Br
Брестчина
Производит · Предлагает · Приглашает

Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 137, с. 131

Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.

Филевич, 1890: Лист 137, с. 131

Оригинал

сомнѣній подтвердилъ папа. Дѣйствительно, приглашенный, надо думать, именно по этому поводу въ 1327 г. въ Авиньонъ Любушскій епископъ Стефанъ, сообщилъ куріи объясненія, которыя должны были привести ее въ немалое недоумѣніе. По его словамъ, любушская епископская каѳедра существовала на Руси издавна во Фляндемиріи (Владимірѣ?), гдѣ до сихъ поръ, то-есть, въ 1327 г., видны гробницы епископовъ, да и самъ Стефанъ, до прибытія въ Римъ, бывалъ тамъ даже по долгу, исполняя пастырскія обязанности. Завзятость (rabies) схизматиковъ заставляла его, однако, нерѣдко покидать городъ, чѣмъ пользовались сосѣдніе епископы, присваивая себѣ принадлежащую ему духовную власть. Обо всемъ этомъ папѣ ничего не было извѣстно, а потому онъ и обращается къ Гнѣзненскому архіепископу, предлагая ему узнать дѣло, не производя, однако, офиціальнаго разслѣдованія407. Что отвѣтилъ папѣ архіепископъ, не знаемъ. Въ данномъ случаѣ слѣдуетъ обратить вниманіе прежде всего на то, что именно около этого времени Любушскіе епископы переживали весьма тяжелые моменты, испытывая жестокія преслѣдованія со стороны подлежащихъ ихъ власти жителей, которые не только завладѣли церковными имѣніями, но даже „до основанія разрушили“ самую церковь. Столь враждебныя отношенія между епископомъ и паствой были, какъ оказывается, „весьма давними“. Положеніе было на столько острое, что пришлось не только обращаться къ королю съ просьбой о защитѣ епископа, но и думать о перенесеніи его резиденціи въ другое болѣе удобное и безопасное мѣсто408. Дѣйствительно, въ XIV вѣкѣ Любушскіе епископы резидировали поперемѣнно то въ Фирстенвальде (на рѣкѣ Шпре), то во Франкфуртѣ, то въ с. Горицѣ, то наконецъ снова въ Любушѣ, гдѣ въ 1374 г. гостилъ у епископа Петра Янъ Чарнковскій.

Далѣе: притязанія Любушскихъ епископовъ вызвали сомнѣніе не только со стороны куріи, которая объ ихъ отношеніяхъ къ Руси, какъ сказано, ничего не знала, но у самого Генриха—доминиканца, по мѣстопребыванію болѣе близкаго къ спорнымъ районамъ, а по принадлежности къ ордену, который лучше другихъ могъ знать тамошнія

Примечания

407. Ibid., № 376. К. Стадницкій, O początkach, 14, не сомнѣвается въ справедливости показаній Любушскаго епископа и полагаетъ, что нарушали его права титулярные епископы монашескихъ конгрегацій. Что же мѣшало Любушскому епископу заявить объ этомъ прямо, а не столь неопредѣленно: „aliqui vicini episcopi“; почему, далѣе, курія ничего не знала объ епископахъ титулярныхъ?

408. Ibid., № 377, 378.

Современная орфография

сомнений подтвердил папа. Действительно, приглашенный, надо думать, именно по этому поводу в 1327 г. в Авиньон Любушский епископ Стефан, сообщил курии объяснения, которые должны были привести ее в немалое недоумение. По его словам, любушская епископская кафедра существовала на Руси издавна во Фляндемирии (Владимире?), где до сих пор, то есть, в 1327 г., видны гробницы епископов, да и сам Стефан, до прибытия в Рим, бывал там даже по долгу, исполняя пастырские обязанности. Завзятость (rabies) схизматиков заставляла его, однако, нередко покидать город, чем пользовались соседние епископы, присваивая себе принадлежащую ему духовную власть. Обо всем этом папе ничего не было известно, а потому он и обращается к Гнезненскому архиепископу, предлагая ему узнать дело, не производя, однако, официального расследования407. Что ответил папе архиепископ, не знаем. В данном случае следует обратить внимание прежде всего на то, что именно около этого времени Любушские епископы переживали весьма тяжелые моменты, испытывая жестокие преследования со стороны подлежащих их власти жителей, которые не только завладели церковными имениями, но даже «до основания разрушили» самую церковь. Столь враждебные отношения между епископом и паствой были, как оказывается, «весьма давними». Положение было настолько острое, что пришлось не только обращаться к королю с просьбой о защите епископа, но и думать о перенесении его резиденции в другое более удобное и безопасное место408. Действительно, в XIV веке Любушские епископы резидировали попеременно то в Фирстенвальде (на реке Шпре), то во Франкфурте, то в с. Горице, то наконец снова в Любуше, где в 1374 г. гостил у епископа Петра Ян Чарнковский.

Далее: притязания Любушских епископов вызвали сомнение не только со стороны курии, которая об их отношениях к Руси, как сказано, ничего не знала, но у самого Генриха — доминиканца, по местопребыванию более близкого к спорным районам, а по принадлежности к ордену, который лучше других мог знать тамошние

Примечания

407. Ibid., № 376. К. Стадницкий, O początkach, 14, не сомневается в справедливости показаний Любушского епископа и полагает, что нарушали его права титулярные епископы монашеских конгрегаций. Что же мешало Любушскому епископу заявить об этом прямо, а не столь неопределенно: «aliqui vicini episcopi»; почему, далее, курия ничего не знала об епископах титулярных?

408. Ibid., № 377, 378.