“ Въ селі Тысьменичанахъ, ксендзъ Томицкій, среди многочисленнаго собранія народа, издъвался надъ обрядами уніятской церкви, утверждая между прочимъ: „что ваше церковное пѣніе похоже на вой (прим. 373)

Примечание 373. Њій. Ж СОХ, стр. 521—580. 2) Шід. стр. 537 и 561.

собакъ!“ !) Евуиты въ проповўдяхъ утверждали: „что обряды увіятской церкви достойны посмѣянія, что өя ученіе хуже въры Турецкой, Еврейской н Лютеранской, что никто изъ послѢдователей ея не можетъ быть спасенъ, что церкви уніятекія хуже өврейскихъ сивагогъ“. На храмовой праздникъ въ иѣстечкѣ Ходоровъ канонякъ Монастырскій пригласилъ въ костелъ уніятскихъ священнивовъ для соборнаго служенія, но когда одному изъ нихъ пришлось читать евангеліе й чтедъ сталъ пронзносить славянскій текстъ, то Монастырскій прервалъ чтеніе хохотомъ я насим шками Тотъ-же каноникъ пригдашенъ былъ для совершенія брачнаго обряда въ уніятекую церковь, но онъ потребовалъ, чтобы молодые явились вбнчаться къ нему на домъ, утверждая, что онъ не пойдетъ въ „кучку къ караимамъ“ Особенно ревностно занявшійся обрашевіемъ уніятовъ всендэъ Цвейнарскій, преслідовалъ насмъшками всѣ обряды и тайнства уніятской церква; онъ между прочнмъ публично дөказывалъ, что уніятскіе священники „не крестятъ дѣтей, а лищь оскверняють“ и т. д. (прим. 375). Такіе н тому подобные отзывы объ унія сдѣлались общииъ ходячичъ мѣстомъ въ средѣ католаческихъ ксендзовъ и дворянъ, они повторяются повсемстно и составлаютъ самов общее явленіе католической пропаганды того времени ?). Насмъшки и презрѣніе, которыми надѣляли уніятовъ, особенно сильно развиты были въ школахъ и имли ръшительное вліяніе на үчениковъ; мы встрбчаемъ многочисленныя указанія на то, что мальчики уніяты, подвергаясь постояннымъ насмшкамъ со стороны учителей и сотоваращей, не были въ состояній вынести ихъ и спасалась переходомъ въ католичество *). Кеендзы, желая тѣмъ-же оружіемъ дъйствовать и на взрослыхъ, не ограничавались порицаніємъ унів на словахъ, въ рбчахъ и проповѣдяхъ; они старались прелставить наглядныя докезательства зависимости уніятской церкви, ен второстепеннаго положенія и неблагородааго значенія; такъ, между прочимъ, установился повсемѣстно обычай, въ салу котораго ксендзы запрещали въ уніатскихъ церквяхъ звонить въ колокола въ день св. Пасхи, въ случаѣ, если она приходилась раньше католической и совпадала съ послѣдними недѣлями носта у католивовъ; если увіятскій священникъ не повиновался этому запрету, то ему приходилось испытывать довольно крутыа мъры преслдованія со стороны ксендзовъ. Такъ, напримъръ, одинъ приходской священникъ, въ наказаніе за то, что приказалъ звонить во-время всенощной на св. Пасху, былъ арестованъ, жившими въ одномъ съ нимъ мѣстечкѣ, Доминиканцами; виѣсто тюрьмы, его посадили въ склепъ костельный и продержали тамъ всю ночь среди гробояъ и покойвоковъ ?) Если при исполненін какого-нибудь церковнаго обряда (прим. 374) (прим. 376) (прим. 377)

Примечание 374. іа. стр.: 524, 525, 557.

Примечание 375. Тј. стр. 546 – 547.

Примечание 376. Шііа. стр.: 541, 543, 547, 550, 563, 565, 572. 4) Њід. стр. 531, 538, 549, 561, 563.

Примечание 377. Шій стр. 567.

сходились вмъстВ католическіе и уніятсків священняки, то первые держали себя гордо и неприступно по отношенію ко вторымъ, и старались избвгать ихъ общества; такъ мы имѣемъ свѣденіе о томъ, что нъсколько уніятскихъ священниковъ было приглашено для участін въ погребальной процессін въ вармелитскій монастырь; посл совершенія обряда католическое духовенство было приглашено на объдъ въ монастырскую столовую, уніятскимъ-же сващенникамъ монахи выслали закуску въ конюшню !).

Если ипрезрѣніе, оказываемое католическимъ духовенствомъ увіятской церкви, заставляло многихъ переходить въ латинство, то еще большев количество уніятовъ оставляло свою церковь вслъдствіе вліянія, развивавшагося въ семейной жизни при сиъшанныхъ бракахъ. Обыкновенно католическая личность, руководимая совѣтами ксендзовъ, старалась повліять на членовъ семьн уніятовъ, нерѣдко съ помощью насилія, для того, чтобы заставить ихъ принять католичество; почти всегда дъти отъ такихъ браковъ крестились у ксендза и дълались католиками; ксендзы потому и старались поощрять смъшанные браки, нерѣдко принуждали уніатовъ къ ихъ заключенію побоями в насиліями; бывали случаи, что ксендеъ, напоивъ до пьяна жениха, тутъ-же вбнчалъ его съ католичкою въ пьяномъ видѣ; не ограннчяваясь этимъ, католическіе ксендзы часто вѣнчали уніятовъ съ католичками и обратно даже въ такихъ случаяхъ, когда новобрачные не были уже свободны и раньше вступили въ бракъ съ другими лицами, остававшимися еще въ живыхъ. Лишь только образовывалась такая семья, ксендзъ являлся въ нее для исполненія требъ и мало-по-малу обращалъ всю семью въ католичество.

Дворяне-католики, относясь, похобно католическому духовенству, съ полнымъ презрніемъ къ унін, принуждали внушеніями, побоями, притѣсненіями слугъ своихъ и крестьянъ переходить въ католичество, ослушныхъ или медлавшихъ они понуждали взысваніями, штрафами и стѣснительными экономическими мърами, такъ, нашримѣръ, мы встрбчаемъ пловсемВстное явленіе, что помѣщики заставляли крестьянъ уніятовъ отбывать барщину въ лраздинчные дни; когда-же вослъдніе ссылались на церковныя постановленія, то шляхтнчи отвбчали насибшкою: „ваши русскіе праздники обязательны только до полудня, позже этого времени они таютъ какъ иней на солнцѣ“.

Веѣ указанные пріемы конечно не составляли и десятой доли того преслЪлованія, которое испытывало православіе, но они были достаточны для того, чтобы повернуть уніятовъ въ католячество Унія не имѣла подобно православію на своей сторонб ни преданія. ни ясно очерченнаго самостоятельнаго ученія-—навязанная весьма нелавно народу въ нѣкоторыхъ западно-русскихъ областяхъ речипосполитей, она не успъла пустить корней; народъ относнлся къ ней равнодушно, готовъ былъ промънать ее съ полнымъ индеферентизмомъ на любое другое христіанское въроисповѣданіе и, конечно, не былъ рас- (прим. 378)

Примечание 378. Шід. стр. 538.

положенъ нести жертвы въ защиту ея. Въроятно унія не выдержала-бы и этого первоначальнаго столкновенія, еслибы время позволило сколько-нибудь продлить его; но времени для этого не достало: въ 1772 году Червоная Русь перешла во владѣніе Австрін и унія нашла пріють н спокойствіе подъ свнью вротерпимой власти Іосифа П.

Вызванная политическою и религіозною интригою, уніч лишена была жизненной силы со дня своего рожденія. Какъ политическое орудіе, вложенное въ руки шляхетскаго сословія езуитами, она годна была только для того, чтобы полъ знаменемъ своимъ укрыть насиліе, дійствовавшее не въ ея интересахъ и готовое обратиться на свое же орудіе, лишь только минуеть въ немъ надобность. Ненавистная лля православныхъ жителей речапосполитой, какъ знамя кровавого гнета, презрѣнная для католиковъ какъ подставная полумра, какъ уступка „схизмВ“, релагіозная унія пережила печально свою ясторическую судьбу. Тамъ, гдѣ она исчезла, она оставила въ памяти народонаселенія только воспомиваніе о минувшемъ тяжеломъ бъдствіи, въ тВхъ-же немногихъ областяхъ, гдѣ она дожила до нашего времени, она продолжаетъ вести борьбу съ католачествомъ за свое существованіе и вибстѣ съ тѣмъ должна находаться въ полномъ подчиненіи и въ формальномъ, вншнеиъ согласіи съ поглощающимъ ее противникомъ.

”

—— зэ —