Борьба Польши и Литвы-Руси за Галицко-Владимирское наследие. Лист 125, с. 119
Скан издания 1890 года: оригинал в дореформенной орфографии и тот же текст в современной орфографии.
Оригинал
которой никакъ нельзя было предвидѣть до роковаго Краковскаго брака.
Когда Ягайло вернулся изъ своей миссіонерской поѣздки въ Литву, дѣло было уже сдѣлано; ему оставалось только подтвердить его отъ своего имени364; но столь поспѣшная экспедиція малопольскихъ пановъ съ Ядвигой на Русь, именно во время отсутствія Ягайла, неудовольствія, возникшія между супругами, причину которыхъ указываютъ именно въ дѣйствіяхъ Ядвиги на Руси365, негодованіе литовскихъ князей, котораго отчасти не могъ не раздѣлять и Ягайло, и которое дало поводъ къ слухамъ объ отдѣленіи Галичины отъ Польши, вызвавшимъ со стороны Ягайла—впрочемъ уже тогда, когда польская корона была за нимъ обезпечена—торжественное опроверженіе366, все это, повторяемъ, бросаетъ яркій свѣтъ на отношенія Галичины къ Польшѣ и Литвѣ. Въ этомъ заключительномъ эпизодѣ даже К. Стадницкій видитъ „верхъ (arcydzieło) дипломатіи, осмотрительности, расчета и необыкновенно ловкаго уловленія момента со стороны коронной рады“367.
Не будемъ спорить. Отмѣтимъ только, что въ обоихъ указанныхъ документахъ, опровергающихъ слухи объ отдѣленіи Галичины отъ Польши, явно сказываются тонъ, языкъ и слогъ польской канцеляріи, которые она тогда только еще выработывала въ присяжныхъ грамотахъ, отбираемыхъ отъ литовскихъ князей на вѣрность Ягайлу и „коронѣ“, и которые затѣмъ въ полномъ блескѣ стилизаціи сказались въ Городельскомъ актѣ.
Такъ завершилась окончательно борьба за Галичину. Дальнѣйшее, какъ напримѣръ, обѣщаніе вѣчной вѣрности королю Владиславу и его сыну со стороны русской (то-есть, львовской, галицкой и перемышльской) шляхты, данное въ 1404 г. въ Галичѣ368, или такое же обѣщаніе, данное 9-го октября 1425 г. представителями Львова369,
Примечания
364. А. Гр. и З. III, № 44. Грамота армянамъ, ib., № 45; предоставленіе львовянамъ права самимъ избирать войта, ib., № 46.
365. Каро, III, 69; К. Стадницкій, Synowie, II, 131.
366. 30-го сентября 1388, А. Гр. и З., II, № 17; снова возобновлено 1-го октября 1389, ib., III, № 50.
367. Synowie, II, 129.
368. Даниловичъ, Skarbiec, № 785.
369. А. Гр. и З., IV, № 73. Замѣчательно: все—нѣмцы; А. Мосбахъ, Początki Unii Lubelskiej. Познань. 1872, стр. 4, говоритъ однако по этому поводу: „to też stolica Czerwonej Rusi objawiajac swoje mocne przywiązanie do Polski“... Эта „сто- лица“, конечно, не имѣла съ Русью рѣшительно никакой другой связи, кромѣ торговой прибыли.
Современная орфография
которой никак нельзя было предвидеть до рокового Краковского брака.
Когда Ягайло вернулся из своей миссионерской поездки в Литву, дело было уже сделано; ему оставалось только подтвердить его от своего имени364; но столь поспешная экспедиция малопольских панов с Ядвигой на Русь, именно во время отсутствия Ягайла, неудовольствия, возникшие между супругами, причину которых указывают именно в действиях Ядвиги на Руси365, негодование литовских князей, которого отчасти не мог не разделять и Ягайло, и которое дало повод к слухам об отделении Галичины от Польши, вызвавшим со стороны Ягайла — впрочем уже тогда, когда польская корона была за ним обеспечена — торжественное опровержение366, все это, повторяем, бросает яркий свет на отношения Галичины к Польше и Литве. В этом заключительном эпизоде даже К. Стадницкий видит «верх (arcydzieło) дипломатии, осмотрительности, расчета и необыкновенно ловкого уловления момента со стороны коронной рады»367.
Не будем спорить. Отметим только, что в обоих указанных документах, опровергающих слухи об отделении Галичины от Польши, явно сказываются тон, язык и слог польской канцелярии, которые она тогда только еще выработывала в присяжных грамотах, отбираемых от литовских князей на верность Ягайлу и «короне», и которые затем в полном блеске стилизации сказались в Городельском акте.
Так завершилась окончательно борьба за Галичину. Дальнейшее, как например, обещание вечной верности королю Владиславу и его сыну со стороны русской (то есть, львовской, галицкой и перемышльской) шляхты, данное в 1404 г. в Галиче368, или такое же обещание, данное 9-го октября 1425 г. представителями Львова369,
Примечания
364. А. Гр. и З. III, № 44. Грамота армянам, ib., № 45; предоставление львовянам права самим избирать войта, ib., № 46.
365. Каро, III, 69; К. Стадницкий, Synowie, II, 131.
366. 30-го сентября 1388, А. Гр. и З., II, № 17; снова возобновлено 1-го октября 1389, ib., III, № 50.
367. Synowie, II, 129.
368. Данилович, Skarbiec, № 785.
369. А. Гр. и З., IV, № 73. Замечательно: все — немцы; А. Мосбах, Początki Unii Lubelskiej. Познань. 1872, стр. 4, говорит однако по этому поводу: «to też stolica Czerwonej Rusi objawiajac swoje mocne przywiązanie do Polski»... Эта «сто- лица», конечно, не имела с Русью решительно никакой другой связи, кроме торговой прибыли.