Пётр Дорофеевич Дорошенко

1665—1676 г.г. Петр Дорошенко родился в Чигирине в 1627 году; он происходил из козацкой семи приписанной к чигиринской сотне. В 1649 году Дорошенко числился в составе гетманской козацкой сотни; Хмельницкий, заметив его выдающияся способности, возвел его в должность „арматнаго писаря" (товарища начальника артиллерии) и доверял ему важныя поручения. Так в 1650 году мы встречаем Дорошенка в числе трех предводителей, ходивших с козацким войском в поход на Молдавию; а в конце того же года он отправился в качестве депутата от козацкаго войска для переговоров с польским сеймом. В 1653 году Дорошенко занял должность прилуцкаго полковника, которую сохранил до конца 1659 года.

После смерти Хмельницкаго он принадлежал к кружку старшин, поддерживавших Выговскаго и его политическия стремления — он участвовал с козаками своего полка в военных действиях Выговскаго против полтавскаго полковника Пушкаря и затем против великороссийских войск; в последнем походе он был разбит князем Пожарским в битве у местечка Срибного и едва спасся бегством от плена. После низложения Выговскаго козацкою радою, Дорошенко поддерживал павщаго гетмана до последней минуты и только, после окончательнаго поражения Выговскаго у Хмельника, в конце 1659 года, он сдался со всеми, остававшимися в его лагере, козаками наказному гетману Сомку. За это постоянство Дорошенко был наказан лишением полковничества Прилуцкаго, которое было передано Федору Терещенку; на протоколе Переяславльской рады, утвердившей в гетманстве Юрия Хмельницкаго, Петр Дорошенко подписался без всякого чина. При новом гетмане Дорошенко, впрочем, занял вскоре весьма видное место в числе окружавших его старшин.

Уже в начале 1660 года он был назначен полковником Чигиринским и радою старшин отправлен в числе депутатов, посланных в Москву с просьбою об отмене некоторых статей Переяславльскаго договора; затем он принимал участие в походе под Чуднов Шереметьева и Юрия Хмельницкаго и при заключении последним договора с поляками, вел от имени гетмана переговоры с предводителем польскаго войска, Любомирским. До конца гетманства Юрия Хмельницкаго, равно как и при наследнике его, Павле Тетере, Дорошенко не терял своего значения. В 1663 году он получил от Тетери должность генеральнаго асаула, а в 1665 году присоединил к нему звание Черкасскаго полковника. Между тем в том же году Тетеря потерял надежду осилить Брюховецкаго и страшась повсеместнаго раздражения народа, решился оставить гетманство и убежал в Польшу.

После него оставалось открытое поле для соискания гетманской должности — первый претендент, пожелавший занять ее был один из предводителей, возставших против Тетери и поляков, крестьян, некто Опара, называвший себя Медведовским полковником; но для того, чтобы поддержать свою кандидатуру ему не доставало точки опоры; старшина козацкая; окружавшая Тетерю и разделявшая по большей части его стремления, и регестровые козаки относились враждебно к предводителю черни; между тем, заявляя свои притязания на гетманство; Опара лишался поддержки Брюховецкаго, в интересах котораго он действовал до того времени с целью подчинить его управлению правый берег Днепра и, в качестве правобережнаго гетмана, он из сторонника гетмана левобережнаго становился его соперником. Чувствуя шаткость своего положения Опара решился искать помощи извне и обратился за нею в Крым.

Татары действительно явились по приглашению Опары в Украину, но по дороге мурзы их были задобрены Дорошенком и решились помочь последнему занять гетманство. Когда в лагерь татарский у Богуслава явился Опара в качестве союзника, то мурзы арестовали его и выдали Дорошенку, который препроводил его потом в заточение в Польшу, козаки же, сопровождавшие Опару, по предложению мурз татарских, объявили Дорошенка „наказным" гетманом. В начале 1666 года последний созвал в Чигиригне раду старшин и козаков, которая и утвердила его в гетманском сане. Немедленно после избрания Дорошенку предстояло отстоять свою должность от Брюховецкаго, стремившагося овладеть всею Украиною, и он занялся этим очень деятельно.

Прежде всего он предпринял ряд успешных действий против тех козацких предводителей, которые признавали власть Брюховецкаго на правой стороне Днепра: один из них — брацлавльский полковник Дрозденко был разбит, взят в плен в Брацлавле и потом разстрелян в Чигирине, другой — полесский полковник Децик — оттиснут на левую сторону Днепра, куда Дорошенко вслед за тем перенес военныя действия; опубликовав универсалы, порицавшие действия Брюховецкаго, Дорошенко призывал всех жителей левобережной Украины соединиться под своею властью; вслед затем, вмешавшись в междуусобия, возникшия между козаками Переяславльскаго полка и их полковником Данком, Дорошенко принял сторону козаков, оттиснул великорусския войска, желавшия наказать их за убиение Данка; и овладел почти всем Переяславльским полком.

Но дальнейшия его действия были остановлены крупным событием, имевшим решительное влияние на дальнейшуюю судьбу Украины: 30 января 1667 года подписан был уполномоченными России и Польши Андруссовский договор; четвертая статья этого договора гласила, что договаривающияся стороны решили разделить Украину на две половины: русскую и польскую, границею которых должно было служить течение Днепра. Таким образом западная половина Украины должна была поступить обратно под власть Речи Посполитой и большинство ея населения возвратиться в крепостное состояние — исход этот конечно был встречен всеобщим негодованием народа и козаков. Между тем Дорошенко должен был подчиниться королю, и вступить с ним в переговоры относительно условий этого подчинения; переговоры эти действительно были начаты, но не привели ни к какому результату.

С одной стороны польское правительство предлагало условия крайне стеснительныя для козаков и для автономии края, с другой, заметив чрезмерныя по его мнению требования в этом отношении Дорошенка, решилось передать гетманское достоинство другому лицу, более уступчивому по отношению к намерениям польскаго правительства. Переговоры потому шли вяло и не приводили ни к какому соглашению, но пока обе стороны не решались прибегнуть к оружию. Только в конце 1666 года в Украину вступило польское войско под начальством региментаря Маховскаго и стало брать города и истреблять мечем все население, не изъявлявшее покорности королю; тогда Дорошенко, в свою очередь, поднял козацкие полки, бывшие под его начальством, нанял часть Крымской орды и напал на поляков.

В сражении у села Печеры, на Буге, Маховский потерпел поражение, отступил к Браилову и затворился в этом городе; козаки взяли город приступом, избили поляков и, взявши в плен Маховскаго, выдали его татарам; в начале 1667 года Дорошенко, заключив союз с крымским ханом, отправился вместе со всею ордою опустошать юго-западныя области Польши и осадил польскаго гетмана Яна Собесскаго, у Подгаец в Червоной Руси; только благодаря счастливой случайности, заставивщей татар отступить, будущий польский король спасся от угрожающаго ему разгрома и заключил перемирие с Дорошенком, но, конечно, на установление прочных дружелюбных сношений с Польшею не оставалось никакой надежды; раньше или позже нужно было выдержать с нею упорную борьбу; Дорошенко сознавал, что для борьбы этой собственныя его силы будут недостаточны; если эти силы оказались слишком слабыми при Хмельницком, когда вся Украина действовала за одно, тем более не мог на них положиться Дорошенко теперь, когда вся тяжесть борьбы должна была лечь на одну только западную половину края, более всего пострадавшую в обезлюдевшую во время предшествовавших войн; необходимо было опереться на внешнюю помощь, но разсчитывать, подобно Хмельницкому, на поддержку России Дорошенко не мог, так как Россия только что отказалась по Андруссовскому договору от покровительства над западною половиною Украины и на просьбу о помощи со стороны Дорошенка, бояре от имени Алексея Михайловича ответили ему советом: „чтобы он для блага Украины, по Андруссовскому постановлению, находился в верном подданстве короля польскаго".

В крайности Дорошенку оставался один исход: искать покровительства и защиты у турецкаго правительства. Действительно Дорошенко и обратился к Порте: он предложил султану подчинит ему Украину на таких же условиях, на каких подчинялись ему Молдавия и Валахия, за что турки приймут на себя обязанность, как защищать козаков от Польши, так и предотвращать вторжения татар в Украину. Предложение это было благосклонно принято Портою и в начале 1669 года договор состоялся и был подтвержден козацкою радою; собранною Дорошенком вблизи Корсуня на реке Рассаве. Вслед затем от имени султана Дорошенку вручены были знаки гетманскаго достоинства: булава, бунчук и знамя, а также грамоты, заключавшия в себе условия, на которых Порта принимала козаков под свое покровительство.

Таким образом обезпечена была помощь Турции в предстоящей борьбе с Польшею, которая и разразилась несколько лет спустя, но, помимо этого прямаго последствия, договор с Турциею имел еще другой не менее важный результат — он в значительной степени нейтрализировал политическия невыгодвыя для края условия Андруссовскаго договора.

По смыслу этого договора Россия отказывалась от западной Украины в пользу Польши, но, если бы в предстоящей борьбе Турция осилила Речь Посполитую, то по отношению к Порте русское правительство не было связано никаким трактатом и могло возобновить усилия для соединения вновь всего южнаго края под своим покровительством — что Дорошенко имел в виду этот исход борьбы; как крайний результат своей политической комбинации, видно из того что сношения его дружелюбныя с русским правительством продолжаются безпрерывно и становятся особенно интенсивными после того, как поляки заключили с турками Бучацкий договор (1672 г.), по которому они отказались в пользу Турции от Украины и Подолии. Русское правительство само становится тогда на точку зрения Дорошенка и начинает предпринимать ряд походов с целью подчинить себе западную Украину. Впрочем комбинация Дорошенка, совершенно верно разсчитанная по приемам дипломатии того времени, оказалась ошибочною только по отношению к его собственной личности.

В качестве автора, придумавшаго весьма сложный политический план, и умевшаго выполнить существенную его часть, не смотря на неимоверныя препятствия, Дорошенко разсчитывал, что русское правительство вручит ему гетманскую власть над соединенною Украиною — но в этом отношении он ошибся — пользуясь значительною долею политической программы Дорошенка, московское правительство не имело в виду усиления его личнаго влияния и предпочитало поддерживать таких кандидатов на гетманство, которые, руководясь более мелким честолюбием и более узкими личными интересами, представляли бы более пассивное и податливое орудие в руках центральнаго правительства — потому оно и поддерживает на левом берегу соперников Дорошенка: Брюховецкаго, Многогрешнаго и Самойловича и старается присоединить под власть последняго правобережную Украину, отстраняя постоянно притязания на гетманство Дорошенка.

Еще переговоры Дорошенка с Портою не были окончены, когда ему представилась первая возможность заявить свои стремления к соединению обеих половин Украины.

В 1668 году; вследствие смут, возникших в восточной Украине по поводу изгнания из городов московских воевод, в область эту призван был жителями ея на помощь Дорошенко; он переправился через Днепр и пришел на Сербинское поле, где стоял станом, потерявший уже всякую надежду на свои силы гетман Брюховецкий; после прихода Дорошенка, народное негодование против Брюховецкаго разразилось бурною смутою, среди которой гетман этот был растерзан и преемником его в лагере провозглашен Дорошенко; но для того, чтобы этот выбор был действительным, нужно было подтвердить его приговором правильно созванной рады и, главное, согласием московскаго правительства; Дорошенко питал надежду на выполнение обоих этих условий: явившиеся в его лагерь левобережные полковники и старшины изъявили частно согласие на его выбор, начальник же великорусских войск, князь Ромодановский, вступивший было в Малороссию для того, чтобы наказать Брюховецкаго за изгнание воевод, получив известие от Дорошенка о случившемся, отступил обратно в пределы слободской Украины, предполагая, что правительство может утвердить Дорошенка, давно уже поддерживавшаго дружелюбныя сношения с Москвою; но дела сложились иначе, лишь только Дорошенко уехал на правый берег Днепра, князь Ромодановский получил новыя инструкции, он вновь вступил в Малороссию с ратною силою, и вошел у Чернигова в переговоры с старшиною левобережных полков; переговоры эти имели целью избрание новаго гетмана; по взаимному соглашению в должность эту был возведен и утвержден правительством в 1669 году черниговский полковник Демко Многогрешный; таким образом разстроилось на этот раз объединение Украины, подготовленное Дорошенком.

Между обоими гетманами завязалась мелкая безплодная борьба, имевшая результатом только опустошение края, она продолжалась в течении двух лет; благодаря поддержке великорусских ратных сил, Многогрешный одержал в ней перевес и лишь два полка; Переяславльский и Дубенский признавали некоторое время над собою власть Дорошенка. Между тем последнему пришлось бороться с новою крупною опасностью; со времени избрания Брюховецкаго установилось мнение, что поддержка Запорожья может доставить гетманскую булаву тому кандидату, который успеет снискать себе расположение низовой общины. После смерти Брюховецкаго кандидат такой явился в лице Петра Суховия, бывшаго писаря запорожскаго войска; склонив на свою сторону часть более безпокойную запорожцев, Суховий был провозглашен ими гетманом в Сечи, затем, заручившись помощью татар, он осенью 1668 года двинулся на Чигирин против Дорошенка, но испытал неудачу, войско его было разсеяно и сам он едва спасся бегством в степь.

Весною следующаго года Суховий поднялся снова с большими силами: он успел кроме запорожцев склонить на свою сторону южные полки левобережной Украины: полтавский, миргородский, лубенский, прилуцкий и переяславльский и войти в тесный союз с крымским ханом Адил-Гиреем. С значительными силами Суховий появился на Украине — отрядил орду к Чигирину, сам же отправился к Умани и созвал туда раду для подтверждения своего выбора ея приговором; татаре между тем встретили Дорошенка на пути к Умани и осадили его в лагере у села Конончи на берегу Роси; положение гетмана было весьма критическое, так как половина подвластных ему полков, оставила его и отправилась на раду в Умань.

Однако из положения этого он был спасен, благодаря вмешательству турецкаго правительства — в это именно время явилось турецкое посольство с известием об окончательном утверждении султаном договора с Дорошенком; турецкий посол начал свои действия с того, что предписал именем султана крымцам оставить Дорошенка в покое и возвратиться домой. После удаления крымцев дела Суховия разстроились, многие козаки, собравшиеся в Умани, возвратились к Дорошенку, другие открыли раду и приступили к выбору новаго гетмана, но выбор этот миновал Суховия, котораго главная опора — Крымская орда — была для него потеряна. Западные правобережные полки: уманский, кальницкий и брацлавльский — провозгласили на раде гетманом уманскаго полковника Михаила Ханенка, который отдался под покровительство Польши, заключил с польским правительством договор и в 1670 году был утвержден королем в гетманской должности.

Оба гетмана; Дорошенко и Ханенко вступают в упорную борьбу, в которую увлекают и покровительствовавшия им правительства — турецкое и польское; в борьбе этой успех остается постоянно на стороне Дорошенка; он нанес противнику несколько чувствительных поражений: у Стеблева, Четвертиновки и т. д., занял Умань и другие города, признававшие Ханенка и наконец, в 1672 году, вызвал сильное турецкое нашествие на Польшу. Во время этого похода турки с помощью Дорошенка взяли Каменец, осадили Львов, и наконец, принудили польскаго короля Михаила заключить позорный договор у Бучача, в силу котораго он обязался платить дань Турции и отказался от Подолии и Украины в пользу турецкаго правительства. Таким образом, выполнена была с крайними усилиями первая половина программы Дорошенка — он оставался единственным представителем правобережной Украины под покровительством султана — немедленно затем приступил он к осуществлению второй половины своего плана.

С 1672 года сношения Дорошенка с московским правительством относительно соединения обеих половин Украины под властью одного гетмана, подчиненнаго царю, становятся оживленнее и интенсивнее. Русское правительство, не стесняясь уже теперь статьями Андруссовскаго договора, принимает его предложения благосклонно и изъявляет готовность поддержать их своими силами, но оно желает воспользоваться обстоятельствами, минуя Дорошенка, и поручает руководство дела, утвержденному им на левом берегу Днепра, гетману Ивану Самойловичу, сменившему в 1672 году Многогрешнаго.

Самойлович, для того, чтобы оформить свои притязания на правый берег Днепра, созывает в 1674 году раду в Переяславле, на которой козаки, пользуясь отречением от гетманства, потерявшаго всякую надежду Ханенка, провозглашают Самойловича гетьманом обоих берегов Днепра; вместе с тем Самойлович с козацкими и великороссийскими войсками предпринимает ряд походов на западный берег Днепра для того, чтобы вызвать со стороны жителей признание своей власти и уговаривает Дорошенка отказаться от гетманства в свою пользу. Не смотря однако на превосходство своих сил и на сочувствие большинства народонаселения, он долго не может добиться решительнаго успеха вследствие своей бездарности и нерешительности. — Для того, чтобы овладеть правобережною Украиною Самойловичу приходилось выдержать борьбу не с одним Дорошенком, на страну эту заявляли претензии и Турция и Польша, не пожелавшая подчиниться Бучацкому договору и возобновившая немедленно после ого заключения войну с Портою.

Обе державы вели между собою войну за обладание краем и, ожесточаясь все более и более, вымещали злобу на жителях страны: поляки, турки, крымская орда разрушают в течении нескольких лет города и села, истребляют или угоняют в плен население; жители, теснимые отовсюду, ищут спасение в бегстве и целыми массами переселяются на левый берег Днепра, отыскивая новыя более безопасныя местя для поселений; выселяются из родины не только целыя села, местечка и города, но и народонаселение целых полков и областей. Заметив это положение дел, Самойлович старается принаровиться к нему: вместо того, чтобы занять признававшую его власть территорию и принять энергическия меры для ея защиты, он ограничивается отрывочными походами на правую сторону Днепра и во время их зазывает народ к переселению и размещает выходцев на левой стороне Днепра, стараясь притом поселить их подальше от Днепра.

Край превращается быстро в пустыню, опустевшие города и села сожжены поляками и турками, немногие жители, пытавшиеся защищаться истреблены мечем. В течении 3—4 лет богатые и многолюдные некогда города: Ладыжин, Умань, Брацлавль, Черкассы, Паволочь, Корсунь, Канев и т. д. превращены в развалины или опустели. Это совершенное раззорение края, известное в народной памяти под именем „руины" сломило наконец и Дорошенка. Поддерживая борьбу до последней крайности, он увидел, что для него остался один только возможный исход: отречься от власти и бросить на произвол судьбы незаконченный план, для осуществления котораго он в течений десяти лет направлял все свои силы.

Оставленный старшиною и козаками перешедшими к Самойловичу, покинутый народом, он не интересуясь более турецким покровительством и не будучи в состоянии склонит на свою сторону московское правительство, он с остатками своих сил затворился среди пустыни в единственном, оставшимся в его власти городе Чигирине, и решился покончить свою политическую деятельность; но, не одобряя образа действий Самойловича и не доверяя его мелкой эгоистической личности, он желал отдать булаву в руки избраннаго его народа; объявив московскому правительству, что он отказывается от гетманства, он вошел в сношения с запорожским кочевым Иваном Сирком, созвал в конце 1675 года в Чигирине раду и на ней сдал знаки своего достоинства запорожской общине, как нравственной представительнице народа. Действие это не было, однако, одобрено русским правительством. Сирко получил выговор за принятие отречения Дорошенка и ему было поставлено на вид, что он вмешивается в дело, к нему не относящееся.

В начале 1676 года Самойлович приступил к Чигирину с сильным войском и объявил Дорошенку требование сдачи и отречения в свого ползу, Дорошенко исполнил то и другое, выехал из города и отправился пленником в лагерь Самойловича. Так закончена была политическая роль одного из более даровитых представителей козачества в XVII столетии. Не смотря на ошибки и неудачу Дорошенко в ряду современных ему козацких предводителей представляет отрадное явление: не мелкий эгоизм, не стремление к наживе и личным выгодам руководит этим гетманом — он искренно радеет о благе родины, он среди самых трудных обстоятельств, с неимоверною энергиею и постоянством борется из за него — он падает с достоинством и с сознанием исполненнаго долга. Впрочем, русское правительство, не желавшее по политическим разсчетам поддерживать Дорошенка в качестве гетмана, оценило по достоинству его личность. В плену и в ссылке он был встречен почетом и уважением, скорее как несчастный друг, чем как противник.

Сдаваясь Самойловичу, Дорошенко обещал провести остаток дней в спокойствии, не вмешиваясь в общественныя дела, и просил лишь, чтобы ему дозволено было поселиться на родине. Местом для его жительства назначен был город Сосница, где он и занялся устройством своего хозяйства, но вскоре он был потребован в Москву, вслед за тем туда же отправлена была и его жена. В Москве Дорошенку подарен был обширный дом и на его содержание назначена значительная сумма (до 1000 рублей), затем ему пожаловано поместье: 1000 дворов в селе Ярополче Волоколамскаго уезда. — В 1679 году он был назначен воеводою в Вятку и занимал эту должность до 1682 года; остаток дней он прожил в своем поместьи, где скончался в 1698 году. Еще в начале текущаго столетия в Ярополче, на погосте бывшей церкви во имя св.

Парасковии, существовала на его гробнице каменная плита с следующею надписыо: „Лета 7206, Ноября в 9 день преставился раб Божий, гетман войска запорожскаго, Петро Дорофеевич Дорошенко; а поживе от рождества своего 71 год и положен бысть на сем месте." Из лиц, принадлежавших к семейству Дорошенка, нам известны: его мать, принявшая монашество после его падения под именем Митродоры и два брата: Григорий, — полковник Брацлавльский и Андрей, — полковник Паволоцкий. Петр Дорошенко женат был на дочери родственника Богдана Хмельницкаго, Павла Яненка-Хмельницкаго, но, детей от брака этого не оставил.