Михаил Степанович Ханенко

1670—1674 г.г. Родовое предание, оставшееся у потомков гетмана Ханенка, сохранило воспоминание о его отце, Стефане Ханенке, жившем в начале XVII столетия; по словам этого предания Стефан Ханенко числился в войске Запорожском; он женат был на дочери польскаго старосты, освобожденной им из татарскаго плена; старший из сыновей, родившихся от этого брака и был будущий гетман Михаил. О первоначальной службе его мы не имеем сведений, имя его первый раз упоминается в 1659 году в числе лиц, недовольных заключенными в то время переяславльскими статьями. Тогда Ханенко занимал уже должность Уманскаго полковника и владел ею безсменно в течении 10 лет. В 1669 году он является противником Дорошенка и стоит на стороне его соперника, Суховия; после неудачной осады Дорошенка в Стеблеве, Суховий сдает притязания на гетманство, котораго добивался напрасно, Ханенку и сам бежит в Запорожье.

Не находя возможности поддержать своих притязаний, вскоре после Суховия, Ханенко принужден также удалиться к запорожцам; отсюда он вошел в сношения с польским правительством, которое признало его гетманом и предложило Ханенку установить условия, на которых Украина вновь соединится с Польшею; на раде, собранной в Умани, в которой принимали участие только представители трех самых западных козацких полков, Ханенко был провозглашен гетманом, получил знаки своего достоинства от польскаго посланника и снарядил депутатов в Острог, куда королем была послана коммиссия для приведения в порядок дел Украины. Здесь послы Ханенка возобновили в несколько сокращенном виде стати Гадячскаго договора и на их основании принесли присягу на верность королю.

Но территория, от имени которой Ханенко заключал условия с польскою короною, составляла только незначительную часть правобережной Украины; более чем в двух третях ея господствовал Дорошенко, признававший над собою власть турецкаго султана; в той же части территории, которая по видимому признавала гетманство Ханенка, он не чувствовал себя вполне безопасным и потому, немедленно после заключения договора, испросил присылку польских войск для своей защиты. Между тем на саму Польшу надвигалась страшная гроза; пользуясь слабостью польскаго правительства и побуждаемый советами Дорошенка, султан предпринял решительный поход против Польши.

В 1672 году сильная турецкая армия осадила Каменец, в подмогу ей отправился со своими козаками и частью крымской орды Дорошенко; Ханенко с своей стороны, исполняя полученное от короля предписание, попытался не пропустить Дорошенка к Каменцу; оба гетмана столкнулись на берегу Буга, вблизи Ладыжина у села Четвертиновки; сначала Ханенко успешно разсеял передовой отряд войска Дорошенка, по потом уманские козаки и сопровождавшия их польския хоругви разсеялись неосторожно на поле битвы; в это время подоспел с главными силами Дорошенко, нажал на них врасплох и нанес им решительное поражение; с остатками своего и польскаго войска Ханенко едва успел убежать в Ладыжин и затвориться в крепости.

Дорошенко безприпятственно прошел для соединения с турками; после его ухода Ханенко, несколько оправившись, последовал за ним и соединился с польскою армиею; весь отряд, приведенный им в польский лагерь, не превышал 4,000 людей, не удивительно потому, что имя его проходит незаметным среди событий данной кампании. Вообще война была крайне неудачна для Польши. Турки овладели Каменцем, оттиснули польскую армию; по направлению ко Львову, и заставали короля Михаила заключить позорный трактат, подписанный им в лагере у Бучача, по которому Польша уступала Порте всю Украину и Подолье и обязывалась платить ежегодную дань.

Возвращаясь из похода, Дорошенко остановился на пути в селе Христиновке, в окрестности Умани, бывшей резиденции Ханенка, и вошел в переговоры с местными жителями; результатом их было признание уманцами Дорошенка; который немедленно частью казнил, частью заточил сторонников Ханенка, пленил его семейство, назначил уманским полковником своего приверженца Гродзенка, и поставил гарнизоном в Умани два наемные полки: сердюцкий и компанейский. Но начальники Дорошенковаго гарнизона раздражили своим поведением жителей Умани. Во время праздника Пасхи в 1673 году компанейский полковник Силичич затеял в пьяном виде драку на улице, что послужило поводом ко всеобщему возстанию; сторонники Дорошенка были обращены в бегство и уманцы, признали опять гетманом Ханенка.

Последний явился в Умань из Польши и решился в последний раз вступить в борьбу с Дорошенком за гетманскую булаву: призвав в помощь поляков и получив подмогу из Запорожья, Ханенко двинулся на Чигирин; Дорошенко между тем отправил гонца в Крым просить помощи, сам же выступил на встречу противнику; оба гетмана встретились у Стеблева на реке Роси; Дорошенко окопал свой лагерь, Ханенко вел усиленные приступы в течении нескольких дней и надеялся, полагаясь на превосходство сил, сломить противника; между тем неожиданно нагрянула на него орда: поляки и козаки Ханенковы были разсеяны и понесли страшныя потери; они бежали в разсыпную; сам гетман с остатками своего отряда искал спасения в степях запорожских; города, признававшие его власть над собою: Умань, Ладыжин, Лисянка — понесли тяжелую кару; они были взяты и разорены турками. Ханенко потерял всякую надежду на успех; он решился отказаться от дальнейшей борьбы и вместе с тем от гетманскаго звания.

В марте 1674-го года он явился в Переяславль к гетману Самойловичу, в руки его сдал булаву и другие знаки власти, присланные ему королем, принял присягу на верность царю и получил монаршее прощение и значителныя поместья на левой стороне Днепра, взамен тех, которыми он владел, по милости короля, в правобережной Украине. Конец жизни Ханенко проживал поочередно в Козельце, Лохвице и Киеве в качестве частнаго лица. Ни год, ни место его смерти не сохранились в сказаниях козацких летописцев.