Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Глава XXIV. Г. 1289—1337. (часть 2-я) - Оригинал

История древнего Галичско-русского княжества. Часть третья

3. Въ то время, когда Московскіе и Тверскіе князья ссорились за такъ названное Владимиро-Клязменское Великое княжество, когда они раболѣпно, собственной корысти ради, корились у ногъ хана, когда пролитая послѣднимъ кровь Михаила Ярославича № 338, и соперника его Георгія Даніиловича № 378 дымилась въ ордѣ, когда Татарскіе Баскаки и воеводы гордо бушевали по сѣверной Руси, истощая достояніе народа и проливая неповинную кровь его, словомъ, когда Великая Россія до вступленія на престолъ Іоанна Калиты (1328 г.) въ самомъ бѣдственномъ и унизительномъ находилась состояніи; тогда сильные Галичско-Владимирскіе князья „_Dei gratia Duces totius terre Russiae, Galiciae et Lademeriae_“ изъ дружбы и милости „_sincera amicitia et favore_“ обѣщаются защищать храбрый орденъ Нѣмецко-Прусскихъ крестоносцевъ отъ Татаръ. — Не они, князья искаютъ, покровительства и союза противъ Татаръ; только Нѣмецкій воинственный орденъ нуждается въ ихъ защитѣ, нуждается до той степени; что въ теченіи девятьнадцати лѣтъ, пять разъ старается возобновить княжеское обѣщаніе, а для снисканія благосклонности покровителей, употребляютъ въ посредники какого-то родственника Галичскихъ князей, изъ славнаго, доселѣ въ Германіи господствующаго рода, князей Шварцбургскихъ.

4. Изъ выше сказаннаго видно, что хотя существовалъ прежде какой-то родъ зависимости или союза между Галичскими князями и Татарами, какъ послѣдствіе безразсудства Льва Даніиловича, искавшаго у нихъ помощи въ маловажной распрѣ съ Литовскими и Краковскими князями, то связь эта и отношенія, или въ послѣднія лѣта самаго Льва, или же, во время господствованія сына его короля Юрія № 396 между 1300 и 1316 годомъ прекратились. — Какимъ средствомъ неизвѣстно, есть только намекъ въ вышеприведенныхъ словахъ Митрополита Кипріана: „_тогда бо бяше въ своей чьсти и времени земля волыньскыа всякымъ обильствомъ преимущи и славою, аще и нынѣ ПО МНОГИХЪ РАТЕХЪ_“ — словомъ не было уже совсѣмъ никакой связи, никакихъ отношеній между Галичско-Владимирскими государями и Татарскими; ибо, какъ же бы дерзали первые заключать договоры обороны противъ послѣднихъ, если бы они находились въ какой либо зависимости, дружбѣ или союзѣ съ ними?

5. Въ грамотѣ короля Юрія съ 1316 года, выше въ 236 примѣчаніи приведенной, обязывается онъ защищать владѣнія ордена не только отъ Татаръ, но такоже и отъ всякого другаго врага-наступателя „_et ab hostili quolibet invasore_“ — когоже подразумѣвали договоривавшіеся державы другимъ, для ордена опаснымъ нападаталемъ? — Безъ сомнѣнія Владислава Локотка, короля Польскаго. — Изъ этого обстоятельства явствуетъ, что хотя наши князья и Пруссію и Польшу равномѣрно ограждали отъ Татарскаго насилія, они однакожъ болѣе благопріятствуя Нѣмецкому Ордену, не дозволяли Польскому государю оскорблять Прусское владѣніе. — Словомъ, чувствуя свое могущество, старались сохранять равновѣсіе, между сѣверными и сѣверовосточными державами.

6. Но не только Нѣмецкіе рыцари нуждались въ защитѣ Галичско-Владимирскихъ государей отъ Татаръ, и Польскіе владѣтели пользовались ею. — Мы видѣли выше въ 239 примѣчаніи, съ какимъ прискорбіемъ „_cum dolore_“ печалился Владиславъ Локотокъ, потерявъ кончиною Андрея и Льва непреодолимое огражденіе „_inexpugnabile scutum_“ отъ поганцевъ. — Въ своемъ докладѣ къ Папѣ ошибается онъ только, вѣроятно по невѣдѣніи, предполагая, что смертію этихъ двухъ князей пресѣкся родъ нашихъ владѣтелей, ибо остался былъ еще Юрій II. сынъ Андреевъ. — Письмо Польскаго владѣтеля къ папѣ есть неоспоримымъ доказательствомъ, что наше отечество не было тогда въ Татарской зависимости, и составляло самостоятельную державу ибо если бы наши князья были Татарскими вассалами, то какъ же бы они могли быть защитою другой державѣ противъ собственныхъ обладателей? — Могли ли Московскіе или Тверскіе князья быть тогда кому либо заступниками, защищеніемъ, отъ Татарскаго насилія?

7. Въ послѣдней грамотѣ Юрія втораго № 480, выше въ 242 примѣчаніи, замѣчаемъ въ первый разъ употребленіе названія „Меньшой Россіи, Малороссій — _Minoris Russiae._“ — Намъ мнится, что это было подражаніе Польской нововыдумкѣ. — Владиславъ Локотокъ, князь Польскій или, какъ позже называли, Великопольскій 253, присоединивъ къ своимъ прежнимъ областямъ княжества Краковское, Сандомирское и Люблинское, принялъ титулъ короля Польскаго, какъ мы уже сказали, перенесъ изъ Польши постоянную резиденцію для цѣлаго своего государства въ Краковъ; съ того времени въ знакъ нераздѣльности новооснованной державы, стали называть княжества Краковское, Сандомирское и Люблинское такоже Польшею — Молопольшею — Minor Polonia. Тому то примѣру послѣдовалъ и нашъ князь или его совѣтъ, и наименовалъ свое государство въ различіе отъ Россіи, остававшейся подъ Татарскимъ вліяніемъ — Малой Россіею.

8. Еще одна замѣчательная новость. — Юрій вторый въ первыхъ двоихъ своихъ грамотахъ съ 1325 и 1327 года, хотя еще безъ сомнѣнія малолѣтный 254, а можетъ быть и въ младенческомъ возрастѣ, договоривается съ орденомъ и обѣщается быть съ нимъ въ дружбѣ, лишь только отъ своего имени, какъ единовластный самодержавный государь; въ грамотахъ напротивъ 1334 и 1335 года, хотя онъ старѣе о десять лѣтъ, принимаютъ участіе и придворные чиновники, и епископъ и областные воеводы — за чѣмъ же это, доселѣ необыкновенное нововведеніе? — По нашему мнѣнію не было другой причины, какъ только, что князь или страдалъ тѣлеснымъ неисцѣлимымъ недугомъ, или былъ слабоуменъ, и по той даже причинѣ въ короткое послѣ время бездѣтенъ кончился. — Въ сего рода затрудительномъ обстоятельствѣ, когда государь былъ неспособенъ къ правленію, не оставалось другаго средства, какъ только составить правительствующій государственный совѣтъ, коего члены по очереди окружали престолъ и занимались государственными дѣлами. — И такъ, въ 1334 году, встрѣчаемъ при князѣ въ Львовѣ Галичскаго епископа Ѳеодора, Хотка Тіуна или судью двороваго, Юрія Лысаго, „_Calvus_“ вѣроятно воеводу Галичскаго, Александра Молдаовича, можетъ быть воеводу Холмскаго, которыхъ уже въ грамотѣ 1335 нѣтъ, но вмѣсто ихъ, другій придворный судья Василько Кудриновичь, воеводы Перемышльскій и Луцкій, и какой-то вельможа Хотко Еромиричь. — Чтобъ однакожъ, по незнаніи дѣлъ, не было замѣшательства въ ихъ ходѣ, оставались и изъ предъидущей очереди, первый чиновникъ дядька Димитрій, 255 Михаилъ Елезаровичь воевода Белзскій, и Борисъ Кракула воевода Львовскій. Четырехъ прежнихъ выступило, четыре новыхъ вступило въ совѣтъ, котораго полный комплектъ изъ семи лицъ, изъ коихъ Дядька Димитрій какъ старшій сановникъ, безъ сомнѣнія, былъ предсѣдателемъ собранія.

Недужное состояніе князя продолжалось еще годъ или два, онъ по соображенію всѣхъ обстоятельствъ преставился въ 1337 или 1338 году; его кончиной прекратилась вторая династія нашихъ государей. У Георгія Втораго не было сына, и ему наслѣдовалъ во владѣніи Галичскимъ и Владимирскимъ княжествомъ, зять его изъ рода Литовскихъ князей, Любартъ Гедиминовичь, хотя впрочемъ была еще боковая линія князей, прямо отъ короля Даніила Романовича происходившихъ: какъ мы это и ниже въ 249 примѣчаніи, и въ особомъ сочиненіи на Латинскомъ и Русскомъ языкѣ подъ заглавіемъ: „_АНОНИМЪ ГНЕЗНЕНСКІЙ И ІОАННЪ ДЛУГОШЪ, ДРЕВНѢЙШІЕ ПОЛЬСКІЕ ПИСАТЕЛИ ВЪ ОТНОШЕНІИ КЪ ГАЛИЧСКО-РУССКОЙ ИСТОРІИ_“ изложить и доказать постарались, и которое можетъ быть, послѣ, вмѣсто четвертой части нашей исторіи, будетъ изданно. — Кончиной Георгія Втораго окончивается и наша исторія древняго Галичско-Русскаго княжества. — Отсылая впрочемъ любознательнаго читателя, желающаго узнать судьбу Галичской земли послѣ пресѣченія рода природныхъ Русскихъ князей, къ сочиненію изданному въ Москвѣ въ 1845 году, подъ заглавіемъ: „_Критико-Историческая повѣсть временныхъ дѣлъ Червоной или Галицкой Руси, сочиненіе Дениса Зубрицкаго, Переводъ съ Польскаго Осипа Бодянскаго._“ Тамъ онъ, не взирая на хаотическій безпорядокъ, недостатки и промахи въ сочиненіи, начиная отъ 95 страны, найдетъ кое-какое продолженіе Галичской Исторій до конца XV. столѣтія 256.

Оставалосьбы намъ еще, привесть нѣкоторыя несогласныя съ истиною выдумки Польскихъ писателей, относящіяся къ настоящей эпохѣ нашей исторіи, и показать ихъ неосновательность. — Мы избираемъ одну только; ибо запутываться въ разсужденіе и опроверженіе всѣхъ, была бы Геркулесовская работа.

Нарушевичь Томъ V. книга IV. §. 4—6, опираясь на краснобаѣ Стрыйковскомъ, разсказуетъ. — Что въ 1320 году въ Владимирѣ господствовалъ князь Владимиръ, а въ Луцкѣ Левъ; что въ томъ же самомъ году ВЪ ОСЕНИ, Гедиминъ князь Литовскій, пустился къ Владимиру и осадилъ тамошній замокъ — гарнизонъ защищался, пока самъ князь Владимиръ не приспѣлъ (отъ куда?) на помощь съ Волынцами и Татарами — что подъ стѣнами замка завязалась битва, что Жмудьская пѣхота и Литовская конница смяли Татаръ, обратили ихъ въ бѣгство, князь Владимиръ палъ мертвый на побоищѣ, гарнизонъ замка отворилъ врата и сдался Гедимину; что побѣдитель двинулся къ Луцку съ тѣмъ же успѣхомъ, ибо, испуганный пораженіемъ Владимира, Луцкій князь Левъ, бѣжалъ къ зятю своему (супругу дочери) Роману, князю Бранскому, а гарнизонъ Луцкій, бояре и вся чернь, признавъ Гедимина своимъ государемъ, клялись ему въ вѣрноподанствѣ; что примѣру Волынцевъ послѣдовала Берестейская земля; и князь Литовскій ВЪ ОДНУ ОСЕНЬ 1320 ГОДА, малымъ трудомъ, завладѣвъ столь обширными княжествами, остановился зимовать въ Берестѣ, опредѣливъ какъ тамо, такъ и во Владимирь и Луцкъ старостъ изъ своего народа. — Герой не довольствовался тѣмъ блистательнымъ успѣхомъ. — На весну 1321 года выступилъ онъ изъ зимныхъ квартиръ, направилъ съ умноженнымъ войскомъ походъ свой къ Кіеву. — По дорогѣ занялъ Овручь и Житомиръ, и сближался въ Кіеву, гдѣ властвовалъ тогда какой-то князь Станиславъ. — Станиславъ, бодрѣе князя Луцкаго, рѣшился въ открытомъ полѣ испытать счастья съ смѣлымъ наступателемъ, встрѣтилъ его о 6 миль отъ Кіева на какой-то рѣкѣ Пѣрнѣ, съ Татарскими полками, и Русскими своими союзниками, Олегомъ Переяславскимъ, Романомъ Брянскимъ и Луцкимъ бѣглецомъ княземъ Львомъ, и расположился тамо лагеромъ. — Закипѣло кровопролитное сраженіе, которое Стрыйковскій и Нарушевичь обстоятельно, какъ бы въ немъ соучаствовали, описуютъ. Князья Русскіе были разбиты, Олегъ и Левъ Луцкій положили головы на мѣстѣ битвы, Романъ и Станиславъ бѣжали даже въ Рязань, войско разсыпалось въ побѣгѣ на всѣ страны, было гонимо и истребленно и обозъ достался побѣдителю, который, раздѣливъ поутру послѣ сраженія добычу между своихъ воиновъ, подвигался къ Кіеву. — Лишившееся всякой надежды на помощь духовенство, бояре и народъ выступили напротивъ побѣдоноснаго Гедимина, подъ стѣнами города были ему челомъ, провозгласили Русскимъ и Кіевскимъ княземъ, и поклялись ему въ вѣрности. — Гедиминъ установилъ въ Кіевѣ губернатора, отправился далѣе, занялъ Бѣлогородокъ, Слѣповротъ, Каневъ, Черкассы, Сѣверское княжество, Брянскъ, Переяславль, распростеръ Литовскіе предѣлы до Путивля, и такъ прекратилась Русско-Кіевская монархія, словомъ „_FINIS RUSSIAE!_“ Все это совершилось въ 1320 и 1321 году!

Вотъ тебѣ, почтенный читатель, серіозно разсказанное историческое свидѣтельство, самыхъ важныхъ сосѣднихъ бытописателей! — Я вижу, ты морщишь лобъ — качаешь головою — и ты правъ — ибо: — въ 1320 году господствовалъ мирно въ Владимирѣ, не какой-то

Владимиръ, а Андрей № 440 „_Dux Ladimiriae_“ И ВЪ ОСЕНИ тогожъ года, то есть двадцать осмаго Ноября „_IN DIE RUFFI_“ во время, когда Польскіе выдумщики Владимирскаго владѣтеля убили въ сраженіи съ Гедиминомъ подъ стѣнями города Владимиря, издалъ въ томже самомъ городѣ „_in Ladimiria_“ Торунскимъ купцамъ льготную грамоту, какъ выше стр. 250, ибо братъ его Левъ управлялъ тогда Галичскою областію а не Луцкомъ, ибо они оба преставились только около 1324 года на одрѣ, а не въ сраженіи — „_descesserunt ex hac luce._“ — Въ противномъ случаѣ Локотокъ писалъ бы къ Папѣ, что они погибли въ битвахъ съ язычникомъ Литовцемъ. — Безпокойствіе короля Польскаго отъ Татаръ было бы неумѣстнымъ, если бы князь Литовскій, побѣдилъ въ 1320 и 1321 году и Русскихъ князей и союзныхъ съ ними Татаръ и завладѣлъ всѣми землями даже до Путивля, ибо тогда былъ бы уже онъ, Гедиминъ, и его обширныя владѣнія, преградою между Польшей и Тагарами[?], и король Польскій не нуждалсябы въ папской помощи противъ Татаръ, — ибо, Владимиръ, князь Владимирскій, коего послѣдніе года жизни, и смерть мы, обстоятельно выше въ XIII. главѣ страна 234—43 описали, еще 1289; современникъ его Левъ Даніиловичь около 1301 года кончился, а Романъ Брянскій № 297, тесть Владимира Васильковича, уже въ 1274 году, какъ мы видѣли, въ походѣ Льва и Татаръ на Литовцевъ подъ Новгородокъ, (смотри выше страна 213 и 214) былъ уже тогда въ преклонныхъ лѣтахъ; слѣдовательно въ 1320 году не могъ жить и биться подъ Кіевомъ; близко столѣтній старецъ не могъ быть зятемъ молоденкаго Льва 257. — Ибо Татары не могли находиться въ ополченіи Русскомъ князей Галичско-Владимирскихъ противъ Гедимина, какъ Польскіе писатели полагаютъ. — Между Галичскими князями и Татарами въ тогдашнее время не было никакого союза, и напротивъ тѣ же князья были для Нѣмцевъ и Польши тогда защитою, непреодолимымъ тарчемъ „_inexpugnabile scutum_“ отъ Татаръ — ибо, не только въ 1321 году, но еще въ 1325, 1327, 1334 и 1335 господствовалъ во Владимирѣ не Гедиминъ, а Юрій Андреевичь „_natus Dux totius Russiae minoris,_“ и какъ его нѣкто изъ современныхъ Польскихъ писателей (Гнезненскій Архидіаконъ) называетъ „_MAGNIFICUS PRINCEPS TOTIUS RUSSIAE REGNI DUX._“ Онъ „Magnificus Princeps, totius Russiae Dux“ Юрій, не только не былъ въ раздорѣ съ Гедиминомъ, но жилъ съ нимъ въ дружбѣ, выдалъ единственную дочь или сестру свою за Гедиминова сына Любарта, и тотъ назначенъ былъ съ своей супругой наслѣдовать Юрію въ Галичско-Владимирскихъ княжествахъ, какъ мы уже выше упомянули, и Длугошъ въ I. томѣ 10 книгѣ страна 60 свидѣтельствуетъ, и издавалъ тамо свои грамоты. Слѣдовательно по его кончину, по 1337 годъ, не завоевалъ Гедиминъ ни Владимиря ни Луцка, ибо Луцкій воевода Отекъ, какъ выше въ 342 примѣчаніи, присутствовалъ въ 1335 году въ государственномъ совѣтѣ Владимирскаго князя. — Если же Гедиминъ но[?] завоевалъ въ 1320 году Владимиря и Луцка; то тѣмъ менѣе могъ онъ завладѣть тогда столь отдаленнымъ отъ его предѣловъ Кіевомъ, въ которомъ хотя управлялъ какой либо Русскій княжикъ изъ Черниговской линіи, Татарскіе Баскаки однакожъ обладали тамо, и по той причинѣ даже митрополитъ Петръ принужденъ былъ оставить этотъ городъ. Кіевскіе князья, какъ и другіе сѣверные, повиновались хану, Баскаки собирали съ народа дань въ ханскую казну; какъ же можно думать, чтобы могучій, величавый царь Узбекъ († 1340), котораго пышность была столь велика, что его для забавы на ловлю звѣрей сопровождало нѣсколько сотъ тысячь людей, равнодушно стерпѣлъ завоеваніе ему подвластнаго, подати подлежащаго, княжества? Слѣдовательно не завоевалъ Гедиминъ въ 1321 году и Кіева, ибо еще 1331 княжилъ тамо не какой-то Станиславъ, а князь Ѳеодоръ, который вмѣстѣ съ Татарскими Баскаками разбойничалъ (I. Новг. Лѣт. стр. 76). — Баснословъ Стрыйковскій слышалъ, а можетъ быть и читалъ, что во Владимирѣ когда-то жилъ какой-то князь Владимиръ, что у него были современные Левъ Даніиловичь Галичскій, и Романъ Брянскій, а у послѣдняго сынъ Олегъ, и онъ, схвативъ тѣ историческія имена и прибавивъ небывалаго Станислава, сплелъ свою небылицу. — Возразитъ кто либо, что Литва въ самомъ дѣлѣ завладѣла

Волыньей, Кіевомъ — да! но не въ 1320 или 1321 году — Любартъ, первый изъ Литовскихъ князей, завладѣлъ Волыніею и Галиціею только около 1337 года, тогда, когда родъ князей нашихъ, кончиною Юрія II. № 486 пресѣкся 258, и не силою оружія а правомъ наслѣдія, супругѣ его принадлежавшаго. — Завоеваніе же Литвою Кіева, только нослѣ[?] смерти славнаго Татарскаго хана Узбека,

(умеръ 1340 года), когда Татарское могущество ослабѣло, а Литовское присоединеніемъ Волыни и другихъ, въ союзѣ съ Литвой, находившихся Русскихъ князей, усилилось — могло бы случиться — а едва ли Гедиминомъ, который такоже, около 1341 года кончился, (Карам. IV. стр. 156) а скорѣе его сыновьями, и уже послѣ 1376 года; а можетъ быть, только славнымъ Великимъ княземъ Витовтомъ; ибо въ войнахъ между Польскими королями Казимиромъ и Людовикомъ съ одной, а Литворусскимъ союзомъ Гедиминовичей съ другой стороны по 1376 годъ продолжавшихся, о которыхъ въ четвертой части нашей исторіи, слѣдуя Польскимъ авторамъ, Анониму Гнезненскому и Іоанну Длугошу станемъ разсказывать, о Кіевскомъ воинствѣ въ Литворусскомъ ополченіи, лѣтописи вовсе не упоминаютъ. Словомъ, мы смѣло можемъ утверждать, что мелкій Литовскій народъ никогда не завоевалъ обширной, многолюдной западной Руси, только князья рода Гедиминовичей крестясь и женясь на Русскихъ княжнахъ малопомалу завладѣли Русскими княжествами, совсѣмъ обрусѣли, малый Литовскій народецъ всякнулъ въ массѣ Русскаго народонаселенія и не осталось по немъ ни государственныхъ Литовскихъ грамотъ, ниже другихъ памятниковъ, лишь только наименованіе Литовскаго В. княжества, въ память перемѣны династіи, что обладатели этой державы происходили отъ Литовскаго народа, какъ „_Словѣнескъ языкъ отъ Варягъ_“ Рюриковичей „_прозвашася Русью, а первѣе бѣша Словѣне_“ (Лавр. стр. 12), такъ и западная Русь отъ князей Литовскаго происхожденія стала называться Литвою.

Еще одна нескладица и ее опроверженіе. — Божусь тебѣ, читатель, что она будетъ самая послѣдняя. — Нарушевичь и его послѣдователи, опираясь на словахъ какого-то Швейцарскаго монаха Іоанна Витодурана 259, пишутъ намъ: будь то бы по смерти послѣдняго нашего князя Юрія № 486 ханъ Татарскій опредѣлилъ для нашей земли въ государи какого-то Татарина (поганца). но Галичане отравили его. — Ханъ отрядилъ вмѣсто перваго втораго такоже Татарина, но и послѣдняго постигла таже самая судьба, его тоже окормили ядомъ, и тогда-то ханъ, отчаиваясь уже навязать Галичанамъ князя Татарскаго племени, пристроилъ имъ въ государи христіанина Латинщика, то есть Болеслава Мазовецкаго, который, увы! такоже хитрыми ядотворцами Галичскими Русинами отправленъ отравою на тотъ свѣтъ! — Какая безтолковица! — Три князя владѣтели, смирно, безпечно, дозваляютъ въ теченіи трехъ или четырехъ лѣтъ отравлять себя, другъ послѣ друга, словно какъ безразсудныхъ крысъ! — Мы уже многократно замѣтили, что въ XIV. столѣтіи Татары не только не имѣли никакой власти ниже вліянія на Галичско-Владимирское государство, но напротивъ, наши государи были необоримымъ щитомъ отъ Татаръ для западныхъ народовъ; слѣдовательно ханъ не могъ и не имѣлъ права навязывать намъ князей. — Извѣстна всѣмъ политика хановъ; что они даже и въ сѣверной, имъ совсѣмъ покоренной Россіи, никогда не производили Татаръ въ Русскіе князи, измѣняли только или утверждали на престолахъ потомковъ древняго рода Рюриковичей, довольствуясь единственно ихъ подчиненностію, и народною данью. Точно въ тоже само время (1336—1340) свирѣпствовали Татары со всею строгостію въ княжествахъ Рязаньскомъ, Московскомъ, Суздальскомъ и пр. избивали Русскихъ князей, но вдругъ въ ихъ мѣсто возводили другихъ того же происхожденія, со всѣмъ не пытаясь навязывать Руси государей собственнаго Татарского рода. (Лавр. стр. 196—201). — Еслибы обладатель Татаріи въ самомъ дѣлѣ рѣшился былъ поставлять поганцевъ Татаровъ въ владѣтели христіанской Руси, то современный Польскій хронографъ Анонимъ Гнезненскій, мужъ государственный, Подканцлеръ короля Казимира, непремѣнно упомянулъ бы былъ о томъ чрезвычайно важномъ, и его отечеству и другимъ сосѣдственнымъ христіанскимъ державамъ угрожавшемъ произшествіи, и напослѣдокъ: какъ можно вздумать, чтобъ ханъ, противникъ Римской политики, князю принадлежащему къ этой Римской системѣ самъ подавалъ, или дозволялъ занимать Галичскій, будь то отъ его, ханскаго распоряженія зависящій престолъ? — Какихъ же могъ онъ надѣяться выгодъ, отъ вовсе ему неизвѣстнаго, папской власти подлежащаго Пястовича Латинника? —

Примечания

  1. Мы уже въ первой части 3 стр. замѣтили, что только княжества Гнѣзненское, Познаньское, Калишское и ихъ окрестности, издревле назывались Польшею; а князья тѣхъ земель Польскими князями.

    Вернуться к тексту

  2. Не подлежитъ сомнѣнію, что Юрій №. 486 находился тогда въ малолѣтствѣ. — Дѣдъ его Юрій №. 396 родился и крещенъ 1261 года (Ипат. стр. 201), женился въ 1281 году, (Ипат. стр. 209) и прижилъ вопервыхъ сына Михаила, кончившагося въ 1284 году (Ипат. стр. 213). — — Положимъ, что другіе его сыновья, Андрей и Левъ, родилися въ 1284 и 1285 году, то начиная съ того времени, въ теченіи 41 лѣтъ по 1325 годъ, является уже третье поколѣніе Юрія Перваго. — Но можетъ быть, что оба послѣдніе князья родились гораздо позже, можетъ быть въ началѣ XIV. столѣтія. — Мы неимѣя неоспоримаго довода времени ихъ рожденія, приняли въ свое сороколѣтнее исчисленіе самыя дальныя точки.

    Вернуться к тексту

  3. Дядька — Пѣстунъ — Высокій и добродѣтельный сановникъ, которому поручалось воспитаніе князей, и у коихъ они послѣ обыкновенно были первыми чиновниками.

    Вернуться к тексту

  4. Прекрасное было бы поприще для молодаго любителя исторической науки, написать исторію Галичской Руси съ 1341 по 1772 годъ, годъ возвратнаго присоединенія Галиціи къ Австрійской державѣ, изъяснить всѣ перевороты и событія подъ венгерскимъ и польскимъ владѣніемъ. Множество есть матеріаловъ, множество важныхъ и любопытныхъ происшествій, надо только усердной воли, прилѣжнаго труда и критическаго дарованія. Посвятившійся сочинитель исторіи сего періода, не будетъ въ необходимости пережевывать сказанное уже другими; онъ будетъ самостоятельнымъ повѣствователемъ, ибо кромѣ слегка, мимоходомъ, а иногда и ошибочно разсказанныхъ нами, этаго періода касающихся, событіи въ Повѣсти о Червоной Руси, и другихъ мелкихъ твореніяхъ, никто еще не коснулся этого предмета. Пашня совсѣмъ невоздѣланная ожидаетъ трудолюбиваго дѣлателя.

    Вернуться к тексту

  5. Что Польскіе писатели въ своей выдумкѣ на Владимира № 360 и Льва № 356 мѣтили, видно и изъ Густинской Лѣтописи. — Нашъ разказчикъ Лосицкій, уже безъ обиняковъ называетъ перваго Владимиромъ Васильковичемъ, а втораго Львомъ Даніиловичемъ (Ипат. стр. 348) и запутываетъ обстоятельства еще больше, утверждая, что предположенное завоеваніе Гедиминомъ Волыни и Кіева совершилось даже еще въ 1304 и 1305 году. — Графъ Казимиръ Стадницкій, даровитый и довольно безпристрастный писатель, въ изслѣдованіи своемъ „о Сыновяхъ Гедимина“ стремясь непремѣнно поддержать басенку Стрыйковскаго о выдуманныхъ князяхъ Владимирѣ и Льву, будьто убитыхъ Литовцами въ 1320 г. подъ Владимиромъ и Луцкомъ, полагаетъ, что Андрей № 440 имѣлъ другое имя Владимиръ, подъ коимъ его приводитъ Стрыйкойскій. — Но гдѣ же до-[?]

    Вернуться к тексту

  6. Послѣдуя общепринятому мнѣнію, превосходящихъ насъ своимъ знаніемъ дѣеписателей, сказали мы въ текстѣ, что родъ князя Романа Мстиславича № 250, близко полтораста лѣтъ владѣвшій Галичско-Владимирскими княжествами кончиною Георгія II. № 486 прекратился; но мы съ своей стороны думаемъ, что отрасль этой преславутой линіи Рюриковичей еще и позже, почти по конецъ XIV. столѣтія, процвѣтала и господствовала въ нѣкоторыхъ областяхъ Галичско-Владимирскаго государства подъ зависимостію Литовскихъ или Польскихъ владѣтелей. — Мы увѣрены, что князь Юрій, обладавшій съ 1349 по 1377 а можетъ быть и далѣе, княжествомъ Белзскимъ, Холмскимъ и Любачевскою землею, который такъ мужественно противу Казимира короля Польскаго и Людвика Венгерско-Польскаго защищалъ свою собственность, какъ мы въ Повѣсти о Червоной Руси стр. 131, прим. 33, стр. 150, 169, 172, 173 и 174 изложили, былъ потомкомъ Рюрикова рода, и мы уже около 1840 года, трудясь сочиненіемъ выше приведенной повѣсти, сообразивъ всѣ обстоятельства, признали его княземъ Русскаго, а не Литовскаго происхожденія, хотя впрочемъ намъ невозможно было тогда отгадать, къ какой онъ подлинно принадлежалъ линіи Русскихъ князей. — Современный ему Анонимъ Гнезненскій и Длугошъ упоминаютъ о немъ, не приводятъ чей онъ былъ сынъ; Стрыйковскій только первый, узнавъ, что въ тогдашнее время былъ жилъ нѣкто Литовскій князь Юрій сынъ Наримунтовъ, державшій нѣкогда Кременецкій замокъ, передѣлалъ Русскаго князя Юрія Белзскаго на Литовскаго Юрія Наримунтовича, а ему послѣдовалъ Нарушевичь, Карамзинъ (ключь Строева стр. 62) и другіе новѣйшіе писатели и тѣмъ затмили историческую истину. — Только когда мнѣ въ 1847 году посчастливилось пріобрѣсть безцѣнный трудъ Г. Востокова „_Описаніе Рукописей Румянцевскаго Музеума_“ нашелъ я въ немъ на 174 странѣ, въ описаніи стариннаго харатейнаго Евангелія XIII. вѣка, слѣдующую любопытную вкладную записку 1376 года, подкрѣпившую мое прежнее, тогда только на соображеніи основанное, предположеніе, служащую доказательствомъ; что Юрій былъ не Литовскимъ но Русскимъ княземъ. — Вотъ эта записка: — „_Въ имя Отца и Сына и святаго Духа, се я князь юрія холмскии сынъ даниліа холмскаго по смерти сына моіего князя семена придали іесмо къ церкви Божой пречистои Богоматери на Богомоле вечистоіе село стрижово слепче Космово цуцнево зовема обаполъ бугу в лѣто 6784 к столцу іепископіи холмскоіе при боголюбезномъ калисти іепископи холмъскомъ и белъзкомъ да пребудуть же непорушно подъ анаѳемою: зашто здѣ даи Господи намъ побытъ и здравііе а по семъ и деметъ нашимъ вечную память аминь._“ — Изъ этой вкладной удостовѣрился я, и читатель удостовѣрится, что Юрій князь Белзскій и Холмскій владѣтель тѣхъ земель, естли не долѣе то по 1378 г., былъ Даніиловичь, а не Наримунтовичь, слѣдовательно изъ рода Русскихъ Рюриковичей а не Литовскихъ Гедиминовичей, что какъ онъ, такъ и прежде родитель его, былъ княземъ Холмскимъ, что у него, Юрія, былъ сынъ Семенъ умершій или въ 1376 году или прежде, что у него, по словамъ тойже вкладной записи, были и другія дѣти „_и детемъ нашимъ,_“ что изъ этихъ дѣтей былъ сынъ Іоаннъ, подписавшій съ другими Литовскими и Русскими князями поручательную, въ коронной Метрикѣ находящуюся грамоту, за князя Ягайла, въ которой онъ является подъ названіемъ „_Joannes Georgii Belzensis filius DUX RUSSIAE_“ (Stadnicki. Synowie Gedymina tom I. str. 24). — Князь Юрій Даніиловичь Белзскій былъ безъ всякаго сомнѣнія, сыномъ Даніила Мстиславича № 397 нашей родословной картины. — Когда померли родитель его Даніилъ и дѣдъ Мстиславъ № 397[?], князь Владимирскій Луцкій и Берестейскій, какъ мы уже въ своей исторіи замѣтили, неизвѣстно; кажется, что въ началѣ XIV вѣка и въ короткое время послѣ смерти Льва Даніиловича № 356, а онъ Юрій, впослѣ князь Холмскій и Белзскій, остался малолѣтнымъ сиротою безъ отца и дѣда. — Юрій Львовичь № 396, какъ старшій въ родѣ Романовичей, присоединивъ къ своей Галичской державѣ Владимирско-Луцкій удѣлъ дяди Мстислава № 358 и двоюроднаго брата Даніила № 397, принялъ титулъ „Regis Russiae Principis Ladimiriae“ какъ выше сказано, воспитывалъ малютку родственника такоже Юрія сына Даніилова, и или онъ самъ, или же сыновья его Андрей № 440 и Левъ 441, когда сирота достигъ принадлежащаго возраста, надѣлили его Холмомъ и Белзомъ удѣлами, которыми и отецъ его Даніила Мстиславичь прежде владѣлъ. — Въ нашей родословной картѣ Юрій Даніиловичь Белзскій долженъ бы занимать мѣсто въ XIII. степени между № 441 и 442, а сыновья его Семенъ и Іоаннъ въ XIV. степени между № 486 и 487. — Что еще кромѣ только что приведенныхъ князей Юрія и сыновей его Семена и Іоанна, изъ линіи Галичскихъ Романовичей происходящихъ, жили, и въ тогдашнее время владѣли мелкими удѣлами въ Галичско-Владимирскихъ областяхъ и другіе князья Рюриковичи, вѣроятно изъ Черниговской и Пиньской линіи, свидѣтельствуетъ Длугошъ страна 1088, извѣщая, что когда Казимиръ въ 1349 году завоевалъ Волынь „_Nonnullorum autem ducum Russiae (plures enim ea tempestate extabant) praecibus placatus, eos in gratiam et foeudum excepit._“ и пр. то есть, что Казимиръ нѣкоторыхъ изъ Русскихъ князей, коихъ тогда тамо большее число находилось, въ милость и подъ свою руку принялъ. — Исторія Руси по правой сторонѣ Днѣпра, Волыни, Подоліи, Галиціи и Литвы въ XIV. столѣтіи почти вовсе невоздѣлана, сомнительная. Множество княжескихъ лицъ и именъ будь-то-бы Литовскаго, будь-то-бы Русскаго происхожденія появляется. Не знаешь, отъ куда они взялись, и какъ опредѣлить взаимныя ихъ отношенія. — Польскіе писатели увѣряютъ насъ въ завоеваніи Гедиминомъ и его потомками Русскихъ областей и истребленіи природныхъ князей въ третьемъ и четвертомъ десятилѣтіи сего вѣка, а мы напротивъ замѣчаемъ самыя дружелюбныя отношенія между Литовскими князями съ одной, а Русскими съ другой стороны; что конечно было бы невозможнымъ, если бы въ самомъ дѣлѣ въ первыхъ четырехъ десятилѣтіяхъ этого вѣка случились между ими столь враждебныя событія, какъ намъ ихъ описуютъ. — Мы съ удивленіемъ замѣчаемъ, что Славянскіе Русскіе князья и Русскій народъ всегда стоятъ заодно съ инородными Литовскими князями, противъ Славянъ Поляковъ и ихъ владѣтелей. — Видно, что исторія Литвы и западной Руси этого столѣтія еще точно не изслѣдована и не обдѣлана. — Въ настоящее время занялся разыскиваніемъ и обработкою той эпохи Графъ Казимиръ Стадницкій, какъ мы въ предидушемъ примѣчаніи упомянули, и издалъ два тома своихъ изслѣдованій подъ титуломъ „_Сыновья Гедимина,_“ которые послужатъ ему за пріуготовленный матеріалъ до исторіи сего времени. — Естьли онъ съ своимъ отличнымъ дарованіемъ освободится отъ предразсудковъ, свойственныхъ почти всѣмъ Польскимъ историческимъ изслѣдователямъ, освободится отъ довѣрчивости къ пустымъ разсказамъ маловажныхъ писакъ, то по его трудолюбію, наклонности и способности къ критическому разсматриванію, надо въ будущности ожидать чего дѣльнаго, — для исторической науки полезнаго.

    Вернуться к тексту

  7. Вотъ его слова: Imperator Tartarorum duos paganos breviter ante ista tempora reges satis idoneos Ruthenis praefecerat, quibus successive ab eis veneno extinctis, procuravit eis Christianum latinum et caet.

    Вернуться к тексту